Сирин

Глава 125 Перед бурей После первой репетиции дни начали лететь слишком быстро. Утро сменялось новым пунктом расписания почти незаметно. Интервью. Затем снова дорога и бесконечная подготовка. Репетиции. За ними следовали встречи с организаторами и участниками. Встречи. Потом наступало время камер и вспышек. Фотосессии. А после — очередные часы работы. Подготовка. И снова репетиции. В какой-то момент даже Анна начала путаться в расписании. Что раньше считалось невозможным. На фоне этой бесконечной суеты однажды утром Мирослава проснулась от вибрации телефона. Сообщение. От Яромира. Она задержала взгляд на имени отправителя чуть дольше обычного. Сообщение было коротким. «Как Азия?» Мирослава несколько секунд смотрела на экран. Потом ответила: «Шумно.» Ответ пришёл почти сразу. «Я так и думал.» Она отложила телефон и только потом заметила, что уголки губ сами собой поднялись. Но на этом утренние сообщения не закончились. Через минуту телефон Анны тоже завибрировал. И ещё раз. И ещё. Рада сидела рядом и прекрасно видела имя отправителя. Поэтому через пять секунд уже смеялась. — Опять Яромир? Анна мгновенно убрала телефон. — Нет. — Конечно. — Это рабочее сообщение. — Да-да. — Рада. — Что? — Замолчи. Анна снова посмотрела в экран и быстро заблокировала его. Рада только фыркнула. Потому что за последние дни сообщений от Яромира стало неожиданно много. Иногда он спрашивал про фестиваль. Иногда про город. Иногда про выступление. Но почему-то чаще всего спрашивал именно про Анну. Через Мирославу. Разумеется. «Анна опять не спит?» «Передай Анне, что документы можно проверять не десять раз, а два.» «Анна поела?» «Анна хоть иногда отдыхает?» После четвёртого такого сообщения Рада смеялась почти пять минут. А Мирослава честно переслала их Анне. Все. До единого. Анна после каждого нового уведомления всё внимательнее изучала какие-то бумаги. К концу переписки она уже несколько минут читала одну и ту же страницу. Рада ничего не сказала. Только выразительно посмотрела на её покрасневшие уши. Тем временем фестиваль приближался. Каждый день площадка становилась всё более оживлённой. Артисты приезжали со всего континента. Коридоры заполнялись людьми. Музыкой. Смехом. Разными языками. Огромный механизм постепенно начинал работать на полную мощность. Мирослава наблюдала за этим с интересом. Где-то глубоко внутри росло знакомое предконцертное напряжение — не страх, а ожидание чего-то большого и важного. Потому что происходящее напоминало ей огромный порт. Когда-то давно она видела подобное. Только вместо кораблей теперь были сцены. Вместо капитанов — артисты. А вместо торговых путей — музыка. Накануне генеральной репетиции ритм фестиваля ненадолго сменился другим событием. За день до генеральной репетиции организаторы устроили большое знакомство участников фестиваля. Неформальное. Без камер. Без прессы. Просто возможность встретиться. Поговорить. Познакомиться. Анна очень хотела отказаться. Разумеется. Но организаторы были настойчивы. Поэтому вечером они всё же пришли. Зал оказался огромным. Повсюду звучала музыка. Люди разговаривали. Смеялись. Обменивались контактами. Обсуждали будущие выступления. Мирослава чувствовала себя немного не в своей тарелке. Потому что никогда не любила большие компании. Никогда. Гораздо проще было разговаривать с морем. Или с одним человеком. Но не с сотнями сразу. Поэтому через некоторое время она тихо вышла на открытую террасу. С облегчением выдохнула, словно наконец выбралась из слишком шумной волны голосов. Там было прохладнее. Тише. И гораздо спокойнее. Город сиял внизу тысячами огней. Почти как в первый день. Она облокотилась на перила. И некоторое время просто смотрела вдаль. Слушала ветер. Слушала город. Слушала ночь. Тишину нарушила знакомая вибрация телефона. Телефон снова завибрировал. Сообщение от Яромира. На этот раз Анне. Но почему-то он отправил его Мирославе. По ошибке. Или нет. «Скажи Анне, что если она опять работает после полуночи, я лично прилечу в Азию.» Мирослава перечитала сообщение ещё раз. Потом коротко усмехнулась и переслала его дальше. Ответа не последовало. Зато через минуту из зала донеслось: — Что значит «лично прилечу»?! Голоса вокруг на мгновение стихли. А затем где-то рядом расхохоталась Рада. Так громко, что её было слышно даже на террасе. Мирослава покачала головой и убрала телефон. А впереди оставался всего один день. Один день до генеральной репетиции. Один день до фестиваля. Всего несколько часов, после которых ожидание перестанет быть ожиданием. Площадка уже не спала даже ночью. За яркими стенами павильонов продолжалась работа. Настраивался свет. Проверялся звук. Собирались последние детали огромного механизма, который вот-вот должен был прийти в движение. Это чувствовалось повсюду. В разговорах. Во взглядах. В том, как артисты невольно замолкали, глядя на сцену. Словно каждый понимал: обратного пути больше нет. Слишком многое уже было пройдено. Слишком многое поставлено на этот момент. И когда Мирослава посмотрела на огни города, ей вдруг показалось, что сама ночь затаила дыхание вместе с ними. Будто весь фестиваль замер перед ударом невидимого гонга. Перед сигналом, после которого всё начнёт происходить слишком быстро. Слишком громко. Слишком по-настоящему. Оставался всего один шаг. Одна генеральная репетиция. И где-то за стенами павильонов уже вспыхнул очередной прожектор. Резко. Белым светом разрезав темноту. Мирослава невольно подняла взгляд. А в следующую секунду над площадкой взвыла проверка звука. Настолько громкая, что заглушила ветер, разговоры и даже собственные мысли. Будто фестиваль предупреждал: время закончилось.