О пользе чтения книг

Данте давно смекнул одну бесхитростную деталь. Если аккуратно подлезть к Верджилу под локоть, пока он читает лежа на диване или в кровати, и вести себя очень тихо, то через какое-то время он положит ладонь на голову. А если смиренно подождать еще, не издавая ни звука, то он начнет перебирать волосы и поглаживать по затылку. Причем будет делать это совершенно бессознательно. И такой идиллией наслаждаться можно было долго. Главное – хранить гробовое молчание. Данте нравилась эта простая ласка, когда длинные пыльцы брата гладили волосы, зарывались в них, ласково касались кожи и массировали затылок. Раз за разом. В какой-то момент удовольствие пересекало все возможные границы, и терпение Данте лопалось, как зеркало в ванной. И тогда надо было действовать очень быстро, но при этом без суеты и спешки. Он забирал книгу из рук Верджила, под громкое возмущение отшвыривал ее в сторону и жадно овладевал его губами. Обычно близнец уже не сопротивлялся и охотно позволял себя целовать. И остаток вечера они проводили на этом самом диване (или в кровати). Совсем иначе обстояло дело если Верджил с книгой сидел на диване. Или откинувшись на спинку, заложив ногу на ногу. Или сдвинувшись в угол, вытянув неприлично длинные ноги, скрещенные в лодыжках. В обоих случаях свободными оставались колени, поперек которых можно было лечь. В детстве Данте валился на брата всем телом, пытаясь любой ценой сделать так, чтобы тот забыл про книги и поиграл с младшим. Сейчас методы были другие, более изощренными, вынуждающими Верджила отложить чтение по собственному желанию. Да и игры стали куда забавнее. Поэтому Данте предпочитал отвлекать Верджила от его книг после ужина. Особенно если этот ужин был плотный и вкусный – так приятнее. Как сегодня. – Наглость вперед тебе родилась, ты знаешь? – произнес Верджил не отрываясь от книги, когда Данте в очередной раз растянулся у него на коленях, устроив голову на подлокотнике дивана как на подушке. – Знаю, вперед меня аж на целых на шесть минут! Брат не прокомментировал, лишь подвинул книгу так, чтобы не видеть лица Данте. И воцарилась тишина, лишь изредка нарушаемая шелестом переворачиваемых страниц. Тут главным негласным правилом было не трогать Верджила руками, поэтому Данте закинул эти самые руки за голову и закрыл глаза в блаженном ожидании.  Ждать пришлось не долго. Через пяток страниц правая ладонь привычно легла на живот, и Данте, улыбнувшись, приоткрыл один глаз. Сначала ладонь лежала смирно, потом сдвинулась к ребрам и обратно, до ремня. И так несколько раз. Медленно и ласково. Наконец бледные пальцы подцепили футболку и скользнули под ткань к коже. Данте едва не вздрогнул, потому что рука Верджила оказалась неожиданно холодной, но ласка продолжилась как ни в чем ни бывало. Близнец чередовал поглаживания с мягким надавливанием. Он действовал осторожно, видимо помня, что Данте только что поел. От таких простых, но ужасно приятных манипуляций глаза закрывались сами собой и тянуло вздремнуть часок-другой. Чаще всего так и случалось и Данте спал до тех пор, пока брату не надоедало читать. Ну или гладить его живот. – Мне вот давно интересно, – неожиданно произнес Верджил и похлопал Данте по животу, заставив того недовольно воззриться на старшего, - при таких масштабных поглощениях пиццы ты все равно остаешься в форме. Как так? – Ну ты же у нас тут самый умный, вот и скажи мне - как так? Верджил мягко фыркнул и снова уткнулся в книгу. – Братец, почитай мне, - промурлыкал Данте. – Уже середина, ты ничего не поймешь, – ответил Верджил не отрываясь от книги. – А мне и не надо понимать, я просто хочу, чтобы ты почитал мне вслух. – Зачем? – Ну что за зануда! Мне нравится звучание твоего голоса, но не когда ты ворчишь постоянно. – И кто из нас зануда? – отозвался Верджил. Данте равнодушно пожал плечами и снова закрыл глаза. Ладонь близнеца отвлеклась перевернуть страницу, а потом вновь вернулась на живот. Данте услышал, как Верджил вздохнул и начал читать. В смысл вникать действительно не было нужды, и единственное, что отметил Данте, что это была крайне заунывная проза, из разряда той, какую писали в прошлом – а то и позапрошлом – столетии. Но хриплый голос Верджила сделал свое черное дело и Данте стал проваливался в сладкую дрему… как резкий удар книгой по лбу заставил его распахнуть глаза и выругаться: – Эй, какого хрена! – Твой храп мешает мне читать, - безапелляционно заявил Верджил, хмуро взирая на брата сверху вниз. – Да ты серьезно, что ли? – Если хочешь спать – вали наверх. – Если хочешь читать – перестань наглаживать мне живот. Верджил хмыкнул и Данте показалось, что он был готов треснуть книгой еще раз. Так, профилактики ради. Но быстро сменил гнев на милость. Он хищно улыбнулся и в его голосе скользнули интонации, от которых Данте всегда кидало в дрожь. В хорошем смысле: – Да? А ты прям так и хочешь, чтобы я перестал? Ты же только за этим и приходишь. – Кто тебе сказал такое? – ответил Данте и уголок губ предательски пополз вверх. – Твое тело, – тихо прохрипел Верджил и его ладонь весомым аргументом наполовину скользнула Данте под ремень. Внизу живота потяжелело в томительном предвкушении. Вот теперь можно было никуда не торопиться, потому что близнец перестал интересоваться книгой, хоть и продолжал ее держать. Его пальцы теперь гладили вдоль ремня, выводя самыми кончиками замысловатые узоры на коже так, что было почти щекотно. – Предательское тело... – ответил Данте накрывая ладонь брата своей. – Просто ужасное... – бледные, некогда ярко-голубые глаза Верджила смеялись. – Отвратительное, – Данте облизал пересохшие губы, - постоянно меня подводит. – В связи с этим у меня есть идея. Хочешь послушать? – Хочу... - зачарованно протянул Данте, наблюдая как Верджил захлопнул книгу и аккуратно положил ее рядом с собой. Он запустил ладонь под футболку Данте, сжал бок, погладив живот большим пальцем и склонился над братом. – Я помогу тебе его наказать... – прошептал Верджил в губы. Данте потянулся за поцелуем и, наконец-то позволив себе снять запрет на прикосновения, запустил пальцы в волосы близнеца. Из-за начавшейся возни книга упала на пол. Только уже никто не обратил на нее внимания.