В тайне от Великих Звезд

Глава 22 Благодаря действенным лечебным средствам Мораан Лаэри быстро шла на поправку. Тэйлорн проводил в шалаше почти весь день, помогая старейшине и приглядывая за выздоравливающей. Через день, к утру лимарийка уже смогла, хоть и не твердо, встать на ноги. Женщина строго-настрого запретила ей любую физическую активность хотя бы сегодня, а потому девушке предстояло весь день шататься по племени в скуке.  - Повторяю, никаких напряжений, - бросила Мораан напоследок, когда Лаэри сделала шаг наружу. Глубоко вздохнув, она кивнула и лениво выползла на свежий воздух, тут же встречаясь взглядом с ожидающим Тэем. Он молча смотрел той в глаза, медленно водя хвостом из стороны в сторону. На его левой руке был завязан листовой бинт, напоминающий о пережитых обоими событиях, и лимарийка, заметив закрытую рану, отвела взгляд. Мужчина заметил смену в поведении спутницы и еле-заметно прижал уши, наклоняя голову вбок.  - Сегодня подготовка к фестивалю Ночной Звезды, - сказал до жути отстраненно, глядя куда-то вдаль, - нужно собрать как можно больше фруктов в лесу. С этими словами, он резко отвернулся и пошагал в сторону джунглей, за одно прихватив с собой плетенную сумку. Лаэри еще несколько секунд стояла на месте, слегка прижав уши и не понимая, что могло измениться за такой короткий промежуток времени. Он стал более холодным. Меньше прикосновений и взглядов, меньше слов, меньше всего его. Родное мужское внимание как будто постепенно стало утекать из жизни девушки после разговора Тэйлорна с Хранителем Течения. Тот что-то сказал, явно что-то нехорошее. Возможно, он угрожал охотнику изгнанием? Или запретил сближаться? Путаясь в собственных догадках, лимарийка последовала вслед за мужчиной, который с каждым шагом удалялся от нее все дальше. Еще и этот чертов фестиваль. Лаэри никогда в нем не участвовала, лишь наблюдала со стороны, как кружатся и танцуют девушки у костра, а самцы выходят к ним, и танец перерастает в более медленный и чувственный. Все в племени так воодушевленно готовились, не в силах ждать до завтра, хохоча и репетируя интересные движения танца, а она уныло плелась по лесу, складывая в свою сумку ярко-зеленые плоды, скрывающиеся в листве такого же оттенка. Оторвав очередную округлую ягоду, лимарийка досадно кинула ту в кучку подобных фруктов и громко цокнула языком. Тэй собирал на другой стороне кустарника, но ее недовольство все равно услышал и на мгновение замер, вслушиваясь в дальнейшие действия девушки. Но та продолжила идти дальше, плавая в мыслях и разочаровываясь в грядущем празднике еще больше, представляя, как она сидит в стороне и одиноко смотрит на веселящихся местных. Лимариец решил выйти на главную тропу, а потому тут же вылез из непролазных кустов и двинулся вслед за женской фигурой. Взгляд вперился в темную спину Лаэри, а затем поднялся выше, замечая в районе плеч странные следы, своим видом напоминающие царапины. Моментально догнав впереди идущую, Тэйлорн инстинктивно схватил ту за локоть, забывая о своей отстраненности.  От прикосновения теплых мужских пальцев девушка вздрогнула и, неожиданно для самой себя, отшатнулась.  - Что это? - проводя глазами по видным следам, он вопросительно, но в то же время недоверчиво посмотрел на лимарийку. Она, не собираясь отвечать на его вопрос, последовавший после резких и своевольных действий, откинула пряди за спину и пошла вперед, полностью игнорируя присутствие охотника.  - Tor nai saen (Тебя это не касается), - лишь бросила та и бесшумно пошагала дальше, еле-заметно проворачивая уши в сторону Тэя. Мужчина встал на месте, опешив от ее дерзости и осознавая, что он вновь начинает ломать границы своей заботой и внимательностью. Глубоко и раздраженно вздохнув, злясь на самого себя, Тэйлорн пошел за ней с хмурым взглядом. И все равно лимариец продолжал изучать загадочные ранки, если их можно было таковыми назвать, на спине девушки. Как будто что-то схватило ее сверху и очень крепко держало, что остались следы. Мощные когтистые лапы, принадлежащие лишь одному существу в их округе. Охотник знал, кто им являлся, но не торопился заваливать полосатую спутницу своими надоедливыми вопросами. *** Так они провели всю оставшуюся часть дня, в молчании и взаимной недосказанности. Не перебросившись ни одним словом с их последнего разговора, Тэй и Лаэри насобирали две полные сумки различных фруктов и уставшие прибыли обратно в племя. Здесь во всю шла подготовка к предстоящему торжеству, и все были заняты своими делами: кто-то подготавливал место для танцев, расчищая местность, кто-то репетировал сами танцы, а другие готовили большие праздничные блюда во главе Мораан, которая первая увидела отстраненность вернувшихся собирателей. Махнув хвостом, она осторожной кошачьей походкой приблизилась к лунной лимарийке, которая с излишней силой выкладывала плоды на деревянный стол.  - Много собрали? - как бы невзначай спросила женщина, украдкой глядя на реакцию собеседницы, которая почти оскалилась.  - Много, - холодно отрезала Лаэри, не намереваясь на продолжение беседы и продолжая разгружать сумку. Но старейшина и не собиралась сдаваться:  - А где Тэйлорн? - более тихим тоном поинтересовалась, отчего девушка достигла точки кипения.  - Не знаю я! - резко выпалила она, уже агрессивно виляя хвостом и мерцая биолюминесцентным узором, - и знать не хочу.  - Вот оно как, - протянула Мораан, кивая головой и складывая руки на груди, - и что же случилось? Лаэри озлобилась и, скривив лицо и разгибая спину, она встретилась с зелеными глазами. Старейшина прожгла яростный янтарный взгляд своим хладнокровным и мудрым, заставляя девушку немного успокоиться.  - Знаешь, что происходит с мужчиной, которому не все равно? - своим вопросом она целиком и полностью завладела вниманием лунной лимарийки, - Ra kaesh kai-thaal. (Он пытается отстраниться.)