Страсть в одной кровати 🔞

Через час, как и сказал Чонгук, он продолжал то, что начал. Тэхён не успел опомниться, как Чонгук опять вошёл в него полностью и начал двигаться очень быстро. — Ч-Чонгук, ты же обещал, что дашь мне отдохнуть! Я правда больше не могу, хватит меня мучить, сука! – крикнул Тэхён, когда Чонгук набрал скорость и двигался внутри него. — Малыш, час прошёл, а я же сказал, что после часа мы продолжим то, что начали. Так что терпи, малыш. В следующий раз будешь знать, как надевать такие откровенные наряды и провоцировать меня, – Чонгук набирал скорость с каждым толчком и смотрел на лицо Тэхёна, который лежал под ним и сжимал зубы от боли. Ещё два часа Чонгук брал Тэхёна в разных позах, но не переходил границу и держал контроль над Альфой, который хотел владеть его телом и разумом. — Чонгук, нам ещё долго? А то я сейчас в обморок грохнусь. И зачем я только надел этот чёртов наряд, будь он проклят! Чонгук слегка замедлился, услышав голос Тэхёна, в котором слышалась не только усталость, но и отчаяние. Он посмотрел на его лицо, мокрое от слёз и пота, на дрожащие губы, на сбитое дыхание и что-то внутри него дрогнуло. Он не остановился, но движения стали мягче, глубже, почти невесомыми. — Я слышу тебя, — сказал он тихо, прижимаясь лбом к его лбу. — Ты устал. Я вижу. — Ещё бы, — прохрипел Тэхён, чувствуя, как каждое слово даётся с трудом. — Ты меня трахаешь уже почти пять часов, Чонгук. Я не железный. — Ты — самый сильный омега, которого я знаю, — ответил Чонгук, замедляясь почти до полной остановки. И я горжусь тобой. Он вышел из Тэхёна, перевернул его на бок и обнял, прижимаясь сзади. Тэхён вздохнул с облегчением, чувствуя, как тело перестаёт сжиматься от напряжения. — Я хочу ещё, — сказал Чонгук, целуя его в лопатку. — Но я не хочу, чтобы ты страдал. Давай отдохнём. По-настоящему. Воды попьём, может быть, в душ сходим. А потом... если захочешь, продолжим. Ты решишь. — Ты серьёзно? — Тэхён повернул голову, с трудом разлепляя глаза. — Серьёзно, — ответил Чонгук. — Ты главное в моей жизни. Не секс, не моя похоть. Ты. Тэхён слабо улыбнулся, прижался к нему. — Тогда… в душ. И воды. Много воды. Чонгук помог ему подняться, поддерживая, когда ноги подкашивались. Они медленно дошли до душевой — Чонгук держал Тэхёна, не давая упасть, целовал его в плечи и в затылок, пока тёплая вода стекала по их телам. — Ты проклятый, — пробормотал Тэхён, прикрывая глаза. — Но я всё равно тебя люблю. — Я знаю, — ответил Чонгук, улыбаясь. — И я люблю тебя. Даже когда ты ругаешься на меня. — Я тебя ненавижу. — Тоже знаю. Тэхён слабо рассмеялся, чувствуя, как усталость уходит под струями воды. Они стояли в душе, обнявшись, и в этом моменте не было страсти только любовь и забота. Когда они вышли, Тэхён упал на кровать, чувствуя, как тело гудит от усталости. Чонгук лёг рядом, укрыл их обоих одеялом и обнял. — Всё, — сказал он. — На сегодня хватит. Завтра будет новый день. — Спасибо, — прошептал Тэхён, уже проваливаясь в сон. — За что? — За то, что остановился. За то, что слушаешь. За то, что ты есть. Чонгук поцеловал его в затылок. — Я всегда буду тебя слушать. Просто иногда у меня это плохо получается. — Ничего, — пробормотал Тэхён. — Я буду напоминать. Он закрыл глаза и провалился в глубокий, безмятежный сон. Чонгук долго смотрел на него, гладил по волосам и думал о том, как сильно он изменился благодаря этому человеку. И как сильно он его любит. Лайнер плыл по бескрайнему морю, а они спали, обнявшись, в своей маленькой каюте. И это было самое прекрасное, что могло с ними случиться. Так прошло около двух недель. Тэхён и Чонгук вернулись домой, где их уже ждали Юнги, Чимин и Ёнтан, который побежал к Тэхёну, как только его увидел. Тэхён еле держался на ногах и выглядел так, будто не отдыхал, а работал каждый день без перерыва. — С возвращением, ребята! Эй, Чонгук, а что это с Тэхёном? Он выглядит бледным и еле держится на ногах. Что ты с ним сделал? Вы же уехали отдыхать! – Юнги посмотрел на Чонгука, а потом на Тэхёна. — Ну, мой малыш приготовил мне сюрприз на годовщину свадьбы, и не один, а целых 14 откровенных сногсшибательных нарядов. Вот результат от этих нарядов еле держится на ногах. А нефиг было меня провоцировать. Я потерял из‑за него рассудок и чуть‑чуть перегнул палку. Ну ничего, я уже у него попросил прощения, он меня простил и не обижается. Да, Тэхён? – Чонгук посмотрел на Тэхёна, который даже не смотрел на него, а стоял рядом. Тэхён стоял рядом с Чонгуком, чувствуя, как ноги дрожат от усталости. Ёнтан прыгал вокруг него, вилял хвостом и пытался лизнуть его в лицо, но Тэхён даже не мог наклониться, чтобы погладить его спина и поясница болели так, что любое движение отдавалось тупой болью. Он просто улыбнулся собаке и погладил её рукой, не сгибаясь. — Тэхён, ты как? — Чимин подошёл ближе, обеспокоенно глядя на друга. — Ты бледный как полотно. Может, тебе прилечь? — Я в порядке, — ответил Тэхён, стараясь, чтобы голос звучал бодрее, чем он себя чувствовал. Просто переутомился. — Переутомился? — Юнги приподнял бровь, глядя на Чонгука. — У вас был отпуск или марафон? — И то, и другое, — усмехнулся Чонгук, подхватывая Тэхёна под руку, чтобы тот не упал. — Но я всё объяснил и извинился. Он меня простил. — Простил, — подтвердил Тэхён, слабо улыбнувшись. — Но в следующий раз, когда я куплю откровенный наряд, ты будешь смотреть, но не трогать. — Не буду, — пообещал Чонгук, целуя его в висок. — Я буду любоваться издалека. — Ты врёшь, — Чимин хихикнул. — Вру, — согласился Чонгук. Все рассмеялись, и напряжение спало. Они прошли в дом. Юнги помог Чонгуку занести вещи, а Чимин усадил Тэхёна на диван, принёс ему чай с мёдом и укрыл пледом. Ёнтан устроился у ног Тэхёна, положил голову ему на колени и засопел. — Ты как? — спросил Чимин, садясь рядом. — Устал, — честно признался Тэхён. — Но счастлив. Настоящий медовый месяц. Я даже не думал, что может быть так... — Так что? — Чимин улыбнулся. — Так хорошо, — ответил Тэхён, глядя на Чонгука, который стоял у входа и разговаривал с Юнги. — Я не знаю, что будет дальше, но я хочу, чтобы это продолжалось. Мы с ним. Навсегда. — Это будет, — твёрдо сказал Чимин. — Вы слишком много пережили, чтобы просто так всё бросить. — Я надеюсь, — тихо сказал Тэхён. Вечером они устроили уютный ужин. Юнги и Чимин остались ночевать — дом был большой, гостевых комнат хватало. Тэхён почти ничего не ел, но пил тёплый чай и слушал, как они смеются и рассказывают истории. Поздно ночью, когда все разошлись по комнатам, Чонгук помог Тэхёну подняться на второй этаж, уложил в кровать и лёг рядом. — Я люблю тебя, — сказал он, обнимая его. — И я тебя, — ответил Тэхён. Он закрыл глаза и уснул спокойно, без сновидений. Рядом был Чонгук. И мир был прекрасен. С момента, как Тэхён и Чонгук вернулись из поездки на лайнере, прошло около двух недель. В один из дней Чонгук сидел в своём кабинете и занимался документами после того, как принял душ после тренировки. В это время Тэхён находился в комнате и игрался с Ёнтаном, как вдруг он почувствовал сильную боль в животе, и его начало тошнить. Он быстро встал с постели, побежал в туалет, встал над унитазом и начал блевать всё, что съел на завтрак. Несколько минут он просидел над унитазом, пока ему не стало лучше. Тэхён поднялся с пола, сполоснул рот, умыл лицо холодной водой, вернулся обратно в комнату и сел на кровать. Чонгук сидел в своём кабинете, разбирая документы, когда услышал, как Тэхён побежал по коридору и хлопнул дверью ванной. Он поднял голову, прислушался. Доносились звуки рвоты, и сердце Чонгука сжалось от тревоги. Он отложил бумаги и пошёл в спальню, но там никого не было. Повернул к ванной, постучал. — Тэхён? Ты в порядке? Что случилось? Из-за двери донёсся слабый голос: — Всё хорошо. Не заходи. Я сейчас выйду. Чонгук замер, прижавшись лбом к двери. Он слышал, как плещется вода, как Тэхён полощет рот, как тяжело дышит. Через несколько минут дверь открылась, и Тэхён вышел бледный, с влажным лицом, со следами воды на футболке. — Ты заболел? — Чонгук взял его за плечи, заглядывая в глаза. — Ты бледный. Что ты ел на завтрак? Может, что-то испортилось? — Не знаю, — Тэхён покачал головой. — Я ел то же, что и ты. Может, просто переел. Или Ёнтан меня заразил. Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла слабой. — Иди ложись, — сказал Чонгук, обнимая его за плечи и ведя в спальню. — Я принесу тебе воды и что-нибудь лёгкое. А если станет хуже вызову врача. — Не надо врача, — Тэхён лёг на кровать, прикрывая глаза. — Это пройдёт. Чонгук укрыл его одеялом, поцеловал в лоб и пошёл на кухню. В голове крутились тревожные мысли: вдруг это серьёзно? Вдруг какое-то новое осложнение? Он налил стакан воды, добавил лимон, отрезал кусочек хлеба и понёс в спальню. — Держи, — он сел на край кровати. — Пей по чуть-чуть. Если тошнит снова сразу скажи. — Хорошо, — ответил Тэхён, открывая глаза. Он взял стакан, сделал пару глотков и поставил на тумбочку. — Чонгук, я хочу спросить... — начал он, но замялся. — О чём? — Ты не думал, что это может быть... ну...? Он коснулся рукой живота, и Чонгук замер. Сердце пропустило удар, а потом забилось чаще. — Ты думаешь, что...? — начал он, но не договорил. — Я не знаю, — ответил Тэхён. — Может быть. А может, нет. Но если это так... я бы хотел, чтобы ты был рядом. Чонгук взял его за руку, сжал пальцы. — Я буду рядом, — сказал он. — Всегда. И если это действительно так... я буду самым счастливым альфой на свете. Но если нет мы попробуем снова. Тэхён улыбнулся уже теплее, увереннее. — Тогда давай просто подождём, — сказал он. — Подождём, — согласился Чонгук. Он лёг рядом, обнял Тэхёна и прижал к себе. — Я люблю тебя, — прошептал он. — И я тебя, — ответил Тэхён. За окном светило солнце, за дверью слышался лай Ёнтана, а в воздухе пахло надеждой. Они ждали. Вместе. Следующие несколько дней прошли в напряжённом ожидании. Тэхён чувствовал себя лучше, тошнота больше не возвращалась, но в груди теплилась надежда хрупкая, почти невесомая, но такая тёплая. Чонгук почти не отходил от него: приносил завтрак в постель, гладил по голове, спрашивал, не нужно ли чего. Он старался не давить, не задавать лишних вопросов, но Тэхён видел, как он волнуется по тому, как его пальцы слегка дрожали, когда он брал его за руку. На четвёртый день Тэхён проснулся раньше Чонгука. Он тихо встал с кровати, прошёл в ванную и достал из шкафчика тест, который купил ещё в аптеке перед отъездом на лайнер, но так и не решился использовать. Сердце билось где-то в горле, когда он открыл упаковку, сделал всё, как было написано в инструкции, и поставил тест на полочку. Пять минут. Пять минут, которые растянулись в вечность. Он сидел на краю ванны, сжимая руки в замок, и смотрел на тест. Когда на экране появились две полоски чёткие, яркие, не вызывающие сомнений у него перехватило дыхание. — Чонгук, — прошептал он, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Чонгук! Чонгук ворвался в ванную через несколько секунд растрёпанный, сонный, но уже встревоженный. — Что? Что случилось? Ты в порядке? Тэхён поднял на него глаза, и на его лице сияла такая улыбка, какой Чонгук не видел, кажется, никогда. — У нас будет ребёнок, — сказал он, протягивая тест. — Мы снова станем родителями. Настоящими. Чонгук замер, глядя на две полоски, потом перевёл взгляд на Тэхёна и улыбнулся. Улыбнулся так широко, что пирсинг на губе сверкнул. — Ты серьёзно? — спросил он, опускаясь на колени перед Тэхёном. — Это правда? Мы... у нас будет малыш? — Правда, — Тэхён кивнул, и слёзы потекли по его щекам. — Я не ошибся. Мы будем родителями. Чонгук обнял его, прижал к себе так крепко, как только мог, не боясь сделать больно. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я так тебя люблю. — И я тебя, — ответил Тэхён, смеясь сквозь слёзы. Они сидели на полу в ванной, обнявшись, и плакали от счастья. А за окном вставало солнце, и начинался их новый день. День, когда их мечта стала реальностью. Через час они позвонили Юнги и Чимину. Чимин завизжал от радости, когда услышал новость, а Юнги хрипло сказал: «Ну наконец-то». Чонгук пообещал, что заедет к врачу на этой неделе, чтобы подтвердить беременность, и что они с Тэхёном будут самыми осторожными родителями на свете. — Теперь я буду носить тебя на руках, — сказал Чонгук, когда Тэхён сидел у него на коленях в гостиной. — Ты меня и так носишь, — усмехнулся Тэхён. — Теперь буду носить вдвойне, — ответил Чонгук, целуя его в живот. — И разговаривать с ним. Или с ней. — Или с ними, — добавил Тэхён с хитрым прищуром. — Не пугай меня, — засмеялся Чонгук. Ёнтан прыгал вокруг них, виляя хвостом, будто тоже понимал, что произошло что-то важное. Тэхён погладил его по голове. — Ты будешь старшим братом, — сказал он. — Будешь охранять малыша. Ёнтан лизнул его в руку, подтверждая своё согласие. И в этот момент всё было идеально. Настоящее счастье, которое они заслужили. На следующий день Чонгук и Тэхён пошли в клинику, чтобы врач осмотрел Тэхёна и подтвердил беременность. Машина остановилась возле здания клиники. Чонгук помог Тэхёну выйти из машины, и они оба зашли внутрь и подошли к стойке регистрации. — Здравствуйте, мы записаны к доктору Ли на три часа дня на приём. Имя Чон Тэхён, это мой муж, – Чонгук заговорил вместо Тэхёна, пока тот стоял рядом и держал руку на своём плоском животе. — Да, здравствуйте, господин Чонгук. У доктора Ли сейчас пациент, так что вы можете чуть-чуть подождать, следующим будете вы, – медсестра поздоровалась в ответ, дала Чонгуку талон, и они с Тэхёном сели на диван и стали ждать своей очереди. Чонгук смотрел на Тэхёна, который гладил свой животик и как будто был не здесь: тело тут, а разум где-то далеко. — Эй, малыш, о чём ты задумался? Не переживай, на этот раз мы приложим все усилия и не потеряем малыша, как в первый раз. Всё будет хорошо, я тебя обожаю. Ты же мне веришь, правда? – Чонгук взял Тэхёна за руку и начал его успокаивать, говоря, что всё будет хорошо. Они сидели в уютном холле клиники, и Тэхён смотрел в одну точку, машинально поглаживая свой всё ещё плоский живот. Он почти не слышал, что говорила медсестра, не замечал, как другие пациенты проходили мимо. В голове крутились мысли о прошлом: тот первый раз, когда они потеряли малыша, боль, разочарование, слёзы. А теперь новая надежда. Но страх всё ещё жил где-то глубоко внутри. — Ты меня слышишь? Тэхён вздрогнул, повернул голову и посмотрел на мужа. В тёмных глазах Чонгука была такая нежность и забота, что на душе стало теплее. — Я просто... боюсь, — признался он тихо. — Что это опять закончится плохо. Что я не смогу. — Не бойся, — Чонгук переплёл их пальцы. — В этот раз мы будем соблюдать все предосторожности. Ты будешь отдыхать, я буду заботиться о тебе. Мы сделаем всё, чтобы наш малыш родился здоровым. Я обещаю. Тэхён посмотрел на него, и в глазах его блеснули слёзы. — Ты правда думаешь, что у нас всё получится? — Я знаю, — твёрдо ответил Чонгук. — Потому что мы уже прошли через ад. И теперь мы заслужили счастье. Ты мне веришь? Тэхён кивнул, чувствуя, как напряжение понемногу уходит. — Верю, — сказал он. Чонгук поцеловал его в лоб и обнял, прижимая к себе. — Тогда не волнуйся. Я с тобой. И я буду рядом на каждом шагу. В этот момент из кабинета вышла медсестра и позвала их: — Чон Тэхён? Доктор Ли готов вас принять. Чонгук помог Тэхёну подняться, и они вместе вошли в кабинет. Доктор Ли пожилая женщина с добрыми глазами уже ждала их. — Здравствуйте, присаживайтесь, — сказала она, указывая на кушетку. — Я знаю вашу историю. Вы пережили выкидыш, верно? — Да, — ответил Тэхён, садясь. — Это было тяжело. — Я понимаю, — врач мягко улыбнулась. — Но сейчас давайте посмотрим, что у нас на этот раз. Она провела осмотр, сделала УЗИ. Чонгук стоял рядом, держа Тэхёна за руку, и смотрел на экран, где виднелась маленькая точка ещё не плод, всего лишь начало новой жизни. — Поздравляю, — сказала врач, поворачиваясь к ним. — Беременность подтверждается. Срок примерно две недели , развитие идёт нормально. Я выпишу вам витамины и дам рекомендации. Но самое главное спокойствие и отдых. Никаких стрессов, никаких нагрузок. Тэхён выдохнул, чувствуя, как слёзы облегчения текут по щекам. Чонгук прижал его к себе, целуя в макушку. — Слышишь? — прошептал он. — Всё хорошо. Наш малыш растёт. — Я слышу, — ответил Тэхён, улыбаясь сквозь слёзы. Они вышли из клиники, держась за руки, и в груди каждого из них жила надежда. Настоящая, крепкая, как стены их нового дома. Они вышли из клиники, и солнечный свет залил улицу, отражаясь в витринах и мокром после утреннего дождя асфальте. Тэхён поднял голову, прищурился и почувствовал, как тёплая волна разливается по груди. Рука Чонгука лежала на его плече, уверенная и тёплая. — Ну что, папа, — сказал Чонгук, открывая перед ним дверцу машины. — Поехали домой? Нас там ждёт Ёнтан. — Поехали, — улыбнулся Тэхён, садясь на сиденье. Всю дорогу они молчали, но молчание было наполненным мыслями о будущем, о маленькой жизни, которая росла внутри Тэхёна. Чонгук поглядывал на него с улыбкой, иногда брал за руку и целовал пальцы, не отрывая взгляда от дороги. — Чонгук, — сказал Тэхён, когда они подъезжали к дому. — Да, малыш. — Я хочу, чтобы у нашего ребёнка было всё. Всё, чего у меня не было. И даже больше. — Будет, — твёрдо ответил Чонгук, паркуясь у ворот. — У него будет дом, любовь, родители, которые его обожают. И собака, которая будет его охранять. Тэхён усмехнулся, представляя, как Ёнтан будет бегать рядом с коляской. — А ты не боишься, что Ёнтан будет ревновать? — Ёнтан будет любить его так же, как мы, — ответил Чонгук. — Ты же знаешь, какая это добрая собака. Они вошли в дом, и Ёнтан уже ждал их у двери, виляя хвостом. Он обнюхал Тэхёна, лизнул его руку и побежал в гостиную, будто приглашая их за собой. — Он знает, — сказал Тэхён, удивлённо глядя на собаку. Он чувствует. — Конечно, чувствует, — улыбнулся Чонгук. — У него тоже есть инстинкты. Вечером они сидели на террасе, пили чай и смотрели на закат. Тэхён поглаживал свой живот и разговаривал с малышом, а Чонгук слушал, положив голову ему на колени. — Я хочу назвать его или её в честь моего отца, — сказал Тэхён. — Если будет мальчик назовём Хёнджун. А если девочка Хёна. — Красивые имена, — Чонгук открыл глаза, посмотрел на него. — Я согласен. — А ты хотел бы выбрать имя? — Я хочу, чтобы ты был счастлив, — ответил Чонгук. — Это главное. Тэхён наклонился и поцеловал его в лоб. — Спасибо, — прошептал он. — За то, что ты есть. — Это я должен тебя благодарить, — ответил Чонгук. — За то, что ты дал мне шанс. За то, что подарил мне семью. Они сидели в тишине, слушая, как где-то вдалеке лают собаки, а ветер шевелит листву. И чувствовали, что их жизнь наконец-то стала такой, какой они хотели её видеть. Полной любви, света и надежды.