Как стать экстравертом за 30 дней

***

      На двадцать первый день марафона, в воскресенье, чудодейственная мазь Минхо помогла снять отек, но когда Хёнджин попытался с утра взять зубную щетку, правое запястье все еще отозвалось противной, острой болью. Хван уныло вздохнул, но уныние длилось ровно три секунды. В его творческой голове мгновенно созрел гениальный, абсолютно безумный план.       В неоновом блокноте появилась историческая запись, выведенная корявым, но гордым почерком левой руки: «ТРЕТЬЯ НЕДЕЛЯ. День 21: Больничный интерактив! 🏥 Запястье все еще бастует, так что мы едем в клинику. Но отпускной марафон не остановить! Поход к врачу — это тоже экстраверсия! В детстве я безумно боялся заговорить с незнакомцами в очередях, а сегодня мы будем общаться с докторами, медсестрами и другими пациентами. Извлекаем пользу и социализацию из любой ситуации!»       — Минхо-хён! Джисон! Чонин! Собирайтесь, мы едем сдаваться медикам! — бодро прокричал Хёнджин на все общежитие, пытаясь левой рукой натянуть кроссовок.       Минхо появился в дверях с грозным видом, держа в руках свежий эластичный бинт:       — Я же говорил, что если утром будет болеть, мы едем на рентген. Рад, что ты сам это понял, катастрофа ходячая.       Через сорок минут вся четверка уже сидела в светлом, просторном холле ожидания современной сеульской травматологической клиники. Народу для воскресного утра было прилично. Хёнджин в своей неизменной кепке и маске, с аккуратно забинтованной правой рукой, сидел на диванчике. Внутри него проснулся тот самый маленький мальчик, который когда-то робел перед строгими взрослыми в белых халатах. Хван заставил себя сделать глубокий вдох. «Я повзрослел, я экстраверт, я смогу», — мысленно подмигнул он сам себе.       Его первой «целью» стала пожилая милая женщина, сидевшая напротив и с грустным видом разглядывавшая свой забинтованный голеностоп.       — Здравствуйте! — мягко и тепло заговорил Хёнджин, слегка наклонив голову. — Тоже воскресные приключения? Что у вас случилось?       Оказалось, бабушка оступилась, когда ухаживала за своими любимыми орхидеями на балконе. Хёнджин тут же включил всё свое обаяние: он искренне сочувствовал, расспрашивал про секреты выращивания цветов и даже показал ей в телефоне (левой рукой!) фотографии цветов, которые когда-то рисовал. Джисон и Чонин, сидевшие рядом, сначала удивленно переглянулись, а потом с улыбкой подключились к разговору. Бабушка так расцвела от внимания красивых парней, что кажется, даже забыла про больную ногу.       Минхо, вернувшийся из регистратуры с талоном к врачу, застал Хёнджина уже в центре новой компании. Хван вовсю болтал с парнем-подростком, который умудрился сломать палец во время игры в баскетбол, и подбадривал маленькую девочку с ободранной коленкой, обещая ей, что «до свадьбы точно заживет».       — Хван Хёнджин, тебя нельзя оставлять одного ни на минуту, — покачал головой Минхо, но в его глазах прыгали добрые смешинки. — Твоя очередь. Пошли к доктору.       В кабинете их встретил строгий, но очень харизматичный травматолог средних лет и приветливая медсестра.       — Так-так, и кто тут у нас пострадал от уличных тренажеров? — улыбнулся врач, изучая направление.       Пока доктор аккуратно осматривал руку и отправлял Хвана на быстрый цифровой рентген, Хёнджин не упустил шанс потренировать свои навыки общения. Он расспросил медсестру о том, как она справляется с тяжелыми дежурствами, искренне поблагодарил её за нелегкий труд и сделал комплимент её невероятной ловкости, с которой она подготовила фиксирующую повязку. Медсестра заметно смутилась и улыбнулась, а доктор, вернувшись с результатами снимка, довольно констатировал:       — Ну что, молодой человек, кости абсолютно целы. У вас сильное растяжение связок запястья. Выпишу вам специальный фиксирующий ортез, противовоспалительный гель и полный покой для руки на пять дней. Никаких экстремальных нагрузок!       — Доктор, вы просто спаситель! — Хёнджин левой рукой сентиментально прижал к сердцу кепку. — Обещаю быть самым послушным пациентом в Корее!       Когда они вышли из клиники, на правой руке Хёнджина красовался новенький, стильный черный медицинский ортез, который делал его похожим на какого-то крутого персонажа из киберпанк-аниме. Парни зашли в уютное кафе неподалеку, чтобы перекусить. Хёнджин победно вытащил блокнот, и Минхо, уже привычно вздохнув, взял ручку, чтобы записать диктовку.       «Третья неделя. День 21: Мы закрыли третью неделю в больнице, и это было ПОТРЯСАЮЩЕ! 🏥✨ Больше никакого детского страха перед незнакомцами и врачами. Мы подарили улыбки стольким людям в очереди! А доктор сказал, что я буду как новенький, если обойдусь без глупостей. Вывод: Экстраверсия — это умение находить друзей и делиться теплом даже там, где пахнет антисептиком. Три недели отпуска позади. Мы стали еще ближе, и впереди финальный рывок!»       Минхо закрыл блокнот, аккуратно щелкнул по нему пальцем и посмотрел на Хёнджина:       — Ну что, киборг с черной перчаткой. Три недели нашего безумного отпуска официально завершены. С завтрашнего дня начинается четвертая, финальная неделя. Твоя рука должна отдыхать, но голова-то у тебя работает.