Страсть в одной кровати 🔞

Чонгук въехал на парковку возле университета и резко затормозил. Он выскочил из машины и почти бегом направился к корпусу, где сегодня проходил экзамен Тэхён. Здание было почти пустым занятия закончились, только несколько преподавателей и охранников оставались на месте. Чонгук подошёл к вахте, и охранник, узнав его, сразу поднялся. — Господин Чонгук, — сказал он, заметив его взволнованный вид. — Вам помочь? — Мой муж, Тэхён, он сегодня сдавал экзамен, — Чонгук старался говорить спокойно, хотя внутри всё дрожало. — Вы видели, как он уходил? Охранник задумался, потом кивнул. — Да, я видел его. Он вышел около двух часов назад. Выглядел счастливым, улыбался. Сказал, что экзамен сдал на отлично и идёт домой. Это всё, что я знаю. — Он не говорил, куда собирался зайти по дороге? Может, в кафе или к кому-то? — Нет, ничего такого. Сказал, что идёт сразу домой. Чонгук сжал кулаки, чувствуя, как отчаяние начинает затапливать его. — У вас есть камеры наружного наблюдения? — спросил он. — Я хочу посмотреть, куда он пошёл. — Да, конечно, — охранник провёл его в комнату наблюдения и включил запись. На экране появился Тэхён он шёл по улице, руки в карманах лёгкой куртки, наушники в ушах. Он выглядел счастливым и беззаботным. Чонгук смотрел на него, чувствуя, как сердце разрывается от тоски. Он смотрел, как Тэхён перешёл дорогу, повернул к парку, где они любили гулять по выходным... и исчез из поля зрения камер. Дальше камер не было. — Там есть сквер, — сказал охранник. — И несколько старых зданий. Мало кто туда ходит, особенно в будни. Чонгук поблагодарил его и почти выбежал из здания. Он знал этот парк — они гуляли там не раз. И теперь он чувствовал, что Тэхён был именно там. Он сел в машину и поехал к парку, надеясь найти хотя бы какую-то зацепку. Когда он прибыл туда, то сразу заметил белую скамейку под старым дубом. На ней лежал наушник. Один. Чонгук подошёл, поднял его. Это был наушник Тэхёна он узнал бы их среди тысячи. — Тэхён, — прошептал он, сжимая маленькое устройство в руке. — Где ты? Он огляделся, но вокруг была только осенняя тишина. И ни одной живой души. Чонгук достал телефон, набрал номер Юнги. — Я нашёл его наушник в парке, — сказал он, стараясь не дать голосу дрогнуть. — Он был здесь. Обыщи каждый метр этого парка. Найди следы, записи с камер, что угодно. Мне нужно знать, что случилось. — Понял, — ответил Юнги. — Мы уже работаем. Чонгук убрал телефон и посмотрел на серое небо. Он не знал, где сейчас Тэхён, но знал одно он найдёт его, даже если придётся перевернуть весь город. Тэхён сидел на стуле, связанный по рукам и ногам. Веревки впивались в кожу, оставляя красные полосы. Он чувствовал, как ребёнок внутри него тревожно шевелится, будто чувствуя опасность. Тэхён молился про себя не за себя, а за малыша. За его жизнь. За его будущее. Дверь открылась, и в подвал вошёл Чон Минсо. За его спиной стояли двое охранников крепкие, молчаливые, с пустыми глазами. Минсо улыбнулся, увидев, как Тэхён вздрогнул. — Ну что, Тэхён, — сказал он, подходя ближе. — Готов попрощаться с жизнью и отправиться к богу вместе со своим выродком? Когда будешь на небесах, передай от меня привет моему сыну и мужу. Один из охранников шагнул вперёд, держа в руке длинный нож. Лезвие блеснуло в тусклом свете лампы. Тэхён сжался, но не отвёл взгляда. — Не торопись, — остановил его Минсо, поднимая руку. — Мы не убьём его сразу. Мы будем убивать его медленно. Пока его драгоценный муженёк не найдёт его. А потом мы прикончим их вместе. Они все трое отправятся на небеса. Он взял нож из рук охранника и подошёл к Тэхёну. Тот смотрел на него, чувствуя, как холодный ужаз заполняет каждую клетку его тела. — Ты не тронешь моего ребёнка, — прошептал Тэхён, и голос его дрожал, но в нём слышалась сталь. Минсо усмехнулся и резко вонзил нож в правую часть груди Тэхёна, а затем в плечо. Тэхён закричал громко, отчаянно, чувствуя, как острая боль разрывает плоть. Кровь хлынула из ран, заливая одежду и стекая на пол. — Завяжите ему рот, — приказал Минсо, отступая назад. — И снимите видео. Пусть Чонгук посмотрит на своего ненаглядного мужа, который будет медленно умирать вместе со своим ребёнком. Один из охранников подошёл и грубо замотал рот Тэхёна тряпкой, заглушая его крики. Второй достал телефон и начал снимать. Тэхён смотрел в объектив, чувствуя, как боль пульсирует в груди и плече, как кровь течёт по телу. Но даже сквозь боль он не сдавался. Он думал о Чонгуке. О том, что он обязательно найдёт его. Он верил в это. И это давало ему силы не закрывать глаза. Чонгук стоял в парке, сжимая в руке наушник Тэхёна, когда его телефон завибрировал. Он достал его, надеясь, что это Тэхён, но на экране высветилось неизвестное сообщение с вложенным видео. Сердце пропустило удар. Он открыл файл, чувствуя, как холодный пот выступает на спине. На экране был Тэхён. Связанный. С окровавленной грудью и плечом. С тряпкой во рту. Его глаза были полны боли, но в них теплился огонёк — он смотрел прямо в камеру, будто пытался передать Чонгуку: «Я здесь. Я держусь». Чонгук смотрел видео, не дыша. Кровь стучала в висках, пальцы дрожали. Он видел раны, видел, как Тэхён пытается сдержать слёзы, видно, как он сжимает руки, пытаясь не упасть в обморок. Через несколько секунд видео оборвалось, и на экране появилось сообщение: «Мы знаем, кто ты. Мы знаем, где ты. Мы сделаем это медленно. Не ищи его, если не хочешь, чтобы он умер быстрее». Чонгук сжал телефон так сильно, что побелели костяшки. — Ты ответишь за это, — прорычал он в пустоту. Он переслал видео Юнги и набрал его номер. — Это снято в каком-то подвале, — сказал он, голос его был ледяным. — Свет тусклый, стены бетонные. Проверь все заброшенные здания, склады, подвалы в радиусе десяти километров от парка. Я хочу знать, где это. — Понял, — ответил Юнги. — А ты что будешь делать? — Я буду ждать, — сказал Чонгук, хотя внутри всё горело желанием рвануть на поиски. — Но если они пришлют ещё что-то, я буду готов. Мне нужно, чтобы они думали, что я сдался. — Ты уверен, что это сработает? — Не уверен, — честно ответил Чонгук. — Но это единственный шанс. Он сбросил звонок и сел на скамейку в парке, сжимая наушник Тэхёна в руке. Он знал, что Тэхён ждёт его. И он найдёт его. Даже если для этого нужно будет пройти через ад. Тэхён сидел на стуле, чувствуя, как сознание уплывает. Кровь сочилась из ран на груди и плече, пропитывая одежду и стекая на пол. Голова кружилась, перед глазами плыли тёмные пятна. Он почти терял сознание, но из последних сил цеплялся за реальность ради ребёнка, который ещё даже не родился. Маленькая жизнь внутри него, размером с горошину или персиковую косточку, была его единственной надеждой и причиной держаться. «Я не могу потерять ещё одного, — думал он, чувствуя, как слабость разливается по телу. — Я не переживу этого. Я должен выжить. Ради него». Вдруг холодная вода обрушилась на его голову, заставляя вздрогнуть и открыть глаза. Один из охранников стоял перед ним с пустым ведром в руках. — Эй, ты не смей отключаться, — сказал он грубо. — Наш босс ещё не закончил с тобой. Ты не умрёшь так быстро. Он будет убивать тебя медленно. Тэхён тяжело дышал, вода стекала по его лицу, смешиваясь с кровью и слезами. Он поднял голову, посмотрел на охранника мутным, но всё ещё живым взглядом. — Чонгук найдёт меня, — прошептал он, голос его был слабым, но твёрдым. — Он придёт. И вы все умрёте. Охранник усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень сомнения. Он ничего не ответил, развернулся и вышел, оставляя Тэхёна одного в сыром, тёмном подвале. Тэхён закрыл глаза, прислушиваясь к своему телу. Ребёнок внутри него шевелился слабо, но живо. Он положил связанные руки на живот, чувствуя, как маленькое сердечко бьётся в унисон с его собственным. — Я не дам тебя в обиду, — прошептал он. — Я выживу. Мы выживем. Ради нас. Ради Чонгука. Он снова провалился в полузабытьё, но не позволял себе отключиться полностью. Он знал: Чонгук идёт. И он должен быть в сознании, чтобы встретить его. Когда это случится. Чонгук сидел на скамейке в парке, сжимая в руке наушник Тэхёна. Осенние листья падали на землю, но он не замечал их красоты перед глазами стояло лицо Тэхёна, его окровавленное тело, его глаза, полные боли и надежды. Кто посмел похитить его омегу? Кто посмел тронуть его беременного мужа? В голове Чонгука стучала одна мысль: как только он узнает, кто это сделал, этому человеку не жить. Ради Тэхёна и их будущего ребёнка он пойдёт на всё. Телефон зазвонил, и Чонгук мгновенно ответил. — Алло, Чонгук, — голос Юнги был напряжённым, но чётким. — Я проверил все заброшенные дома и подвалы в Сеуле. Тэхёна здесь нет. Это не Сеул, Чонгук. Это другое место. — Где?! — Чонгук вскочил, голос его сорвался на крик. — Говори, где он! — Он в Японии, — ответил Юнги. — Я отследил сигнал по видео. Запись идёт из заброшенной больницы на окраине Киото. Там есть подвал, старый, с бетонными стенами. Я уверен, что это то самое место. Судя по ранам Тэхёна, у нас мало времени. Нужно собирать людей и лететь туда. Чонгук уже бежал к машине, не чувствуя ног. — Собирай всех, — приказал он. — Сколько человек сможешь — всех. Через час вылетаем. Я позвоню, как буду в аэропорту. — Понял, — ответил Юнги и сбросил звонок. Чонгук сел в машину и вдавил педаль газа в пол. В голове билась одна мысль: «Я иду, Тэхён. Держись. Я иду». Чонгук влетел в аэропорт, не замечая ни людей, ни очередей. Он пробился к частному терминалу, где его уже ждал Юнги с небольшой группой надёжных людей. Все были вооружены, готовы к бою. Чонгук даже не поздоровался, сразу перешёл к делу: — Где самолёт? — Готов, — ответил Юнги. — Частный рейс, через час будем в Киото. На месте нас встретят, машины уже ждут. Чонгук кивнул, прошёл в салон самолёта и сел в кресло. Он смотрел в окно, сжимая в руке телефон с видео, где Тэхён истекал кровью. Сердце разрывалось от боли и ярости. — Мы успеем, — сказал Юнги, садясь напротив. — Он сильный, он держится. — Знаю, — ответил Чонгук, не отрывая взгляда от иллюминатора. — Но если с ним что-то случится, я уничтожу каждого, кто причастен. Юнги не стал спорить. Он знал, что Чонгук не шутит. Самолёт взлетел, и через час они уже были в Киото. На выходе их ждали две чёрные машины. Чонгук сел за руль одной из них, Юнги на пассажирское сиденье. — Едем к больнице, — сказал Чонгук, вдавливая педаль газа. — И пусть они молятся, чтобы я успел вовремя. Машины рванули с места, направляясь к старой заброшенной больнице на окраине города. Чонгук знал: Тэхён ждёт его. И он не подведёт. В подвале Тэхён потерял сознание. Его тело обмякло, голова упала на грудь, а дыхание стало поверхностным, почти незаметным. Он потерял слишком много крови, и силы покидали его с каждой секундой. Но даже в забытьи он продолжал бороться ради ребёнка, ради Чонгука, ради жизни, которая ещё теплилась внутри него. Дверь с грохотом распахнулась, и в подвал вошёл Минсо. Его шаги эхом отдавались от бетонных стен. Он подошёл к Тэхёну, остановился, посмотрел на него сверху вниз, а затем с размаху ударил его по лицу. — Просыпайся, — рявкнул он. Тэхён медленно открыл глаза. Веки были тяжёлыми, перед глазами всё плыло, но он заставил себя поднять голову и посмотреть на своего мучителя. Взгляд его был мутным, но в нём всё ещё горел огонь тот самый, который всегда так восхищал Чонгука. — Я вижу, ты ещё жив, — усмехнулся Минсо, наклоняясь к нему. — Но это ненадолго. Твои силы покидают тебя. Скоро ты умрёшь, а твоего Чонгука так и нет. Интересно, сколько он будет тебя искать? Но он не найдёт тебя. Мы слишком далеко от Кореи. Он схватил Тэхёна за лицо, заставляя смотреть прямо в глаза. — Смотри на меня, когда я говорю с тобой. Тэхён с трудом сфокусировал взгляд. Губы его дрожали, но голос, хоть и слабый, был твёрдым. — Мой муж обязательно придёт, — сказал он, сглатывая кровь, которая скапливалась во рту. — И спасёт меня. А тебе... к-кха... тебе я советую бежать прочь отсюда, если не хочешь здохнуть здесь, в этом месте. Минсо замер. В его глазах вспыхнула ярость. Он выхватил нож и, не раздумывая, вонзил его в бедро Тэхёна, до самого конца. Тэхён закричал громко, отчаянно, чувствуя, как лезвие разрывает плоть и мышцы. Изо рта его потекла кровь, смешиваясь со слезами. Боль была невыносимой, но он не закрыл глаза. Он смотрел на Минсо, и в его взгляде была только ненависть и непоколебимая вера в то, что Чонгук придёт. — Заткнись, сука! — заорал Минсо, выдёргивая нож. — Не смей указывать мне, что делать! Здесь я решаю, кто умрёт, а кто будет жить. Если ты не заткнёшься, следующий удар будет не в бедро, а в живот. Твой ребёнок сдохнет вместе с тобой. Понял?! Тэхён тяжело дышал, сжимая зубы от боли. Он не ответил, только опустил голову, стараясь сохранить остатки сил. Его рука, всё ещё связанная, лежала на животе, защищая ту маленькую жизнь, которая была внутри. Он не мог позволить себе сдаться. Он должен был держаться. Ради ребёнка. Ради Чонгука. Ради того, чтобы встретить рассвет. Минсо усмехнулся, отступил на шаг и развернулся, направляясь к выходу. — Наслаждайся последними часами, — бросил он через плечо. — Скоро всё закончится. Дверь захлопнулась, оставляя Тэхёна одного в темноте. Он слышал, как кровь капает на бетонный пол, и чувствовал, как сознание снова начинает ускользать. Но он держался. Он знал: Чонгук уже близко. Он чувствовал это. Чонгук вместе с Юнги и его людьми приехали в аэропорт Японии они вышли из самолёта и сель в машинах и начали ехать к месту где был Тэхён . Чонгук переживал а вдруг Тэхён уже не живой но он быстро отогнал от себя такие мысли он знал Тэхён пережил ад и не раз он сильный и крепкий омега он не сдастся так просто. — Чонгук не переживай мы уже тут мы скоро будем на месте и я уверен что Тэхён ещё живой если он четыре раза с того света возвращался после каждого раза когда ты ломал его то сейчас он тоже выдержит я уверен, пока машины ехали к месту назначения Юнги пытался успокоить и говорит что с его омегой все будет хорошо что они обязательно его спасут. Через 40 минут машины приехали к заброшенной больницы машины остоновились и из них первый вышел Чонгук в пистолет в руках в броне желетом и запасным пистолет за спиной, за ним вышел Юнги и их люди которые тоже были варужины.