Из Ада с любовью

      Винсент Уиттман предельно четко понимает, что теряет разум.       Забавно... Раньше ему казалось, что душевнобольные не осознают, что они больны, и то, что ОН это осознает, вызывает у мужчины кривую усмешку.       - Ты и тут умудрился отличиться, Винс, – сообщает он собственному отражению в зеркале ванной комнаты. – Даже в этом хочешь выделиться из серой толпы банальных безумцев.       Отражение смотрит на него потрясенным взглядом; опухшие глаза и всклокоченные волосы говорят о новой сумасшедшей ночи, после которой мужчина ощущает себя сваренным всмятку яйцом.       Все это так странно – ведь прежде он не считал себя излишне впечатлительным или чутким к чужим страданиям человеком, но, похоже, его сердце оказалось вовсе не таким черствым, как он полагал... Потому что кошмары начали ему сниться сразу же после первого в его жизни убийства.       Решиться на это преступление было совсем не сложно. Винсент просто не хотел до конца дней прозябать в программе прогноза погоды, ибо знал, что достоин большего. Поэтому он выбрал самый легкий и быстрый способ продвинуть свою карьеру и не пожалел об этом. Вот только его подсознание, по-видимому, было не согласно с тем, что он так легко отнял чужую жизнь. И если одну дикую ночь еще можно было списать на слишком сильное нервное напряжение, то две ночи подряд - это уже явное свидетельство надломившегося рассудка. Ибо как иначе объяснить то, что в его снах появляется жуткий плоскоголовый демон, который называет себя ИМ?!              Тем судьбоносным вечером Уиттман вернулся домой, разделся, дотошно осмотрел свой пиджак на наличие пятен крови, порадовался, что сообразил отклонить тело усача вперед, когда перерезал ему артерию, и, только убедившись, что все в порядке, плюхнулся в кресло и откинулся на спинку, глядя в потолок широко раскрытыми глазами. Его слегка потряхивало от еще бурлящего в крови адреналина, но губы уже сами собой растянулись в удовлетворенной улыбке.       Наконец-то он сделал первый шаг на пути к вершине славы! Теперь нужно побыстрее занять освободившееся место, доказать, что он не только не хуже, но во всем лучше прежнего новостного ведущего, а еще избавиться от напарницы усача, чтоб не отвлекала аудиторию от харизматичного мужчины с разноцветными радужками...       В голове роилось столько новых идей, что через какое-то время Уиттман ощутил себя до крайности утомленным. Сняв очки, он потер пальцами переносицу, затем направился на кухню, достал уже початую бутылку и плеснул в стакан неразбавленного бренди.       Так, нужно хорошенько отдохнуть, прийти в форму. Вскоре придется давать показания, так что следует выглядеть расстроенным, удрученным и не имеющим ни малейшего понятия о том, кто именно мог так безжалостно расправиться с уважаемым коллегой. Винсент намеренно не стал прятать тело, чтоб его обнаружили как можно скорее и открыли вакансию, которую он просто обязан получить. Поэтому надо собраться с духом и пройти этот этап, ведь впереди сияет та самая ЦЕЛЬ, ради которой он готов на все!       Уронив голову на подушку, мужчина стал дышать глубоко и размеренно, по опыту зная, что это поможет успокоить нервы и заснуть. Но едва он начал погружаться в манящую темноту, как все вокруг внезапно залила густая багряная волна, и чей-то чужой, искаженный помехами голос громко произнес:       - Ну, приветик, Винси!       Не успел Уиттман опомниться, как его стиснули в стальных объятиях, вжимая лицом в бордовую трикотажную ткань, почему-то отдающую запахом озона. Растерянный и ошеломленный, мужчина попытался вывернуться, но его держали очень крепко, и, вдобавок, он ощутил, как острые когти прямо сквозь рубашку царапают кожу спины.       - П-прошу, полегче, – едва сумел выдохнуть он, кое-как повернув голову. – Ты делаешь мне больно!       - О, прости-прости, – над ухом раздался отрывистый смешок, и тиски, сжимающие его тело, ослабли. – Просто я охрененно рад тебя видеть! Ты выглядишь в точности так, как я себя запомнил. Такой милашка!       Винсент обескураженно моргнул. Он считал себя каким угодно, но только не милым. Это определение абсолютно точно не подходило человеку, собирающемуся забраться на вершину по чужим головам. Кто вообще придумал подобную нелепицу и, главное, с какого перепуга этот кто-то хватает его и обжимает так, будто они сто лет знакомы?!       Резко оттолкнув неизвестного, который все же соизволил его выпустить, Уиттман перевел дух, во все глаза глядя на нечто совершенно невообразимое.       Перед ним стояло и довольно лыбилось существо, во всем похожее на человека, вот только пальцы его заканчивались острыми накладками из неведомого бирюзового материала, а над стоячим воротником элегантного темно-синего смокинга красовался большой плоский прямоугольник, от которого исходило неяркое свечение. И на этом прямоугольнике алым цветом горели два больших глаза, а сразу под ними растянулась огромная пасть, полная острых клиновидных зубов. Венчала это фантастическое сооружение небольшая шляпа с торчащими из нее рожками, напоминающими антенну. Именно эта деталь навела Винсента на совершенно абсурдную мысль.       - Постой… у тебя что, вместо головы телевизор?! – выдохнул он, все еще с трудом веря собственным глазам. – И почему он такой странно тонкий? Где кинескоп?       - Пфф, то старье давным-давно заняло почетное место на полке в моем кабинете, – махнуло рукой неведомое создание. – Стараюсь идти в ногу со временем и менять их по мере выпуска новых линеек. Сейчас у меня самая последняя модель жидкокристаллической матрицы!       - Жидко… чего?! – Винсент почти физически ощутил, как в голове ворочаются шестеренки.       - О, не заморачивайся, дружище! Тебе все равно сейчас не понять, это технологии будущего!       Уиттман язвительно хмыкнул, уже чувствуя себя более уверенно, поскольку загадочный пришелец не выказывал намерения причинить ему вред.       - Ах, вот оно что! Ясно… А в этом твоем будущем все с телевизорами вместо голов ходят?       Неизвестный самодовольно усмехнулся.       - Нет, это исключительно МОЯ фишка. Отлично выделяет из толпы, знаешь ли. Кроме того, я способен управлять потоками электричества, телепортироваться, использовать внушение и много чего еще!       - Видимо, это ОЧЕНЬ отдаленное будущее. Вряд ли я доживу до момента, когда люди научатся подобным трюкам.       Телеголовый склонился ближе к замершему человеку и с какой-то отеческой заботой положил ладонь на его плечо.       - Не волнуйся, ты доживешь. Точнее, переживешь. Перейдешь, так сказать, на новую ступень эволюции.       Уиттман невольно сглотнул, даже через одежду ощущая жар чужой руки, и устало покачал головой.       - Кажется, я совсем перестал понимать, о чем идет речь. Откуда тебе знать, что со мной произойдет в будущем? Черт, да откуда ты вообще меня знаешь?!       - Бери выше, Винсент, – ухмылка на экране стала еще шире, хотя казалось, что дальше уже некуда. – Не простой черт, а оверлорд. Повелитель заблудших душ, выражаясь яснее. В моем подчинении их десятки тысяч, и эта цифра растет с каждым днем! Так что ты можешь ВЕРИТЬ МНЕ, когда я что-то тебе говорю.       - О, теперь еще и заблудшие души… – ведущий поежился, уже жалея, что вообще ввязался в эту сюрреалистичную беседу. – Так ты, значит, из Ада явился?       - Быстро соображаешь, как и всегда. Верно, я прямехонько из пекла, хотя там вовсе не так жарко, как принято считать.       Заметив испуг на лице человека, демон поспешно добавил:       - Но не бойся, я здесь не затем, чтобы забрать твою душу. Наоборот, хочу помочь тебе, подбодрить, придать уверенности в том, что ты уже сделал и еще сделаешь.       Пару долгих минут Винсент обдумывал услышанное, затем его глаза сощурились, и на губах появилась кривая улыбка.       - Так значит, я попаду в Ад после смерти? – глухо спросил он, уже зная ответ.       - Ну, это же естественно, Винси. Или ты считал, что, совершив хладнокровное убийство, окажешься в Раю?       - Просто мне недосуг было думать о подобных вещах. Я хочу взять все, что смогу, от этой жизни, а если загробная жизнь и существует, она все равно мало что значит…       - О, вот тут ты глубоко заблуждаешься, дружище! – телеголовый сдвинул руку с плеча человека к шее, легонько пробежался вверх по горлу и приподнял его голову, поглаживая подбородок большим пальцем. – Там, за чертой, точно такой же мир, с похожими законами и правилами. И если ты научишься добиваться своего здесь, то сумеешь сделать это и там, даже если придется начинать с нуля. Так что дерзай, и пусть никакие преграды не остановят тебя на пути к цели!       По телу Винсента пробежала дрожь; оттолкнув ладонь незнакомца, он отступил назад и исподлобья взглянул на его сияющую физиономию.       - Слушай, мне уже надоело слушать этот бред. В конце концов, это просто сон, поэтому будь так добр, оставь меня в покое. Мне надо как следует выспаться, чтобы завтра убедительно сыграть глубокое потрясение. От моей выдержки и собранности зависит, возьмут меня в программу новостей или нет.       - О, не переживай, все пройдет как по маслу, и ты получишь это место. Директору канала нужно срочно найти замену выбывшему, так что особо придираться не станет.       - Да тебе-то откуда это известно? – начиная раздражаться, выпалил Уиттман. – Или это мое подсознание таким образом пытается меня успокоить? Просто шикарно!        Брови на телеэкране изогнулись, и демон с ухмылкой сделал шаг в сторону человека.       - Нет, дружище, это не твое подсознание, и ты сейчас не спишь… Точнее, спит твое тело, а мозг общается со мной посредством электромагнитных волн. Эту технологию несколько лет разрабатывали в моем научном центре специально для меня, никто иной не сможет ее использовать. Как только все было готово, я тут же отправился в тот самый момент, когда ты приоткрыл дверь в Ад, убив ведущего. Теперь наши сознания связаны, по крайней мере, пока я в состоянии поддерживать постоянный поток волн. Сам делаю это впервые, поэтому не уверен, как долго смогу их контролировать.       - Это все крайне интересно, но ты так и не ответил на мой вопрос, – глядя прямо в огромные красные глаза, произнес Винсент. – Почему ты явился именно ко мне? В мире полно отморозков, совершивших гораздо более кровавые преступления и с более внушительным количеством жертв!       Теледемон весело подмигнул человеку, медленно, но неотвратимо сокращая дистанцию между ними.       - Ну, еще не вечер, приятель! Посмотрим, сколько крови на твоих руках будет лет так через десять… Однако я связался с тобой вовсе не потому, что ты какой-то особенный преступник. Ты особенный для меня, Винсент. Настолько особенный, что мое сознание способно синхронизироваться только и исключительно с твоим.       - Вот как? И почему же?       - Потому что я – это ты в будущем. Не пугайся, но именно так ты будешь выглядеть спустя восемьдесят с лишним лет.       Уиттман застыл, как изваяние, в шоке приоткрыв рот; его мозг отказывался воспринимать эту информацию, посчитав ее лишенной всякого смысла и логики.       - Кажется, зря я хлебнул того бренди, – наконец сумел вымолвить он, когда вновь обрел дар речи. – Чего-то они явно туда намешали…       - Брось, Винси, я могу доказать, что это не ложь. Имей в виду – я знаю все твои секреты, даже те, которые ты усиленно стараешься скрыть. Например, ты обожаешь акул, и у тебя есть плюшевая игрушка в виде этой рыбы, которую ты любишь мять и тискать. Скажи, кто еще знает об этом, кроме тебя самого? Или, к примеру, я помню, как ты отшил одну девчонку в старших классах. Как же ее звали? Кажется, Келли… Да, Келли Стрэттон. Она запала на тебя, но вся эта романтика была тебе не интересна, поэтому ты просто решил не тратить на нее время. О, а еще я знаю, что ты восхищаешься Римской империей и конкретно Юлием Цезарем, хочешь быть похожим на него в плане власти и влияния. Ну как, достаточно доказательств? Могу припомнить еще что-нибудь…       - Нет! – Винсент почти сорвался в крик, но все-таки сумел сдержаться и понизил голос. – Не нужно. Я… я тебе верю.       Сжав голову руками, мужчина стиснул зубы, изо всех сил пытаясь привести в порядок лихорадочно скачущие мысли. То, что он сейчас услышал, казалось просто невозможным, однако демон был прав – он знал то, чего никто другой знать просто не мог. Значит, и другие его заявления тоже были вполне достоверными? То есть, следовало признать, что это… чудовище – то, во что когда-то превратится сам Уиттман?! Да тут стаканом не обойтись, придется всю бутылку высосать за один присест…       Впрочем, Винсент не сдавался, продолжая надеяться, что все это игры разума, который облек его подспудные тревоги в визуальную оболочку и теперь вынуждает отказаться от выбранного пути. Видимо, проснулась его совесть, о наличии которой он даже не подозревал, и красочно рисует ему всякие ужасы в качестве возмездия за совершенное преступление. Да, точно, это всего лишь работа подсознания, которое, конечно же, в курсе всех его тайн и склонностей. В таком случае, стоит подыграть ему, а не противиться – может, тогда этот безумный сон наконец-то завершится.       - Что ж, ладно, – хрипло произнес мужчина, при этом глядя куда-то в сторону, словно не имея сил вновь посмотреть в лицо собственной кошмарной проекции. – Мне... придется привыкнуть к этой мысли, хотя сделать это крайне сложно.       - О, без проблем, Винси, – безмятежно отозвался жуткий собеседник. – Обдумывай, сколько захочешь, торопить не стану. Однако учти, что отныне мы будем видеться довольно часто! Раз уж технология работает, глупо будет не использовать такую исключительную возможность. Жаль, конечно, что я могу связаться с тобой только во время сна… ну ничего, я выжму из этого времени все до последней капли. У нас впереди еще столько захватывающих бесед! Подумать только – я получил возможность пообщаться с человеком, которого знаю лучше всех и который поймет все, что я ему поведаю! Блять, да это же просто экстаз!       Скривившись, Уиттман поднял глаза на лучащегося восторгом демона и вновь поразился изворотливой игре сознания. Как оно вообще умудрилось придумать настолько гротескный образ?       - Ну, раз уж мы обсудили главный вопрос, тогда, может, все-таки дашь мне немного поспать? Ты сказал, что сам регулируешь поток волн, а значит, можешь приходить и уходить в любой момент, верно?       - Снова гонишь меня? – беззлобно ухмыльнулся телеголовый. – Ну, хорошо, сегодня я оставлю тебя в покое. Но в следующий раз не надейся так быстро от меня отделаться! Я буду ждать нашей новой встречи, Винси!       - Постой, – внезапно произнес мужчина, наморщив лоб. – Раз уж мне придется терпеть твое общество, то хотя бы назови свое имя! Или ты… продолжаешь использовать мое?       Демон довольно осклабился; качнувшись вперед, он вновь заключил ведущего в объятия, но на сей раз они были почти нежными.       - Нет-нет, я взял псевдоним вскоре после того, как очнулся в Аду. Теперь меня зовут Вокс.       - Вокс? – переспросил Уиттман, помимо воли чувствуя удовольствие от того, что чужая рука приглаживает его волосы. – Что это значит?       - Ты правда не догадываешься? Вспомни-ка латынь, которую ты начинал изучать, заинтересовавшись Древним Римом.       - О, теперь понимаю… Но почему ты назвал себя Голосом?       - Потому что моя сфера влияния в Аду осталась такой же, какой была здесь, Винсент. Я телемагнат, вещаю с экранов, использую медиаресурсы для подпитки своих сил. Грешники смотрят на меня, слышат меня, повинуются мне. Своими речами я завлекаю, присваиваю и поглощаю, именно это мое главное оружие, а вовсе не провода или сила тока. Учись использовать свой образ для того, чтобы подчинять себе людей, и вскоре ты поднимешься так высоко, как даже и не мечтал!       Эти слова наполнили душу Винсента каким-то прежде незнакомым чувством – словно ее приласкали, точно так же, как заботливая ладонь ласкала его волосы. И теперь объятия демона уже не казались пугающими или неприятными, наоборот, он почувствовал их уют и такое мягкое чарующее тепло, что хотелось подольше удержать это ощущение. Однако вслух мужчина ничего не сказал и, когда Вокс исчез, отругал себя за момент слабости.       - Просто курам насмех! – кусая губы, Уиттман сжал кулаки и оглянулся в поисках чего-нибудь, что можно было размозжить, однако вокруг по-прежнему висела лишь плотная багровая дымка. – Поплыл, разнежился… как девчонка на первом свидании. Да что это за бред вообще! Скорей бы уже пробудиться, что ли, все равно никакого толку нет от такого сна.              Очнувшись от морока, мужчина еще долго лежал в постели, глядя в потолок и пытаясь успокоить колотящееся сердце. За окном только начинало светать, но уже следовало бы вставать, принимать душ, пить утренний кофе и готовиться к напряженному дню, однако Винсент никак не мог столкнуть себя с постели. Все его мысли витали вокруг недавней встречи с порождением Ада, которая казалась настолько же реальной, как и окружающая обстановка. Мучительно хмурясь, ведущий старался выкинуть из головы этот бредовый сон, после которого чувствовал себя не отдохнувшим, а совсем разбитым. Спустя примерно час ему все-таки удалось доказать самому себе, что это видение – всего лишь результат чрезмерного всплеска эмоций во время совершения убийства.       Сделав глубокий вздох, Уиттман присел на кровати, потер лицо ладонью и решительно поднялся на ноги. Не время рефлексировать и отвлекаться на всякие дурацкие сны! Пора брать ситуацию в свои руки, иначе все затраченные усилия просто пойдут коту под хвост.       Как он и предполагал, тело усача уже обнаружил какой-то бродяга, решивший покопаться в мусорном баке, поэтому в студии с самого утра царил натуральный переполох. Полицейские допрашивали всех, кто общался с погибшим, выясняли, когда он вышел из здания и кто мог знать его маршрут; шокированные сотрудники тихо переговаривались между собой, некоторые дамочки плакали, промокая глаза носовыми платочками.       Нацепив на лицо скорбную маску, Винсент постарался как можно лучше влиться в общую атмосферу уныния и страха, даже пообщался с другими ведущими на темы «куда катится этот мир, если тебя могут прирезать в ближайшей подворотне» и «надо что-то делать с системой охраны общественного порядка, на которую идут наши налоги». На вопросы детектива он отвечал сдержанно и лаконично, благо заранее продумал свою легенду. Правда, подтвердить ее он ничем не мог, но справедливо полагал, что и многие другие сотрудники не имеют безупречного алиби. В конце концов, убийство произошло на улице, а не в студии, так что полиция наверняка склоняется к мысли, что ведущий пал жертвой грабителя или какого-нибудь маньяка, а не собственного коллеги.       После полудня полицейские наконец ушли, оставив работников телевидения самих справляться с пережитым потрясением. Директор канала созвал срочное совещание, на котором поставил вопрос об исключении программы новостей из сетки вещания в ближайшие дни, и вот тут Уиттман произнес давно заготовленную и отрепетированную речь, в которой настаивал, что зрители превыше всего, что нельзя лишать их любимой передачи, что он готов заменить ведущего (конечно, пока только временно) и постарается выложиться на полную, чтобы не разочаровать ни зрителей, ни руководство канала.        Поскольку у остальных ведущих все время было расписано, директор не раздумывал долго. Похлопав молодого мужчину по плечу, он поблагодарил его за желание помочь и велел идти готовиться, чтобы вечером тот уже мог выйти в эфир. Винсенту стоило огромных усилий сдержать торжествующую улыбку, которая была совершенно неуместной в данной ситуации, но душа его пела и ликовала, наслаждаясь заслуженной победой.       Правда, где-то на краю сознания зудела тревожная мысль, что привидевшийся демон вновь оказался прав на все сто, когда говорил, что занять освободившееся место не составит труда. Впрочем, Уиттман и сам предполагал, что все пройдет в соответствии с его планом, так что слова Вокса можно было легко списать на влияние подсознания.       Дальше размышлять о ночном визите не было времени, и мужчина запихнул это воспоминание на задворки разума, полностью отдавшись своей новой работе. Эфир прошел отлично, напарницу усача он устранил сам под предлогом того, что она совершенно разбита горем и только и может, что реветь. Директор остался вполне доволен заменой и даже пообещал подумать о том, чтобы закрепить новостную передачу за Уиттманом на постоянной основе.       Вернувшись домой, Винсент пару минут просто стоял в прихожей, заново переживая все события прошедшего дня, затем вскинул вверх сжатые кулаки и громко расхохотался.       - Да, черт возьми, да! Кто-то сомневался, что я справлюсь с эфиром? Выкусите! И это только начало, я покажу им, что такое настоящие новости!       Задыхаясь от переполняющих грудь эмоций, ведущий бросил пиджак на кресло, расстегнул рубашку и взъерошил стильно уложенные волосы. Голова кружилась, сердце билось, как бешеное, и ужасно хотелось заорать от восторга, чтобы все вокруг узнали о его триумфе.       Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, мужчина направился на кухню, разогрел купленный готовый ужин и хотел завершить празднование бокалом дорогого вина, но передумал. Не стоит снова провоцировать и без того перевозбужденный рассудок, лучше просто принять расслабляющую ванну и поскорее заснуть. Хороший сон – именно то, чем сейчас нужно вознаградить себя за успех.       Блаженно улыбаясь, Винсент поудобнее улегся на постели и прикрыл глаза, погружаясь в приятную дрему. О прошлой ночи он уже не думал, целиком поглощенный новыми переживаниями, которые вытеснили из памяти жутковатый образ демона.       Вот только тот о нем не забыл, как выяснилось всего пять минут спустя.       - И-и… мы начинаем трансляцию награждения нашего победителя! – оглушительный возглас ворвался в уши, выдергивая мужчину из желанной тьмы в опостылевший багряный туман. – Несколько слов для наших дорогих зрителей, господин Уиттман. Расскажите же всем, как вам удалось так быстро и успешно реализовать свой дерзкий план!       - Хватит паясничать, Вокс, – угрюмо произнес ведущий, отпихивая сунутый ему под нос микрофон. – В моей голове нет никаких зрителей, а ты и сам все прекрасно знаешь.       - Ну же, не дуйся, Винси! Разве ты не хочешь похвалиться своей победой? Более того, ты заслужил награду, и я с огромной радостью вручу ее тебе!        Прижав пальцы к вискам, Винсент попытался внушить себе, что это не что иное, как повторение кошмара, вызванного муками совести. Нужно просто успокоиться, не реагировать на происходящее, тогда разум постепенно остынет и перестанет донимать его всякими идиотскими видениями…       Вот только сделать это весьма непросто, особенно когда то самое видение стискивает твое запястье стальными пальцами.       - Эй, ты меня слышишь, дружище? – Теледемон придвинулся ближе, пронзительным взглядом впиваясь в лицо человека. – Что ты там пытаешься делать? Медитировать? Думаешь, самовнушение поможет тебе от меня избавиться? Это даже обидно, что ты до сих пор считаешь меня порождением своего подсознания! Разве я не доказал тебе, что вполне реален?       - Ну, я же сказал, что мне будет сложно принять эту мысль! – прошипел мужчина, пытаясь вырвать руку из цепкого захвата. – А ты ответил, что не станешь меня торопить. Быстро же ты передумал!       - Я и не тороплю тебя, приятель. Просто чем скорее ты это осознаешь, тем проще нам будет общаться. Поверь, мне вовсе не хочется принуждать тебя против твоего желания!       Уиттман устало вздохнул. Еще одна ночь пропала даром, а он так надеялся выспаться…       - Слушай, я правда ценю, что ты хочешь меня подбодрить, но прямо сейчас мне больше всего нужен глубокий сон. Завтра придется работать с новым материалом, готовиться к эфиру, а ты сам прекрасно знаешь, что новостная передача намного сложнее прогноза погоды. Так что если ты и впрямь собираешься наградить меня, то просто позволь как следует отдохнуть!       Алые глаза Вокса полыхнули, рот искривился в недовольной ухмылке.       - Ох, не думал, что ты такой вредный, Винси! Хотя я всегда был единоличником, но при этом испытывал острое желание рассказать окружающим о своих достижениях, чтобы насладиться их восхищением и почитанием. И вот теперь у тебя есть я – тот, кому ты можешь поведать абсолютно все, вплоть до лязга крышки мусорного бака, в который ты упаковал того усача. Разве тебе не хочется поделиться всем, что с тобой произошло за эти сутки?       - Ты правда не понимаешь? – процедил Винсент, досадливо хмуря брови. – Я не вижу смысла говорить это ТЕБЕ. Ведь ты же сам сказал, что знаешь о моей жизни все, так зачем распинаться и пересказывать то, что тебе и так уже известно?       - Хм-м, об этом я как-то не задумывался, – протянул демон, склоняясь ниже, чтобы его экран оказался вровень с головой человека. – Просто решил, что ты захочешь поделиться эмоциями, ведь они становятся еще сильнее, когда рядом есть тот, кто тебя поддерживает!       Сощурившись, Уиттман с новым вниманием взглянул на плоское лицо собеседника.       - Говоришь так, словно сам имел возможность это испытать. У тебя там что… друзья появились? Вот уж точно не подумал бы.       - Ну, иногда чужая помощь действительно бывает необходима, – хмынул телеголовый. – Но давай о моей жизни поговорим в другой раз. Сегодня же я хочу от всей души поздравить тебя, ибо ты действительно блистал, словно новая вспыхнувшая в небе звезда!       Демон определенно знал, чем его подцепить. Льстивые слова наполнили сердце мужчины терпким удовольствием, на щеках вспыхнул румянец, и дыхание невольно участилось, срываясь с приоткрытых губ. Внезапно Винсент ощутил, как что-то горячее и влажное касается его скулы, и, содрогнувшись, отпрянул назад.       - Ты… ты что творишь?! – ошарашенно воскликнул он, глядя на свисающий из пасти демона длинный гибкий язык. – Совсем рехнулся?       Втянув язык обратно, Вокс с наслаждением причмокнул и состроил умильную гримасу.       - Да брось, Винси, что в этом такого страшного? Мне просто хотелось сделать тебе приятно… Наверное, я чутка поспешил, но ты выглядел так мило, когда раскраснелся после похвалы, что я не сумел удержаться.       - Так, давай проясним кое-что, – скрестив руки на груди, ледяным тоном ответил ведущий. – Может, в Аду ты и трахаешь всех подряд, независимо от пола, но я не какой-то там лавандовый парень, так что держи свои отростки подальше. Ты меня понял?!        - Ух, какой ты суровый сейчас, Винсент! Шикарно смотришься!       - Прекрати издеваться надо мной! – выпалил Уиттман, злобно сверкая глазами. – Если ты – это я, тогда тебе прекрасно известно, что я не терплю насмешек!       Вокс поднял ладони вверх, словно признавая поражение.       - Прости, если обидел, Винси. Однако я вовсе не насмехаюсь. Мне действительно очень нравится твой облик – даже не знал, что могу выглядеть настолько брутально в этой пижаме.       - Что?!       Уиттман опустил ошеломленный взгляд вниз и обнаружил, что одет в ту самую пижаму, которую купил совсем недавно. Какого черта?! Разве при появлении демона он был не в рубашке?       - А вот это и впрямь неожиданно, – телеголовый с горячим интересом осмотрел человека со всех сторон. – Видимо, твое подсознание проецирует тот образ, что доставляет наибольший комфорт в данный момент. Ты расслабился, испытал наслаждение, и твой облик тоже стал милым и домашним. Иди же ко мне, малыш, дай я тебя хорошенечко потискаю!       Чертыхнувшись, мужчина попытался усилием воли сменить наряд, но ничего не вышло.       - Кажется, я сказал тебе держаться от меня подальше! – буркнул он, кривя губы. – Как будто ты и сам не знаешь мое отношение к подобным… извращениям!       Вокс пару минут задумчиво поглаживал свой плоский подбородок, затем беззаботно пожал плечами.       - Проблема в том, Винсент, что ты воспринимаешь меня как другую личность, поэтому чувствуешь отторжение. Но ведь я – это ты, так что правильнее будет считать это просто… самоудовлетворением? Представь, что ласкаешь сам себя, ведь ты это периодически делаешь, я точно знаю!       Мужчина закатил глаза. Нет, этот похотливый демон никак не может быть им, это просто невозможно!       - Может, ты забыл, но плотские удовольствия для меня стоят вовсе не на первом и даже не на втором месте, и если я и занимаюсь мастурбацией, так только для того, чтобы сбросить естественное напряжение.       - Однако же у тебя есть сексуальный опыт, и ты даже получил наслаждение, хоть и не испытывал к партнерше никаких чувств. Будешь со мной спорить?       - Это было в студенческие годы, – проскрежетал Уиттман, с такой силой стиснув кулаки, что ногти впились в ладони. – Мы выпили, перепихнулись, ничего особенного. И мне НЕ захотелось повторить, или ты не в курсе?!       - Ладно, ладно, не кипятись так. Пожалуй, я и впрямь перегнул палку, – успокаивающе произнес демон, но при этом взгляд его продолжал жадно скользить по взбешенному человеку. – Не бойся, я никогда ничего не сделаю против твоей воли. Ведь я же люблю тебя, как я могу причинить тебе вред?!       - Отлично. Если любишь, тогда докажи это и немедленно свали в свое пекло или где ты там обретаешься. И больше не появляйся!       Выражение на экране Вокса изменилось в мгновение ока – теперь оно стало холодным и даже надменным.       - Не забывайся, Винсент. Я тоже не выношу, когда мной пытаются командовать. Сейчас я уйду, раз ты этого желаешь, но завтра приду снова. И тебе придется привыкать к моим прикосновениям, поскольку МНЕ этого хочется. Слишком сильно давить не буду, но и испытывать мое терпение тоже не советую. Надеюсь, ты осознаешь это к моменту нашей следующей встречи.