Double take

      Со Чанбин, сколько себя помнил, был влюблён в Хёнджина — самого красивого и популярного мальчика их параллели, а, возможно, даже и школы. Естественно, подойти к нему он боялся, лишь поглядывая издалека на это великолепие, да и в секцию ради него записался. Хван Хёнджин обладал потрясающей мистической аурой: был художником, танцором, и спортсменом, но при этом всегда держался на расстоянии. Он мало говорил, кривил лицо при маломальском касании, в общем, по мнению Чанбина, делал всё самое привлекательное и достойное такого идеала. Самому же Бину с внешними данными не так повезло. В стандарты красоты он не вписывался, да и в нестандарты тоже, был угловатым, за что его постоянно дразнили. Ну и куда ему с таким лицом соваться к богоподобному Хёнджину?! Оставалось любоваться исподтишка, любить на расстоянии, да тоскливо вздыхать от несправедливости мира. Он бы так и ходил с опущенной головой, прячась ото всех, если бы в его жизнь не ворвался самый солнечный мальчик из Австралии по имени Феликс.       Ли Феликс поставил всех на уши, появившись в их школе. Он оказался приветливым и общительным. Его нисколько не смутила просьба преподавателя поздороваться со всем классом. Все новички обычно смотрели мимо лиц или в одну точку где-то на том конце класса, но не Феликс, он звучно поприветствовал всех, обвёл каждого взглядом, наладив зрительный контакт, и так радостно улыбнулся, что разогнал тучи за окном. Чанбин обалдел от такой смелости и глубины голоса, утягивающего в самую тёмную пучину. Класс начал шушукаться, и, похоже, девчонкам новенький понравился. Затем Феликсу предложили занять любое свободное место, и тот плюхнулся за вечно пустующую соседнюю с Бином парту. До этого момента никто особо не горел желанием сидеть рядом с ним, а Феликс сел, ещё и приветливо улыбнулся, а когда у Чанбина упала ручка, то спокойно наклонился и поднял её, положив ему на столешницу. И Чанбин поплыл.       После урока Феликс самолично попросил Чанбина сходить с ним в библиотеку, а тот окончательно выпал в осадок. Он даже скромненько попытался напомнить о школьной иерархии, но Феликсу было откровенно плевать, кто и где находится. Он попирал выдуманные устои с самого первого дня. Одноклассникам это не понравилось.       — Слышь, зачем ты тусуешься с таким уродом? — один из школьников перегородил им выход из кабинета.       — Ты про кого? — добродушно спросил Феликс, ни на секунду не испугавшись задиры.       — Про него, — пацан показал пальцем на Бина, отчего тому стало не по себе, остальные заржали как гиены. — Ты на его хлеборезку посмотри.       И Феликс посмотрел так мягко, смутив несчастного парня ещё больше, а потом повернулся обратно и произнёс с улыбкой:       — Красивое у него лицо, модельные агентства в Европе за такую фактурность с руками и ногами оторвут, — а затем, положив руку на плечо Бину, вышел с ним из класса.       Слухи быстро разлетелись по школьным коридорам, а Чанбин, кажется, обзавёлся своим первым другом. Феликс в правила корейского поведения не вписывался от слова совсем, но при этом вливался в коллектив и покорял многих. Чанбин боялся, что с возросшей популярностью новый друг оставит его далеко позади, но вот сам Феликс поводов не давал. Он с удовольствием подписался на парнишку во всех соцсетях, подивившись малому числу постов и фолловеров, ходил с ним в столовую и тусовался после школы. На английском Феликс сиял, сделав задание минут за десять, и всё остальное время донимал преподавателя, тем самым позволив Бини (и Хёнджину, про которого Феликс в курсе не был, но Бини видел, как тот пыхтит над заданиями) списать свой тест. В благодарность он помогал другу с некоторыми корейскими словами и выражениями, которые тот попросту не знал. На французском Феликс совершенно очаровал пожилую учительницу, что та на радостях забыла про полилог и слушала un honorable étudiant с превеликим удовольствием, а оставшийся класс решил им не мешать и был благодарен этому самому étudiant за спасение их задниц. Чанбин французский не посещал, но зайдя в столовую, услышал перешёптывания.       — Ты чего меня не подождал? — герой дня возник ниоткуда, немного испугав друга.       — Я думал, вы умираете на французском, а ты и там шороху успел навести, — попытался оправдаться друг, на что Феликс лишь улыбнулся, не желая продолжать тему.       — Сядем туда?       — Ты чего? Это стол для популярных ребят! — тут же заартачился Чанбин.       — Но там никто не сидит.       — Ну и что? Вдруг они придут, проблем не оберёмся.       — А там? — Феликс указал за столик, где сидели старшекурсники Минхо и Чан.       — Ой, давай не к ним.       — Хватит ломаться иди за мной, — и Феликс двинулся к свободному столику. Видимо, пожалев Чанбина в эти разы, он сел за стол к одинокому пареньку на класс младше. — Привет! Ты не против, если мы подсядем?       — Да, конечно, — паренёк совершенно по-лисьи посмотрел на Феликса.       — Меня Феликс зовут, его — Чанбин, а тебя? — он плюхнулся рядом, позволив другу сесть напротив и держать дистанцию.       — А, главное действующее лицо дня, — ухмыльнулся «лисёнок». — Я Чонин.       — Приятно познакомиться и приятного аппетита! — пожелал Феликс, сидящим за столом, и они принялись есть.       Внезапно в помещение зашёл Хёнджин со своей свитой, и Бини чуть не поперхнулся едой. Обычно он ел где-то в уголке, порой даже не в столовой, но с появлением Феликса в его жизни стал обедать по-человечески. Пока ещё не совсем успешно, но желание испариться поубавилось, а вот их новый знакомый этому событию рад не был. Он извинился перед старшими и тихонько свалил по делам. Хёнджин сел за тот самый популярный столик и уткнулся в телефон, Чанбин уткнулся в Хёнджина, а Феликс проследил за поведением друга. Ли, будучи эмпатичным человеком, с лёгкостью определял чужие эмоции и считывал поведение. Ему не понадобилось и пяти минут, чтобы всё осознать:       — Тебе нравится тот парень? — шёпотом произнёс он, а глаза Бина расширились в момент.       — Что? Как? С чего ты взял? — испуганно прошептал он, выдавая себя с потрохами.       — Так это правда? Не бойся, я никому не скажу.       — Давай поговорим после школы! — взмолился Со.       Отрицать смысла не было, в конце учебного дня Чанбин сознался, рассказав, что не равнодушен к Хёнджину со средней школы, про его увлечения и популярность. Феликс выслушал, ни разу не осудив, даже посочувствовав такой тоске по кому-то. Он лишь поразился тому, что Хёнджин о Бини понятия не имеет, и о том, какой он классный и преданный друг. Внезапно в голове Феликса родился план:       — А давай мы с ним познакомимся? — парень засиял от своей гениальной словно лампочка.       — Что? Нет! — Чанбин буквально попятился. — У меня нет шансов.       — Да почему нет? Сейчас у тебя шансов и правда маловато, мы не в дораме, где главный красавчик влюбляется в скромницу всея школы…       — Ты тоже считаешь Хёнджина красавчиком? —Бини прервал чужие размышления.       — Нет, не в моём вкусе, — отмахнулся Феликс. — И вообще, не перебивай. Надо, чтобы он о тебе узнал, вы стали приятелями, ты за ним поухаживал, а потом он влюбится, и вы будете самой горячей парой выпускного.       — Ты же сам сказал, что он горячий, — друг цеплялся совершено не к тем словам, не выхватывая всей сути. Ещё и пытался сбить собеседника с мысли, ибо ему было совершенно стыдно за признание.       — Это ты считаешь его горячим, а я не подвергаю сомнению твою оценку. О вкусах не спорят, красота в глазах смотрящего и прочее, — терпеливо объяснял Феликс, потирая шею.       — Но ты же сам его не знаешь.       — Познакомимся. У нас же есть пересекающиеся занятия, подсядем в столовке. Вариантов уйма.       Лицо Бини мрачнело сильнее с каждой фразой, а вот энтузиазм Феликса наоборот рос. Он продумывал дальнейшие шаги, не подозревая, чем они обернутся для него.       

***

      Феликс вытребовал телефон Чанбина и подписал того на все соцсети Хёнджина, поставив лайки и прокомментировав посты с творчеством и танцевальными практиками. Ноль реакции от Хвана. На английском в тот день он не появился, а на других уроках Чанбин без Феликса что-либо предпринимать постеснялся. Надо было действовать иначе.       Сидя в столовой, пока Феликс ожидал друга, решил тоже подписаться на Хёнджина в соцсетях и пролайкать все фотки. Только в научных целях. Ему всё равно бы пришлось бы познакомиться с юношей ради Бини. А вот и он, лёгок на помине. Сам виновник чужой бурной деятельности плюхнулся рядом с Феликсом, мысленно радуясь выбору столика и отсутствию других учеников. Он не учёл лишь одного — целеустремлённости Феликса. Этот столик был аккурат напротив входа, и любой посетитель волей-неволей натыкался на него взглядом. Ну и кто же наткнулся на горе-героев-любовников, зайдя в столовую, — сам Хван Хёнджин. Он смотрел конкретно на них. Угловатому пареньку он особого внимания не уделил, но веснушчатое лицо с кругленьким носиком, губами-бантиками и короткой стрижкой в его поле зрения ещё как попало. Чанбин, испугавшись словно ночное животное в свете фар, замер, перестав есть и чуть не подавившись, а затем быстренько опустил голову, но не Феликс, тот был из другого теста. Он без тени страха встретился с чужим взглядом, и… Хёнджин первым склонил взор и отвернулся. Невероятно! Бини обалдел от такой смелости друга, а тот даже не понял, что он такого сделал.       Второе чудо случилось через неделю после уроков. На выходе из класса, подпирая дверной косяк, их ждали те самые старшеклассники из столовой. Чанбин за эти долгие пару минут успел отдать Богу душу, а Феликсу хоть бы хны, а ведь те парни караулили именно его. Бини был так, дополнением.       — Привет! Я Бан Чан. Ты же Феликс? — его поприветствовал австралиец на английском с характерным акцентом, улыбаясь также широко, как и Феликс. Младший тут же вернул улыбку, радуясь встрече с земляком.       — Привет! Да, это я. Приятно познакомиться! — Феликс протянул руку новому потенциальному другу, и тот пожал её. Немыслимо! Младшеклассник проявил инициативу. — А это Чанбин, — он тут же указал на ученика позади себя, и Чан также спокойно обменялся рукопожатием с ним, Бини же внутренне умирал от неловкости. — А тебя зовут...? — Феликс посмотрел на напарника Бан Чана.       — Минхо, — ухмыльнулся тот, вперившись в Феликса взглядом, будто в чём-то подозревал пацана.       — Приятно познакомиться, Минхо!       Оказалось, что учитель английского, высоко оценивший способности Феликса к языку и коммуникации(ещё бы), жирно намекнул Чану привлечь последнего в клуб английского языка. Учитывая, что в скором времени в их престижную школу прибывает иностранная делегация, нужно было привлечь открытых и не боящихся общения людей. Феликс же своей харизмой навёл шуму и застолбил место в лидерах среди экстравертов. На предложение присоединиться к ним он, конечно же, с радостью согласился. Так ребята и стали общаться. Будучи в клубе, Феликс познакомился с Сынмином и Ханом. Последний больше всех был в восторге от нового знакомства, постоянно просясь в пару с новеньким.       Постепенно Феликс обрастал новыми приятелями, и Чанбин, конечно же, вместе с ним. Когда в столовой Минхо и Чан сами сели к ним за столик, глупо было отрицать возросшую популярность Феликса. Бини периодически ловил себя на тоскливой мысли, что однажды Феликс его кинет, но тот упрямо двигался к изначально поставленной цели, параллельно раскрывая друга с новой стороны для себя и окружающих. Например, на предложение Чана сходить в качалку вместе, Феликс вежливо отказался, но вот Чанбин инициативу проявил. Ему пообещали составить программу тренировок, а Феликс был мысленно горд за друга.       Разнообразие поводов уже никак не могло стать лучше, но однажды в столовой к ним подошёл сам Хван Хёнджин, и тут бедный Чанбин окончательно выпал в осадок. Он поздоровался со старшими, а потом вперив взгляд в макушку Феликса, подумал: «Йенни был прав, его я сразу узнаю,» — а ведь конопатый мальчишка ему всего лишь тепло улыбнулся по привычке.       — Ты же Феликс, так? — на всякий случай уточнил он, а юноша в ответ кивнул. — Передай, пожалуйста, Чонину, что моя мама заберёт нас после уроков.       — Эм, без проблем, — согласился Феликс. — Можно лишь уточнить, почему просишь меня?       — Ну, он сказал, ты его друг и знаешь, где его найти, — с небольшим сомнением в голосе ответил Хёнджин.       Новая информация шокировала Феликса, он недоумённо посмотрел на Бини. Они же с Чонином разговаривали один раз от силы, а теперь стали закадычными друзьями.       — А самому впадлу сказать? — Минхо церемонился чуть меньше, задавая вопрос.       — Впадлу. Он меня избегает, — с неким раздражением отреагировал Хёнджин.       — Неудивительно.       — Эм, хорошо, мы с Бини передадим, — Феликс вклинился обратно в беседу, заметив неприязненные взгляды собеседников.       Хёнджин отошёл также неожиданно, как и появился. Оставалось лишь придумать, как передать сообщение. У Феликса возникла идея: он тут же полез в школьное расписание и нашёл кабинет, где у Чонина должен был быть последний урок. Туда-то друзья и отправились его ждать, а заодно разобраться, что это вообще было.       Оказалось, Чонин соврал Хёнджину, потому что тот внезапно решил, что у мелкого нет друзей. Отчасти это было правдой, просто он ещё толком не успел обзавестись товарищами в новой школе, вот и соврал о Феликсе с Чанбином. На вопрос почему, младшеклассник ответил следущее:       — Я не хочу, чтобы этот чсвшник за мной таскался вместе со своими тупыми друзьями.       — Почему бы он за тобой таскался? — решил уточнить Феликс.       — Моя семья постепенно переезжает в Сеул. Мама очень хотела, чтобы я сразу пошёл в хорошую старшую школу. Хваны предложили пока пожить у них, вот и приходится идти на жертвы и общаться с Хёнджином, — Чонин заметно скривился от упоминания чужого имени.       — А почему он тебе не нравится? — скромно поинтересовался Бини. В его картину мира не вписывался факт, что великолепный Хёнджин мог кому-то не нравиться.       — Да он строит из себя мистера важного хера бумажного, — язвительно пояснил собеседник.       — А мы? — Феликс продолжал допрос.       — Что вы?       — Мы тебе как?       — Да вроде норм. Хотя ты чересчур активный порой, — Чонин посмотрел на Феликса.       — Спасибо! — ликующе улыбнулся парень.       — Вот видишь, а тот придурок бы обиделся на такое.       — Тогда, может, мы обменяемся контактами и станем друзьями? — искренне предложил Феликс, мальчишка ему симпатизировал.       — Окей, — Чонин протянул свой телефон с кьюар-кодом. — Ладно, я погнал, а то эта королева драмы лопнет от ожидания.       Так Феликс и Чанбин обзавелись ещё одним хорошим другом и возможным союзником в покорении сердца Хёнджина.       

***

      Участникам клуба английского языка разрешалось самим набирать команду для работы над учебным проектом, и Феликс поспешил этим шансом воспользоваться. Конечно же, своего друга Чанбина он выбрал первым, — хотя раньше его оставляли напоследок, и в итоге учитель сам решал, к какой группе того присоединить, к всеобщему недовольству этой самой группы. А вот за Хёнджина пришлось попросить. Благо, в этот раз, на зависть девчонкам, его выцепил Сынмин, довольно быстро обменявший того на Черён.       — Только не говори, что тоже влюбился, — хитро ухмыльнулся Сынмин.       «Не я,» — чуть не выпалил Феликс, вовремя прикусив язык. Он бы всю жизнь себя корил, если бы сболтнул чужой секрет.       Когда учитель объявил, что Феликс, Чанбин и Хёнджин будут вместе работать над проектом про Нью-Йорк, по классу раздался нескрываемый вздох разочарования, а последний немного удивился — ему впервые предстояло работать чисто в мужской компании. А ещё он впервые не был лидером проекта. Ну и Феликс его немного заинтересовал.       — Кто-нибудь из вас был в Большом Яблоке? — первым делом спросил Хёнджин, когда учитель распределил темы и сказал рассесться по группам.       — Да, — тут же ответил Феликс, пока Бини пытался осознать, что каким-то невероятнейшим образом он в одной команде со своим крашем.       — Вау! И как тебе? Моя мечта — побывать там.       — Эм, честно. Мне не понравилось. Я больше люблю Западное побережье, — честно ответил Феликс.       — Почему?       — Кто бы что ни говорил, Нью-Йорк — довольно грязный город. Крупные города на западе тоже порой чистотой не отличаются, но там океан, серфинг, солнце. Но это моя точка зрения, ни в коем случае не навязываю, — объяснился Феликс без всякого пафоса.       — Кайф. Ты умеешь кататься на доске?       — Да. А ты?       — Не, но я брал пару пробных занятий на Чеджудо. Хотелось бы научиться, мне понравилось. — Хёнджин заметил, что впервые никто не пытался обратить на себя его внимание или как-то подлизаться к нему. Впервые кто-то отнёсся к нему как к обычному человеку. — Научишь?       — Эм, для этого лучше обратиться к профессиональному инструктору, но сам бы я с удовольствием покатался. А ты Бини? — Феликс тут же переключил внимание на друга, и Хёнджин последовал за ним.       — Что? Эм…да, — тут же замялся он. При своём парне мечты он ни за что бы не рассказал о своём неумении плавать.       Следующие полчаса они посвятили распределению задач и обсуждению плана. Хёнджин наотрез отказался выступать, эту задачу Феликс взял на себя, получив в награду самый благодарный взгляд из возможных. В ответ парень вызвался подготовить стильную презентацию, а Бини должен был собрать и структурировать материал. По мнению Феликса это был идеальный мэтч, так как он мог чуть меньше присутствовать на подготовке, и дать другу шанс очаровать любовь всей его жизни. Оставалось лишь найти причину, по которой он не смог бы приходить на отработки так часто. А ещё он сделал что-то из ряда вон выходящее по мнению Чанбина — попросил у Хёнджина контакты. Парень спокойно поделился информацией. Теперь у друзей был его номер телефона, — технически у Феликса, — но всё же. Дело оставалось за малым.       Спустя пару дней ребята договорились встретиться в библиотеке, правда, Хёнджин опаздывал с тренировки по футболу. Друзья пока обсуждали материал, который они насобирали, точнее первые пять минут, а затем Феликс всеми силами пытался замотивировать Чанбина хотя бы поговорить с Хёнджином, на что тот лишь жалобно промычал: «Пожалуйста, не бросай меня, сам я не справлюсь».       — Ну, я же не смогу постоянно находиться рядом, — попытался убедить его Феликс.       — Почему?       — Это будет стрёмно.       — Разговаривать с ним — стрёмно. Я два слова связать при нём не могу, — отнекивался изо все сил Чанбин.       — Ты же в качалку стал ходить, вот и обсуди с ним тренировки. Предложи сгонять туда вместе. Вон у тебя какие мышцы появились. Ещё чуть-чуть и я эту машину совсем не узнаю, — продолжал настаивать собеседник, хитро улыбаясь и жамкая чужие мускулистые руки. Бини расхохотался от щекотки.       — А давай ты с нами сходишь…       — Нет! — тут же посерьёзнел Феликс.       За этим разговором их и застал Хёнджин. Он успел принять душ, но волосы толком не высушил, и по шее стекали капельки воды прямо за воротник белой футболки. Она была такой тонкой, что намокшая ткань прилипала к рельефному телу. Вызывайте полицию и пожарных! Тут произошло возгорание одного воспалённого влажной фантазией мозга. Злостный поджигатель — Хван мать-его Хёнджин. Жертва — Со Чанбин. Последний открыл было рот, но осознав, что бесстыдно пялиться, тут же покраснел и опустил голову. На Феликса это зрелище вау-эффекта не произвело, он скорее запереживал за парня.       — Почему не высушил волосы, ты же простудишься, — тут же отчитал спортсмена Феликс.       — Я и так опаздывал на встречу, — едва нашелся с ответом Хёнджин, от такой резкости он немного опешил.       — Впервые вижу, чтобы Хван куда-то так спешил, — Минхо возник из ниоткуда прямо за спиной Феликса, тут же встревая в разговор.       — Исчезни! — моментально съязвил тот.       — Пока не могу. У меня к Ликсу дело есть, — положив тому руку на плечо, он продолжил, — Чани просил передать. Это клубный мерч.       — О, спасибо! Не успел вчера за ним зайти, — поблагодарил Феликс, рассматривая содержимое. — Тут есть толстовка. Накинь пока её, капюшон впитает влагу.       — Она же промокнет, — засопротивлялся Хёнджин.       — Всё равно стирать буду, так что не страшно, — он протянул белую кофту со стильным логотипом английского клуба на спине. Чан сам придумывал шрифт, и очень этим гордился.       — Вау, возможно вам удастся перевоспитать его, — ухмыльнулся Минхо, прежде чем скрыться за дверью библиотеки.       — Вот придурок, — пробубнил Хёнджин ему в спину, послушно натягивая чужую вещь.       Они обсудили дальнейший план работы, и Феликс хотел было оставить сладкую парочку вдвоём, сходив за напитками, но Бини так вцепился ему в ногу, что он испугался остаться совсем без неё. Ладно. Не всё получается с первого раза.       В итоге Хёнджин забыл вернуть толстовку Феликсу или сделал это специально, никто доказать бы не смог. Владелец же не посчитал нужным не напоминать, переживая, что без неё парень простынет. Чанбин постеснялся вообще что-либо говорить. Уже на выходе из библиотеки девчонки поймали Хёнджина и спросили, не вступил ли тот случайно в клуб английского, видимо, тоже планируя записаться.       — А, нет, — не сразу сообразил тот. — Это кофта Феликса.       — Почему она на тебе? — Чонин ни за что бы не обратился к Хёнджину, пока тот был в окружении других людей. Слишком много чести. Но, заслышав имя друга из чужих уст, пересилил себя и даже подошёл к говорившему.       — Он одолжил мне, чтобы я не простудился из-за мокрой головы, а забрать забыл, — пояснил парень, удивившись тому, что мелкий разговаривал с ним в пределах школы.       — Мило с его стороны.       — Да, очень, — согласился Хёнджин. — Надо бы вернуть.       — Мы завтра идём в компьютерный клуб, я передам, — тут же нашёлся Чонин, но Хёнджин отнёсся к его словам со скепсисом.       — Давай пойду с тобой. Только чтобы вернуть вещь и поблагодарить! Не смотри на меня так! — парень тут съёжился под чужим недовольным взглядом, подняв руки в примирительном жесте.       — Вот уж нет. Это мои друзья, — на этом разговор был окончен.       Уже дома Хёнджин сам написал Феликсу, сделав вид, что не знает о планах на компьютерный клуб. Он поблагодарил за заботу и извинился за забывчивость. Феликс же сказал ему не париться, а на вопрос о том, когда можно отдать кофту, попросил передать через Йенни завтра. Хёнджин чуть было не напросился пойти с ними, но вовремя одёрнул себя. Сердитое выражение мелкого не выходило из головы. Пусть отдыхает. У них есть совместный проект, чтобы видеться с Феликсом, а ещё его можно было бы пригласить на матч. Вечер Хёнджин потратил на то, чтобы правильно постирать кофту, отутюжить и, возможно, прыснуть своими духами. В общем, вернуть в лучшем виде.