Зефир и Ролан

Зефир и Ролан спали, прижавшись друг к другу под высокой сосной на холме у ручья. На землю они постелили толстый слой прошлогодней листвы, мха и хвои, они растянулись под открытом небом закутавшись в походный плед. Прохладная ночь неохотно отступала перед рассветом. Пробуждение Зефира было медленным. Первым ощущением была легкая ломота в теле, привычная для ночей под открытым небом. Затем – святая утренняя ленца. Улыбка сама собой появилась на его лице – та самая, лукавая, которая так часто сбивала с толку незнакомцев. Его взгляд тут же упал на Ролана, спящего рядом. Лицо друга было расслабленным, без тени той настороженности, что обычно его сопровождала. И, как всегда, в голове Зефира мелькнула мысль о маленькой шалости – едва заметно пощекотать Ролана за нос, наблюдать, как тот будет морщиться во сне, прежде чем окончательно стряхнуть остатки дремоты. Но что-то остановило его. Может быть, тишина утра. Может быть, то, как мирно и безмятежно выглядел Ролан. Зефир тихонько отстранился, стараясь не потревожить друга. Его обычная беззаботность вдруг уступила место задумчивости. Он встал, аккуратно отошел к ближайшим кустам, где утренний сумрак еще властвовал, и быстро справил нужду. Вернувшись, он огляделся. Задача номер один – развести огонь. Руки Зефира двигались уверенно и привычно. Он быстро собрал с земли сухие мелкие веточки, подбирая самые лучше. Из карманов видавшей виды бездонной сумки, он вытащил заветные вещи: небольшую щепочницу, турочку из темного металла и котелок. Небольшая порция овсянки, приготовленная на воде, без изысков, но сытная. Пока она мягко пузырилась на огне, Зефир поставил рядом турку с водой и молотыми кофейными зернами. Аромат кофе, еще не полностью раскрывшийся, уже начал смешиваться с запахом дыма и влажной земли. И как только по поверхности воды в турке пошли первые, ленивые пузырьки, предвещая скорое закипание, словно по сигналу, раздался тихий вздох. Ролан. Он медленно потянулся, его движения были плавными, без резкости, словно пробуждающийся зверь. Потер глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на Зефире, который уже отвлекся от будущего кофе и повернулся к нему с той самой лукавой улыбкой, что успела зародиться до его пробуждения. – Доброе утречко, – проворчал Зефир, не отрывая взгляда от турки. – Надеюсь, тебе снились дивные сны! – Утра, – отозвался Ролан, зевая. Его голос звучал чуть хрипловато, что Зефиру казалось особенно милым. – А мне снился… сон, где ты пытался научить грамматике стадо диких обезьян. Зефир фыркнул, отвлекаясь от турки ровно настолько, чтобы улыбнуться Ролану. – Ну, они тоже нуждаются в образовании! А ты, я вижу, уже готов к новому дню. Ролан медленно кивнул, потирая затылок. Его белые волосы немного растрепались, и Зефир невольно подумал, что ему очень идёт этот легкий беспорядок. – Спалось хорошо, – тихо ответил он, его голубые глаза встретились с изумрудными глазами Зефира. – Главное, что ты был рядом. Сердце Зефира от этой простой фразы затрепетало, как пойманная в ладони птица. Он быстро отвернулся к костру, чтобы скрыть вспыхнувший румянец, который, он был уверен, расцветал на его щеках ярче, чем любой вереск. – Ну, конечно, я же твой проводник в мир великих приключений и… – он запнулся, подбирая слова, – …и не очень великих, но очень вкусных каш! В этот момент аромат кофе, наконец, достиг своего апогея. Зефир ловко подцепил турку, аккуратно разлил горьковатый, дымный напиток по двум маленьким кружкам, которые он предусмотрительно отыскал в сумке. Овсянка была готова, аппетитно разбухшая и источающая приятный, чуть сладковатый запах. – Вот, Ро, любуйся. – он задумчиво посмотрел на Ролана. Ролан взял кружку, его пальцы слегка коснулись пальцев Зефира. Это было мимолетное касание, но оно вызвало у обоих легкое, почти неуловимое электричество. Оба ненадолго замерли, словно пытаясь удержать это ощущение. – Спасибо, – прошептал Ролан, когда их взгляды снова встретились. Он сделал глоток кофе, прикрыв глаза от удовольствия. – Это… чудесно. Зефир, глотая свою кружку залпом, почувствовал, как внутри него разливается тепло, которое не имело ничего общего с горячим напитком. Он посмотрел на Ролана, на его спокойное лицо, обрамленное белыми прядями. – Помнишь, вчера мы видели развилку дорог, – бодро начал Зефир, отставляя кружку. – Сегодня нам нужно решить по какой пойдем, я предлагаю пойти направо. Он энергично поднялся, отряхивая несуществующую пыль с ярких шорт. Ролан же тихо рассмеялся, допивая свой кофе. Он уже не выглядел сонным. В его глазах появилось привычное внимательное выражение, смешанное с легкой искоркой веселья. Солнечные лучи скользнули по лицу, и он инстинктивно натянул широкополую шляпу. У Ролана были проблемы с солнцем, и его балахон – не прихоть, а необходимость, прикрывающая тело от обжигающих лучей. – Думаю, нам бы не помешала карта и компас, – задумчиво произнес он, поднимаясь разминая спину и делая короткую растяжку. – Но я готов. Всегда готов. – Ролан одернул полы своего балахона и посмотрел на Зефира с той непоколебимой преданностью, которая обезоруживала Зефира сильнее любых заклинаний. – Зачем нам карта, когда есть я? – Зефир разразился диким хохотом, лучезарным и хитрейшим. Это утро началось именно так, как должно было начаться: с кофе, каши и предвкушения нового отличного дня! У друзей было четкое правило: никаких следов в лесу. Зефир тщательно проверил лагерь на предмет забытого мусора, залил костер так, что образовалось живописное болотце, и они отправились к той самой развилке. Зефир, как обычно, шагал чуть вразвалку, закинув руки за голову, его босые ступни легко ступали по мягкой хвое. Ролан следовал чуть позади, наблюдая за ним. Зефир то останавливался, привлеченный игрой света на шершавой коре деревьев, то начинал следовать за пролетающей бабочкой, забывая обо всем на свете, то вдруг, заметив толстого шмеля, мирно ковырявшегося в цветке, воскликнул: – Шмель, шмель! Смотри, Ро! Шмель! Ролан, чья обычная настороженность на мгновение отступила, смущенно улыбнулся. Они вместе подошли ближе, стараясь не спугнуть жужжащее создание, которое от их внезапного внимания насторожилось, остановившись. Шмель, словно посовещавшись сам с собой, осторожно продолжил свою работу на цветке, пока Зефир, расползшийся в широченной улыбке, наблюдал за ним. – Обожаю этих пушистых красавцев! – восторженно проговорил Зефир, его изумрудные глаза светились искренним любопытством. – Они такие… такие… пушистые! Шмель, видимо, решил, что такого уровня внимания ему достаточно, слетел с цветка, описал в воздухе небольшой полукруг и, загудев чуть громче, улетел за ближайшие деревья. – Ну вот, – вздохнул Зефир, но тут же его взгляд устремился вперед. – Ох, а вот и наш камень! Он снова пустился вперед, увлекая Ролана за собой. У самой дороги вросший в землю, был огромный валун, покрытый бархатным мхом. Зефир, недолго думая, с разбегу прыгнул, в этот момент, вокруг него закружились крошечные мерцающие светлячки. Поднявшись в воздух, он поднялся выше деревьев и стал барахтаться в воздухе глядя по сторонам – Леса, леса, горы, облака! Ничего не видно – прокричал раздосадованный Зефир и затем с грацией кошки приземлился на вершину большого камня. Ролан подошел к валуну, сложив руки на груди, и остался стоять внизу. – Отличный ориентир! – заключил Ролан. Его голос был спокойным, но в глазах мелькнула легкая ирония. Он отмечал про себя, что их ориентир совершенно не помогает решить задачу – куда идти дальше. Зефир, свесив ноги с края огромного валуна, болтал ими в воздухе и, прищурившись, устремил свой взгляд на развилку дорог, явно обдумывая свои следующие шаги. Ролан облокотился на прохладный, замшелый камень, тоже задумался. Озорной западный ветерок, словно невидимый спутник, задул в затылок Зефиру. Он едва заметно дернул плечом, и тут его осенила простая, но такая очевидная мысль: по правой дороге оставались борозды от телеги и следы копыт. Кто-то здесь недавно проходил. Это естественным образом указало ему путь. –   Нам направо! –   решительно заявил Зефир, вытянув руку вперёд, оттопыривая указательный палец. Он буквально искрился собственной улыбкой, и, подхваченный мерцающим светлячками, спрыгнул с камня. В воздухе на мгновение повисло ощущение полёта, а затем лёгкое приземление обратно на мягкую хвою. Ролан сдержанно улыбнулся в ответ, его взгляд скользнул по следам, подтверждая проницательность друга. Они двинулись по выбранному пути. Поначалу дорога радовала глаз – среди живописного соснового леса, усыпанного ковром из вереска. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь кроны, играли на шершавой коре деревьев, создавая причудливые узоры. Но постепенно эта идиллия начала таять. Лес словно испустил вздох и стал мрачнее, тени сгустились, а воздух стал тяжелее. Дорога, ещё недавно такая приятная, приняла неудержимо петляющий характер. Вдобавок, на обочинах стали появляться груды опилок от спиленных деревьев, поваленные стволы преграждали путь. Зефир и Ролан, лишь недоуменно переглядывались. – Странно, – пробормотал Зефир, оттаскивая в сторону массивную, пахнущую смолой еловую ветвь. Ролан кивнул. Они шли вперед, углубляясь в эту преображенную часть леса превращенную в унылое, усеянное пнями поле, пока, наконец, дорога не оборвалась, приведя их к широкому обрыву. Внизу клубились облака, а остатки некогда прочного моста – несколько истлевших бревен – беспомощно торчали из берега. – Вот тебе и направо, – вздохнул Зефир, оглядываясь. Ролан же внимательно всматривался в другую сторону, выше, где в облаках виднелось нечто большое. – Ау! Есть там кто!? – закричал Зефир что есть силы. В ответ лишь эхо. От этого Зефир пришёл в восторг и принялся за настоящую распевку, выкрикивая разные звуки в пустоту. Вдруг послышалось приглушенное улюлюканье откуда-то снизу, и оно быстро приближалось! Ролан насторожился. Зефир же, с неподдельным любопытством, наклонился с обрыва. И в ту же секунду из облаков вырвалась целая стайка небесных дельфинов.