Осколки Чёрного Солнца.

      410 лет назад в Снежной в рядах Фатуи произошло пополнение. Пьеро привёз из Сумеру бывшего ученого, весьма красивого молодого парня со светло-голубыми волосами и неестественно красными глазами. Можно сказать, его ещё только-только выгнали из Академии, обвинив во всех грехах, которые только мог совершить исследователь. Со временем этот парень, Зандик, получит титул Доктора и станет Вторым Предвестником Фатуи. Но в свои первые месяцы в Заполярном дворце он был лишь амбициозным чужаком, которому Пьеро выделил скромную лабораторию в подвальных архивах. Его вхождение в организацию не было триумфальным. Другие Предвестники смотрели на сумерского изгнанника свысока. Из-за крайне нестабильного и опасного характера его первых исследовательских проектов, Пьеро официально назначил Десятую Предвестницу курировать его рабочий бюджет и распределение ресурсов Снежной. Получив базовое бюрократическое одобрение, Зандик был допущен к изолированной лаборатории в подвальных архивах Заполярного дворца, где и начал свою работу.       Первые недели Зандика в Заполярном дворце напоминали добровольное заключение. Сумерский изгнанник, привыкший к иссушающему зною пустыни и душным лекториям Академии, физически ненавидел мороз Снежной. Местный климат казался ему нерациональным, а громоздкие зимние шинели Фатуи — глупой тратой ткани, сковывающей движения. Ему выделили глубокий подвальный сектор под архивами. Это сырое холодное помещение когда-то служило складом для списанных механизмов. Но Доктора это устраивало — здесь его никто не беспокоил. Единственным, ради чего он терпел эти условия, были документы, которые Пьеро по его личной просьбе извлек из секретных хранилищ Фатуи. Это были старые, пожелтевшие архивные журналы древних экспедиций в Дахри. Зандик часами изучал схемы, чертежи и утерянные формулы алхимии Кхаэнри'ах, которые Пьеро собирал веками. Доктор искал в них ответы на вопросы о строении человеческого тела и границах его модернизации. Проекты механизмов его пока не интересовали. Главной целью была живая плоть. Директор предоставил ему карт-бланш. Очень скоро в подвальные лаборатории начали доставлять первых живых подопытных, предоставленных Фатуи для его медицинских модификаций.       Одним из его экспериментов уже в 33 года был тест токсичности и влияния одной из самых первых версий эликсира бессмертия. Первые поставленные ему бандитами "материалы" умерли в течении первого получаса эксперимента. Двое мужчин и женщина задохнулись и получили сильное подкожное кровотечение. Жив остался только 3-тий "образец". Доктор решил немного сжалиться над хорошо избитым парнем, не вводя смертельную дозировку. Тот и так присмерти был. Со временем выживший "материал" стал помощником в лаборатории, а после с помощью уже имевшего авторитет Дотторе устроился в Банк.       Через время уже 26 летний "образец", теперь под именем Феофан получил огнестрельное ранение. Снова попав на стол Доктора, парень отказывался называть причину ранения, но Зандик и не настаивал. Единственное, что в голове Сумерца проскальзнула мысль: - "А я то думал, что у банковских служащих безопасная работа". Спустя 3 дня по назначению доктора Феофан возвращается на осмотр, а через время так же вступает в ряды Предвестников Фатуи, не без рекомендации Дотторе. Со временем у парней вышел неплохой союз. Делец выделял весьма крупное финансирование буквально на все, что требовалось учёному, а Зандик продолжал заниматься его лечением. Но на сколько бы щедрым не было финансирование Банкира, Куратор, 10-тый предвесник Фатуи, еженедельно контролировал все документы и спокойно мог урезать счёт. Он же присутствовал на одном из важных заданий Зандика. Именно тогда парня и заинтересовал Куратор тем, что не выдавал ни капли осуждения и буквально игнорировал смерти подопытных. Изначально видя в нем только человека, Дотторе наблюдал из далека, стараясь понять, отнесется ли предвесник с презрением или будет оценивать только эффективность его экспериментов. Когда догадки ученого подтвердились в лучшую для него сторону, на очередном еженедельном отчёте он завёл разговор с девушкой: – Вы закрыли глаза на потерю трёх образцов в этом квартале,Лучетта. В Сумеру за меньшее меня забросали бы камнями прямо на площади Академии. Мне... Любопытно, почему Снежная так лояльна к моим методам. - уже забирая папку с подписанным отчётом, проговорил парень. На что девушка, подняв глаза и чуть оперевшись на стол, ответила: – Говоря честно, Снежной, а уж тем более мне глубоко плевать на мораль и на "материал". У нас его найти можно за 5 минут. Так что от вас, Дотторе, нужна только эффективность. - На губах Зандика еле заметно появилась улыбка. Её ответ был идеален. Ему впервые в жизни не нужно было защищаться. Зандик сделал шаг ближе к её столу и негромко произнёс: – В таком случае... Не откажете ли вы мне в чашке кофе? - Луччета секунду молча смотрела на сумерца, взвешивая его предложение, а затем едва заметно кивнула: – Хорошо, Доктор. Сегодня в восемь вечера в малом зале Дворца. Не опаздывайте.