ORCAD.HERM.CURS.SCIES

Голова гудела, а веки весили тонну. Вот как Драко отметил своё состояние. Несколько часов сна определённо не пошли тому на пользу, и хотелось провалиться в сон снова. Но настойчивый гул голосов не давал этому произойти. — Эй, дружище, ты в курсе, что спал в уличном? — послышался первый голос. — Увидела бы это моя матушка — лишила бы наследства, — ответил второй. Под гоготание друзей веки с усилием поднялись. Потерев сонные глаза, возвращая фокус зрению, Драко уселся на кровать. — И вам доброе утро. Зевнув и вытянув позвоночник, так что кости с звонким щелчком прохрустели, Драко пошатнулся. Что-то мягкое — подушка Забини — прилетело в голову. Сбросив сон окончательно, Драко злобно посмотрел на соседей. — Доброе утро ты должен говорить малышке Грейнджер, лёжа у неё в постели, — почти прокричал Блейз. — А не лежать здесь в грязных тряпках. Драко оценивающе опустил глаза и отметил, что ни одного пятнышка на его одежде не было. Не считая дырки в носке. Он пришёл к выводу, что скорее всего перепутал свои носки с носками Тео, и поморщился. — Неужели всё закончилось плохо? — вставил своё слово Тео. — Нет. Драко прокрутил в голове воспоминания прошедшей ночи и хмыкнул себе под нос. Всё точно кончилось не плохо — всё только начиналось. Что приятным трепетом предвкушения разлилось под кожей. Друзья немигающими глазами смотрели на Драко, ожидая продолжения. Тео нервно дёргал ногой, а Блейз ходил от одного угла в другой. Глубоко вздохнув, Драко продолжил: — Рассказывать нечего. Мы поговорили и пришли к выводу, что не так поняли друг друга. Хотя это было не совсем так, Драко не стал углубляться в объяснения. Пока что этого было достаточно для их пытливых умов. После этой фразы Тео выразительно поднял бровь — в его взгляде так и читалось «это что всё?!». А Блейз заговорщически ухмылялся. Видимо, на этом они не остановятся — Драко отлично знал этих двоих и что они могли надумать. Для общественной безопасности он принял решение продолжить. — Мы встретились, покурили. Поговорили по душам, поплакали друг другу в плечо и пошли спать. Драко обвёл друзей строгим взглядом, показывая, что добавить ему больше нечего. — Грейнджер, мать его, что?! — воскликнул Блейз. — Золотая девочка, оказывается, бунтарка и балуется. Ахереть. Мулат разразился громким хохотом, на что Драко кинул в него персональный злобный взгляд. — Вообще-то это я ей дал. Получив ещё один весёлый взгляд от Забини, поспешно добавил: — Сигареты дал. Я подумал, что ей не помешает проветрить мозги, а не топить их бесполезной информацией. Тео присвистнул. — И как она? — добавил последний. — Лёгкие остались на месте? Ухмыльнувшись воспоминаниям о том, как Тео вывернуло наизнанку, Драко вспомнил кое-что важное. Что тоже могло вывернуть того наизнанку. — Не так плохо, как ты, Тео. Сев удобнее и приготовившись к сложному разговору, Драко продолжил: — Вообще-то есть ещё кое-что. Поймав заинтересованные взгляды, Драко не стал держать интригу и выпалил как на духу: — Пенси хочет с нами поговорить. Вроде как не извинится, но что-то такое она сказала. - Драко почесал затылок, не зная , что еще добавить. Если бы тишина могла звучать, эта комната оглушала бы. Первым из оцепенения вышел Забини. — Какого Салазара, чувак? Драко лишь пожал плечами. — Я и сам не знаю. Мы столкнулись с Пенси перед тем, как я пошёл к Грейнджер. Она спросила, куда я иду, и убежала. Нотт всё ещё не пришёл в себя — казалось, все процессы в его организме замедлились, чтобы обработать то, что сказал Драко. — После мы столкнулись в гостиной, и она сказала то, что сказала. Я предложил перенести разговор, она согласилась. Тео вышел из оцепенения. Его лицо перекрасили сразу несколько эмоций, и ни одна из них отнюдь не была радостной. — Ты, блять, серьёзно? — взревел Нотт. — Какого хрена ты не сказал нам сразу?! Предвидев такую реакцию, Драко подготовился. Натянув самую серьёзную маску из своего арсенала, проговорил: — Наверное, потому что вы спали и не имело смысла говорить это, потому что она уже ушла? Ударившись о логику Драко, Тео чуть успокоился. Но злость, которая бурлила в его крови, всё ещё никуда не делась. — Ты мог это сделать! — не унимался тот. — Мог. А толку с этого? — Драко эта ситуация начала откровенно раздражать. — Что бы ты сделал? Побежал в комнату девочек выяснять отношения? По всей видимости, слова Драко дошли до Тео — теперь он сменил тактику. — Что ей, чёрт возьми, надо было? Теперь не сдержался Забини: — Остынь, дружище. Драко же сказал, что больше ничего не знает. Аргумент Блейза не убедил Тео. — Нет, блять, не остыну! Девять месяцев я жался по углам, лишь бы не попадаться ей на глаза. А теперь она, как ни в чём не бывало, хочет поговорить? — Тео, возьми свои яйца в кулак. — Драко по-отцовски взглянул на друга. Он отлично понимал чувства Тео. Но ещё он понимал, что истерика никому на пользу не пойдёт. Он ведёт себя как обиженный ребёнок. — Да иди ты к дракклам. Нотт резко встал с кровати, в два шага оказался у двери и с оглушающим хлопком вышел. — Ауч, — потирая ухо, сказал Блейз. — Он как школьник. Драко устало откинулся на спину, потирая лицо руками. — Мы и есть школьники, друг. — Блейз опустился рядом с Драко, откинув голову к потолку. — И что мы будем делать? Я имею в виду, Пенси же ждёт какого-то ответа. — Да, ждёт. Запустив пальцы в волосы и больно их оттянув, Драко рывком встал с кровати. — Иди на завтрак, мы скоро будем. Драко осекся, понимая, что отдал приказ Блейзу, и поспешил объясниться: — Я сам поговорю с ним. Ты и сам знаешь, что он тает по Пенси почти всю жизнь. Я ему это просто напомню. Получив утвердительный кивок от друга, Драко поспешил вслед за Тео. --- Он знал, где тот. Свернув в конец подземелий, Драко направился к заброшенному кабинету, назначение которого не знал никто. Пустая комната, заставленная накрытой мебелью. Единственное её отличие от других таких же — окно. Окно, которое не сдерживало воды Чёрного озера, а выходило над самой землёй, открывая вид на квиддичное поле. Они нашли её на четвёртом курсе, играя в «голые прятки» с девчонками. Это была идея Забини: все складывали палочки, исключая любые проявления магии. Жеребьёвкой выбирали водящего, и если тот не находил хотя бы двоих, снимал один элемент одежды. Конечно, жеребьёвка была нечестной — и девушки без трусиков под юбками искали их в самых неожиданных местах. Так этот кабинет и был найден. Распахнув двери, Драко оказался прав в своих догадках. Нотт, облокотившись на локти, курил в небольшое окно. Видимо, он уже успел скурить не одну и не две сигареты — дым заполнил почти всё пространство комнаты, а окно совсем не справлялось со своей задачей. Подойдя к другу, Драко достал свою пачку, ловко вытащил одну и протянул руку к Тео. — Можно? Тот ничего не ответил, не глядя протянул источник огня. Прикурив, Драко подвинул себе стул, развернул его спинкой вперёд и сложил на неё руки. Он прошёлся взглядом по Нотту — того почти трясло, и ещё чуть-чуть — и взрыва не избежать. К большому удивлению, заговорил первым Тео. — Она серьёзно извинилась? Сделав глубокую затяжку, он повернулся к другу. Его глаза блестели от поступающих слёз, и Драко видел, как он борется, чтобы не выпустить их на свет. — Передо мной два раза. — Драко затянулся, наблюдая, как лицо друга приобретает бордовый оттенок от подступающей злости. — За то, что врезалась в меня. И за то, что врезалась ещё раз. Он выпустил дым и заметил, что черты Тео становятся мягче с каждым словом. На его лице снова расцвела печаль. — Ты же понимаешь, что пока мы с ней не поговорим, вселенная не кинет нам ответ. Тео лишь тупо кивнул. — Так что возьми себя в руки, дружище. Драко потянулся к плечу Тео и крепко сжал его. Он надеялся, что это не выглядело со стороны слишком странно, но потом отметил, что ему было бы откровенно плевать, влети сюда кто угодно. Тео под хваткой друга обмяк и опустил голову на руки, держа сигарету вытянутой в окно. — Я… Мне страшно, Драко. Он повернул голову — взгляд был устремлён в пустоту. — Нам тоже, Тео. Но не мы любили её с младенчества. Нотт хмыкнул. — С пяти лет, попрошу заметить. Поняв, что страшное миновало, напряжение Драко как рукой сняло. Он и сам нервничал, злился, негодовал. Но сейчас он нужен Тео. И он будет рядом. — Как я мог забыть. — Драко поднялся со стула, поставив тот на место. — Заканчивай эту дымную вечеринку и поднимайся на завтрак. Блейз уже ждёт. И, оставив друга наедине с мыслями, пошёл прочь. Несколько минут — то, что нужно Тео сейчас, чтобы вставить свои мозги на место. Драко знал, что друг со всем справится. И широкими шагами последовал в Большой зал. *** Гермиона Распахнув дверь, Гермиона уверенными шагами последовала к столу Слизерина. Всё время с момента пробуждения она готовила себя к этому моменту, в итоге пришла к выводу: будь что будет. Она ранее уже пообещала себе не думать и не зацикливаться. Тем более у них теперь с Драко другие отношения. Они больше не враги — Гермиона отметила, что лично она с ним никогда не воевала. Не соперники: с третьего курса Драко перестал задирать её умственные способности и смирился со своим званием «второй на курсе». Да и в общем-то Гермиона пришла к выводу, что Драко к ней плохо не относился. По крайней мере сейчас. Уверенными шагами она последовала до самого конца стола — туда, где сидел Драко с Блейзом и Тео. Драко читал газету и жевал тост, обильно намазанный джемом. Нотт что-то бубнил в ответ Забини, ковыряя взглядом тарелку — вид у него был не очень. А мулат, не стесняясь, громко о чём-то рассказывал. Он и заметил Гермиону первым. — О, кто тут у нас. Золотая девочка. Услышав реплику друга, Драко оторвал глаза от газеты и посмотрел на гостя. На его лице застыла лёгкая улыбка — которую Гермиона расценила как приветственную, — и он слегка кивнул головой. — Или тебя теперь стоит называть «плохой девочкой»? — Забини подмигнул ей. От этого жеста по коже прошлась рябь мурашек, но Гермиона не заострила на этом внимания. Опустившись рядом с Тео, кивнула тому. В ответ получила такой же кивок. — Не понимаю, о чем ты, — попыталась выкрутиться Гермиона. На самом деле понимала, но не знала, в какую именно сторону ей стоит думать. Зная эту троицу, это могло быть буквально что угодно — начиная от её общения с Драко в целом, заканчивая ночными прогулками покурить. Оправдываться она точно не собиралась. Засунув руку в сумку, выудила книгу и положила перед собой. Драко, оторвавшись от газеты, тут же поспешил завести разговор — так, что Гермиона не успела её открыть. — Какими судьбами в серпентарии? — беззлобно спросил он. — Неужели в саванне стало слишком жарко? Оценив шутку Малфоя, Гермиона прикрыла рот рукой, скрывая подступившую улыбку. Прокашлявшись, сбросила смех, который стоял в горле. — Тео, дружище, у неё уже одышка началась, — вставил Забини. — Смотри, Грейнджер, аккуратнее балуйся с сигаретами. Один раз начнёшь — больше не завяжешь. Одарив Забини злобным взглядом, Гермиона поспешила сменить тему. Но почувствовала облегчение от ясности фразы «плохая девочка» — теперь она может спать спокойно, зная, что в её комнате не установлены скрытые камеры. — На самом деле, я пришла обсудить с Малфоем зелье. Мулат расстроенно опустился на своё место. — Ты как всегда в своём репертуаре, — обиженно проговорил он. — Никакой интриги. Тео, ранее ковырявший свою яичницу, кинул взгляд на Драко. Со стороны казалось, что между ними происходит напряжённый разговор — но оба немигающе смотрели друг на друга. Через пару секунд Нотт поднялся, вытирая рот салфеткой. — Приятного аппетита, Грейнджер. Смотри, не затопи Драко домашкой, а то у нас планы на каникулы. — Он подмигнул ей. — Пошли, Блейз, мне нужна твоя помощь. Профессор Митчел попросил подготовить кабинет к занятию. Мулат кинул злобный взгляд на друга, но вставать не спешил. — Тебе поручили — ты и делай. Делать мне нечего, как таскать манекены. Получив ещё более красноречивый взгляд от Нотта, тот с печальным вздохом всё-таки поднялся, бросив Драко на прощание: — Не задерживайся, любимый, мы тебя ждём. Подмигнул и побежал вслед за Тео, который уже прилично отошёл. Переводя взгляд с одного на другого, Гермиона отметила, что отношения у них были не такие, как у неё с Гарри и Роном. Если бы ей что-то поручили, вряд ли бы они её оставили, а тем более спорили. Но почему-то ей казалось, что отношения Драко с друзьями куда более глубокие, чем её. Погрузившись в размышления, она не заметила, что они остались вдвоём. Почти все столы опустели, за исключением нескольких младшекурсников и десятка студентов постарше. — Чем могу быть обязан? — Драко отложил газету, опустил локти на стол и с хитрой улыбкой наблюдал за Гермионой. Столовый этикет Драко поражал её всё больше. Не то чтобы она когда-то ему следовала, но даже она знала, что локти на столе — моветон. — Да, вообще-то, я пришла обсудить время. Наложив в тарелку яичницу с беконом, Гермиона посмотрела на Малфоя. Тот со всей внимательностью слушал. — Я узнала, что кабинет будет пуст весь день — практиковаться сегодня никто не планирует. Отрезав вилкой небольшой кусок белка, Гермиона отправила его в рот. Драко всё ещё не отрывая взгляда от неё, начал бесцельно перебирать кольцо. — Так что, если ты всё ещё не против, во сколько тебе было бы удобно? Перекидывая кольцо с пальца на палец, Драко театрально задумался, потирая подбородок. Как показалось Гермионе, молчание излишне затянулось. Может, у него были какие-то планы, а она не вовремя? — Если ты занят, мы можем… Не успела она договорить, как Драко поспешил ответить: — Нет, у меня нет планов. Я просто думаю, как скоро ты сотрёшься, кушая так мало. Гермиона опешила. Опустила глаза в свою тарелку — там было отнюдь не мало. Потом перевела взгляд на тарелку Драко, которая была уже полупуста, но она точно могла сказать, что там было несколько ломтиков тоста, картофельный салат, черничный кекс, а рядом стояла пустая тарелка из-под овсянки. — А я думаю, как скоро ты превратишься в тётушку Мардж, — не успев подумать, выпалила Гермиона. Драко лишь вопросительно поднял бровь, не поняв, о ком идёт речь. — Гарри на третьем курсе надул свою тётку стихийной магией, и она несколько дней летала по Лондону. Драко присвистнул и рассмеялся. — Да, теперь я кажется припоминаю, что Поттер жил у мерзких маглов. После этой фразы Гермиона кинула строгий взгляд на Драко, и он поспешил объясниться: — Не сами маглы мерзкие, а конкретно те. Удовлетворённая его словами, Гермиона продолжила есть завтрак, обдумывая слова Драко. Она не была настолько худой, как он говорит. — И к твоему сведению, я много занимаюсь спортом, — откровенно хвастаясь, проговорил Драко. — Поэтому аппетит у меня драконий, если ты понимаешь, о чём я. Гермиона закатила глаза, не впечатлённая его словами. Но она совсем не злилась — на самом деле это могло бы звучать забавно, если бы Гермиона точно знала, шутит он или говорит очередную пошлость. — Так когда ты будешь свободен? Гермиона решила перевести тему, возвращаясь к сути. До начала занятий оставалось не так много времени для дружеских бесед. Были ли они друзьями? Гермиона точно не могла ответить, но точно ближе, чем вчера. — Давай к шести? Я немного соврал, говоря, что планов нет. У нас с Забини и Тео предстоит мозговой штурм. Не до конца понимая, о чём именно говорит Драко, Гермиона кивнула. В шесть так в шесть. Она как раз успеет всё подготовить. — Отлично, мне как раз надо будет сходить за жаброслями. Что ж, тогда до вечера. Понимая, что времени осталось не так много, Гермиона встала и закинула сумку на плечо. Драко, всё ещё опираясь на локти и крутя кольцо, внимательно следил за каждым её движением. Почему-то привычного дискомфорта от такого внимания больше не было. Сложив книгу, которую так и не раскрыла, она посмотрела на Малфоя. — Я пошла… — чуть замялась и добавила: — Хорошего дня. Она не знала, было ли это лишним. Всегда прощаясь с ребятами, она говорила то же самое. Драко не отреагировал негативно или, наоборот, эмоционально — лишь кивнул в знак благодарности и пожелал того же. *** К удовольствию Гермионы, занятия закончились раньше обычного. Хагрид заболел, и им не стали переносить пару или искать замену — просто отпустили. Так что большая часть дня для неё была свободной. Забежав в комнату переодеться в удобную и тёплую одежду для прогулок, Гермиона к своему не удовольствию застала Кетрин Скотт и Амели Руфус за их обычным делом — сплетнями. Новые соседки по комнате, на курс младше, совсем не радовали девушку. С начала учебного года попытка подружиться провалилась, и теперь между ними царила холодная отчуждённость — будто они не знакомы. Зачастую Гермионе приходилось до полуночи слушать, как они обмывают кости каждому встречному (она даже не пыталась запоминать, о ком говорят). Отчего ей приходилось демонстративно громко накладывать заглушающее на свою кровать. Пару раз она даже слышала, как они обсуждали её, но это быстро пресекалось молниеносным Селенцио. Гермиона искренне скучала по ночёвкам с Джинни. В этот раз Кет и Амели не захотели оставлять её в покое. — Неужели у нашей Мисс «Орден Мерлина первой степени» появился ухажёр? — захихикала Амели. Гермиона напряглась. Больше, чем говорить о своей личной жизни, она не любила, когда её обсуждают другие. Бросив острый взгляд, она поторопилась собираться, чтобы быстрее удрать из комнаты. — Не верю, — откликнулась Кет. — Как у неё может кто-то быть? Думаешь, один раз сделаешь причёску — и на тебя сразу обратят внимание? Мерзкое хихиканье проскакало по комнате. Передёрнув плечами, Гермиона из всех сил старалась не обращать на них внимания. Плевать, что они скажут. — Так она же вроде с Уизли младшим мутит, нет? — добавила Амели. — О, так она, оказывается, у нас та ещё шлюшка! Не выдержав, Гермиона резко обернулась и застала этих двух стерв ухмыляющимися. Они смотрели на неё с вызовом, ожидая нападения. Дай мне сил, Мерлин… — Что такое, Грейнджер? — Кет кивнула в сторону стула, на котором висел шарф Драко. — Решила поразвлечься, пока ненаглядный ждёт дома? Что-то очень неприятное и мерзкое разлилось внутри девушки. Да как они смеют. — Вас это не касается. Решив, что этого будет достаточно, Гермиона ошиблась. Лающий смех прошелся до самых костей, предвещая что-то нехорошее. — Конечно, не касается. Мы же не ложимся в койку к кому попало, — Амели не отставала от подружки. — Хотя про койку громко сказано. Не уверена, что ты вообще когда-то делила с кем-то постель. Новая порция мерзкого смеха отразилась от стен комнаты. Мерлин сегодня не придёт. Схватив палочку, Гермиона за секунду наслала Селенцио на девчонок. Те, не ожидав такого, начали беззвучно открывать рты и махать руками. Сковав их руки по телам, она смотрела, как они рухнули на кровать и с ещё большим остервенением забились. Подойдя ближе к самым лицам этих кикимор, Гермиона проговорила: — Не лезьте туда, куда вас не просят. Для убедительности она чуть сильнее прижала руки к туловищу. Давление было ощутимым, но Гермиона точно знала — боли это им не доставит. Но станет уроком. — Иначе вы проснётесь в таком неожиданном месте, что постель слизеринца покажется вам райским садом. Сняв Селенцио, но оставив заклятие сковывания, она подошла к столу, забирая сумку. Она могла бы этого не делать, переступи она порог, заклятия сами слетели. Но странное чувство мести забурлило в крови. Общение со слизеринцем ей точно идёт не на пользу. Или же нет? Слушая хор визгов, ругательств и угроз — «Я всё расскажу папе!» — Гермиона откровенно рассмеялась. Выходя за порог комнаты, взмахом палочки сняла все заклинания. — Не скучайте, девочки. И, довольная проделанной работой, пошла в сторону выхода из замка, не забыв обернуть шею шарфом Драко. На зло всем. *** Переступая через сугробы, Гермиона мысленно похвалила себя за выбор обуви. Утеплённые резиновые сапоги не пропустили ни одной снежинки, сохранив лодыжки в сухости и тепле. Начать своё мини-путешествие она решила с хижины Хагрида. Клык, сложив голову на лапы и пуская реки слюней, охранял драконов, которые всё ещё не отправились в Румынию. Хотя со стороны выглядело, что это они охраняют Клыка. Поздоровавшись с гигантской собакой, Гермиона получила лишь тяжёлый поворот головы, который проводил её до входа в хижину. Три коротких стука — и из-за двери послышались тяжёлые, шаркающие шаги. Дверь распахнулась, и на пороге стоял Хагрид. Обёрнутый во что-то напоминающее халат из шерсти бобра, он держал банное полотенце и потирал нос. — Ох, Гермиона, ты очень не вовремя, вот, — в подтверждение своих слов он смачно высморкался в полотенце. Гермиона поёжилась. — Я не надолго. Подумала, может, тебе нужна помощь? — Так это… спасибо тебе, да. Но не стоит, заболеешь сама. — Запахнув халат потуже, он продолжил: — а вообще - великан посмотрел за спину девушки. - Можешь покормить драконов. На занятии ты, как говорится, собаку съела с ними. Повернув голову к драконам, Гермиона отметила, что идея была не самой лучшей. Но видя, в каком состоянии находится Хагрид, тут же отбросила сомнения. — Да, конечно, без проблем. Она надеялась, что натянутая улыбка убедит Хагрида в искренности её порыва. Он и поверил. Благодарно кивнув, он скрылся за дверью хижины, и через пару секунд снова послышались тяжёлые шаги. — На, вот держи. — Он протянул ей большое деревянное ведро, наполненное тушками кроликов. — Каждому по два, не больше, вот. Если что останется, отдай Клыку, он их съест потом. Холодный свежий воздух не смог скрыть аромат ужина для рептилий — рвотный позыв тут же встал в горле. Сглотнув, Гермиона забрала ведро и направилась к железному стойлу драконов. Вспомнивший её железнобрюхий угрожающе зашипел и попятился. Гермиона закатила глаза, предчувствуя неладное. К её облегчению, всё закончилось быстро. Не считая пары шлепков жидкости с тушек (Гермиона не хотела об этом думать) и пламени, посланного в её сторону. Белоснежный малыш всё не унимался. Быстро расправившись с поручением Хагрида, она вернулась к хижине. Отдав последнюю тушку Клыку, постучала. — Ты чаво это, всё, что ли? — великан шмыгнул носом. — Быстро ты, да. — Они пошли мне навстречу, — Гермиона скромно улыбнулась. — Ну, спасибо тебе, вот. — Хагрид улыбнулся одними глазами — рот был скрыт за густой бородой. — А ты вообще куда это направляешься? — Мне нужно к Чёрному озеру, жабросли собрать. — В подтверждение своих слов она кивнула на свою обувь. Хмыкнув в понимании, великан поморщился. — Ты это… я надеюсь, глупость какую не замышляешь? — Он с опаской зыркнул на Гермиону. Этот жест заставил девушку искренне расхохотаться. Даже если всё позади, от их троицы всегда будут чего-то ожидать. Не став вдаваться в объяснения, Гермиона помотала головой. — Нет, это для практики. Снова кивнув в понимании, великан посмотрел куда-то за спину девушки — туда, где солнце кренилось к горизонту. — Ну, ты это, поторопись. — Он кивнул в сторону заката. — А то стемнеет — и не соберёшь ты ничего, вот так вот. — Да, хорошо. — Девушка улыбнулась заботе друга и начала отступать. — Выздоравливай! Гарри сказал, что будет у тебя после Рождества! Услышав эти слова, хворь, которой болел Хагрид, тут же исчезла, открыв детский восторг на лице мужчины. — Да спасибо тебе, вот! — Он тыльной стороной руки протёр лоб от капелек пота. — Ты если что — тоже с ним приходи! Вместе поедим мои кексы! Воспоминания о кексах Хагрида всё ещё с болью отдавались в зубах. Благодарно кивнув, она пошла в противоположную от хижины сторону. К Чёрному озеру. *** Подойдя к тёмной воде, Гермиону тут же пронзил леденящий ветер. Хоть погода и радовала редким солнцем, тепла оно не давало. Наложив согревающее, она последовала к берегу. Пройдя несколько метров до воды, сбоку на камне она заметила силуэт. От неожиданности Гермиона вскрикнула, положив руку на сердце. Через мгновение, когда паника прошла, она поспешила объясниться — скорее всего, она напугала его не меньше. — Извините, с той стороны вас не было видно, — сказала Гермиона. Силуэт не ответил. Лишь повернул голову в сторону девушки — и Гермиона узнала незнакомку. Им оказалась никто иная, как Пенси Паркинсон, укутанная в чёрный пуховик, юбку с тонкими колготками и самых красивых ботинках, которые когда-либо видела Гермиона. Чёрные, высокие, до середины щиколотки, с массивной, но не вычурной тракторной подошвой белого цвета. Невольно Гермиона посмотрела на свои зелёные резиновые сапоги. По крайней мере, сегодня они нужны для дела. — Ой, это ты. Я не знала, что ты тут. Откуда Гермиона вообще могла это знать? Но посчитала, что стоит добавить. В конце концов, Пенси пришла первой. И как назло, жабросли росли прямо перед камнем, на котором сидела Паркинсон. Посчитав, что с неё достаточно, Гермиона приступила к сбору ингредиента. Опустив ноги в воду по щиколотку, даже через толстый слой одежды она почувствовала резкий перепад температуры. Обернула шарф вокруг шеи так, чтобы он не касался воды, натянула резиновые перчатки с заклинанием тепла. Обморожение рук не входило в планы. Как только рука коснулась дна, со стороны камня послышался голос: — Так вот куда Драко вчера ходил. Гермиона резко дёрнула головой в сторону Пенси. Та, расслабленно склонив голову набок, наблюдала за Гермионой. Девушка выпрямилась и потрогала ткань шарфа. Пенси не звучала злобно или с упрёком — скорее с интересом. Но Гермионе нечего было ответить. Она не знала, в каких отношениях Драко с Пенси и как много они друг другу рассказывают. Едва ли Гермиона могла вспомнить, как в этом году видела их всех вместе вчетвером. Да и, признаться, Пенси в принципе. — Это… — не зная, что сказать, Гермиона только посмотрела на неё. — Ой, да расслабься. Мне всё равно, с кем он по ночам гуляет. Плечи Гермионы заметно расслабились. Вежливая беседа — этот небольшой разговор впервые за много лет Гермиона вполне могла назвать таковым — с Пенси была в новинку. Не понимая, как реагировать, она тупо смотрела на девушку. Оторвав взгляд от Грейнджер, Пенси потянулась в карман и выудила пачку сигарет. Длинная, тонкая пачка розового цвета подарила Пенси тонкую белую сигарету. Затянувшись, Пенси изящно разместила её между пальцев с длинными чёрными ногтями. Гермиона неотрывно смотрела на развернувшуюся картину. Она могла признать, что выглядело это крайне сексуально. Как бы смешно ни звучало, Пенси очень шла длинная сигарета, дополняя её загадочный, мрачный образ. Ещё раз затянувшись, та бросила взгляд в сторону девушки. — Ты будешь? — она протянула Гермионе полупустую пачку. Замявшись, Гермиона собиралась отказаться. Но воспоминания разливающегося по крови спокойствия взяли своё. Выйдя из воды, она неспешно протянула пальцы к пачке и взяла одну. — Спасибо. Порывшись по карманам в поисках палочки, Пенси на это усмехнулась и протянула изящную тёмно-зелёную зажигалку с серебряными змеями. Очень по-слизерински. — За это не благодарят, Грейнджер. Культура курения и всё такое. Выпустив дым прямо в лицо девушки, Гермиона впитывала каждое слово, будто они ей когда-нибудь могли пригодиться. — Буду знать. Не зная, куда себя деть, Гермиона прислонилась к камню, чуть поодаль от Пенси. Неловкость заполнила всё пространство вокруг, но расслабленность, подаренная сигаретами, постепенно разряжала её. Сдерживая редкие спазмы, Гермиона обмякала под действием никотина. Мысли отпускали, мышцы превращались в желе. Не удержавшись, Гермиона вытащила из кармана платок и трансформировала его в небольшое покрывало. Конечно, от снега это помогло бы мало, но она была не против немного поморозить пятую точку. Вдруг тишина снова была нарушена. — Как ты со всем этим справляешься? Не поняв, что Паркинсон имела в виду, Гермиона подняла голову в её сторону. Пенси глядела на бесконечную водную гладь, а её короткие волосы развивал ветер. — Извини, с чем именно? — С маггловским миром, Грейнджер. Пенси, неотрывно глядя на горизонт, с присущей только ей расслабленностью проговаривала каждое слово. Будто ей действительно было важно это знать. Не до конца понимая, к чему клонит Пенси, Гермиона задумалась. Она знала, что Паркинсонов-старших посадили на пожизненное — она выступала на суде против них. И как сложилась судьба Пенси, она не знала. Неужели она живёт у магглов? Собравшись с мыслями, Гермиона почувствовала, как грусть вперемешку с никотином расплывается по каждой клеточке. Она давно не была в маггловском мире — почти год. — Сложно сказать. — Сделав затяжку, она понадеялась, что это поможет скрыть печаль. — Мне не приходилось с этим справляться. Я почти всю жизнь в нём жила. Не зная, что ещё добавить, Гермиона отбросила окурок, уничтожив его палочкой. Всё-таки она была в кармане джинс. Решив, что Пенси услышала то, что хотела, Гермиона встала, чтобы вернуться к изначальному плану. — Вот как. — На этот раз Пенси повернула голову в сторону Гермионы, и той пришлось сесть обратно. — Могла и догадаться, на самом деле. Неловко улыбнувшись, Гермиона кивнула в вежливом согласии. — Знаешь, пожив и там, и там, я поняла, что всё до одури похоже и до одури разное, — продолжила Пенси. — Моя тётка — магглолюбка, вся её квартира обставлена маггловскими штуками, от которых я порой шарахаюсь как от огня. Кто бы мог подумать, что тосты готовятся в стреляющей железной коробке? Гермиона рассмеялась и продолжила слушать девушку. Она была совсем не против послушать — та выглядела так, будто ей это было очень нужно. Уж про магглов Гермиона могла рассказать. — Пользуется этим странным телефоном с цифрами, болтает с какими-то людьми, которых она даже не видит. — Пенси рассматривала свой маникюр. — Это знаешь, сложно всё. Ища поддержку у Грейнджер, Пенси повернула к ней голову, увидела понимание вперемешку с удивлением. — Там даже сов нет для связи. Она строго-настрого запретила это делать, сказала, что если я и хочу кому-то написать, то мне придётся идти в Косой переулок, в общественную совятню. — Пенси поморщилась. — А там, знаешь ли, дико воняет и жуткая антисанитария. Брезгливо убрав невидимые пылинки с плеча, Пенси продолжала: — Думаешь, я настолько брезгливая, что не пересилила себя? Прочитав невидимый ответ в глазах Гермионы, та поспешила ответить — Э, нет. Полуправда-полуложь. Гермиона могла допустить такой сценарий, но доказывать этого не собиралась. — И правильно делаешь. — Курносый нос Пенси сжался от воспоминаний. — Пятнадцать раз мне пришлось пользоваться этим ужасным местом. То дела с наследством решать, то написать этим болванам. На последней фразе Пенси грустно опустила глаза. Было видно, что ей очень тяжело даются следующие слова. — Но ответа я так и не получила. Откровение ударило по Гермионе сильнее, чем она ожидала. Она не знала, что между ними случилось, судя по Пенси, ничего хорошего. Ей стало искренне жаль девушку. Особенно если сложить два и два — Гермиона поняла, что после мая жизнь Паркинсон сделала крутой кульбит. — Мне жаль, — вложив в слова столько эмоций, сколько могла, Гермиона надеялась, что это звучало не слишком дежурно. — О, не стоит, защитница эльфов. — Пенси грустно улыбнулась. — Тогда у всех было дерьмовое время. Да и как оказалось, мои письма были доставлены не туда. Будь проклята общественная совятня. Поймав смену настроения, Гермиона грустно улыбнулась. Проблемы с доставкой писем действительно наблюдались в то время из-за большого спроса. Многие личные совы были уничтожены, как и дома адресатов. Поэтому министерские совы страдали вместе со всем магическим миром. — И всё же, ты не смогла связаться с друзьями. — Гермиона посмотрела на гладкую воду. — Это очень грустно. — О, да перестань. — В подтверждение своих слов Пенси махнула рукой. — Я сама их послала, после суда. Новое заявление Паркинсон выбило последний дух из Гермионы. Она быстро повернула голову в сторону девушки. Та уже прикуривала вторую сигарету и кинула пачку Гермионе. Она не сказала спасибо, прикурила сигарету и положила пачку между ними. — А теперь жалею. Молчание на мгновение повисло между ними. Гермионе отчаянно хотелось что-то ответить, но она не понимала, какие слова подойдут. С одной стороны, Пенси сама это сделала. А с другой… а с другой было ещё больше «но». Пенси повернула голову в сторону Гермионы, убрав пряди с глаз, ожидая, что та ответит. Собравшись с мыслями, Гермиона рискнула. — Я не до конца понимаю, что между вами произошло. — Она выбрала тактику честности. — Но считаю, что лучшее, что можно сделать, — это поговорить. Даже если они не идут на встречу. Вспоминая сегодняшний завтрак, Гермиона отметила, что плохо представляет, по каким причинам они до сих пор не помирились. Ей показалось, что их дружба — не просто слово, а высечена на крови. — Даже если они не захотят разговаривать, ты сама отпустишь это, высказав то, что тревожит. Тебе не обязательно оправдываться и объясняться — просто скажи всё, что думаешь. — Гермиона задумалась. — В конце концов, они тоже не пытались с тобой связаться. Закончив свой небольшой монолог, она сделала глубокую затяжку в ожидании ответа. Она знала Пенси как самую настоящую слизеринку — змею во плоти. Но это было и её лучшим качеством. Острая правда Пенси резала сильнее, чем Сектумсемпра. — Хм… — покрутив сигарету между пальцев, девушка задумалась. — Возможно, ты и права. В голосе Паркинсон не было ни грамма яда или сарказма. Только согласие. — Скорее всего, я так и сделаю, Грейнджер. Кинув окурок в воду, Паркинсон заметила сморщенное лицо Гермионы. Закатив глаза, она уничтожила его заклинанием. — Если всё пройдёт гладко, я лично поблагодарю тебя. — Пенси отряхнула каменную пыль с юбки и повернулась в сторону девушки. — А пока… не делай больно Драко. Он этого никогда не заслуживал. Гермиона предприняла попытку объясниться, но силуэт девушки уже скрылся в сторону замка. Что это было? Милая беседа подружек с Паркинсон? Защита лучшего друга? Ворох новых головоломок и вопросов с каждой секундой заполнял голову Грейнджер всё сильнее. Пенси не пыталась задеть или обидеть. Нет, ей действительно было важно, что скажет Гермиона. Она считалась с её мнением. К удивлению для себя, Гермиона отметила, что Паркинсон была не такой уж стервой, как она её представляла. Да, колкая, да, резкая, но при этом сожалеющая и заботливая. Конечно, она никогда не замечала этих качеств Пенси. Для себя она отметила, что они бы могли когда-нибудь пообщаться снова. Кинув взгляд на камень, на котором ранее сидела Пенси, она заметила, что та оставила ей пачку сигарет. Ухмыльнувшись, Гермиона достала ещё одну и решила, что соберёт водоросли после. *** Спускаясь в подземелья, Гермиона заметила, что те на удивление были пусты. Только проходя дверь в гостиную Слизерина, она слышала голоса и что-то отдалённо напоминающее музыку. Замявшись у двери немного дольше нужного, она проследовала дальше — к кабинету зельеварения. Бросив взгляд по помещению, она быстро сориентировалась, что им может пригодиться, и принялась всё раскладывать в нужном ей порядке. Подготовила два увесистых котла, достала с верхней полки горелку. Начала осматривать полки. Вытянув слизь приведения, порошок крымской фиалки, крылья золотой пикси и ещё несколько нужных компонентов, она разложила их на предметном столе. Нарезала жабросли, заклинанием высушила их и оценила проделанную работу. Как всегда, всё выглядело идеально и упорядоченно. Удовлетворительно мурлыкнув себе под нос, Гермиона посмотрела на наручные часы. До обговорённого времени оставалось ещё сорок минут. Не зная, чем занять себя, она решила немного прогуляться. В конце концов, ей редко выпадает возможность бывать в подземельях во внеурочное время. Высунув голову в коридор — дабы предотвратить нежелательные встречи, если таковые вообще могли быть, — она пошла дальше. Тусклое свечное освещение, каменные сырые стены придавали жуткий флёр и играли на нервах. От взвинченного воображения Гермионе начало мерещиться всякое: то тень странно упадёт, то что-то глухо ударит о стены. Обняв себя руками, она продолжала бесцельно петлять по коридорам. Не выдержав очередного странного звука, она свернула в первую попавшуюся дверь. Та с первого раза поддалась, и Гермиона поспешила зайти. Как только она развернулась, чтобы посмотреть, куда вообще пришла, она вскрикнула от неожиданности. Сегодня все добиваются её сердечного приступа. Перетерпев приступ, она посмотрела на двух парней. Те не особо сильно удивились, увидев незваного гостя, и продолжали курить в окно. — В подземельях… есть окна? — выпалила первое, что пришло на ум. Этот факт действительно удивлял её. Из истории Хогвартса она знала, что подземелья тянутся на десятки метров вниз. Ученикам к слову доступны только верхние их этажи. Ответить ей решил Тео Нотт. — О, знала бы ты наше удивление, когда мы тут очутились. — Он прикурил сигарету. Выглядел он ещё хуже, чем на завтраке. Даже в полумраке Гермиона заметила это. Мешки залегли под глазами, а белки были красными — будто он плакал. — Извините, я, наверное, не вовремя. Повернувшись к двери, она взялась за ручку. Но Драко остановил её. — Нет, всё нормально. Мы уже договорили. Гермиона отпустила ручку и снова развернулась к парням. Неловкое молчание заполняло комнату всё больше, и она почти физически ощущала его. Она помнила, что Драко говорил о каком-то «мозговом штурме», но Блейза видно не было. А напряжение искрами исходило от мужчин — будто они только что подрались и теперь примирительно… курят? Что ж, Гермиона могла такое допустить, припоминая «культуру курения» Пенси. — Присоединишься? — Нотт протянул ей пачку красного цвета с белыми угловатыми узорами. — Э… да, конечно. Подойдя к окну, Гермиона увидела квиддичное поле в уже наступивших сумерках. Невероятно. Услышав покашливание со стороны, Гермиона обернулась. Нотт всё ещё с протянутой пачкой ждал, пока она возьмёт сигарету. — Ой, извини. — Похлопав по карманам, Гермиона достала пачку, которую ей оставила Пенси. — У меня есть. Снова не сказав «спасибо» (Гермиона надеялась, что всё сделала правильно), она прикурила сигарету, расположившись сбоку от Малфоя. Тот ничего не сказал. А вот глаза Тео слишком надолго задержались на пачке, которую Гермиона положила рядом. — Я, наверное, пойду. — Нотт выкинул сигарету и засобирался. — Я знаю о вашем научном свидании. Гермиона поёжилась от такого сравнения. Не было это никакое свидание. Только наука. Не успела она возразить, как Нотт перебил её. — Я шучу, Грейнджер. — Он подмигнул ей и развернулся к двери. — О Салазар, дай моему другу сил. Дверь захлопнулась. Что это было? Повернув голову в сторону Драко, Гермиона увидела, что тот уже потирал глаза и качал головой. Вид у него тоже был не из лучших, но явно свежее, чем у Тео. Алебастровая кожа была ещё бледнее обычного, а челюсть выглядела острее. Откуда она это знала? Тряхнув головой, она вернулась к Малфою. — Извини, я, наверное, правда не вовремя. — Глядя на огни квиддичного поля, Гермиона погрустнела. В этом году квиддича не было по понятным причинам. Хоть она и не любила этот спорт, слишком много приятных воспоминаний было с ним связано. — Нет, всё нормально. — Драко выкинул сигарету в окно. Выдержав злой взгляд Грейнджер, он развернулся спиной к окну. — У Тео просто экзистенциальный кризис. Гермиона понимающе кивнула, и вдруг её пробрало любопытство. Может, ей и не стоило в это лезть, но обстоятельства сами втянули её в это. Так что она позволила себе испытать свой пытливый ум. — Это связано с Пенси, да? Повернув голову в сторону девушки, Драко тут же отразил на лице несказанные вопросы. — Я встретила её возле Чёрного озера. — Гермиона сделала затяжку, отметив, что спазмы больше не сжимают лёгкие. — И она рассказала, что не могла с вами связаться всё это время. Она не стала выдавать все подробности их разговора, уважая личное пространство Пенси. Гермиона даже засомневалась, стоило ли это говорить вообще. Но Драко не высказал недовольства, а лишь кивнул. — Вот как. — Он повернул голову к Гермионе, будто изучая её снова. — На самом деле, да. Тео с детства… влюблён в Пенси. Но мы поругались весной, и с того момента не разговаривали. Гермиона не знала о чувствах Тео к Пенси, и отчего-то от этого ей стало ещё печальнее. Сложив слова Драко и рассказ Паркинсон, она поняла, что всё оказалось ещё сложнее, чем было. Она знала этих людей слишком долго, но слишком мало. Но то, что они переживали, с болью откликалось в сердце. — Понятно. — Выкинула сигарету в окно, Гермиона уничтожила ее вместе с окурком Драко и отзеркалила его позу. Комфортная тишина повисла между ними, где каждый думал о своём. Но суть у обоих была одна и та же. Чёртова война, забравшая слишком много у детей, которым пришлось слишком рано повзрослеть. Простояв так пару минут, Драко оттолкнулся от стены и остановился напротив Гермионы. Посмотрев на неё с головы до ног и слишком долго задержавшись на резиновых сапогах, он ухмыльнулся. — Я надеюсь, ты всё подготовила. — Драко откинул чёлку назад — теперь его волосы напоминали чем-то волосы Гарри. — А то я жуть как не люблю собирать все эти склянки. Я больше за сам процесс, чем за прелюдии. Подмигнув, он пошёл к двери. Краска тут же подступила к щекам Гермионы, повысив температуру на несколько градусов. Ей уже стоило бы привыкнуть к таким шуточкам от слизеринцев, раз она решила, что змеи не такие страшные, как она думала. Охладив кожу прохладными ладонями, она поспешила вслед за Драко.