Истина в разных взглядах.

      В спальне царила обстановка, граничащая с банальностью. На деревянном полу, иногда скрипящем, покрытом выцветшим ковром с ромбовым узором, стояла кровать. Это была не роскошная мебель с балдахином, а простая конструкция из удобства, собранная своими руками. Матрас, хотя и не новый, выглядел опрятным, покрытым простыней из плотного хлопка голубоватого оттенка. Возле изголовья, на маленьком столике, стоял ночник с абажуром, от которого исходил холодный, приглушенный свет, создающий атмосферу для отдыха. С первого взгляда всё здесь было предельно обыденно. Никаких свитков с древними манускриптами разбросанных по полу, как это могло бы показаться тому, кто не знаком с истинной природой владельца. Никаких магических артефактов, парящих в воздухе, или сложных механизмов, шепчущих на забытых языках. Здесь пахло не эфирными маслами или старым пергаментом, а обычной пылью, немного затхлостью старого дерева и легким ароматом лаванды, который, вероятно, использовался для отпугивания моли. Стены были местами обтрёпанными, а окна, завешенные плотными шторами выходили во двор, где тихо шёл дождь. Для постороннего глаза, заглянувшего сюда случайно, эта комната стала бы символом скуки и застоя. Она говорила о человеке, который устал от мира, предпочетавшего тишину и простоту. Здесь не было места для величия, для тайн или для тех загадочных истин, которые обычно ассоциируются с титулом “ Источник Знаний ” . Если бы кто-то из новичков, слышавших легенды о всеведении этого существа, увидел эту комнату, он бы усомнился в своей проницательности и здравости ума. Какое место для величия может быть в скудной спальне с стопкой книг, аккуратно сложенных на полке? Но Отшельник не разделял таких суждений. Он знал цену этим вещам. Для него эта спальня была не просто местом сна, а крепостью, где внешняя оболочка скрывала суть. Он понимал, что истинная сила не требует демонстрации. Источник Знаний не нуждается в золоте, чтобы сиять, и в громких словах, чтобы быть услышанным. Его знания - это вода, которая течет под поверхностью, незаметно, но неизбежно. Эта комната, с её простой кроватью и тихим светом ночника, была идеальным прикрытием. Она отбивала желание вторгнуться, отбивала любопытство, которое часто бывает слепым и разрушительным. Источник Знаний не чувствовал себя одиноким в этом пространстве. Напротив, здесь он был наиболее собой. Здесь, в окружении простых вещей, он мог позволить себе быть не “ Всезнающим ” , а просто существом, которое думает. И эти мысли были тяжелее любых книг, когда-либо написанными им на земле. Он знал, что за пределами этой комнаты его ждут вопросы, которые он должен будет решить, ответы, которые он должен будет дать. Но пока что здесь, в этой “ обычной ” спальне, время текло медленно, позволяя ему собирать кусочки истины, как собирают камни на берегу моря. Странность положения заключалась в том, что для окружающих эта простота казалась аномалией. Они искали в нем чудовище или бога, а находили неудачника с простой кроватью. Но никто не обманывал их своим присутствием, происходит лишь обман их ожидания. Позволяя им видеть то, что они хотели видеть, чтобы они не видели того, что было на самом деле. Источник Знаний не прячет свои тайны в подземельях или на вершинах гор. Он прячет их в тишине, в повседневности, в том, что кажется настолько обычным, что становится невидимым. Так что, когда кто-то позже опишет эту комнату как место скуки и застоя, Отшельник лишь улыбнётся в темноте. Он знает, что именно в этой тишине рождаются самые важные ответы. Именно здесь, среди простых вещей, он хранит свою силу. И эта спальня является самым мощным из всех его артефактов, потому что она заставляет людей смотреть сквозь неё, не замечая глубины, которая скрывается за фасадом обыденности.

***

      Тишина в спальне была густой, вязкой, словно сироп, в котором тонули обычные звуки мира. За окном, где-то далеко внизу, в лабиринтах Шпиля, бегали ноги, спорили голоса, звенели бокалы, но сюда, в этот изолированный купол тишины, ничего не долетало. Источник Знаний и Отшельник лежали на кровати. Они не двигались. Не потому что боялись потревожить воздух, а потому что сами слова стали для них лишним грузом, камнями, которые нужно было отбросить, чтобы наконец дышать. Отшельник смотрел в потолок, где тень от единственного свечения ночника рисовала на побелке искаженные узоры. Он изобразил слёзы. Он изобразил отчаяние, рыдания, ту самую театральную драму, которая заставила всех людей в кафедре разбежаться, оставив их вдвоём. Это был жест, достойный величайшего актёра. Но сейчас, когда занавес упал, актера не существовало. Был только человек, уставший от игры, и его вечный спутник, чьё лицо было написано словами, которые больше не имели смысла. Источнику Знаний было тяжело. Не физически - его тело, выкованное из магии и древних рун, не знало боли в мышцах. Ему было тяжело душой. Он чувствовал, как пульсирует вена на виске Отшельника, как нервно дёргается его пальцы, сжатые в кулак под одеялом. Источнику хотелось сказать : «Зачем? Зачем эта ложь? Зачем ты притворяешься, будто я тебе нужен, будто ты меня любишь, будто ты боишься потерять меня?». Но он не мог. Потому что в основе их отношений лежала не любовь, а зависимость. Он - от его лжи, он - от его истины. Они были двумя сторонами одной монеты, которую никто другой не мог увидеть. Отшельник медленно повернул голову. Его глаза, обычно полные хитрости, насмешки или безумия, сейчас были пустыми, как колодцы без дна. Он поднял руку. Движение было тяжелым. Его ладонь легла на грудь Источнику Знаний, поверх ткани робы, прямо над сердцем. Отшельник не слушал его биение, оно отсутствует. Он просто чувствовал холод. Холод существа, которого он пытается понять всю жизнь, но так и не мог узнать суть. Потом он сдвинул руку выше. Пальцы коснулись щеки Источника Знаний. Кожа была прохладной, гладкой, почти фарфоровой. Отшельник прижал ладонь к лицу, будто проверяя, не исчезнет ли оно, как мираж. Затем он потянул Источника к себе. Медленно, осторожно, чтобы не нарушить хрупкое равновесие момента. Источнику пришлось приблизиться. Их лица оказались на расстоянии вытянутой руки. Можно было видеть каждую ресницу, каждую морщинку у уголка глаза, каждый блик в зрачках. Источник Знаний смотрел на него. В его взгляде не было гнева. Только бесконечная, всепоглощающая усталость. Усталость от вечности, от поиска ответов, от попыток найти логику в хаосе, который представлял собой Отшельник. Он вздохнул, и этот вздох звучал как приговор. — Как же так? — голос Источника Знаний был тихим, шелестящим, будто сухой лист скользит по камню. — Неужели тебе не суждено быть моей тенью? Моей правдой? Он помолчал, давая словам осесть в пространстве между ними. — Я знаю всё, что есть. Я знаю, что было, и то, что будет. Я знаю тайны, которые сжигают души. Но я не знаю, почему ты всегда выбираешь путь, ведущий в никуда. Почему ты прячешь своё истинное лицо за масками, которые сами тебя съедают. Я хотел быть твоим отражением. Я хотел быть тем, кто поймет тебя без слов. Но ты... ты всегда убегаешь. Даже когда ты лежишь рядом со мной, ты где-то там, в своей игре. И мне кажется, что я теряю себя, пытаясь поймать тебя. Отшельник не ответил сразу. Он смотрел на Источника Знаний, и в его глазах начинал разгораться тот самый огонь, который пугал и притягивал одновременно. Огонь безумия, но также и огонь абсолютной, пугающей ясности. Он видел в глазах Источника Знаний не осуждение, а боль. Боль от того, что истина, которую тот нёс миру, оказалась для него самого невыносимой ношей. — Тень? — Отшельник тихо усмехнулся, но в этой усмешке не было злости. Только горечь. — Ты путаешь вещи. Тень не может быть правдой. Тень - это лишь отсутствие света. А я... я не свет. Я не тьма. Я - искажение. Я - то, что происходит, когда свет проходит через кривое стекло. Он перевел дыхание, и его голос стал тверже, увереннее, хотя внутри него бушевала буря. — Ты говоришь о правде? Какая у меня может быть правда? Если я скажу, что люблю тебя, это будет ложь, потому что любовь - это слабость. Если я скажу, что ненавижу тебя, это тоже будет ложь, потому что без тебя я бы давно сошел с ума. Моя правда - в том, что я не знаю, кто я. И ты знаешь это. Ты, с твоими бесконечными знаниями, ты единственный, кто видит эту пустоту. И ты остаёшься. Почему? Источник Знаний опустил взгляд. Ему было больно. Больно от того, что Отшельник, мастер перевоплощений, вдруг снял маску так резко, что обнажил не гримасу, а крик души. — Потому что ты - единственный, кто не требует от меня быть идеальным, — тихо ответил Источник. — Все остальные хотят от меня ответов. Они хотят, чтобы я решил их проблемы, указал им путь, спас их. А ты... ты просто хочешь, чтобы я был рядом. Даже если ты лжёшь. Даже если ты играешь. Мне не нужна твоя правда, Отшельник. Мне нужно твоё присутствие. Потому что в мире, где все знают слишком много, быть невидимым - это роскошь. А ты делаешь меня невидимым. Отшельник замер. Эти слова ударили его сильнее, чем любой удар мечом. Он почувствовал, как внутри него что-то трещит. Та конструкция из цинизма, иронии и отстраненности, которую он строил годами, дала трещину. Он смотрел на Источника Знаний и видел в нем не бога знаний, не холодного арбитра судьбы, а человека. Уставшего, одинокого, жаждущего тепла человека, который нашел утешение в объятиях лжеца. — Ты говоришь, что я делаю тебя невидимым, — прошептал Отшельник. — Но разве ты сам не хочешь спрятаться? Разве ты не прячешься за своими книгами, за своими рунами, за этим знанием, которое ты несешь на своих плечах? Ты боишься смотреть на мир таким, какой он есть. Поэтому ты прячешься в нем. А я... я просто смотрю на мир прямо в глаза. И вижу, что он ужасен. И смешон. И прекрасен. И ты боишься этого. Он наклонился еще ближе. Их носы почти касались друг друга. Отшельник чувствовал дыхание Источника Знаний. Оно пахло старой бумагой, пылью библиотек и чем-то сладким, почти цветочным. Запахом вечности. — Я не хочу быть твоей тенью, — продолжал Отшельник, и его голос дрогнул. — Тень слепа. А я вижу. Я вижу, как ты страдаешь. Я вижу, как ты пытаешься держать этот мир на своих плечах, пока он рушится. И я не могу этого вынести. Не потому что я слаб. А потому что я слишком хорошо знаю цену этого знания. И я не хочу, чтобы ты платил за него своей душой. Источник Знаний закрыл глаза. Слеза скатилась по его щеке, оставляя след.