Отчёт №1: объект оказался колдуном

      Всю неделю Ибо убеждал себя, что не нервничает. Получалось плохо. Особенно потому, что Синьи не собирался помогать. Вообще. — Ты собираешься? — спросил он, наблюдая за другом с кровати. — Нет, — буркнул Ибо, даже не обернувшись. — Врёшь. — Да. — Отлично.       Синьи развалился на своей постели, закинув руки за голову, и внимательно наблюдал за тем, как Ибо уже третий раз меняет футболку. Сначала была белая, потом серая, теперь тёмно-синяя. — Ты собираешься на свидание, — констатировал Синьи. — Не собираюсь. — Тогда зачем переоделся три раза? — Потому что... — Ибо замолчал, поймав в зеркале насмешливый взгляд друга. — Потому что? — подтолкнул его Синьи. — Потому что это лес, — нашёлся Ибо. — И вечером холодно. И одежда должна быть удобной. — Конечно, — с абсолютно серьёзным лицом кивнул Синьи. — Синьи. — Что? — Я тебя ненавижу. — А я тебя люблю. — Отвратительно. — Передай это своему художнику. — В Ибо полетела подушка.

***

      К семи вечера он всё-таки пошёл. Координаты вели в тот самый лес за кампусом. Тот самый, из-за которого всё и началось. Чем ближе он подходил к указанной точке, тем сильнее росло ощущение дежавю. Тропинка. Деревья. Вечерний воздух, пахнущий прелой листвой и сыростью. Шорох листьев под ногами. И где-то впереди, пробиваясь сквозь густые ветви... Свет. — Нет, — прошептал Ибо, останавливаясь. Он сделал ещё шаг. Свет определённо был. Тёплый, мерцающий, очень знакомый. — Нет, — повторил он громче и ускорил шаг. Он прошёл между деревьями и вышел на небольшую поляну. После чего застыл. — Я ТАК И ЗНАЛ! — вырвался у него крик души.       По поляне действительно были расставлены свечи. Много свечей. Очень много свечей. Они горели вдоль дорожки, стояли на пнях, на камнях, просто на земле, создавая мягкий золотой круг света среди деревьев. Это было похоже на декорации к сказке или... да, к тому самому хоррору про сектантов, о котором шутил Синьи. А в центре этого огненного круга стоял Сяо Чжань. Со своей неизменной кружкой чая. Разумеется. С ЧАШКОЙ ЧАЯ. — Привет, — сказал он спокойно, словно они встретились в столовой, а не посреди зачарованного леса. — НЕТ, — выдохнул Ибо. — Что нет? — Я отказываюсь это комментировать.       Сяо Чжань тихо рассмеялся. Этот звук был невероятно неуместен и одновременно идеально вписывался в абсурдность происходящего. — Тебе не нравится? — Мне нравится. — Тогда в чём проблема? — В том, что ты позвал меня ночью в лес. — Угу. — И расставил свечи. — Угу. — МНОГО свечей. — Угу. — Я два месяца подозревал тебя в колдовстве! — Помню. — И ты решил сделать вот это?! Чтобы подтвердить мои худшие опасения?! — Прости. — Сяо Чжань уже откровенно смеялся, глядя на его возмущённое лицо. — Нет, серьёзно, — Ибо обвёл рукой поляну. — Это выглядит как начало хоррора. — Или романтической дорамы, — подсказал Сяо Чжань. — Или жертвоприношения. — Кабанов поблизости нет. — Что? — Ибо замер. — Кабанов нет. — ... — ... — Ты запомнил? — голос Ибо стал тише. — Конечно.       После их первой встречи в лесу, Ибо полчаса убеждал всех, что наткнулся либо на мага, либо на кабана. Синьи потом вспоминал это ещё месяц. И вот теперь Сяо Чжань тоже. Предатель. — Я ненавижу вас обоих. — Неправда. — Правда. — Нет. — Да.       Они смотрели друг на друга несколько секунд. А потом неожиданно стало тихо. По-настоящему тихо. Без смеха. Без подколок. Без Синьи. Без чужих взглядов. Только они вдвоём. И свет свечей вокруг, который почему-то не пугал, а создавал странное чувство уюта и защищённости.       Сяо Чжань первым отвёл взгляд. Совсем чуть-чуть. Будто тоже вдруг занервничал. И это удивило Ибо больше всего. Потому что за всё время знакомства Сяо Чжань всегда выглядел человеком, который знает, что делает. А сейчас нет. Сейчас он просто стоял напротив. И выглядел немного растерянным. — Знаешь, — сказал он наконец, нарушая тишину, — вообще-то я хотел пригласить тебя ещё месяц назад. — Что помешало? — Ты. — Я? — Ты расследовал моё существование. — Справедливо. — Потом ты решил, что я маг. — Это всё ещё не до конца опровергнуто. — Ван Ибо. — Что? — Серьёзно. — Ибо посмотрел на него, потом на кружку чая в его руках, потом снова на него. И улыбнулся. Совсем немного. — Ладно. — Ладно.       Снова повисла тишина. Но уже не неловкая. Какая-то другая. Тёплая. И очень простая. Сяо Чжань посмотрел ему прямо в глаза. — Мне нравилось, что ты всё время появлялся рядом. — Что? — Ибо моргнул. — Даже когда это было немного крипово. — Немного?! — Хорошо. Очень крипово. — Спасибо. — Но всё равно нравилось. — Ты ужасный человек. — Ибо вдруг понял, что сердце начинает биться быстрее. Очень не вовремя. Очень предательски. — Почему? — Потому что говоришь такие вещи спокойно. — А как надо? — Не знаю. — Тогда скажу ещё одну. — Нет. — Да. — Сяо Чжань сделал шаг ближе. Совсем небольшой. — Ты мне нравишься, Ван Ибо.       И всё. Никакой магии. Никаких карт. Никаких загадок. Просто одна честная фраза. От которой у Ибо неожиданно закончились все слова. Вообще все. На несколько секунд. — Вот видишь, — тихо сказал Сяо Чжань. — Теперь молчишь ты. — Я думаю. — Над чем? — Над тем, что это нечестно. — Почему? — Потому что я собирался сказать это первым. — Правда? — Сяо Чжань замер. А потом улыбнулся. Так ярко, что все свечи вокруг внезапно стали не очень нужны. — К сожалению. — К сожалению? — К сожалению, я пытался не влюбляться в тебя. — Получилось? — Сяо Чжань улыбнулся. Это была та самая его улыбка — немного загадочная, но сейчас в ней сквозила непривычная мягкость.       Ибо посмотрел на него. Потом перевёл взгляд на мерцающие вокруг свечи, превращающие лесную поляну в островок золотого света. И снова посмотрел на Сяо Чжаня. — Знаешь, я всё ещё считаю, что это выглядит как ритуал, — сказал он, пытаясь скрыть внезапное смущение за привычным ворчанием. — Это романтика, — мягко поправил его Сяо Чжань. — Это ритуал с романтическим уклоном. — Не придирайся. — Я два месяца расследовал тебя, — продолжил Ибо, словно жалуясь. — Изучал расписание, составлял карты... — И ни разу не догадался о самом главном, — закончил за него Сяо Чжань, в его глазах плясали искорки смеха. — Потому что ты псих, — буркнул Ибо. — Художник, — с достоинством поправил тот. — Это одно и то же.       Сяо Чжань фыркнул от смеха, и этот звук был таким тёплым и живым, что у Ибо перехватило дыхание. И в этот момент он наконец заметил то, на что раньше не обращал внимания. В стороне, среди расставленных свечей, лежал большой тёмный плед. — Подожди, — голос Ибо стал тише. — Что? — Ты даже плед притащил? — спросил он почти шёпотом. — Ну да, — просто ответил Сяо Чжань, будто это было самой очевидной вещью в мире. — Ты всё это планировал? — Ибо почувствовал, как по спине пробежал лёгкий холодок осознания. — Возможно. — Возможно?! — Я надеялся, что ты придёшь, — признался Сяо Чжань уже без тени улыбки. Он смотрел прямо на Ибо, и в этом взгляде не было ни капли насмешки. Только искренность.       В этот момент Ибо почувствовал, как внутри что-то очень глупо и очень счастливо перевернулось. Потому что всё это время он думал только о себе. О своих вопросах. О своём расследовании. О своей одержимости ответами. А Сяо Чжань, оказывается, всё это время просто ждал. Ждал, пока до него дойдёт. — Господи, — выдохнул Ибо, закрывая лицо ладонями. — Что? — Мне сейчас очень стыдно за карту кампуса. — Мне она понравилась. — Сяо Чжань тихо рассмеялся, и этот смех звучал совсем рядом. — Не надо. — Особенно стрелочки. — Замолчи. — Нет. — Сяо Чжань. — Что? — Замолчи. — Почему? — Потому что я пытаюсь быть романтичным, — выпалил Ибо и сам удивился своим словам. — Ты? — брови Сяо Чжаня взлетели вверх в притворном изумлении. — Да. — О. — Вот именно. «О», — передразнил его Ибо.       Он сделал шаг вперёд. Совсем близко. Настолько, что смог заметить, как Сяо Чжань внезапно перестал улыбаться своей привычной уверенной улыбкой. Его зрачки расширились, а дыхание чуть сбилось. Он тоже занервничал. Совсем чуть-чуть. Но эта крошечная деталь, эта уязвимость сделала его реальным, близким. И от этого стало легче. Потому что они оба были одинаково безнадёжны. — Значит, нравлюсь? — тихо спросил Сяо Чжань. Голос прозвучал ниже обычного, с лёгкой хрипотцой. — Очень раздражаешь, — прошептал Ибо, сокращая оставшееся расстояние между ними до нуля. — И? — И нравишься, — выдохнул он прямо в губы Сяо Чжаню. — Хороший ответ. — Другого нет. И не будет. — Сойдёт.       Они стояли так несколько секунд. Никто не отводил взгляд. Воздух между ними наэлектризовался до предела. Ибо первым потянулся вперёд. Совсем немного. Просто наклонил голову. Их губы соприкоснулись легко, почти невесомо. Без пафоса. Без фейерверков. Без магии. Просто потому что давно хотел. Сяо Чжань тихо выдохнул ему в губы и тут же ответил на поцелуй. Он обхватил ладонью затылок Ибо, притягивая его ближе, делая поцелуй глубже, увереннее. Будто тоже давно ждал именно этого. Очень давно. Когда они наконец отстранились друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, оба тяжело дышали и невольно улыбались, глядя друг другу в глаза. — Ну вот, — произнёс Ибо, все еще чувствуя легкое головокружение. — Что? — Теперь официально. — Что официально? — Теперь ты мой подозрительный художник, — заявил Ибо, проводя большим пальцем по скуле Сяо Чжаня. — А ты мой сталкер, — парировал тот, но в его голосе не было ни капли злости. — Я не сталкер! — У тебя была карта. — Я её сжёг. — Правда? — Нет. — Ван Ибо! — Сяо Чжань возмущённо толкнул его в плечо, но его глаза продолжали смеяться. Ибо расхохотался в ответ. Этот смех был чистым и свободным. Сяо Чжань попытался толкнуть его снова, шутливо, игриво. И тут же был пойман за руку. — Не дерись, — сквозь смех попросил Ибо. — Кто бы говорил, — фыркнул Сяо Чжань. — Я вообще мирный человек. — Ты преследовал меня месяц. — Это другое. — Конечно. — Сяо Чжань снова легонько пихнул его. Ибо, вместо того чтобы отступить, наоборот, потянул его на себя, используя инерцию движения. Они оба потеряли равновесие. — Подожди... — успел сказать Сяо Чжань. Поздно. Они дружно рухнули назад прямо на расстеленный плед. — АУ, — выдохнул Ибо, оказавшись прижатым к земле весом Сяо Чжаня. — Сам виноват, — усмехнулся тот, даже не думая слезать. — Это ты меня толкнул! — Это ты меня потянул! — Справедливо, — признал Ибо и снова засмеялся.       Несколько секунд они просто лежали, восстанавливая дыхание после падения и поцелуя. Смеялись, уткнувшись лбами друг в друга. Затем Ибо перекатился набок, увлекая Сяо Чжаня за собой, и они оказались лежащими бок о бок, глядя в тёмное небо между ветвями деревьев. Вокруг них тихо мерцала огнями граница из свечей, создавая ощущение уютного кокона посреди леса. Где-то в траве стрекотали насекомые. Лес был удивительно спокойным. — Знаешь, — задумчиво протянул Ибо, нарушая тишину. — М? — отозвался Сяо Чжань, поворачивая к нему голову. — Если сейчас из кустов выйдет кабан, я не удивлюсь.       Сяо Чжань ничего не ответил словами. Вместо этого он уткнулся лбом Ибо в плечо и затрясся от беззвучного смеха. — Кабанов нет, — глухо проговорил он в ткань его футболки. — Откуда ты знаешь? — Ибо запустил пальцы в волосы на затылке Сяо Чжаня, перебирая мягкие пряди. — Я проверил. — Проверил? — Дважды. — Ты невозможный человек. — Зато твой, — тихо, но твёрдо сказал Сяо Чжань, поднимая голову и заглядывая ему в глаза.       Ибо замолчал. Эти слова эхом отдавались в груди, согревая изнутри сильнее, чем любой костёр. Он ничего не ответил вслух. Вместо слов он просто обнял его крепче, притягивая к себе, сплетая их руки вместе. — Да, — прошептал он.