Вот бы попробовать тебя на вкус

День солнечный и теплый, мороженое холодное и вкусное, и Хенджину не верится, что они с Ликсом смогли выбраться на целых два часа вот так просто погулять в парке и немного передохнуть. В последнее время у них слишком много съемок и онлайн-выступлений после выхода альбома, и ему казалось, что такие передышки будут возможны только после Нового года. — И мы с Крисом… с Чанни-хеном решили, что первым делом, как только приедем с вами в Австралию, поведем вас в этот ресторан! И плевать я хотел, какое там будет расписание! — говорит Феликс воодушевленно, на его губах легкая улыбка, но в глазах грусть. Они все знают, что Феликс и Чан еще нескоро попадут в Австралию — ближайшее возможное время через полгода, а то и через год, а уж когда они всей группой туда доберутся, одному богу известно. Хенджин ободряюще сжимает его плечо. Феликс смотрит на него, благодарно кивает и вздыхает, и дальше они идут молча, каждый в своих мыслях. Хенджин собирался поговорить с ним с самого начала, но как-то не задалось. Все не к месту были его признания, а сейчас, кажется, время идеальное, но ему совершенно не хочется. Сердце быстро колотится от волнения, он хмурится, покусывает губы и набирает в легкие воздух. — Ликс… — М? — тут же откликается тот, облизывая мороженое. — Все еще называешь его Крисом? — усмехается Хенджин нервно, решая зайти издалека. Сильно издалека. Феликс смотрит на него с секунду изучающе, а потом выпускает смешок. — Да я всегда его так зову наедине. Только никому не говори, — заговорщическим шепотом отвечает он, наклонившись слегка к Хенджину. Сердце пропускает удар. Его догадка начинает подтверждаться. Хенджин рассматривает тающее мороженое, слизывает потекшую капельку и решает, что надо начать этот разговор, как оторвать пластырь. — Слушай, я… — Это не значит, что мы с ним ближе, чем с другими! Он бы был рад, если бы вы все называли его Крис, но ты же знаешь, иерархия… — тут же зачем-то оправдывается Феликс. Хенджин кидает на него недоуменный взгляд — это сбило его с толку, но потом собирается с мыслями. Конечно же, Феликс будет все отрицать. Они не в том положении, чтобы открыто говорить о таких отношениях. — Конечно. Дело не в этом… — тянет он хрипло, прокашливается и снова смотрит на Ликса, чуть замедляя шаг. — Феликс, я хотел поговорить кое о чем. Феликс заметно напрягается. Ликс смотрит на Хенджина и сглатывает. Почему-то ему кажется, что речь пойдет про Чана, и он внезапно не готов к разговору. — Это про Чанни-хена… Феликс чертыхается про себя и натягивает заинтересованное лицо. — Да, что такое? Он видит, как Хенджин нервничает, опускает глаза и теребит край футболки пальцами. Что Хенджин хочет ему сказать? Что заметил, как Чан смотрит на него и переживает, что тот влюбился, но сам Хенджин не может ответить ему взаимностью, потому что любит Сынмина, и Феликсу нужно будет сказать это Чану? Они оба уже это знают, сложнее будет объяснить Хенджину, почему они с Чаном обсуждали это за его спиной. — Я хотел сказать, точнее, извиниться… Феликс прикусывает язык, чтобы не начать оправдываться заранее. Он смотрит, как Хенджин вздыхает, засовывает руки в карманы джинсов и отводит взгляд. — Ты тогда увидел нас… Мы… не то чтобы я хотел обвинить Чанни-хена, просто он же со всеми обнимается, да? Он просто повалил меня на себя и… черт, это все равно странно звучит… Пока Хенджин покусывает губу и хмурится, явно испытывая невероятную неловкость, Феликс пытается понять, о чем он вообще говорит. Чан и правда постоянно всех обнимает, и сложно так сходу вспомнить, когда и как он последний раз хватал Хенджина. Да и почему тот вообще об этом вспомнил? — Нет, слушай, — мотает головой Хенджин и вдруг встает прямо перед Феликсом, уверенно глядя ему в глаза. — Прости. Мы не должны были… Это совершенно неправильно. Чанни-хен иногда перегибает с нежностями, но меня это не оправдывает, я должен был это пресечь. Я… я обещаю больше не переходить грань. — На этом месте его решимость, кажется, заканчивается. Он опускает взгляд, снова кусает губу и уже менее уверенно, но все еще твердо добавляет: — Я ничего к нему не чувствую. И наши отношения с ним… наша дружба никак не угрожают вашим отношениям. Надеюсь, ты сможешь меня простить. Феликс смотрит на него в полном шоке, быстро моргая и понятия не имея, какого хрена только что произошло. Он пытается уловить хоть какую-то логику в словах Хенджина, но пазл не складывается ни в какую хоть сколько-нибудь осмысленную картинку, и все, что ему остается, это кивнуть и открыть рот в поисках слов, которые подойдут для ответа на этот поток слов. — Ты… ты простишь меня? — после затянувшейся паузы спрашивает Хенджин с таким лицом, будто уже мысленно готов отправиться на самую страшную казнь в наказание за разрушенные отношения с другом. Феликс снова несколько раз моргает, как дурак. Потом прокашливается, чешет бровь и смотрит на Хенджина. — Эм… Джинни… я ни хрена не понял, — честно признается он наконец. Теперь Хенджин смотрит на него недоуменно. Потом кидает взгляд по сторонам и качает головой. — Не стоило начинать это на улице… Но я уверен, что нас никто не слышит, — понизив голос, говорит Хенджин. Феликс окидывает взглядом пустую аллею, но все еще не понимает, при чем тут это. — Джинни, я правда не понимаю… — Ваши отношения. С Чанни-хеном. Нет смысла делать вид, что ты не понимаешь, Ликс, я все знаю, это слишком заметно! — громким шепотом говорит Хенджин, и тут Феликса словно обдает ледяной водой. Да не может быть. — Джинни… ты что, думаешь, что мы с Чаном… вместе? — едва слышно переспрашивает Феликс, не веря своим ушам. Когда Хенджин медленно смущенно кивает, ему хочется рассмеяться и одновременно провалиться сквозь землю. Он выпускает смешок, еще раз оглядывает аллею и смотрит Хенджину в глаза. — Хенджин. Ты очень сильно ошибся. Видимо, во всем вот этом, о чем ты сейчас говорил, — он взмахнул руками, как бы обрисовывая ими круг предположений Хенджина. — Вы… вы не… — Да я вообще-то по девушкам, — быстро говорит Феликс, чтобы пресечь любые новые домыслы, и снова усмехается. Лицо Хенджина вдруг проясняется. Он как будто непроизвольно улыбается, потом возвращает серьезность и хмурится. — Черт… Прости, тогда это предположение совершенно… — Хенджин чешет голову, поднимает брови и вздыхает. — Боже, совершенно неприемлемое. — Да уж, — кивает Феликс и смеется, хлопая Хенджина по плечу, чтобы разрядить обстановку. Тот тоже выпускает смешок, и они медленно продолжают идти вперед. У Феликса крутится куча вопросов в голове, но самую главную фразу — «Я ничего к нему не чувствую» — он уже услышал, и ему снова становится больно за Чана. Он тяжело вздыхает, но Хенджин воспринимает это по-своему. — Слушай, это вовсе не потому, что ты похож на… ну в общем, дело не в твоей внешности или поведении, наверняка тебе уже надоели такие подозрения, просто вы с хеном так… — Да брось, я не комплексую насчет внешности. Девчонки все равно не могут передо мной устоять, какое мне дело до остальных, — хмыкает он. Это правда — за годы в индустрии он выдержал столько хейта и оскорблений, что отрастил кожу как у динозавра, и ему совершенно плевать на чужие фантазии. Хенджин лишь кивает, но видно, что ему все еще чудовищно неловко. Феликс сжимает его плечо пару раз и улыбается. — Серьезно, не парься. И можешь обниматься с Чанни-хеном сколько влезет, — смеется он и наблюдает за реакцией Хенджина. Ему кажется, что Хенджин смеется с облегчением, а может, и радостью, но что это может значить? Может, он просто любит Чана как лидера и грустил бы без его внимания, как иногда грустит Сынмин? Кстати, о нем. — А ты… кхм… — По парням, — быстро кидает Хенджин, глядя перед собой. Феликс кивает. Теперь нужно задать следующий вопрос. — А тебе нравится кто-то… — ЭТО ЖЕ ФЕЛИКС! Ликс закрывает на секунду глаза, услышав вопль за их спинами. Он натягивает улыбку, разворачивается и раскрывает руки навстречу бегущим к ним трем девушкам, подавляя небольшое разочарование от упущенного момента — он с трудом себе представляет, что в обозримом будущем они с Хенджином снова смогут выйти на эту тему.

***

[Феликс 12:05] Хорошие новости Хенджин точно по парням Чан нехотя отрывает взгляд от ноутбука с открытым треком и берет в руки телефон. Увидев сообщение от Ликса, он хмыкает и собирается ответить, как приходит следующее. [Феликс 12:06] Плохие: он думал, ЧТО МЫ С ТОБОЙ ПАРОЧКА ФУ Чан дочитывает сообщение и смеется так сильно, что чуть не падает с компьютерного кресла.

[Чан 12:07]

В СМЫСЛЕ АХАХАХАХАХА

Боже

Жесть какая ахахаха

Ты же сказал, что это не так???

[Феликс 12:07] Естественно лол Я сам в ахуе был Давай наверно не знаю… пару лет не будем общаться??? Чан усмехается, качает головой и покусывает губу. Если они говорили на такую тему, то, возможно… [Феликс 12:08] К сожалению это не единственная плохая новость Чан уже хочет наругаться на друга, что тот так нагнетает, но пока Феликс печатает, приходит еще одно сообщение. [Хенджини 12:08] Привет, хен. Послушаешь сегодня мой трек? Внутри тут же пробегает волна жара, а дыхание сбивается. Всего одно чертово сообщение, а Чан уже готов из штанов выпрыгнуть.

[Чан 12:08]

Конечно, заходи, Джинни

Я в студии

[Хенджини 12:09] Хочешь поесть? Могу заскочить за токпокками [Феликс 12:09] Он сказал, что ничего к тебе не чувствует… Но у этой фразы был странный контекст!!! Я потом тебе расскажу все Сердце ухает куда-то в пятки. Не то чтобы Чан надеялся, что Хенджин любит сразу двоих и он сможет побороться за его внимание с Сынмином, но… Он качает головой.

[Чан 12:11] [Феликсу]

И какой же контекст у этого был? В целом уже как будто без разницы, но расскажи

[Чан 12:11] [Хенджини]

Не нужно, я ел недавно

Чан откладывает телефон и достает из рюкзака протеиновый йогурт, встряхивает его и выпивает почти залпом. Подавляет в себе желание написать Хенджину, чтобы просто скинул файл трека, выдумав причину сбежать из студии прямо сейчас, и не сразу читает длинное сообщение Феликса. Он берет в руки телефон, только когда слышит шаги за дверью. Хенджин, похоже, встретил кого-то в коридоре, и у Чана как раз есть несколько секунд, чтобы справиться с простыней, которую накатал Ликс. [Феликс 12:14] Короче дело такое Он вспомнил как я вас застал, когда вы обнимались. Видимо, это когда я тебе говорил, что ты зря себя мучаешь (я был прав!!!) Так вот, он сначала полчаса пытался извиниться за это, потому что решил, что мы парочка (ПОВТОРЮСЬ: ФУ!). И вот когда извинялся, он сказал, что — Привет, Чанни-хен. Чан быстро переворачивает телефон экраном вниз и смотрит на Хенджина. — О, привет, Джинни, садись, — он кивает на соседний стул и чуть сдвигается. Его подмывает дочитать, но это будет слишком уж заметно. Чан наблюдает, как Хенджин раскладывает еду своими длинными красивыми пальцами, окидывает взглядом его лицо с упавшей на глаза челкой, пухлые губы, которые тянет поцеловать прямо сейчас, и думает, какой же он красивый. Это просто невыносимо. Хенджин ловит его взгляд и улыбается, от чего у Чана щекочет в груди. — У меня что-то на лице? Очень хочется сказать «Да, мои губы» и впиться поцелуем, но Чан умеет сдерживаться. — Нет, задумался просто. Хенджин кивает и перемешивает токпокки палочками, а потом тянет в рот одну штуку. Чан пытается придумать, о чем поговорить, пока тот ест, как вдруг Хенджин протягивает палочки с токпокками ему. — Хочешь попробовать? Вкусно! Чан растерянно кивает и открывает рот. Хенджин осторожно кладет еду в него, держа свободную ладонь совсем возле его подбородка, и от места соприкосновения с его рукой разбегается тепло по всей шее. Хенджин возвращается к еде, а Чан рассматривает его и думает: это же, вообще-то, так мило. Как он заботится о старшем. Как всегда думает о нем, спрашивает, не голоден ли, не пора ли отдохнуть… Даже если он ничего не чувствует к Чану, эта забота все равно согревает и заставляет сердце биться чуть чаще. Ему хочется обнять Хенджина и не отпускать, но он не хочет ему мешать, поэтому он просто спрашивает: — Включишь трек? У Хенджина внутри просто ураган чувств, но он не показывает вида и просто кивает. Он достает телефон, находит файл трека, записанного на оборудовании, которое отдал ему Чан, и кладет на стол, включая. Он включает свою музыку Чану не впервые, но все равно каждый раз волнуется. А сейчас, когда оказалось, что тот одинок, что у Хенджина есть шанс, что все эти моменты наедине теперь не омрачены ничьей ревностью и неправильностью… За спиной просто вырастают крылья. Но ему страшно ошибиться. Страшно, что Чан откажет. Хенджину вдруг приходит мысль, что Чан вообще может быть натуралом… Он вскидывает испуганный взгляд на старшего, слушающего его трек, и будто пытается увидеть его ориентацию сквозь висок. Чан вообще когда-нибудь говорил о своих отношениях? Он дружит со многими девушками-айдолами, но не был замечен в более близких отношениях с какой-то одной из них. Его подкалывают по поводу его любви к Минхеку из BTOB и Юнхо из ATEEZ, и если насчет второго Хенджин сомневается, то первый действительно похож на самого настоящего краша Чана. Они очень много общаются, особенно после Kingdom, большую часть которого Хенджину пришлось пропустить — поэтому он не знает, насколько тесным было их общение. А еще они постоянно тусуются у Минхека дома, Чан не скрывает своего восхищения им и даже публично признавался ему в любви… Он так погружается в эти мысли, что забывает про еду. — Хенджини, ты так сильно боишься моей реакции? — улыбается Чан. Хенджин отмирает и смотрит на него. — Трек классный! Хенджин кивает. Внутри смесь облегчения от реакции Чана и сильной, изъедающей ревности, но он не показывает ни одну из этих эмоций. — Есть идеи, как доработать припев? Не понимаю, как сделать его более… ярким, что ли, он сейчас сливается с куплетом, — как ни в чем не бывало, говорит Хенджин, продолжая запихивать в себя токпокки теперь уже через силу. Прекрасно. Сначала он переживал из-за Феликса. Потом из-за ориентации. И если первые две причины были хотя бы объективные, то Минхека он выдумал только что, и почему-то именно он ему кажется самым угрожающим. Пока Чан рассказывает, как бы он доработал припев, Хенджин мысленно оценивает себя. Минхек старше и опытнее; тут Хенджину противопоставить вообще нечего. Минхек накачанный; Хенджин лично видел тот эфир, где Чан лапал его бицепсы и буквально не мог от них оторваться. Он окидывает себя взглядом. До такой формы ему качаться года два; сейчас Чан может схватиться разве что за задницу, да и та почти плоская. Единственной зацепкой Хенджину кажется рост: он тоже выше Чана, как и Минхек, и возможно, тому действительно нравятся парни повыше. Если вообще нравятся парни. Он громко вздыхает, из-за чего Чан прерывается и вопросительно смотрит на него. — Нет, если не хочешь, можем так не делать… Хенджин тут же мотает головой. — Мне все нравится! Если мы повторим эту строчку дважды, но на второй раз сделаем паузу между словами, то действительно будет круто, — кивает он, радуясь, что умеет размышлять о всякой фигне и слушать серьезные рассуждения одновременно. Чан замечает, что Хенджин какой-то загруженный, но пытается в первую очередь думать о работе. В конце концов, если младший захочет, он поделится своими переживаниями сам — они уже давно не дети. Но от него не укрывается, как Хенджин рассматривает его тело, лицо, руки, как облизывает губы, когда слушает, и под этим внимательным взглядом Чану становится жарко. Он всегда так смотрел? А на Сынмина он смотрит так же? Да почему он вообще ни разу не слышал о том, что Хенджин влюблен в Сынмина?! Чан вспоминает о недочитанном сообщении Феликса и еле сдерживается, чтобы не открыть его снова. — Тогда давай я завтра… нет, послезавтра сделаю пару версий припева и покажу тебе, и попробуем записать? — предлагает Чан, отвлекаясь на работу и игнорируя, как желание взять телефон уже просто зудит в мозгу. Хенджин кивает и убирает пустую коробку от еды обратно в бумажный пакет. — Давай. А почему не завтра? Ты занят? «Не смотри. Не сейчас», повторяет себе Чан, чуть ли не шлепая самого себя по рукам. — Да, будем смотреть футбол с Минхеком. Хенджин странно на него смотрит, замерев. — Эм? Все в порядке? — растерянно усмехается Чан. Ну что еще он упустил? Неужели Хенджин и Минхек успели поругаться, а он опять ничего не заметил? Какой он вообще лидер после этого!.. Но Хенджин лишь мотает головой и улыбается своей самой прекрасной улыбкой. — Все в порядке. Вы много проводите времени вместе после Kingdom, да? — подмигивает он, поднимая свой рюкзак с пола. Чан пожимает плечом. — Пожалуй. Я рад, что у нас появилась такая возможность, раньше мы были слишком заняты. Ну и… всегда приятно провести время со своим крашем, — смеется Чан и мысленно дает себе такой сильный подзатыльник, что почти ощущает боль от него. Крашем? Серьезно? Отличный способ подкатить и побороться за сердце реального краша, Бан Кристофер Чан, слышит он собственный саркастичный голос в голове. Ему кажется, что Хенджину тоже не нравится эта фраза, потому что тот вдруг становится еще напряженнее, чем был всю их встречу. — Вот сейчас, например, мы с тобой отлично провели время, да, Хенджини? — пытается перевести все в полушутливое русло Чан, тычет парня под ребра пальцами, а потом хватает за талию и прижимает к себе. Хенджин тут же перестает быть грустным, смеется и делает вид, что ему надоели эти телячьи нежности, но совсем не вырывается. Чан пользуется случаем, прижимает его сильнее и практически утыкается ему в шею, шепча какие-то глупости вроде «Мой любимый краш джинирет! Милый хорошенький хоречек!». Ему всегда проще перевести все в глупые нежности, чем признаться в реальных чувствах, и это, возможно, основная причина, по которой у него не было секса уже больше года. А может, главная причина сейчас в его руках, потому что сложно хотеть кого-то другого, когда у тебя перед глазами каждый день маячит Его Совершенство Хван Хенджин. Но он не может обнимать его вечно, — к своему огромнейшему сожалению, — поэтому отпускает его, вздыхает и улыбается. — Ладно, Хенджини, я останусь еще поработать, мне нужно будет согласовать пару вещей со стаффом. Увидимся в общаге? Хенджин тоже улыбается — «какая же потрясающая у него улыбка», думает Чан и чувствует, как внутри порхает стая бабочек — и взмахивает рукой. — Увидимся, Чанни-хен. Чан провожает его мечтательным взглядом, а потом вспоминает про суровую реальность. Он берет в руки телефон, открывает сообщение Феликса и, вдохнув как перед прыжком, дочитывает его. [Феликс 12:14] И вот когда извинялся, он сказал, что «я ничего к нему не чувствую» и что ваша дружба не угрожает «нашим отношениям». НО!!! ЭТО!!! БЫЛО СКАЗАНО!!! КОГДА ОН ЕЩЕ ДУМАЛ!!! ЧТО МЫ ПАРОЧКА!!! так что грош цена этим словам, если все это было сказано просто чтобы меня не злить кстати, я что, выгляжу как ревнивая сучка?? я че-то не понял короче не знаю, переживать тебе или нет?? [Феликс 12:35] Ты там живой ваще??? В порядке?? Я тут вспомнил, что забыл (да) спросить его про Сынмина. Точнее нам помешали. Так что тут уже сам. Чан усмехается. Внутри слегка отпустило, ну или он просто цепляется за это предположение Феликса, как за спасительную соломинку.

[Чан 13:55]

Хенджин заходил. Включал свой новый трек.

Ликс… а схуяли ты вообще решил, что он влюблен в Сынмина???

[Феликс 14:02] Да ну блин… это очевидно?? ты вообще слушал ice cream?? это точно про сынмо и когда мы писали WOW, он прям мне в лицо сказал, что ему пришла идея этой песни, когда он увидел Сынмина с новой прической блин… ну может я надумал, конечно… хз но они так близки??? хенджин все время на него смотрит щенячьими глазами и проводит 80% свободного времени с ним… Чану не нравится это сообщение чем дальше, тем сильнее.

[Чан 14:04]

Мы с тобой тоже все время вместе, и Хенджин тоже себе придумал, что мы пара

[Феликс 14:06] Ну допустим… но мне ты песен не писал (щас обидно было кстати Т_Т) Чан вздыхает. И что ему делать? Спросить Хенджина в лоб, нравится ли ему Сынмин? А что если ответ будет «нет, ты что, с ума сошел?». Это создаст столько неловкости! Хотя, конечно, можно завернуть все это под соус заботы лидера о группе и все такое… Но истинная причина нежелания Чана спрашивать напрямую, конечно же, не в этом. Просто он понятия не имеет, что будет делать, если Хенджин скажет «Да, нравится». Или, что еще хуже, «Да, мы, кстати, давно вместе». Чан проводит рукой по лицу, устало стонет и выключает компьютер. Хватит работы на сегодня, он вполне может все согласовать послезавтра. А сегодня Минхек приглашал его в боулинг — почему бы не использовать это, чтобы отвлечься от всех этих дурацких мыслей?

***

Хенджин все еще чувствует тепло на своей талии от объятий Чана и не может перестать улыбаться. Он улыбается, когда возвращается в общагу, потом когда готовит себе ужин и даже позже, через пару часов, когда рисует невнятные силуэты двух обнимающихся людей и слушает плейлист из рекомендаций Чана. Когда за окном уже совсем темнеет, он слышит жужжание телефона и открывает общий чат мемберов. [Чанбин 20:08] Хен, ты еще в студии что ли? Если да, захвати мой внешний диск, я его там забыл [Хан 20:08] В смысле в студии?? Мы собирались все вместе кино посмотреть ТТ [Чан 20:09] Простите, малыши, я сегодня с мальчиками постарше ;) Начинайте без меня, приду позже Хенджин смотрит на селфи, которое прислал Чан, и больно сглатывает. Минхек стоит прямо за ним, улыбается и подмигивает, а его рука лежит на плече Чана. Сам Чан при этом так светится, будто только что получил награду лично от президента Кореи, а не просто пришел поиграть в боулинг с хенами. Хенджин отбрасывает телефон на кровать, кидает кисточку на пол и выходит из комнаты. Усаживается на диван между Чанбином и Сынмином, скрещивая руки на груди, и быстро моргает, прогоняя противное жгучее ощущение в глазах. — Включайте уже что вы там собирались, — бурчит он, когда Чанбин и Сынмин спорят, дождаться доставку еды или начать смотреть сейчас, потому что «начало всегда скучное». Он игнорирует обеспокоенный взгляд Чанбина, а потом вопросы Минхо, все ли в порядке, и вперивается взглядом в экран телевизора. Ему хочется уткнуться в Сынмина и всю ночь жаловаться на несправедливость этого жестокого мира, пока тот гладит его по голове и успокаивающе шепчет, что Хенджин достоин любви, что с ним все в порядке и ему достаточно быть собой, а не пытаться быть кем-то другим, чтобы его полюбили — как когда-то давно, когда Хенджин рыдал один в комнате и Сынмин, зайдя, увидел его опухшее лицо и держал за руку, пока тот не успокоился. Потому что пока что все, что он чувствует, — это огромная дыра в груди и ощущение, что он абсолютно никчемный на фоне Феликса, Минхека и еще тысячи людей, которые окружают Бан Чана каждый день и которых он с огромным удовольствием выберет вместо него, потому что в Хенджине нет ничего, что могло бы ему понравиться.