Сирин

Глава 146 Великий Совет Северное море бушевало: волны с грохотом разбивались о скалы, ветер завывал между камнями. А в древнем зале под водой царила тишина — такая, какая бывает только среди существ, проживших больше тысячи лет. Тарен сидел неподвижно. Старейший сирин Тихого океана, проживший более полутора тысяч лет, за свою жизнь видел падение империй, войны, открытие новых земель, появление самолётов, интернета и космических полётов. И очень редко собирал Великий Совет без серьёзной причины. Сегодня причина была. За круглым каменным столом находились все: Велимира, Аурелия, Наима, Элисса, Яромир, Мирослава, Рада и ещё несколько древних хранителей. Первой заговорила Аурелия: — Люди становятся слишком любопытными. Её голос прозвучал спокойно, но недовольство скрыть не удалось. — Они всегда были любопытными, — ответил Тарен. — Сейчас иначе, — Наима кивнула. — Технологии. Одного слова оказалось достаточно. Раньше легенда оставалась легендой, история — историей, а слух исчезал через несколько деревень. Теперь же одно видео могло облететь весь мир за несколько часов. — Марк Хольц не остановился, — тихо сказала Элисса. Мирослава подняла голову. — Он продолжает искать? — Да. — Но биография выдержала проверку. — Выдержала, — подтвердила Велимира. — Именно поэтому он отступил. Повисла тяжёлая тишина. Все понимали разницу между словами «отступил» и «сдался». Яромир нахмурился. — Тогда в чём проблема? Тарен впервые посмотрел прямо на Мирославу. — Проблема не в Марке Хольце. — Тогда в ком? — спросила Рада. — В популярности. Ответ оказался неожиданным даже для Мирославы. — Десять лет назад никто бы не искал. Пять лет назад никто бы не заметил. Сегодня тебя знает весь мир. Мирослава ничего не ответила. Она слишком хорошо понимала, что популярность была не только подарком, но и опасностью. Наима медленно провела пальцами по каменному столу. — Чем больше людей смотрят на одного человека… — Тем больше людей начинают задавать вопросы, — закончила Велимира и чуть усмехнулась. — Сначала безобидные. Потом неудобные. Даже если сейчас всё выглядит спокойно. — А чаще всего всё и начинается именно тогда, когда выглядит спокойно, — заметила Элисса. Мирослава вздохнула. — Хотите сказать, что мне стоило оставаться неизвестной? — Если бы это было возможно, мы бы сейчас здесь не сидели, — сухо ответил Яромир. Несколько сирин едва заметно улыбнулись. — Речь не о том, чтобы прятаться, — сказал Тарен. — Речь о том, чтобы помнить цену известности. — И тем выше вероятность, что однажды кто-то задаст правильный вопрос, — негромко добавила Аурелия. В зале стало ещё тише. Элисса слегка усмехнулась. — Люди удивительно талантливы в поиске проблем там, где их раньше не существовало. — Иногда они находят не проблемы, — заметил Тарен. — Иногда они находят следы. Никто не стал уточнять, что именно он имел в виду. На этот раз даже Яромир едва заметно улыбнулся, но улыбка исчезла, когда Тарен заговорил снова: — Но есть и хорошая новость. Мирослава подняла взгляд. — Какая? Старейший сирин впервые за весь вечер слегка улыбнулся. — Пока люди ищут чудовищ, они никогда не заметят тех, кто выглядит как люди. В зале послышались тихие смешки. Это была правда. Люди искали монстров, клыки, чешую, крылья, магию — что угодно, но не русскую певицу с книгой в руках. Именно поэтому сирины оставались тайной столько веков: правда выглядела слишком обычной. — Пока не заметят, — спокойно произнесла Наима. Несколько взглядов пересеклись над столом. Мирослава уловила это мгновение. Короткое. Почти незаметное. Но слишком многозначительное, чтобы быть случайным. Спустя некоторое время разговор начал затихать. Совет постепенно пришёл к выводу: сейчас угрозы нет. Есть риск, интерес и популярность, но нет непосредственной опасности. Поэтому пока оставалось наблюдать. Как всегда. Именно это слово почему-то прозвучало тревожнее всего. — Усильте наблюдение, — наконец сказал Тарен. — Ненавязчиво. — За Марком? — спросила Рада. — За всеми, кто проявляет устойчивый интерес. Он сделал короткую паузу. — И за Мирославой. Мирослава медленно перевела взгляд на старейшего сирина. Тарен выдержал её взгляд совершенно спокойно. — Это мера предосторожности, — сказал он. Но почему-то эти слова прозвучали не как объяснение, а как решение, принятое задолго до сегодняшнего собрания. Когда собрание почти закончилось, Велимира неожиданно посмотрела на Мирославу. — А теперь мой вопрос. — Какой? — Что ты думаешь об Азии? На этот раз удивились даже остальные. Вопрос прозвучал слишком просто и неожиданно. Мирослава задумалась. Перед глазами возникли фестиваль, сцена, люди, ночные улицы, разговоры, новая страна и несколько лиц, которые почему-то вспоминались чаще других. Она почти сразу отогнала эту мысль и спокойно ответила: — Мне понравилось. Велимира внимательно наблюдала за ней. Слишком внимательно, будто заметила что-то ещё — то, чего сама Мирослава пока не понимала. Или не хотела понимать. Но ничего не сказала. Только кивнула. А за тысячи километров от северного моря Бан Чан уже спал, не зная, что Великий Совет сирин только что обсуждал ту самую популярность, которая однажды снова сведёт их пути вместе. Не зная и того, что некоторые из присутствующих уже начали следить не только за теми, кто ищет тайны, но и за теми, кто может случайно к ним приблизиться. Его собственный интерес к старым легендам всё ещё казался безобидным. Пока. Но первый шаг уже был сделан. И в подобных историях именно первый шаг чаще всего оказывался самым опасным. Даже если он сам пока считал всё это обычным любопытством.