одна на двоих

Октавия позвонила в среду. Кларк как раз вернулась со смены и переваривала новость о том, что Беллами уже четвертую ночь ночует у сестры. — Привет, — голос Октавии звучал бодро. — Ты в субботу свободна? — Зависит от того, что ты задумала. — Я понимаю, что вы с моим братом решили поссориться, но это не значит, что я не жду тебя на своём девичнике. Линкольн утащит Беллами в бар, мужчины не помешают. Ты приедешь? Кларк хотела отказаться. Притворяться, что у неё всё хорошо, не хотелось. Но Октавия оставалась единственной в семье Блейк, кого Кларк по-настоящему любила. — Приеду. Во сколько? — В семь. В нашем баре. Жди много народу. Кларк усмехнулась про себя. Толпы людей меньше всего подходили для самоизоляции, которую она устроила после всего, что случилось. Суббота наступила быстрее, чем она ожидала. Бар назывался «Красная луна» и прятался в подвале старого здания: красный свет, низкий потолок, диваны с потёртой обивкой. Октавия арендовала дальнюю часть зала, но к полуночи их компания смешалась с остальными посетителями. Там было шумно. Около десяти девушек сидели на диванах, некоторые танцевали или толпились у барной стойки. Кто-то наливал вино, кто-то красил губы, кто-то громко смеялся над историей про бывшего. Октавия представила Кларк паре новых лиц, но имена вылетели из головы сразу. Они пили. Сначала вино, потом коктейли. Рейвен — их общая с Октавией подруга — всё время пыталась пробраться за барную стойку, чтобы показать бармену, как нужно делать его работу. Кларк после третьего коктейля и бессчётного количества вина поймала себя на том, что заглядывается на подруг Октавии. Она обратила внимание на девушку с тёмными кудрями — кажется, её звали Эмма. Пока та рассказывала о том, как её достал бывший, Кларк не могла оторвать от неё взгляда и с трудом держала рот на замке. Блондинка, которая сидела в углу с телефоном, тоже показалась Кларк очень красивой. Даже случайная девушка, забредшая в их компанию в поисках туалета, вызвала мимолётное восхищение. Кларк давно не смотрела на других женщин. Если будучи в отношениях с Беллами она могла позволить себе мысли о том, что её привлекают другие люди, пусть и без продолжения, то с Лексой она как-то забыла, что мир не ограничивается одной брюнеткой. И сейчас, пьяная после третьей порции коктейля, она смотрела на этих девушек и чувствовала сосущую пустоту в животе. Какую-то тоску по тому, чтобы её кто-то хотел так же, как она смотрела на них. Она достала телефон. «После нашей недели ты перестала слать мне откровенные фото. Я тебя разочаровала?» Лекса ответила быстро. «Не хочу встревать в ваши семейные разборки». «То есть ты и ему ничего не отправляешь?». Кларк сидела рядом с Рейвен, которая, как выяснилось, только пережила расставание и была не против пить так много, что уже еле стояла на ногах. А вечер только начинался. «Что ты хочешь?». Кларк смотрела на это сообщение и не могла понять саму себя. Она не знала, чего хочет на самом деле, и в этом крылась главная причина всех её проблем. Она не хотела изменять, не хотела прощать измены, не хотела любовного треугольника, но продолжала в нём вариться. А на пьяную голову была вполне готова затащить в него кого-то ещё и создать полноценный любовный квадрат. «Я на девичнике. Тут куча красивых девушек». Лекса ответила через минуту. «Поздравляю. Это что-то меняет?» «Я смотрю на них и думаю о тебе. Это ненормально». «Ты пьяная?». Кларк с трудом попадала по клавиатуре. «И что? Пьяная я хочу тебя больше, чем трезвая». Лекса молчала две минуты. Кларк уже решила, что та проигнорирует, и начала разговаривать с незнакомкой — той самой, которая оказалась в их компании случайно. Но не успели они обсудить качество принесённой кем-то текилы, как телефон завибрировал. «Сколько ты выпила?». Кларк повернулась к новой знакомой. Та слизывала соль со стакана. «Достаточно, чтобы пригласить одну из них домой. И я уже знаю кого». «Не надо». Ответ пришёл мгновенно. Кларк даже нахмурилась, подумав, что ей показалось. «А кого мне приглашать? Тебя?». «Я могу приехать. Если ты перестанешь нести чушь и выпьешь воды». Кларк усмехнулась. Переставать пить, а тем более уезжать, ей не хотелось совершенно, особенно когда девушка рядом предложила ещё текилы. «А что, ты будешь ревновать, если одну из них я возьму сегодня?» Лекса замолчала, но оставалась в сети. Кларк внезапно стало душно, словно она только сейчас ощутила по-настоящему, где находится. Перед глазами всё расплывалось, но хотелось танцевать и бесконечно улыбаться. Сколько она уже выпила? Кларк не могла вспомнить, какая по счёту эта стопка текилы, но милая незнакомка приносила ещё и ещё, внимательно следя за тем, как Кларк уходит практически в забытьё. Терять уже всё равно нечего. «Да и пошла ты нахер, Лекса», — подумала Кларк, когда телефон разорвался от сообщений. Даже в странных отношениях втроём Кларк чувствовала себя жалко. Беллами просто удобно с женой, вместе они давно, но любит он только себя, а хочет всё, что движется. Лекса — персона непонятная, но было бы глупо полагать, что её интересуют только Беллами и Кларк. Так почему Кларк не может позволить себе какие-нибудь глупости? Она потеряла связь с реальностью, когда незнакомка потянулась за поцелуем. В следующее мгновение рядом оказалась Октавия, будто личная охрана, и, извиняясь, утащила Кларк в другой угол бара. — Ты перепила, — сказала Октавия. — Отвали. Лучше занимайся тем же, пока не попала в коварные сети брака. Последнее слово Кларк протянула так, что Октавия усмехнулась: — Но ты ведь уже в них попала. — Ой, не волнуйся. Беллами наверняка сейчас трахает тёлочек, и ему явно не до мыслей о жене. — Что? — Октавия свела брови вместе, с трудом удерживая Кларк одной рукой. — Хочешь сказать, ты не в курсе, что он изменяет мне направо и налево? — трезвая Кларк поняла бы по реакции Октавии, что та и правда не в курсе, но пьяной было плевать. — А его новая любовница предпочитает ебать мозги не только ему, но и мне. И не только мозги. — Что ты несёшь? — Октавия, — Кларк положила руки ей на плечи, чтобы сохранить равновесие. — Он уехал к тебе, потому что я спала с его любовницей. Видимо, хотел, чтобы только ему было можно. Она не смогла закончить — икнула, отвернулась, и в тот же миг кто-то увёл ошарашенную Октавию в другой зал. Кларк поняла, что ей срочно нужно в уборную. Телефон продолжал вибрировать. Она влетела в туалетную комнату, чуть не снесла двери с петель. Дышать стало трудно — грудь разрывало. Холодная вода не принесла облегчения. Кларк смотрела на себя в зеркало, опираясь руками на раковину, когда сзади подошла та самая девушка. Из их разговора Кларк выяснила, что её зовут Зои. Зои вымыла руки, а потом подошла очень близко и внимательно посмотрела на неё. Кларк повернулась к ней и начала рассматривать, ведомая единственной целью — почувствовать себя желанной. Она сглотнула, внизу живота горел огонь. Взгляд метался с губ на глаза. Девушка осторожно провела рукой по её волосам, по челюсти, а потом наклонилась и снова прислонилась к губам. Очнулась Кларк уже в туалетной кабинке с чувством дежавю. Зои целовала её в шею, попутно расстёгивая джинсы. Это было так же, как на концерте с Лексой, но совсем по-другому. Лекса была такой, что оказаться под ней казалось достижением, хотя вряд ли такое удовольствие доступно ограниченному кругу лиц. Зои же стояла на коленях, касалась руками внутренней поверхности бедра, и это заводило, но не до дрожи в коленях. Просто приятно. Кларк чувствовала её руки, язык, но в голове стучало одно: не так. Ей хотелось быстрее, страстнее, жёстче. — Мне плохо, — сказала Кларк, отстраняясь. — Извини. Она оделась и выбежала из кабинки, не глядя на растерянную Зои. Протиснулась через танцпол, лавируя между телами, и уткнулась в стену в дальнем конце бара. Здесь было тише, музыка звучала приглушённо. Октавия нашла её через пять минут. Сама еле держалась на ногах, но глаза были злыми. — Ты где была? — Пф, — только и выдавила Кларк, смеясь. — Мне надо ещё выпить. — Куда тебе, — Октавия взяла её за шиворот, не давая пройти к бару. — Может, домой? — Октавия, будь другом, отвали. Кларк вырвалась, но к бару не пошла. Осталась одна. Достала телефон. В переписке с Лексой насчиталось двадцать три непрочитанных сообщения. Последние: «Кларк, ответь», «Ты где?», «Не веди себя как дура». Кларк усмехнулась и набрала: «Тут одна затащила меня в туалетную кабинку. Знаешь, не только ты хочешь брать меня в таких местах». Ответ пришёл через минуту. «Ты пьяна. Остановись». «Мне насрать, Лекса. Она кстати неплохо лижет, но опыта маловато». «Потом пожалеешь». «Откуда у тебя столько опыта? Кто тебя научил так трахаться?» «Дай адрес». Кларк проигнорировала. Убрала телефон в карман. Октавия уже ушла. Кларк доковыляла до ближайшего дивана, рухнула на него и заказала у проходящей официантки ещё один коктейль. Пила, смотрела на танцующих людей. Желание брало своё. Снова достала телефон. «Я хочу трахнуть тебя прямо сейчас. В этом баре». Лекса не была в сети. «Забери меня. Пожалуйста». «Нет, не надо. Оставь меня в покое». «Иди нахер, Лекса!» «Какая же ты красивая». Сообщения сыпались одно за другим. Кларк не контролировала пальцы. Потом Лекса зашла в сеть. «Сколько ты выпила?» «Не помню». «Кларк». «Я ведь не встречала девушку красивее тебя. Никогда. И не сказала бы тебе об этом трезвая». Лекса вышла из сети. Кларк уставилась на экран, чувствуя, как паника поднимается из желудка. А вдруг Лекса сейчас с Беллами? Или на свидании с кем-то? Сидит в баре, пьёт вино с другой женщиной, а пьяная Кларк пишет ей чушь и отвлекает от идеального вечера. Лекса приехала через час. К тому моменту девичник перешёл в стадию «кто-то плачет, кто-то танцует на столе, кто-то спит под раковиной». Кларк сидела на диване одна, уставившись в стену, когда кто-то плюхнулся рядом. — Блять, да что вам всем надо... — Кларк обернулась и увидела Лексу. На той были чёрные брюки, тёмная водолазка, распущенные волосы. Она выглядела так, будто сошла с обложки делового журнала, и на фоне разгорячённых подруг Октавии это смотрелось дико. — А тебе что надо? — осмелилась договорить Кларк, сглатывая. — Ты разгулялась сегодня, — Лекса встала, взяла её под руку и повела к выходу. Кларк оглянулась. Октавия стояла у барной стойки и смотрела на них. В её взгляде читалось изумление, любопытство и намёк на то, что она ещё успеет серьёзно поговорить с Кларк об этой ситуации. Лекса умело игнорировала всех вокруг вплоть до такси. В машине Кларк не могла усидеть на месте. Она наклонялась к Лексе, пыталась поцеловать, залезала руками под водолазку, шептала что-то про то, как хотела её, как смотрела на тех девушек и представляла вместо них Лексу. — Кларк, ты сегодня выебала мне все мозги, — сказала Лекса, отстраняя её. — Ну и что? — Лимит ебли для тебя на сегодня исчерпан. Кларк обиженно отвернулась к окну. Огни города мелькали за стеклом, голова кружилась, язык заплетался. Дома Лекса помогла ей раздеться, умыться, добраться до кровати. Кларк пыталась прижиматься, обнимать, лезть под одежду, но Лекса мягко и твёрдо останавливала её. — Спи, — сказала она, укладывая Кларк на подушку. — Беллами не будет. Мы можем трахаться на его стороне кровати. — Ага, завтра. — Правда? — Обязательно, Кларк. Обязательно. Кларк схватила её за руку, притянула к себе, обняла как плюшевого мишку. Лекса не сопротивлялась — легла рядом, позволила себя обнимать, гладить по спине, по волосам, потому что знала, что ждёт Кларк завтра. Кларк выдохнула, уткнулась носом в плечо Лексы и через минуту уже ровно дышала. За окном светало. Лекса закрыла глаза и провалилась в сон вместе с ней.

***

Кларк проснулась с головной болью, которая не снилась ей даже в самые тяжёлые смены. Казалось, кто-то засунул ей в череп отбойный молоток и забыл выключить. Она приоткрыла один глаз, потом второй. В комнате было светло — слишком светло для утра. Часы на тумбочке показывали половину второго. Она обернулась. Лекса сидела на краю кровати, прислонившись к спинке, и читала книгу. Время было обеденное, и Кларк показалось странным, что брюнетка здесь находится. Она не помнила, как закончился девичник, но меньше всего ожидала проснуться в чьей-то компании. — Ты что здесь делаешь? — спросила Кларк. Голос прозвучал хрипло, будто она всю ночь кричала на стадионе. Лекса отложила книгу, улыбнулась той самой улыбкой, от которой Кларк хотелось то ли спрятаться под одеяло, то ли ударить её подушкой. — Ой, крошка, ты уже проснулась. Как мило. Кларк сжалась. Если Лекса здесь, значит на девичнике Октавии что-то произошло. Что-то, о чём она не помнила. — Я что, позвала тебя? — осторожно спросила Кларк. Лекса рассмеялась — искренне, с удовольствием. — Кларк, дорогая, ты домогалась до меня даже по переписке. Я и не знала, что у тебя такой богатый словарный запас. Кларк закусила губу. Последнее, что осталось в памяти — коктейль, текила, ещё коктейль. И смутное ощущение чужих губ на шее. — Так я тебя позвала? — повторила она. Лекса подняла глаза к потолку, изображая задумчивость. — Нет, ты писала мне пьяная всякий бред. Я сама нашла тебя. — Как? — Кларк начала тереть глаза, хотя хотелось прочистить уши. — Октавия любит выставлять свою жизнь в историях в Инстаграмме. И отмечать заведения, в которых тусит. Я поняла, где вы, через полчаса после того, как ты начала делать... Кларк решила не дослушивать, встала с кровати, схватила полотенце и направилась в душ, чтобы скрыть смущение. Но Лекса, как привязанная, пошла за ней. — Ты вчера была звездой вечера, — продолжала Лекса, не отставая. — Сначала ты пялилась на всех подруг Октавии, потом написала мне, что хочешь пригласить одну из них домой. Потом ты целовалась с какой-то девушкой прямо в зале. — Я? — Кларк остановилась, обернулась. — Ты. Но это по рассказу Октавии, которой ты призналась в том, что я с тобой сплю. Она после такой новости нашла мою страницу и написала. Кларк почувствовала, как кровь прилила к лицу. Она видела хитрое лицо Лексы и понимала, что та наслаждается каждой секундой. — И что она написала? — сказала Кларк, сама не уверенная в том, что хочет знать. — Только спрашивала про твое самочувствие, — ответила Лекса. — И правда ли то, что ты ей рассказала. Кларк закрыла глаза, прислонилась к стене. — Не хочу это слышать. — А придётся. Кларк резко развернулась, полотенце положила на стиральную машинку. Лекса приподняла бровь, но продолжила говорить, а Кларк скинула с себя футболку и медленно стянула трусы, после чего зашла в ванную. Лекса замолчала совсем. Кларк включила воду, надеясь, что шум заглушит её мысли. Но Лекса, не долго думая, стянула с себя ночнушку и зашла следом. Вода была горячей, пар поднимался к потолку. Лекса прижала Кларк к прохладной кафельной плитке с самой настоящей агрессией, которая легко читалась по лицу: — Ты знаешь сколько раз вчера умоляла трахнуть тебя? — прошептала она. Кларк почувствовала, как сердцебиение участилось от ощущения чужого дыхания на своих губах. — А ты хотела меня? Лекса поцеловала её в шею, оставляя влажную дорожку от ключицы до мочки уха. — Ты не представляешь, как я хотела тебя наказать. Кларк запрокинула голову, чувствуя, как внутри разгорается знакомое тепло. Лекса продолжила, не повышая голоса: — Как жаль, что ты вчера спала с какой-то шлюхой. Кларк опустила голову, посмотрела прямо на Лексу. — Что? — Хочешь сказать, не помнишь, как тебе вчера лизала рандомная женщина в баре? — Лекса прижала её к стене плотнее, одновременно просунув руку между ног. Кларк помотала головой. Она не помнила. Совсем. Лекса не остановилась. Она проникла внутрь так резко, что даже естественная смазка не смягчила толчок. Кларк шумно вдохнула носом, вцепилась в плечи брюнетки. — Ты что думаешь, тебе всё можно? — Лекса говорила спокойно, будто обсуждала погоду, но её пальцы двигались быстро и жёстко. — Я же тебе не рассказываю, где и кого я трахаю. — Расскажи, — выдохнула Кларк, закрывая глаза. Лекса ускорилась. Кларк уже привыкла, расслабилась, сама подавалась бёдрами навстречу. — Слушай меня внимательно, — продолжала Лекса, понижая голос. — Можешь давать любому мужику, но если я узнаю, что ты была с женщиной... — она прервалась, набирая воздуха в лёгкие, — Будешь трахаться со своими шалавами. И не ной потом, как плохо они тебя ебут. — А ты делаешь это лучше остальных? — провоцировала Кларк. — Так ты вчера мне говорила, — Лекса вошла глубже, словно ставя точку. Кларк не знала, что ей делать. Но секс в наказание возбуждал её так сильно, что она не воспринимала слова Лексы. До тех пор, пока Лекса не наклонилась к её уху. — Ты помнишь, я рассказывала тебе про студентку, которая бегает за мной? Кларк замерла. — С ней ты и трахалась, — Лекса смотрела ей прямо в глаза. — Представляешь, какая ирония? Кларк уже стонала не скрываясь. Лекса оставалась спокойной, хотя между ног стало слишком влажно, и ей очень хотелось разрядки самой. — Запомни этот секс. И думай в следующий раз, кому ты хочешь дать. Кларк кончила громко и сильно, до дрожи в теле. Лекса вымыла руку, вытерлась полотенцем и вышла, даже не оглянувшись. Кларк осталась одна. Стояла под струями воды, пытаясь отдышаться. Она не помнила ничего про студентку, но от Лексы не пахло ложью. Она выключила воду, вытерлась, натянула халат и вышла в коридор. Лекса уже переоделась в джинсы и футболку, сидела на диване с телефоном в руках. Не подняла головы. Кларк прошла в спальню, чтобы переодеться, но не успела — в дверь позвонили. Глазка на двери не было, поэтому Кларк пошла открывать, но после вчерашнего не голова даже не додумалась спросить, кто там. Беллами. Он прошёл в квартиру, увидел Кларк в халате с мокрыми волосами, закрыл за собой дверь. Не успела она сказать ни слова, как он снял куртку, бросил сумку на пол и прильнул к ней, уводя в комнату. — Подожди, — попыталась сказать Кларк, но он заткнул её поцелуями. Он пах уличным воздухом, его руки скользили по халату, расстёгивая пояс. Кларк не сопротивлялась — не потому, что хотела, а потому, что не успевала соображать. Беллами повалил её на кровать, навис сверху, начал целовать шею, грудь, живот. Кларк приподнялась на локтях, чтобы сказать ему про Лексу, и увидела её. Лекса стояла в дверях гостиной, прислонившись к косяку. Скрестила руки на груди, смотрела на них без всякого выражения. Беллами не видел ничего, кроме жены. Кларк ухмыльнулась. Она опустилась обратно на подушки, позволяя мужу делать то, что он хочет. Лекса смотрела, а Беллами не знал. И Кларк чувствовала, как от этого жар разливается по телу сильнее, чем от любых поцелуев.