Supernatural: Путь разрушения

После разговора с Бобби в комнате воцарилась тишина. Телефон уже лежал на столе. Разговор закончился. Но легче никому не стало. Наоборот. Вопросов стало только больше. Лиса стояла возле карты и смотрела на фотографию Харпера. Потом на золотой крест. Потом снова на карту. Сэм что-то искал в ноутбуке. Дин листал старые заметки. Но было видно — думают они все об одном и том же. Первой заговорила именно Лиса. — А что, если это был Джереми? Сэм поднял голову. — В смысле? — Если зуб пропал двадцать лет назад. Если Джереми исчез двадцать лет назад. Если никто больше никогда его не видел... Она замолчала. Словно сама боялась озвучить мысль до конца. — Продолжай, — сказал Дин. Лиса глубоко вздохнула. — Тогда получается, что зуб нашёл именно он. В комнате снова стало тихо. — И? — осторожно спросил Сэм. — И что, если он научился использовать Харпера? — Использовать призрака? — Почему нет? Лиса начала нервно ходить по комнате. — Мы же не знаем, что произошло после того, как он нашёл зуб. Может быть, он попытался уничтожить его. Может быть, не смог. Может быть... — Она остановилась.— Может быть, он понял, что Харпера можно контролировать. Дин нахмурился. — Звучит безумно. — Мы охотимся на призрака, который считает своей собственностью половину округа. —По-моему, мы давно прошли стадию "звучит безумно". —Сэм невольно усмехнулся. — Тут она права. Дин закатил глаза. — Предатель. — Реалист. Лиса подошла к столу и ткнула пальцем в карту. — Подумайте сами. Каждые пять лет Харпер возвращается. Каждые пять лет выбирает жертв. Но что если это не Харпер выбирает? Что если кто-то направляет его? Комната снова затихла. И именно тогда Сэм медленно закрыл ноутбук. — Нет. Лиса посмотрела на него. — Что "нет"? — Если бы кто-то управлял Харпером, схема убийств была бы другой. — Почему? — Потому что люди ошибаются. Сэм поднялся со стула. — А Харпер — нет. Он подошёл к карте. — Все жертвы связаны между собой. Все находятся внутри старых границ. Все подходят под один и тот же тип. — Какой? — Вторженцы. Лиса нахмурилась. Сэм провёл пальцем по карте. — Люди, которые что-то строили на его земле. Покупали участки. Меняли собственность. Работали рядом с фермой, он считает их нарушителями. — То есть действует по своей логике, — тихо сказал Дин. — Именно. Сэм кивнул. — Это не похоже на управление. Это похоже на одержимость. Лиса медленно опустилась в кресло. — Тогда где Джереми? Никто не ответил. Потому что это был самый страшный вопрос. Если Джереми действительно нашёл зуб... То куда он исчез? И почему за двадцать лет никто не нашёл ни его самого, ни золотой зуб Харпера? В этот момент раздался тихий стук. Тук. Тук. Тук. Все трое замерли. Лиса первой посмотрела на дверь, потом на часы, уже почти девять вечера. Для горничной поздно. Для случайного гостя тоже. Стук повторился. Медленно. Спокойно. Словно человек за дверью никуда не спешил. Дин уже потянулся к пистолету. Сэм поднялся со стула, а Лиса почувствовала, как по спине пробежал холод. Потому что на ковре возле двери лежал конверт. Которого секунду назад там не было. А на конверте было написано всего два слова: "Для Лисы" Стук повторился. Тук. Тук. Тук. Негромко. Спокойно. Слишком спокойно. Словно человек за дверью точно знал, что ему откроют. Дин уже держал в руке пистолет, Сэм медленно подошёл к двери. Лиса не двигалась. Её взгляд был прикован к белому конверту, лежавшему на ковре. Секунду назад его там точно не было. — Не открывай, — тихо сказала она. — Я и не собирался. Сэм осторожно посмотрел в глазок. Пусто. Коридор был абсолютно пустым. Никого. — Там никого нет. — Отлично, — проворчал Дин. — Ненавижу, когда никого нет. Лиса подошла ближе. Сердце почему-то билось всё быстрее. На конверте было написано всего два слова. Аккуратным, ровным почерком. "Для Лисы" — Это не Харпер, — вдруг сказала она. — Откуда знаешь? — спросил Дин. — Потому что Харпер не пишет письма. Сэм осторожно поднял конверт. Внутри оказался сложенный в несколько раз лист бумаги. Старый. Очень старый. Будто пролежал где-то много лет. — Что там? — спросил Дин. Сэм развернул письмо. Пробежал глазами первые строчки. И замер. — Что? — Сэм. — Это... Он поднял взгляд на Лису. — Это подписано именем Джереми. В комнате стало тихо. Лиса выхватила листок. Пальцы слегка дрожали. Чернила местами выцвели. Но текст всё ещё можно было прочитать. "Если ты читаешь это письмо, значит, Харпер снова вернулся. И значит, я уже мёртв." — Чёрт... — выдохнул Дин. Лиса продолжила читать. "Меня зовут Джереми Коллинз. Двадцать лет назад я нашёл зуб Харпера. И совершил ошибку." Девушка почувствовала, как по спине пробежал холод. Сэм подошёл ближе. Теперь они читали письмо вместе. "Я думал, что смогу уничтожить его. Я ошибался. Зуб нельзя уничтожить обычным способом. Я пытался расплавить его. Раздробить. Освятить. Сжечь. Ничего не помогло." Лиса подняла глаза. — Что значит "не помогло"? — Читай дальше, — тихо сказал Сэм. Она перевела взгляд обратно на письмо. "Каждый раз он возвращался. Словно металл сам восстанавливался. Словно внутри него что-то осталось живым." — Нет, — прошептала Лиса. — Что такое? — Это уже не просто якорь. Сэм нахмурился. И вдруг понял то же самое. — Это реликвия. — Что? — Часть его души. Дин посмотрел на них обоих. — Можете говорить по-английски? — Если зуб стал вместилищем части души Харпера... Лиса почувствовала, как внутри всё сжимается. — Тогда он может существовать даже без топора. — Именно. Она снова посмотрела на письмо. Следующая строчка была подчёркнута. Несколько раз. Словно Джереми специально хотел привлечь к ней внимание. "Если ты нашёл это письмо, не ищи зуб." Тишина. "Зуб давно нашёл тебя сам." Несколько секунд никто не говорил. Вообще никто. Потом Дин первым нарушил молчание. — Мне одному это совсем не нравится? — Нет, — ответил Сэм. — Очень не нравится, — добавила Лиса. Она снова посмотрела на последнюю часть письма. Там оставалась ещё одна запись. Самая короткая. Самая свежая. Будто написанная позже остальных. Всего одна строчка. "Он стоит за твоим окном." Лиса замерла. Медленно подняла голову. В комнате было тихо. Слишком тихо. Именно поэтому звук лёгкого стука по стеклу услышали все трое одновременно. Тук. Тук. Тук. Со стороны балкона. Хотя их номер находился на третьем этаже. Тук. Тук. Тук. Стук по стеклу повторился. Негромкий. Спокойный. От этого становилось только страшнее. Несколько секунд никто не двигался. Даже Дин. Лиса почувствовала, как внутри всё похолодело. Третий этаж. За окном никого не должно быть. Вообще никого. Медленно, очень медленно, Дин поднял пистолет. — Скажите, что это птица. — На третьем этаже? — тихо спросил Сэм. — Я пытаюсь быть оптимистом. — Получается плохо ,— усмехнулась Лиса. Стук раздался снова. На этот раз чуть громче. Тук. Тук. Тук. Лиса первой подошла к балконной двери. — Не надо, — сразу сказал Дин. — Надо. — Лиса. — Дин, — девушка строго посмотрела на парня. — Это ужасная идея. — Я знаю. — Тогда почему ты всё равно идёшь? — Потому что кто-то должен, — уже громче ответила она. — Почему этот кто-то всегда ты? Она не ответила. Просто взялась за ручку окна и резко отдёрнула штору. Пусто. Балкон был пуст. Только ветер слегка шевелил старый пластиковый стул. Лиса нахмурилась. Сэм тоже подошёл ближе. — Никого. — Я же говорил, птица,— выдохнул Дин. — Птицы не стучат три раза. — Откуда ты знаешь? — Потому что я учился в школе, — Сэм пытался спорить с Дином, но это быстро закончилось. — Зануда. Лиса уже собиралась отвернуться от окна. Именно тогда она заметила это. На стекле. Снаружи. Кто-то написал одно слово. Изнутри это выглядело так, будто буквы были выведены мокрым пальцем. Свежие. Только что оставленные. Лиса медленно побледнела. Потому что слово было одно. “Ферма”. Дин тоже увидел надпись. — Мне это совсем не нравится. — Мне тоже. Сэм подошёл ближе к стеклу. — Он хочет, чтобы мы туда приехали. — Или предупреждает нас,— с ужасом произнесла Лиса. — Или заманивает. Лиса смотрела на надпись. Не мигая. Потом резко повернулась к письму Джереми. Снова перечитала последние строки. И вдруг замерла. — Нет. — Что? — спросил Дин. — Нет, нет, нет… Она быстро начала листать старые заметки. Документы. Газетные вырезки. Фотографии. Сэм уже понял, что она что-то нашла. — Лиса. — Мы ошиблись. — В чём? — Во всём. Она бросила на стол старую карту. Ту самую, которую изучала последние пятнадцать лет. Потом ткнула пальцем в одну из фотографий. — Все думали, что Харпер возвращается на ферму. — Потому что так и есть. — Нет. Лиса покачала головой. — Он никогда туда не возвращался. Дин нахмурился. — О чём ты? — Посмотри внимательно. Она разложила перед ними фотографии мест преступлений :Мост, мельница, амбар, старый колодец, даже лесная дорога. — Что общего между всеми этими местами? Сэм смотрел несколько секунд. Потом его глаза расширились. — Господи. — Что? — не понял Дин. — Они все находятся на границе. Лиса кивнула. — Именно. Она снова ткнула пальцем в карту. — Харпер никогда не появляется в центре своих владений. Только на окраинах. Только возле границ. Сэм быстро начал проводить линии. Секунда. Другая. Третья. Потом остановился. — Нет… — Что? — уже раздражённо спросил Дин. Сэм поднял голову. Лицо его стало очень серьёзным. — Мы всё это время искали не там. — Что значит не там? — Если Харпер появляется только на границах… Он посмотрел на карту. Потом на Лису. Потом на надпись на стекле. — Тогда ферма не его дом. Лиса медленно кивнула. — Ферма — это его тюрьма. В комнате стало тихо. Очень тихо. Потому что если это правда… То двадцать лет назад Джереми искал не способ уничтожить Харпера. Он искал способ не дать ему выбраться. И если зуб исчез одновременно с исчезновением Джереми… Значит, Джереми мог до сих пор быть жив. И всё это время удерживать что-то гораздо более страшное, чем обычный призрак. В этот момент телефон Лисы снова завибрировал. Все трое вздрогнули. Неизвестный номер. Опять. На экране высветилось новое сообщение. Всего четыре слова. “Он почти освободился.” И прикреплённая фотография. Старая. Размытая. Сделанная явно ночью. На ней был мужчина. Худой, с длинной бородой, лет так шестидесяти. Он сидел в каком-то подвале среди десятков свечей и странных символов. А внизу фотографии была подпись. “Джереми Коллинз. Сегодня.”