И всё обратится в прах

      Новость о состоянии Форда прогремела подобно грому в ясную погоду. Даже не собрав вещи, близнецы отменили все планы и помчались в больницу в штате Орегон, пока не стало слишком поздно. Стэн был очень взволнован; по его срывавшемуся голосу в телефоне казалось, будто Форда могло не стать в любой миг.       Палата, куда его положили, находилась на третьем этаже, и путь до неё показался неестественно долгим. Замкнутый, блёклый мир коридоров навевал тревогу. Перед нужной дверью и без того тяжёлый воздух сгустился лишь сильнее, и только голоса за дверью смогли притупить зловещее ощущение.       Наверное, больницу можно было включить в перечень самых неприятных мест для встречи. Люди, у которых всё хорошо, редко видятся в пределах её стен. Особенно, в отделении онкологии, где витает специфический запах болезни, а в осунувшихся лицах пациентов проступает смирение, произрастающее из глубокой непреодолимой усталости.       Атмосфера в комнате отличалась в лучшую сторону. Палата была небольшой, светлой, двухместной, с тканевой ширмой между кроватями. Одна из них пустовала, возле второй толпились посетители.       Близнецы не особо радушно встретили родителей: воспоминания ссор и скандального развода до сих пор были свежи. Фигура отца вызывала болезненные ощущения после того, как тот начал строить собственную жизнь, вынуждая мать заботиться о семье в одиночку. Как только Мэйбл и Дипперу стукнуло восемнадцать, они съехали, чтобы стены родного дома не напоминали о тяжёлом времени. Однако при виде уставшего старика все присутствовавшие отбросили разногласия.       Вчетвером они разместились напротив Пайнсов старших. Стэн привычно ворчал, а Форд, изнемождённый болезнью, с недовольным выражением лица его слушал. Сил на ответные доводы у него не осталось, так что вместо слов он иногда морщился или сжимал кулак, отчего трубка катетера дёргалась.       — Форд! — в палату с пакетом фруктов вломился взволнованный мужчина в пожилом возрасте. — Негоже заставлять старика носиться по городу!       — Шерми… — увидев младшего брата, Форд слабо улыбнулся и принял сидячее положение. — Как же я рад тебя видеть…       — Если так скучал, мог бы просто приехать в гости, а не пугать до седых волос!       Ругаться у Пайнсов было в крови. В какой бы ситуации они ни оказались, на колкости и перепалки время всегда нашлось бы.       Споры сменились рассказами, затем — непринуждённой беседой о бытовых мелочах. Каждый нашёл, что сказать. Когда же настала очередь Диппера, он впервые не мог подобрать тему для разговора. Новость застала врасплох, оттого слова не клеились в предложения. Мэйбл подозревала неладное, но списывала странности на плохое питание и длительные приключения в открытом море. Кто бы мог подумать, что недомогание, потеря веса и больная поясница окажутся симптомами не старости, а куда более ужасного явления.       Стэн немного приукрасил: Форд просто лежал в больнице, как посоветовал лечащий врач, увидев анализы. Это не было предсмертным состоянием — обычная госпитализация с целью остановить ухудшение здоровья. В скором времени его должны были выписать, но это не умаляло тяжести открытия, что внезапно свалилось на головы близнецов.       К вечеру разговоры исчерпали себя. Когда время посещений закончилось, все покинули палату. Хоть беседа и шла с трудом, Форд старался шутить и смеяться, лишь бы не беспокоить лишний раз близких. Никто не произносил этого вслух, и тем не менее каждый видел и понимал. Осадок всё равно остался.       Когда Диппер тоже начал собираться, Форд окликнул его.       — Диппер, мальчик мой, помнишь, я говорил, что мне нужен ученик?       Диппер помнил. Никогда не забывал. Однако прежней радости не было, только боль и грусть от осознания неизбежного.       — Конечно, дядюшка Форд.       — Когда мне станет получше, я хочу, чтобы ты перенял мои знания и применял их во благо. Для защиты семьи, для защиты мира.       «Обязательно», — произнёс Диппер про себя, но не вслух.

***

      Ситуация была плачевной. Мало того, что в измерении его силы не работали, так ещё и огромная ящерица твёрдо сжимала в своей костлявой лапе. Да, можно было не переживать о голодающих тварях, только его держало нечто побольше и пострашнее.       Они не вели диалогов, просто смотрели друг на друга, казалось, вечность. Лишь изредка рядом мелькали существа и шептали что-то дракону на незнакомом Биллу языке.       Тем временем эрозия не щадила никого: дракон покрывался рябью и иногда завывал от разложения, проникающего глубже; Билл чувствовал, как его собственная суть искажается. Процесс не столько болезненный, сколько неприятный из-за сопутствующей слабости. Больше всего давило нахождение на одном месте без возможности хоть как-то себя занять. Что могло быть ужаснее скуки?       — Как долго это будет продолжаться?! — Билл не выдержал и попытался вырваться из когтей, но хватка стала крепче.       Капельки крови, напоминавшие телевизионные помехи, разлетелись по округе. Его лихое тельце, покрывшееся трещинами и ранами, не выдерживало напора врага.       — Пока не увижу, как ты рассеешься, — изрёк дракон и вновь замолчал.       Вести беседы с ним было бесполезно: он не отвечал, какой вопрос ни задай. В лучшем случае удавалось добиться односложной угрожающей фразы.       А ведь они были в одном положении — оба оказались в ловушке: дракон попал в измерение, будучи обманутым, Билл — стремясь вернуть свободу. Но первому улыбнулась удача. Его желание приблизилось к исполнению, когда он увидел знакомого и такого ненавистного демона. Это принесло успокоение распадающейся душе, и теперь ничто более его не волновало.       «Выполни свою часть уговора, Нокс!» — прошептало змееобразное существо.       «Ты обещал нам портал в мир живых!» — подало голос другое.       Дракон оставался незыблем, пока твари кружили вокруг, не замолкая.       «Неужели ты не хочешь снова возродить свою расу, уничтоженную этим выходцем из Евклидии?» — не унимались те.       — Не поведаешь суть вашего разговора? — спросил Билл, но его неизменно проигнорировали. — Как я и ожидал…       «Тогда позволь Сайферу даровать нам свободу…»       — Молчать! — грозный рык сотряс пространство. — Мне не нужна новая жизнь, а моей расе — возрождение! Прорывайтесь в мир живых сами. Сайфер тут, а значит, моя цель достигнута…       Развернувшаяся сцена натолкнула Билла на идею, как поступить дальше. Раз эти сошки хотели вернуться и также не испытывали к Ноксу положительных чувств, их мятежным духом можно было воспользоваться.       Существа уловили его настроение. Молчаливый взгляд стал их сделкой.

***

      Время не сбавляло ход. Казалось, только вчера они пересекли порог аудитории, а уже на носу Рождество. Учёба в эти дни давалась труднее по одной простой причине: нужно было выбирать подарки, согласовывать планы, развешивать украшения. Учебники чередовались с интернет-магазином, после занятий близнецы ходили по торговым центрам и аутлетам, а зубрёжку откладывали на ночь.       Так синяки под глазами появились и у Мэйбл.       «Теперь мы точно близнецы», — как-то пошутил Диппер, когда утром в ванной застал сестру с тюбиком тонального крема.       Квартиру они снимали одну на двоих, с раздельными комнатами, однако за пределами квартиры пути близнецов пересекались редко. Диппер обзавёлся своим кругом общения, а Мэйбл — своим. Общих знакомых у них не было. Лишь по вечерам они ужинали вместе, шутили, делились переживаниями, вспоминали былые ссоры.       «Как же хорошо, что мы наконец-то научились находить компромиссы», — говорила девушка, стоя за кухонной плитой, пока её брат мыл посуду.       Домашние обязанности они делили: по очереди готовили, убирались или закупали продукты. Мэйбл повесила календарик обязанностей, когда Диппер засиделся с детективным романом до ночи, позабыв о грязной посуде в раковине.       Примерно раз в неделю по видео-звонку близнецы общались с дядями. Стэн неуместно шутил об облысении Форда после химиотерапии, за что заслужено получал чем-нибудь по голове. Диппер особенно много болтал с Фордом, рассказывал о своих успехах, делал записи слов дяди, чтобы ничего не упустить.       На камере Форд старался держаться бодро, но тяжёлый, уставший взгляд невозможно было скрыть.

***

      Всё шло по плану. Игра в молчанку закончилась в тот момент, когда Нокса атаковали его же прихвостни. Им нужен был Билл. Закончить портал в мир живых без его способностей не представлялось возможным.       На время им удалось оторваться от преследования. Они укрылись в одном из скоплений истлевших существ, где изначально планировалось пробить барьер между мирами. Пришла пора демону исполнить свою роль.       — Боюсь, только моих сил для телепатического общения нам не хватит, — сказал Билл, намекая на помощь.       Собственной мощи ему не доставало. Его сообщникам пришлось поделились остатками своего могущества, чтобы демон смог передать послание между измерениями.       Какого же было его удивление, когда он узнал…       — Вы хотите открыть портал на планете мешков с костями?!       «На Земле больше всего потомков расы Нокса, — бормотало одно из существ. — Они начали строить портал, и без его команды не продолжат…»       — Я не понимаю твою речь, — напомнил Билл. Раньше им получалось общаться невербально, однако сложную информацию так не передать.       — Мой друг хочет сказать, что тебе нужно притвориться Ноксом и передать послание его потомкам… — огромный скелет змеи с яркими вытянутыми зрачками обернулся вокруг Сайфера, тем самым удерживая его.       — А с самого начала не могли нормально разговаривать?! — Билл при всём желании не мог даже двинуться в сильной хватке змеи. — Хорошо, я передам послание! Что дальше делать будем? Не думаю, что ящерицу смогут удержать те шавки…       — Делай, что мы говорим.       Они не могли обойтись друг без друга: твари нуждались в способностях Билла, а он — в их портале. Непривыкший подчиняться Сайфер проглотил гордость, сосредоточился на слабом месте в пространстве и проник в головы учёных.        Поиск тех, о которых шла речь, стоил ему не малых усилий: потомки драконьей расы прекрасно мимикрировали под людей. Когда Билл сумел связаться с одним из них и озвучил инструкции, выдавая себя за их некогда могущественного предка, демона одолела страшная усталость. Змея, получив желаемое, отпустила его и исчезла в туманности вместе с другими подельниками.       «Спасибо, олух», — пробубнил один из прихвостней Нокса, скрываясь в пепле.       Огромная лапа появилась из скопления астероидов и сгребла Билла вновь, отныне не собираясь отпускать.       — Эй! Освободите меня, предатели! — кричал он, но на призывы никто не откликнулся.       — Второй раз не сработает, Сайфер! Надеюсь, мои старые приятели получили, что хотели, и больше не станут нам мешать, — дракон сверкнул вытянутыми зрачками.       «Мы получили, что нужно. Он нам больше не нужен».       — Мы заключили сделку! — кричал Билл им вслед, не желая признавать, что был нагло обманут.       Ему не ответили. Твари разбежались, оставив Билла и Нокса наедине. Оставалось надеяться, что портал откроют до того, как разложение безвозвратно исказит его суть.

***

      Рождество принято отмечать с родными и близкими. Пайнсы всегда отмечали важные праздники вместе. Но время шло, дети росли, и настал момент вылететь из родного гнезда.       — Первое Рождество не в кругу семьи… — рассуждал Диппер, разделывая запечёную индейку. — Вроде круто, но немного грустно.       — Заканчивай думать! — Мэйбл вывела его из мыслей, ткнув в бок. — Садись за стол, мы только тебя ждём.       За столом собрались новые приятели и одногруппники. Они рассказывали про свои успехи, делились переживаниями по поводу экзаменов, опускали некоторые постыдные истории с вечеринок и обсуждали планы на следующий год. Обстановка стояла весёлая и оживлённая.       — Меня больше поражает, что у нас сначала математика, — бурчала Мэйбл, осматривая бокал с шампанским в руке, — а потом философия. Чтобы рассуждать о том, насколько цифры бесполезны для художников?       — Для общего развития, Мэйбл, — подбадривал её брат. — Для общего развития.       — Для общего развития нужны уроки пикапа, а не формулы.       — Мэйбл! — парень покраснел.       Остальные дружно посмеялись, и только Диппер стыдливо спрятал глаза за рукой. Ни для кого не секрет, что он не слыл завидным женихом.       — Как говорил наш препод по математике, — Мэйбл встала и подняла бокал с шампанским, — даже если вероятность равна нулю, событие всё ещё может произойти. Так пусть Диппер уже найдёт себе девчонку!       Все радостно чокнулись.       Тем временем в Гравити Фолз молодые родители готовили стол. Проворная девочка, названная именем Иша, помогала с готовкой. Двое стариков сидели на крыльце и рассуждали о жизни.       В тот день никто не спускался в лабораторию, все были слишком заняты праздником. Небольшой прибор на пыльном столе издал противный писк. Он повторился через несколько минут, а после завыл, как сирена. Он так и остался незамеченным: всю следующую неделю никто так и не зашёл в подвал.

***

      Это было невыносимо.       Эрозия затронула воспоминания; с каждым мгновением важные имена размывались, знакомые лица и силуэты превращались в однообразные образы. Нокс неподвижно следил, его лапа не разжималась.       Надеяться на тех существ было бесполезно: Билл им больше не нужен, а разъярённый дракон мог снести всё и всех на своём пути, решись кто снова помешать его планам. Обезумевший, Нокс давно потерял себя. Под рёбрами осталась тлеть одна слепая ненависть. Казалось, именно жажда мщения поддерживала в нём остатки жизни. И не зря — после сотен миллиардов лет ожидания его цель была достигнута. Почти…       Внезапно пространство дрогнуло.       Билл метался взглядом по окружению, но дракон будто не заметил перемен и хватку не ослабил. Рядом начали собираться различные существа, предчувствуя важные перемены. С момента, как Сайфера снова поймали, он остался в той же точке пространства. Если портал и откроется, то именно здесь…       Следующее колебание стало сильнее предыдущего. Лапа дракона дрогнула.       — Сейчас! — прокричала безымянная тварь, прорываясь сквозь остальных к открывавшемуся порталу.       Ткань пространства начала рваться ровно у лапы Нокса. Тот взревел, когда открывшаяся брешь оторвала ему конечность. Билл получил заветную свободу. Толпа помчалась вперёд, сбивая друг друга; где-то началась драка. Он ринулся в гущу за ними, прямо в трещину.       Только прихвостни Нокса не спешили, наблюдая издалека.

***

      Снова темнота и тишина…       Идеальная пустота.       Билл уже однажды ощущал это, когда покидал Тера-тюрьму.       Неужели получилось?       Скрежет металла — луч света ударил в глаз. Просочившиеся существа взвыли, когда родной мрак рассеялся, а Билл, почувствовав присутствие людей, выбрал для захвата тела первого попавшегося. Он радовался, что прихвостни Нокса не додумались забрать жалкие остатки одолженных сил.       — Уильям?.. — последнее, что услышал демон перед потерей сознания.