Taste of Cold

Лёша работал в ночную смену на заправке. Скука смертная. В час ночи — ни одной машины. Только ветер шуршит по асфальту и светодиодные лампы гудят над головой. Лёша пил четвёртый кофе, листал ленту в телефоне и мечтал о том, чтобы всё это когда-нибудь кончилось. Он почти не заметил, как вошёл человек. — Доброй ночи, — сказал незнакомец. Лёша поднял голову. Перед ним стоял парень. Лет двадцать, может больше. Бледный, с тёмными волосами и глазами цвета старого льда. Он был одет в чёрную куртку и джинсы. Ни рюкзака, ни машины — ничего, что объясняло бы его присутствие здесь, на трассе, в час ночи. — Бензин? — спросил Лёша. — Нет. — Что-то купить? — Нет. Лёша нахмурился. — Тогда я не понимаю. Парень сделал шаг к стойке. Остановился. Лёша заметил, что он не моргает. — Меня зовут Саша, — сказал он. — Я… мне нужно кое-что спросить. — Спрашивай. — Ты веришь в вампиров? Лёша засмеялся. Ожидал чего угодно — вопроса про дорогу, про бензин, даже про деньги в долг. Но не этого. — Ты вообще под чем? — спросил он. — Не под чем.. — Тогда шутки у тебя пиздец странные.. Саша не улыбнулся. Он смотрел на Лёшу — долго, пристально, как будто видел его насквозь. — Я не шучу, — сказал он. — Я пришёл попросить тебя о помощи. — Какой? — Мне нужна кровь. Твоя. Лёша перестал дышать на секунду. — Ты конченный или че, — сказал он. — Проваливай. — Я тебя не трону. Пожалуйста. Я не хочу причинять тебе боль. — Ты больной на голову. Саша вздохнул. Отступил на шаг. Лёша заметил, как напряглись его плечи — будто он сдерживал себя из последних сил. — Я знаю, как это звучит. Но я не пил уже две недели. Донорской кровью, которую я обычно беру в больнице, отравили. Партию, понимаешь? Я пил и понял, что что-то не так. Теперь мне нужно чистая. Человеческая. Добровольная. — Ты серьёзно? — Серьёзней не бывает. Лёша смотрел на него. На бледную кожу, на тени под глазами, на руки, которые чуть заметно дрожали. — Ты умрёшь? — спросил Лёша. — Пока нет. Но через пару дней начну терять контроль. Могу навредить кому-нибудь. — И ты пришёл ко мне..? Почему? Саша посмотрел на него. В его глазах — серых, холодных — вдруг мелькнуло что-то тёплое. — Потому что ты единственный, кто меня так привлек. Я хотел твоей крови. Ты хороший человек, Лёша. — Откуда ты знаешь моё имя? — На бейджике написано. Лёша посмотрел на свой бейдж. Чёрт. Точно. — Ладно, — сказал он. — Допустим, я соглашусь. Что за это будет? — Всё, что захочешь. Деньги. Помощь. Защита. — Я хочу, чтобы ты ответил на пару вопросов. — Каких? — Почему ты именно здесь? На трассе? В час ночи? Саша помолчал. — Я искал тебя, — сказал он. — Меня? — Я тебя заметил неделю назад. Ты работал в дневную смену. Я проезжал мимо и увидел тебя в окно. Ты улыбался кому-то — кажется, на кассе. Я… не знаю, почему запомнил. Я обычно не запоминаю лиц. Лёша молчал. Сердце колотилось где-то в горле. — Ты следил за мной? — спросил он. — Нет. Я просто… пришёл сегодня. На случай, если ты согласишься. — А если бы я отказался? — Тогда.. я бы ушёл. Лёша смотрел на него. На бледное лицо, на дрожащие руки, на глаза, которые не моргали. — Сколько тебе лет? — спросил он. — Сто сорок семь. — Выглядишь на двадцать. — Вампиры всегда молодо выглядят. Лёша кивнул. Сделал глубокий вдох. — Ладно, давай, я заканчиваю смену — сказал он. — Только чтобы не было больно.

***

Они вышли на улицу. Лёша запер заправку — у него был ключ. Саша ждал у стены, прислонившись к ней плечом. Луна светила ярко, делая его кожу почти прозрачной. — Где? — спросил Лёша. — На руке. Или на шее. — На шее страшно. — Тогда на руке. Саша взял его руку. Ладонь была холодной — ледяной. Лёша почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Я не буду высасывать из тебя слишком много, — сказал Саша. — Всего несколько глотков. Чтобы продержаться. — Делай. Саша наклонился. Прижался губами к запястью Лёши. Лёша почувствовал укол — острый, короткий. Боли почти не было. Только холод. Саша пил. Медленно. Его глаза закрылись. Лёша смотрел на его ресницы — длинные, тёмные, чуть дрожащие. Через несколько секунд Саша отстранился. Провёл языком по ранке. Кровь перестала идти. — Спасибо, — сказал он. — И всё? — спросил Лёша. — Всё. — И ты теперь.. ну.. не умрёшь? — Не умру. Лёша выдохнул. Не знал, верить или нет. — Ты же закончил смену? Можно тебя домой проводить? — спросил Саша. — Ты смеешься? — Нет. Лёша подумал. Посмотрел на пустую трассу, на яркую луну, на странного бледного парня, который только что пил его кровь. — Проводи, — сказал он.

***

Они шли молча. Саша не касался его, но шёл близко — так, что Лёша чувствовал холод от его тела. В воздухе пахло озоном и чем-то ещё — сладковатым, чужим. — Ты где живёшь? — спросил Лёша. — Не так далеко от твоего дома. — Откуда ты знаешь, где мой дом? — Сказал же. Я тебя заметил неделю назад. И потом… немного изучил маршрут. — Ты следил? — Нет. Просто запомнил. Лёша не знал, злиться ему или нет. — Ты странный, — сказал он. — Знаю. — Ты не боишься меня? Что я расскажу про тебя кому-нибудь? — Хах, а ты расскажешь? — Нет. — Почему? — Потому что.. не поверят. А если и поверят — начнут охоту. А ты мне… вроде не враг. Саша остановился. Повернулся к нему. — Спасибо, — сказал он. — Правда. — Ты уже сказал. — Знаю. Но я повторю. Я не пил живую кровь сто тридцать лет. Ни разу. Только донорскую. А сегодня… сегодня я боялся, что сорвусь. Что возьму слишком много.. Или вообще на кого то нападу.. — Но не сорвался? — Нет. Потому что ты мне помог. Лёша молчал. Смотрел на луну, на тени от деревьев, на свои кеды. — Ты очень красивый, — вдруг сказал Саша. — Что? — Твоя кровь. Она сладкая. Я никогда не пробовал такой сладкой крови. Лёша покраснел. Не знал, что ответить. — Пойдём, — сказал он. — Замёрз я. Они остановились у подъезда. — Спокойной ночи, — сказал Саша. — Ага. — Можно я завтра зайду?. Просто… поговорить. Лёша посмотрел на него. В свете фонарей Саша казался призраком — прозрачным, нереальным. — Заходи, — сказал Лёша. — Я буду ждать. Саша усмехнулся. — Договорились.

***

На следующий вечер Саша пришёл. С цветами. Розами. Красными. — Ты дураашка, — сказал Лёша, принимая букет. — Кто сейчас дарит розы? — Я. — Я серьёзно. — Я тоже серьёзно. Лёша поставил цветы в вазу. Саша сел на диван, сжав руки в замок. Лёша сел напротив. — Хочешь чай? — спросил Лёша. —Ха, я не пью чай. — Кофе? — Не пью кофе. — Что ты вообще пьёшь? — Кровь. — Кроме крови. — Ничего. — Жесть. — Я привык. Они молчали. Лёша смотрел на Сашины руки — длинные пальцы, бледные, почти прозрачные. — Можно я задам глупый вопрос? — спросил Лёша. — Задавай. — Ты.. Ты умирал? — Да. — Когда? — Когда меня укусили. В 1878 году. Я лежал три дня. Думал, умру. Потом проснулся — и понял, что не умру уже никогда. — Это страшно? — Сначала — да. Потом привыкаешь. Лёша кивнул. Не знал, что сказать. — Ты всё ещё хочешь пить? — спросил он. Саша поднял на него глаза. Серые, холодные — и в то же время тёплые. — Хочу, — сказал он. — Но я не буду просить. Я уже взял у тебя один раз. — А если я сам предложу? Саша замер. — Зачем? — спросил он. — Не знаю. Может, мне нравится чувствовать себя полезным. Саша долго смотрел на него. — Это опасно, — сказал он. — Ты уже говорил. — Я могу не остановиться. — А ты попробуй. Саша встал. Сделал шаг к Лёше. Ещё один. Остановился в полуметре. — Руку, — сказал он. Лёша протянул правую. Саша взял её, перевернул ладонью вверх. Провёл пальцем по запястью. — Здесь? — спросил он. — Здесь. Саша наклонился. Прижался губами. Лёша почувствовал укол — острый, короткий. Потом — тепло. Странное тепло, которое разливалось от места укуса по всему телу. Саша пил. Медленно. Его глаза закрылись. Лёша смотрел на него — на бледное лицо, на длинные ресницы, на то, как двигаются его губы. Через минуту Саша отстранился. Провёл языком по ранке. — Спасибо, — прошептал он. — Не за что. Саша не отпускал его руку. Провёл пальцами по ладони Лёши, по запястью, по внутренней стороне локтя. — Ты дрожишь, — сказал он. — Это от холода. — Здесь тепло. — Значит, от тебя. Саша поднял на него взгляд. — Можно я тебя поцелую? — спросил он. — Зачем? — Хочу попробовать тебя на вкус. Не кровь. Тебя. Лёша молчал. Сердце колотилось так, что, наверное, было слышно на кухне. — Мм.. Целуй, — сказал он. Саша наклонился. Поцеловал. Губы были холодными, мягкими, чуть солоноватыми — от крови. Лёша чувствовал его язык, его дыхание, его руки, которые легли на его талию. — Ещё.. Пожалуйста.. — прошептал Лёша. Саша поцеловал снова. Глубже. Лёша открыл рот, чувствуя холодный язык, скользящий по нёбу. — Ложись, — сказал Саша. Лёша лёг на диван. Саша навис сверху. — Я хочу коснуться тебя везде, — сказал он. — Трогай. Саша начал с лица. Провёл пальцами по бровям, по губам, по подбородку. Потом — по шее, по ключицам, по груди. Лёша закрыл глаза. — Не закрывай, — попросил Саша. — Я хочу видеть твои глаза. Лёша открыл. Саша стянул с него футболку. Потом штаны. Лёша лежал голый. Саша смотрел на него — долго, жадно, с какой-то болезненной нежностью. — Ты красивый, — сказал Саша. — А ты холодный. — Знаю. Я всегда холодный. Саша коснулся его члена. Лёша выдохнул. Саша двигал рукой — медленно, не торопясь, наблюдая за каждым вздохом Лёши. — Я хочу.. попробовать тебя на вкус, — сказал Саша. Он наклонился. Провёл языком по животу Лёши. Потом опустился ниже. Взял в рот. Лёша застонал. Его пальцы запутались в Сашиных волосах. Саша двигался медленно, почти лениво. Лёша чувствовал, как его член касается холодного нёба, как язык обводит головку. — Я сейчас.. — прошептал Лёша. — Кончай. Лёша кончил. Саша проглотил. Вытер губы. — Теперь я, — сказал Лёша. Он перевернул Сашу на спину. Стянул с него штаны. Член был твёрдым, холодным — таким же, как всё его тело. — Ты не боишься? — спросил Саша. — Нет. Лёша наклонился. Взял в рот. Саша застонал — глухо, надрывно, как будто забыл, как это делать. — Лёша… пожалуйста… Лёша ускорился. Саша кончил быстро, с тихим всхлипом. Лёша проглотил. — Мм.. Знаешь какой ты на вкус? — спросил он. — Какой? — Как лёд. Как зима. Саша усмехнулся. Притянул Лёшу к себе. Поцеловал в лоб. — Ты первый, кто это сказал. — Что? — Что я грустный. — А разве нет? Саша не ответил.

***

Они лежали в темноте. Лёша чувствовал холод Сашиного тела, но не отстранялся. — Ты не умрёшь, — сказал Саша. — От чего? — От меня. Я не дам. — Я и не боюсь. — Зря. Я опасен. — Для кого? — Для тебя. Лёша повернулся к нему. Посмотрел в глаза — на этот раз они были красные, голодные, прекрасные Саша закрыл глаза. — Ты дурак. — Знаю.