Тени прошлого — Свет будущего.

На следующий день всю нашу параллель повели на экскурсию в полуразрушенный древний храм на окраине исторического парка. Внутри каменного здания, несмотря на уличный зной, царили прохлада и жутковатая, звенящая тишина. Чтобы никто не потерялся в запутанных переходах, учителя строго разделили нас на пары. Наронг с Тханетом тут же весело ушагали в левое крыло, Джаран со своей девушкой затерялись среди старинных колонн, а нас с Аруном куратор отправил исследовать дальний, полутемный зал. Здесь воздух казался особенно тяжёлым, он пах вековой пылью и увядшими цветами лотоса у подножия старых статуй. По моей спине невольно побежали мурашки. Я искренне радовался тому, что Арун шёл чуть впереди — его широкие плечи почему-то придавали мне уверенности. Внезапно он остановился как вкопанный. Я едва не впечатался носом в его спину. — Ты чего замер? — шепнул я, обходя его сбоку. Арун молча, словно заворожённый, смотрел на полуразрушенную каменную стену. Я проследил за его взглядом и почувствовал, как земля уходит у меня из-под ног. На стене едва проглядывала древняя, местами осыпавшаяся фреска. На ней были изображены двое юношей в традиционных старинных одеждах. Лицо одного из них скрывала искусно выписанная золотая маска мифической птицы Киннари. Второй юноша смотрел на него с невыразимой, застывшей в веках грустью. Внутри у меня всё перевернулось. Дыхание перехватило. — Это... — вырвалось у меня сиплым, чужим голосом. — Это же в точности как в моих снах. Парень в маске. Арун медленно, словно во сне, протянул руку и едва заметно провёл пальцами по воздуху в пантиметре от контура фрески. Он побледнел так сильно, что его кожа стала почти прозрачной. — Это не просто маска, — едва слышно, одними губами прошептал он, и в его голосе прорезался явный страх. — Я знаю это место. Вокруг всё рушилось в прах... Стены падали, и кто-то кричал. Слишком громко кричал. Я удивленно уставился на него, собираясь расспросить подробнее, но в этот момент из густой тени за колонной раздался тихий, сухой кашель. Мы оба резко обернулись, внутренне содрогнувшись. В проходе стоял пожилой мужчина в каноничном оранжевом одеянии — то ли местный монах, то ли смотритель этих руин. Его мудрые глаза смотрели на нас с мягкой, едва заметной улыбкой, словно он читал наши мысли. — Вы отчаянно ищете то, что потеряли слишком много веков назад, — негромко произнёс старик на чистом тайском, и его голос эхом разнёсся под сводами храма. — Но помните, дети мои: не всё в этой жизни можно отыскать глазами. Иногда, чтобы увидеть истину, нужно просто... вспомнить сердцем. Он плавно развернулся и скрылся в темноте соседнего коридора прежде, чем мы успели прийти в себя и задать хотя бы один вопрос. Мы с Аруном медленно переглянулись в опустевшем зале. Воздух между нами буквально вибрировал от невысказанных вопросов и подступающей мистической тайны. Что это, чёрт возьми, сейчас было?