Неизвестное зелье

      Круговорот из боли и сновидения закончился для Малфоя утром 3-его числа. Он проснулся, наконец-то, с пониманием, что он ничего не хочет рушить. Подниматься с кровати оказалось тяжелее всего, потому что любое движение, связанное со спиной (то есть почти все), давалось с болью. Поэтому первым делом Драко пошёл в душ.       Прохладная вода быстро окутывала всё побитое тело и серые волосы. Шум воды оказывал успокаивающее действие и заглушал любые звуки. Оставались лишь мысли в голове, которые всё возвращались к недельному циклу истязания себя в физическом и эмоциональном плане. А ключевая фигура была, конечно же, Поттер. В различном возрасте, различном виде и с различными эмоциями. И единственное, что осталось после гона неизменным, это скомканные чувства по поводу себя и своей похоти. Он оперся ладонями о холодный кафель, позволяя воде болью бить его спину. При мыслях о Поттере низ живота привычно свело — быстро, подло, не спрашивая разрешения ни у кого. Драко стиснул зубы и повернул кран на холодную воду. Как же ему хотелось, чтобы это всё прекратилось и не мешало его жизни, но в ближайшее время оно никуда не денется. Но Драко же из рода Малфой, поэтому скрыть всю свою внутреннюю тревогу, боль ему должно быть легко.       «Я каменная стена, мне нет дело до этих чувств. Осталось меньше полугода и всё закончится.» — Пока лилась вода, он пытался зациклиться на этой одной лишь фразе.       После душа пришлось встретиться сначала с последствиями от гона в виде своего измученного тела. Оно всё было в ссадинах и синяках, а спина расцарапана в пух и прах. По его телу можно было сделать вывод, что его переехала стая гиппогрифов. Он никогда не любил смотреть на себя после гона, это всегда было отвратительно.       «Я — представитель великого рода, а сейчас выгляжу как жалкое ничтожество.» — Вот, что он думал про себя. Волна отвращения к самому себе только нарастала, когда он стал рассматривать своё лицо — синяки под глазами, следы укусов на губах, кожа бледнее, чем у мертвеца.       Он отвернулся от зеркала, понимая, что внутри всё сжимается. Аристократ не может так выглядеть. Он сам не хочет себя видеть таким. Ведь он всегда был уверенным, холодным. А что сейчас? Он всего лишь разбитый человек, который не может собрать свой внутренний пазл.       В комнате полной тишины были слышны лишь слабые жалостные стоны от боли при нанесении мази, слабые они были только из-за выпитого ранее болеутоляющего зелья.       Как же Малфою хотелось, чтобы это было страшным сном, тем, что не существует в реальности. Но жизнь была жестока и он это знал. После душа он принялся перебирать свой гардероб, чтобы достать мешковатые вещи поближе, ведь он понимал, что всё его тело сейчас просто не сможет придерживаться того стиля одежды, в которой он ходил в обычное время. Так что на ближайшее время его спутниками будут свободные свитера в пастельных тонах и прямые брюки.              Собравшись, он наконец открыл глаза на физические потери своего жилья и в очередной раз внутренне порицал себя за свою природу. По сравнению с поместьем Малфоев дом, конечно, выглядел плохо. В распоряжении Малфоя были всего лишь два этажа. На первом было расположено несколько комнат — смотровая, хранилище для ингредиентов совмещенное с коридором, комната с котлами и комната для отдыха и приема пищи, в которой находился котёл. На втором этаже было жилье Малфоя — спальня, кухня и ванная комната.       Всё в доме было окутано неуправляемой магией. Мебель разбита, стены исцарапаны. Такие разрушения были каждый раз, различались только в объеме разрушений.       «Монстр» — Каждый гон одна и та же преследующая мысль, не дающая покоя. И самым страшным было, что он помнил, как всё рушил, как бился о стену в приступе ярости, требуемом изнутри им самим. Сколько ещё это всё будет продолжаться?       На секунду он закрыл глаза, глубоко вдохнул и принялся восстанавливать все части дома. Меньше всего пострадала часть дома, связанная с зельями. Там были разбиты лишь несколько вещей — зеркало, старинная ваза, и картина какого-то пейзажа. Скорее всего из-за того, что он любил это занятие всю свою жизнь. Ему хотелось заниматься этим все года, сколько он себя помнит. Недаром он был лучшим по зельеварению. И хотя бы этот факт радовал его в такой отвратительно тяжелый для него момент.       Только ремонт всей фурнитуры во всех комнатах занял несколько часов, параллельно с этим, если бы кто-то ещё находился, слышались тихие ругательства Малфоя и его стоны от боли во всём теле. Только вот починить магией все вещи не то же самое, что убрать во всем доме после гона. Осколки, мелкие части от сломанных вещей были везде, а пыль лежала и летала в воздухе, а это очень раздражало такого мага, как Малфой. Он любил чистоту в своем поместье и эта любовь и привычка никуда не исчезли со сменой места жительства. Даже если бы его единственное желание сейчас было — лежать и просто свободно дышать, то с грязью у него это никак не получилось бы. Таким образом, в ход пошли несколько тряпок, метелка из перьев, швабра и уставшее, похудевшее за неделю тело. Но даже, когда с его лба начинал стекать пот сны с участием Поттера всё равно не давали ему покоя.       Сколько же потребовалось времени, чтобы забыть его после школы? Одно можно было сказать точно — это было очень долго и мучительно неприятно, потому что совпало это всё с судами, затем с переездом из поместья Малфоев и дальнейшим обучением. И только последнее помогало забыться, но это были лишь небольшие крупинки, которые выветривали все мысли из головы.       От прошлого его отвлек запах еды из комнаты отдыха. Взвесив все за и против, колдомедик отставил в сторону швабру и пошел на запах. В ней его встретила домашний эльф с приготовленным томатным супом-пюре и кусочком черного хлеба с маслом.       — Мистер Малфой, я приготовила вам суп. — Она закончила сервировку стола, поставив тарелку с супом на салфетку.       — Спасибо, Ликера. Что случилось за эту неделю? — Несмотря на боль, колдомедик держался с аристократической выправкой. Сел с прямой спиной за стол и, не дождавшись ответа, начал есть, потому что иначе бы его желудок начал бы поедать себя.       — Ничего особенного, я организовала требуемую поставку, также к вам приходили господин Забини и госпожа Паркинсон, но я сказала, что вы не можете их принять.       — Хорошо, думаю, что они поняли ситуацию.       На этом разговор был закончен, но было видно, что Ликера замедлилась, будто хотела сказать что-то ещё, но она лишь поправила салфетки на столе и исчезла с тихим хлопком.       Через несколько минут желудок был приятно наполнен. А после вновь пришлось брать в руки швабру. Он мыл пол так, будто его главным врагом была не осевшая пыль, а его желание выбить из головы собственные воспоминания за последнюю неделю. Малфой плюхнулся на диван от усталости и в этот же миг пожалел о быстроте и небрежности своего действия. Усталость ударила со всей своей беспощадной силы. Он не сразу понял, что задремал, лишь обрывок какой-то школьной ситуации с Поттером об этом напомнил.       Незаконченные дела не давали возможности полноценно отдохнуть, поэтому уже заполночь, переодевшись в чистую одежду, он сидел за письменным столом в спальне и писал письмо тому же адресату, которому писал в последний раз.       Сколько же пергаментов было истрачено, чтобы написать одно необходимое письмо. Оно будто само не хотело быть написанным. Само начало не задавалось, Малфой будто не знал, как обратиться.       Мистер Поттер, Гарри, Уважаемый Поттер, Гарри Поттер — всё не подходило, и пришлось зачеркивать и брать новый пергамент.       Буквы выводились медленно, растягивая время до того момента, когда нужно будет отдать его. Но текст письма заканчивается, буквы не бывают вечными.       Мистер Гарри Поттер, завтра в 13:00 вам необходимо пройти медицинский осмотр.       С уважением, ваш колдомедик, Драко Малфой.       Всё четко, сухо, профессионально. Без единого намека на что-либо. Но понимание, что придётся встретиться с человеком из своих сновидений так скоро, беспокоило. Единственное, что его заставляло это сделать — это ответственность за своё дело.       Стоя перед камином, в его голове зародился страх. Желание не встречаться с Поттером было не тем, чего хотелось ему внутри. Но боязнь, что всё выйдет из-под контроля, прогрессировала быстро. Переступать через себя и свои чувства было уже привычкой, поэтому уже через несколько секунд раздумья его лавка зажглась светом от камина.       Кабинет был всё тем же. За неделю в нём ничего не изменилось. Но это было и логично, не у него же в кабинете Малфой проводил свой гон, разгромив всё, что было. Диван стоял на том же месте, журнальный столик никуда не убрали. Внутри сразу вспомнилась ночь, когда он был тут последний раз, как он сбежал, ничего не объяснив. А затем взгляд скользнул на громоздкий деревянный стол. За ним сидел Поттер, подложив под лежащую голову предплечье. От неожиданности Малфой замер. Он простоял неподвижно пару минут, пока его мозг заново не включился и осознал, что Гарри заснул на своём рабочем месте.       Внутренний колдомедик в этот момент говорил, что утром тело аврора будет не в восторге от такой позы сна. Но встречаться с ним сейчас, только отойдя от гона, Малфой не хотел. Внутри будто тут же проскочила кинопленка со всем приснившимся за последнее время. Хотелось выкинуть это из головы и просто остаться бесчувственным человеком. Хотя может есть возможность создать такое зелья? Если и есть, то Малфой обязательно его найдёт. Но позже. Сейчас его главная проблема, как колдомедика, — это пациент, спящий в неправильной позе.       — Здесь ты не можешь использоваться магию, так как твоя палочка не зарегистрирована, как работника. А если придётся, то тебя могут и посадить за незаконное проникновение в Министерство Магии. — Сказала Гермиона в первый день Драко в Министерстве под конец инструктажа.       Инструкция по поводу магии была для Малфоя ясной и четкой. Поэтому варианта лучше, чем перенести его самому на диван, не было. Тихим неспешным шагом он подошел к спящему Поттеру. Секунда потребовалась, что собраться и окончательно увести свои мысли от сексуальных подтекстов. Выдохнув, он перекинул голову Поттера назад на свою правую руку, затем левой рукой ухватился за ногу. Поднять главного аврора даже для альфы оказалось не самой легкой задачей. Скованный внутренним страхом, Малфой хотел быстрее прекратить такой близкий физический контакт, поэтому перенёс он его быстро.       Но никто не мешал ему рассмотреть лицо Поттера, так ведь? Выглядел он хорошо, особенно, если сравнивать с колдомедиком. Даже небольшие синяки под глазами из-за недосыпа нисколько не уменьшали его красоту. Пухлые, искусанные губы не отвращали. Но вот волосы были кошмарны — все растрепаны, хотя в школе они выглядели ещё хуже как солома.       В этот момент прядь волос небрежно упала Гарри на лицо, и будто мешала ему спокойно спать, потому что он начал морщиться. И в эту минуту какая-то магическая сила заставила Малфоя, не раздумывая, убрать её с лица Поттера. Касание к лицу было секундным, но теплота на руке осталась на некоторое время, растекаясь по всему телу приятной волной.       «А когда же Поттер перестал носить очки? Интересно будет узнать» — Малфой смотрел на свою руку, находящуюся всё ещё у лица аврора, будто в ней было сокровище всего магического мира, и улыбнулся. А в это время спящий Поттер, сам того не зная, подставляет свою щеку под руку Малфоя, будто ища в ней убежище.       Пришёл в себя он через минуты 2, когда понял, что застыл, смотря на Поттера.       «Чёрт, забыл подавители выпить сегодня.» — резко вспомнил Малфой.       В этот момент хотелось провалиться сквозь землю, слава Мерлину, это никто не видел. Вспомнив, зачем зельевар вообще сюда пришел, он аккуратно отдернул руку и положил на журнальный столик своё письмо и уже хотел окончательно уйти, но вдруг услышал.       -Холодно… — шепнул Гарри, от чего Малфой чуть не подскочил на месте и не закричал как девочка.       Обернувшись, он увидел, что главный аврор всё ещё спит, скрутившись в позу креветки от холода, будто беззащитный ребенок. Разозленно вздохнув, он вышел из кабинета через камин.       Через пару минут Малфой вновь вернулся в кабинет, неся в руках серый плед.       «Я это делаю, исключительно, из-за того, что он мой пациент. Ничего более.» — оправдывал сам себя Драко.       Далее он решил дописать постскриптум к основному письмо, взял перо со стола Гарри, написав несколько фраз.       P.S. Хотел сказать вам ещё одну вещь, но не решился вам будить. По моему мнению, вы спали неудобно на своём кресле, поэтому       Обдумав, он решил зачеркнуть последнее недописанное предложение, хотя в голове его и закончил.       «Поэтому перенес вас на диван. Надеюсь под пледом вы не замерзли.» — А затем додумал — «Какой идиот это будет дописывать к приглашению на прием?»       Напоследок он что-то буркнул себе под нос, и ушёл из кабинета, обернувшись напоследок. У себя дома он сразу лег спать из-за невыносимой усталости, накопленной за весь день.       Но сон сначала не приходил, а позже был беспокойным, то кошмары, где он в порыве гнева кидает Аваду в Поттера, то какими-то страстными момент из его фантазии. В общем, утро не задалось у него с самой ночи. Вставать всё ещё было тяжело, как морально, так и физически, но про зелье сна без сновидений он теперь точно не будет забывать, как и про мази с болеутоляющим. А вот обычные дела никуда не ушли, поэтому он быстро вник в курс и продолжил делать то, что было необходимо. Где добавлять какие-то ингредиент, где просто перемешать содержимое котла, где проконтролировать цвет зелья.       Уже ближе к обеду приехала небольшая поставка ингредиентов. И только когда ему сказал курьер, прокашлявшись перед этим, что чувствую его феромоны, он осознал, что все ещё не выпил порцию необходимых подавителей. Он снова забыл про них — всё это из-за чертова Поттера в своей голове. Какой позор для чистокровного мага-аристократа распылять так свои феромоны.       Вернувшись в лавку, он быстро нашел нужный флакон с бледно голубой жидкостью и выпил её залпом. Какая она мерзкая, горькая. Хотя это и должно было быть сделано утром, но эти мысли выбивают его из колеи уже который раз.       «Соберись, Малфой, нельзя терять себя. Такая роскошь тебе никогда не была позволительна.» — Пытался поставить себя на место он.       Но на сколько хватит этого контроля себя? На этот вопросов нет ответа, его можно будет только увидеть. А когда? На это тоже нельзя ответить правильно.       После подавителей в ход пошло открытие всех окон, и только после — рассортировка привезенной партии ингредиентов.       Для себя он решил никак не показывать то, что происходит внутри него. Его чувства никому не нужны. Его презирает все. Пускай так и остается.       Когда он ставил последние склянки, то послышался звук камина из комнаты отдыха. Рука автоматически сжала банку от стресса, выветрились ли его феромоны до конца, но придя в себя, Малфой её быстро поставил, надеясь, что этого не было видно.       Для него было неприятно, что его феромоны не пахнут, как у чистокровных. Вот что за аристократ, от которого несет землей после дождя? Сам себе он представлял свой запах в школьные года, как что-то древесной, кожаное с каплей табачного запаха. То есть более мужественным по его мнению. Ну или на крайний случай хотя бы морской аромат.       Во время приема Малфой стрессовал, в его голову постоянно влезали мысли о снах с Поттером, поэтому поддерживать обычную атмосферу было не так просто. Надо было выбросить всё из своей головы, но это оказалось труднее, чем было в школе. Вместе с его положением ушла и вся напыщенность.       — О чём ты хотел мне сказать? Ты написал это в письме. — Поинтересовался Поттер в середине приема.       — Не засыпать в кресле — это плохо для здоровья. — Быстро сказал Малфой, на что аврор как будто тепло хмыкнул, но колдомедик не придал этому значения, потому что вспомнил касание руки к щеке Гарри. Она была очень теплой и приятной.

13:58

      Гарри наконец ушел через камин и можно было хоть немного расслабиться, если бы только не оставленные часы. Они были простыми, без каких-либо богатых излишек — для школьного Малфоя это была бы безделушка. Он представил, как Поттер проводил по ним пальцем, отсчитывая время до их встречи. Ох, мечты.       «Я их верну, обязательно» — Подумал, даже пообещал себе Малфой и сложил их в свой карман халата. Но когда он их вернет и захочет ли этого, когда он создаст зелье? На это он мог ответить, но только неправдой для самого себя.       Отвлекающими маневрами от дальнейших мыслей стали привычные дела по лавке, а позже очередная уборка и ужин.       Заново нанеся мазь на все раны и забинтовав их, чтобы оставить одежду чистой, он направился к кабинету Гермионы через привычный маршрут.       — Малфой, с возвращением. Как ты себя чувствуешь? — Гермиона привычно сидела за своим столом.       — Всё в порядке, как тут без меня было? Соскучились все наверное? — Показывать маску сарказма перед Грейнджер было проще, ведь не она вызвала во нем позабытые чувства.       — Ну, никто не умер от ожидания тебя. — Отшутилась Гермиона в ответ, на что Малфой усмехнулся и решил перейти к делу сразу.       — В общем, мне нужны копии некоторых страниц. Знаю, обговаривалось, что я не буду выносить книги за пределы Отдела Тайн, но ближайшую неделю или две я буду меньше появляться в Министерстве из-за застоя зелий в лавке. Если ты не согласишься, то я пойму. — Он понимал, что говорить «Не хочу увидеться с Поттером не во время осмотров, даже, если это маловероятно, из-за своих вновь вспыхнувших школьных чувств» нельзя.       — Я подумаю по поводу твоей просьбы, напиши страницы и названия книг, которые тебе нужны. — Малфой на это кивнул, понимая, что склонить чашу весов в свою сторону у него не выйдет, если Грейнджер сама не посчитает это необходимым.       А после прошли привычные несколько часов изучения книг, прерываемые двумя вещами — общением и чаепитием. Непринужденная обстановка расслабляла. В ней хотелось раствориться, чтобы весь стресс ушёл за дверь, которую никогда не откроют. Но Малфой лучше всего понимал, что это не спасение, а замедленная бомба, которая сломает всё при взрыве, или обычное притворство, чтобы не было слишком тяжело сидеть в одном помещении.       При обратном маршруте оказалось, что Поттера уже не было в кабинете. Что облегчило грудь Малфоя.       — Драко, береги себя, мы на тебя надеемся. — Конечно же, от Гермионы Грейнджер не спрятать странность в движениях. Но больше он опешил, что она назвала его по имени, а не как обычно.       — Приятно слышать, глава Отдела Тайн. — Малфой улыбнулся и, попрощавшись, ушёл через камин.

6 число, время 12:57

      Утро 6-го числа выдалось спокойным. Колдомедик успел разобраться с несколькими заказами, провести осмотр двух пациентов. К полудню его самоощущение улучшилось — раны перестали так сильно болеть, а в голове перестал кружиться один лишь Поттер. Зелья сна без сновидений наконец-то давали свои плоды в виде спокойного сна.       Когда послышался треск камина, он обернулся и удивился, что к нему пришел не один маг.       — Привет, Драко. — После того, как Малфой не сказал ничего против того, что Гермиона назвала его по имени, она продолжила это делать.       — А ты, что здесь забыла? — Шок можно было прочитать на его лице. Да, теряется хватка, что ли?       — Выполняю твою просьбу, не забыл же? — Гермиона достала из кармана небольшую коробку, поставила её на стол и через несколько взмахов палочки перед Малфоем увеличилась коробка, в которой оказались не страницы из книг, а сами книги.       Удивление скрыть не было даже малейшего шанса, он посмотрел на книги, потом на Гермиону, а затем вновь на книги. Это было невероятно, ведь Гермиона нарушает поставленное ею же правило для него? Будто сон… Он провел пальцем по корешку одной из книг, проверяя реальность происходящего.       — Это копии книг, которые ты просил. Считай что вознаграждение за часть твоих улучшенных бодрящих зелий. — Гермиона хихикнула над реакцией Малфоя на свой немного неправильный поступок. — Но на них наложено заклинание, так что перенести информацию с них никуда ты не сможешь.       — Спасибо. — Он улыбнулся Гермионе.       «Мы не друзья. Нельзя к этому привыкать.» — Одернул он себя. Ведь улыбка вышла настоящей, без плохого умысла, насмешки, сарказма. Скажи ему месяца два назад, что он будет так улыбаться Грейнджер, то он бы никогда не поверил в такую реальность. Что он будет общаться с Поттером? Точно нет, ни при каком случае. Ну, было бы так.       Наконец Гарри напомнил о своем присутствие двум другим магам, покашляв. Малфой на него посмотрел, спрятав улыбку, и показал рукой, что тут закончено и они могут идти в смотровую.       — Можешь осмотреть лавку, ты же тут впервые. — Кинул Малфой Гермионе напоследок, увидев кивок от неё, он спокойно пошёл проводить осмотр Поттера.       Само обследование проходило тише обычного, Гарри не заводил темы для разговора, а колдомедик этому был удивлен, ведь обычно их приём растягивался на минут 40 из-за их перепалок.       — Ты зелья принимаешь? А то ты совсем убитый будто. — Высказал обеспокоенность Малфой.       — Пью, завалы на работе, сейчас почти каждый день отбор новобранцев, да ещё и бессонница последние дни. — Устало высказал Поттер, и откинул голову назад.       — Никакого отдыха, видимо, в вашем Министерстве. — Попытался рассмешить Драко аврора, хоть и выдалось слабо. Но в голове он успел сделать себе пометку, что стоит рассмотреть или другое зелье, или улучшить существующее, или посмотреть, какая будет реакция, если добавить к приему ещё и зелье сна без сновидений.       От дальнейшего разговора отвлек звук разбитой посуды. Оба мага тут же подскочили со своих мест и направились к источнику звука — шкафам с ингредиентами для зелий.       Там стояла Гермиона, зажав нос одной рукой, она смотрела под свои ноги на разбитую колбу и растекающуюся жидкость с едким запахом. Когда она услышала звуки шагов, она перевела взгляд с пола на пришедших людей.       — Прости я нечаянно задела её, когда осматривалась. — Гермиона перебирала свободной рукой свою мантию от неловкости.       — Больше экскурсий без сопровождения не делать, спасибо за напоминание. — Хоть и грубо, но с долей шутки отреагировал колдомедик и достал палочку, чтобы с помощью заклинания Акцио призвать веник и тряпку. — Идите в смотровую, я тут уберу сам.       — Но это я уронила, я должна же помочь. — Вскрикнув, сказала девушка, сгорая от стыда.       — Ты ещё чего уронишь, уводи вялого Поттера. — Уже командным голосом сказал Малфой, ситуация сама не так сильно раздражала, а вот упорство помочь в его лавке — было достаточным добавочным действием, чтобы начинать видимо раздражать, особенно учитывая недавно закончившийся гон.       После его фразы не последовало словесного подтверждения действий, только Гермиона осторожно переступила осколки и, взяв под руку Поттера, направилась в сторону, откуда пришли парни. Сам же Малфой, когда остался один, выругался и начал убирать. Сначала осколки, а потом и саму жидкость. Заняло это минут 5, после чего он открыл все окна и пошёл в приемную. Заходя, он увидел всё ещё переживающую Гермиону и успокаивающего её Гарри. Они сидели на кушетке, к которой колдомедик и подошёл.       — Нет ран от осколков? А то мало ли ты пыталась сама всё убрать там. — Быть колдомедиком означает всегда думать о здоровье тех, кто просто находится рядом. И не всегда это высказывается только серьезно.       — Нет, я хочу загладить вину свою, но для начала… — Гермионе пришлось зажать нос, прежде, чем продолжить. — От тебя воняет.       На секунду опешив, Малфой рассмеялся, и открыл окна в приемной, затем с помощью магии очистил халат. А дальше позвал своего домашнего эльфа и попросил подготовить обед на них троих.       Уже за приемом пищи, когда едкий запах почти не ощущался, они продолжили разговор.       — Мне не нужно от тебя ничего, Гермиона, хватит. — Уже какое-то время они продолжали спорить, что нужно ли главе Отдела Тайн исправлять как-то случившееся, загладить вину за разбитое, как оказалось, укрепляющее зелье.       — Ну, Драко, прими ты возможность купить тебе хотя бы книгу. Гарри поддержи меня. — Она повернулась к Гарри, который сидел слева от неё.       В это время Гарри будто отошел от сна, попытался быстро сообразить, что от него требуется и в своей голове что-то решил. Перевел взгляд с Гермионы на колдомедика и просто произнес.       — Согласись уже, она от тебя не отлипнет иначе.       Драко замолчал пару секунд, будто взвешивая всё в своей голове.       — Ладно, купишь что-нибудь на этом книжном фестивале. — Недовольно выдохнул Малфой и наконец спор был закончен.       Гермиона радостная стала доедать обед, а Поттер в это же время уже начал вставать из-за стола.       — Я пойду, у меня есть важные дела. — И он быстрым шагом ушел в Министерство.       Драко кивнул ему и стал провожать взглядом, что зацепило Гермиону. Даже во время их споров по поводу покупки чего-нибудь, он всё равно мельком да поглядывал на Гарри. А после ухода аврора в камин, будто сама атмосфера в лавке изменилась, стало спокойней?       «Что-то не дает мне покоя, но я пока не могу понять всё до конца.» — Гермиона размышляла об этом, глядя на затухающее пламя от камина. — «Надо внимательней на них посмотреть вместе.»       Еда закончилась быстро, обед в Министерстве заканчивался, а к колдомедику должны скоро прийти и другие маги.       — Что с Гарри? — Спросил Драко у Гермионы, стоявшей у камина, перед её уходом. Само имя вышло случайно, видимо из-за того, что Грейнджер начала звать его по имени.       — Гарри весь разнервничался на прошлой неделе. На него обозлился, наверное, весь его отдел. А тут ещё и началась бессонница. — Утаивать смысла Гермионы не видела.       После этих слов Малфой даже не смог сдержать маску спокойствия, сменив эмоции на лице на удивление и неверие в это, но лишь на пару секунд.       — Я ускорюсь в исследования. Сегодня не приду в Министерство.       На этом их разговор закончился, но не день. У Малфоя сегодня было не так много пациентов, в связи с чем рабочий день закончился раньше, чем обычно. Но работа колдомедика не было закончена, он начал заново перебирать книги, принесенные ему Гермионой, в поисках решения.       Дыхательная терапия феромоны — один из древнейших способов пробуждения вторичного пола. Суть его действия заключается в том, что организм начинает улавливать сильные сигналы, что наступает время заводить потомство. В связи с механизмом действия сущность пробуждается через несколько сеансов. При использовании этого способа необходимо применять феромоны и альфы, и омеги, но сохраняя очередность, чтобы выявить на какой из них тело реагирует положительно, а на какой отрицательно.       Из побочных действий можно выделить, что если феромоны подобраны некачественно, то возникает сильная тошнота, рвота, головокружение, сонливость, заторможенность и другое. В основном подбор феромонов заключается в выборе «подходящих» запахов для мага.       — Дыхательная терапия феромонами? В принципе можно попробовать, но какие феромоны ему давать? И что вообще значит подходящие запахи? — Говорил сам себе Драко, сидя в своей спальне, посматривая на оставленные часы. Они были отвратительными для Малфоя — тикали слишком громко. Но убирать их не было никакого желания. Пускай будет. Хотя бы это.       Он перечитал несколько раз, но так и не понял подходящие запахи это какие? Как это измеряется? И вообще… подходящие для кого? А земля после дождя подходящий запах? Нет, бред какой-то. Но какой?       Ну у него впереди есть целая ночь и ещё несколько месяцев для решения этого и других вопросов.