Трахи!

Северус спал у себя дома, в старой узкой кровати дома в паучем тупике. Комната была тёмной и холодной, как всегда. Сквозь тонкие занавески едва пробивался лунный свет, а воздух пропитался привычным запахом пыли, старых книг и остатков зелий. Он лежал на боку, лицом к стене, тело расслабленное под тонким одеялом. Глубокий, тяжёлый сон. Но в этом сне, в тех тайных, не признаваемых даже самому себе мечтах, всё изменилось. Дверь тихо скрипнула. Северус не проснулся, но почувствовал движение. Тёплое, тяжёлое тело опустилось на кровать позади него. Знакомый запах — кожа, мускус, лёгкая нотка виски и свободы — обволок его. Сириус. Горячая ладонь легла на его бедро, медленно задрала ночную рубашку вверх. Северус во сне лишь тихо вздохнул, не открывая глаз. Пусть. Пусть это будет только сном. Сириус раздвинул его бёдра шире, пальцы уверенно скользнули между ягодиц, нащупывая тугой вход. Он уже был смазан — во сне всё всегда было готово. — Спокойно, Снейп… — прошептал Сириус ему прямо в затылок низким, хриплым голосом. — Я просто возьму то, что мне нужно. Толстая, горячая головка члена прижалась к его дырочке и начала медленно, но настойчиво продавливаться внутрь. Северус закусил губу, тело слегка напряглось. Член Сириуса был большим — он чувствовал каждую вену, как тот растягивает его стенки, заполняя до предела. Когда Сириус вошёл до самого основания, Северус невольно выгнул спину, вжимаясь задницей в его бёдра. Сириус начал двигаться. Медленно. Глубоко. Каждый толчок был долгим и основательным — он полностью выходил и снова входил до упора, заставляя Северуса чувствовать себя полностью заполненным. Горячее дыхание обжигало шею, сильная рука держала его за бедро, не давая отодвинуться. Северус старался лежать неподвижно, притворяясь спящим даже во сне. Но тело предавало. Дыхание стало частым и прерывистым, пальцы вцепились в простыню. Когда Сириус особенно сильно ударил по простате, из горла вырвался тихий, сдавленный стон. — Сириус… — едва слышно выдохнул он. — Вот так, мой хороший, — усмехнулся Сириус и ускорился. — Я знаю, что тебе нравится. Даже когда ты притворяешься, твоя дырочка сжимает меня так, будто хочет высосать досуха. Теперь толчки стали жёстче. Кровать тихо поскрипывала. Сириус трахал его глубокими, мощными движениями, полностью вытаскивая член и вбиваясь обратно так, что яйца шлёпали по коже Северуса. Внутри было горячо, мокро и невероятно плотно. Каждый раз, когда Сириус входил до конца, Северус чувствовал, как головка упирается в самое чувствительное место, заставляя искры пробегать по позвоночнику. Он уже не мог сдерживаться полностью. Тихие, хриплые стоны вырывались при каждом толчке. Северус шептал имя Сириуса как заклинание, прижимаясь задницей назад, навстречу каждому движению. — Глубже… Сириус, пожалуйста… — вырвалось у него совсем тихо. Сириус зарычал, прикусил его плечо и начал долбить по-настоящему жёстко. Одна рука скользнула вперёд, обхватила твёрдый, мокрый от предэякулята член Северуса и начала быстро дрочить в такт толчкам. — Кончай для меня, Сев. Хочу почувствовать, как ты будешь сжиматься вокруг меня. Северус продержался всего несколько секунд. Оргазм накрыл его резко и сильно — тело выгнулось, дырочка судорожно сжалась вокруг толстого члена, а сперма хлынула на простыню длинными горячими струями. Он стонал в подушку, дрожа всем телом. Сириус зарычал ему в ухо и кончил следом — глубоко, мощно, заливая Северуса густым, горячим семенем. Он продолжал медленно двигаться внутри, выжимая каждую каплю, пока не обмяк, всё ещё оставаясь в нём. Поцеловав Северуса в затылок, Сириус прошептал: — Спи дальше, любимый… И исчез из сна. Утром Северус медленно открыл глаза. Он всё ещё лежал в своей старой кровати… или ему так казалось первые несколько секунд. Тело было тяжёлым, задница приятно ныла. Он улыбнулся уголком губ — «отличный сон, чёрт возьми». Попытался сесть — и тут же поморщился от резкой, но сладкой боли. Сунул руку назад, коснулся дырочки… и замер. Пальцы стали скользкими. Из него медленно вытекала густая, тёплая сперма. Сердце ухнуло. Северус резко обернулся. Рядом, раскинувшись поперёк всей кровати и довольно похрапывая, спал совершенно голый Сириус Блэк. На его губах играла знакомая самодовольная ухмылка. Только сейчас до Северуса дошло: он уже давно не живёт в доме на паучем тупике. Они вместе в Гриммо 12 уже больше года. Это была не просто их кровать — это была их жизнь. Северус долго смотрел на спящего идиота, потом тихо, почти нежно выругался: — Мерлиновы яйца… ты невыносим. Сириус приоткрыл один глаз, потянулся и лениво улыбнулся: — Доброе утро, Сев. Приятный был «сон»? Северус вместо ответа просто лёг обратно и уткнулся лицом ему в грудь, пряча тёплую краску на щеках. — Следующий раз можешь не устраивать спектакль со «сном», Блэк. Сириус тихо рассмеялся и крепче обнял его. — А зачем? — Сириус перекатился сверху, прижимая Северуса к кровати своим весом. Его утренний стояк уже упирался горячим и твёрдым в бедро Снейпа. — Ты так сладко стонешь, когда думаешь, что я тебя «не будил». Северус хотел огрызнуться, но Сириус уже поцеловал его — глубоко, влажно, с лёгким укусом за нижнюю губу. Руки Блэка скользнули вниз, раздвигая бёдра. Пальцы сразу нашли мокрую, всё ещё расслабленную после ночи дырочку и легко вошли внутрь, размешивая собственную вчерашнюю сперму. — Смотри-ка… ты до сих пор полный меня, — довольно промурлыкал Сириус, добавляя второй палец и медленно трахая ими Северуса. — Такая горячая и скользкая… Идеально. Северус выдохнул сквозь зубы, невольно раздвигая ноги шире. Утреннее солнце уже пробивалось сквозь шторы, освещая их сплетённые тела. Сириус не спешил. Он целовал шею, ключицы, спускался ниже, пока его губы не сомкнулись вокруг твёрдого члена Северуса. Он взял его глубоко в рот, одновременно продолжая работать пальцами внутри. — Сириус… чёрт… — Северус запустил пальцы в длинные тёмные волосы, уже не притворяясь равнодушным. Сириус отсосал его до самого края, а потом резко поднялся, перевернул Северуса на живот и одним плавным движением вошёл в него до самого основания. Оба одновременно застонали. Утром Северус был особенно чувствительным — каждый толчок отдавался яркой вспышкой удовольствия. Сириус накрыл его своим телом, прижимаясь грудью к спине, и начал трахать глубокими, размеренными движениями. Не слишком быстро, но сильно. Каждое проникновение заканчивалось плотным прижимом бёдер, будто он хотел войти ещё глубже. — Вот так… чувствуешь? — шептал Сириус ему в ухо, покусывая мочку. — Это не сон, Сев. Это я каждое утро буду тебя так ебать. Пока ты не начнёшь просить сам. Северус только стонал в подушку, сжимая простыни. Его собственный член тёрся о смятые простыни в такт толчкам. Сириус ускорился, меняя угол, чтобы бить точно по простате. Комната наполнилась звуками кожи о кожу, тяжёлым дыханием и тихими, хриплыми стонами Северуса. — Громче, — потребовал Сириус, шлёпнув его по ягодице. — Хочу слышать. Северус не выдержал. Стоны стали громче, отрывистей. Он сам начал толкаться назад, насаживаясь на толстый член. — Сириус… сильнее… да… Сириус зарычал, схватил его за бёдра и начал долбить по-настоящему жёстко. Кровать скрипела, голова Северуса билась о подушку. Он кончил первым — сильно, с длинным стоном, пачкая простыни под собой. Сириус вошёл до упора и замер, изливаясь глубоко внутри с низким, удовлетворённым рычанием. Несколько минут они лежали, тяжело дыша. Сириус всё ещё оставался внутри, медленно покачиваясь, выжимая последние капли удовольствия. — Доброе утро, — наконец прошептал он, целуя Северуса в плечо. Северус повернул голову, посмотрел на него полуприкрытыми глазами и тихо ответил: — …идиот. Но в голосе не было ни капли злости. Только тёплая, ленивая нежность.