Тени Нордвелла

      Когда Лука получил место во дворце, мать плакала от счастья. Сам он тогда едва не лопался от гордости. В их семье никогда не было богатства. Отец всю жизнь проработал грузчиком в порту Астергарда и умер несколько лет назад после несчастного случая, а мать осталась одна с тремя детьми. Поэтому работа во дворце казалась настоящим чудом.       Пусть он не стал дворянином и не получил высокий чин чиновника. Он был всего лишь слугой, но даже это было больше, чем большинство жителей столицы могли себе позволить. Здесь хорошо платили, хорошо кормили, а главное — часть денег можно было регулярно отправлять домой.       Прошёл почти месяц с тех пор, как он оказался во дворце. И всё же это место продолжало поражать его своим великолепием и размахом. Особенно ночью, когда роскошные залы и длинные коридоры казались частью какого-то сказочного мира.       Сегодня Лука проснулся от странного звука. Сначала ему показалось, что кто-то уронил что-то тяжёлое, а затем до него донёсся смех — очень далёкий и очень тихий. Несколько минут он лежал в кровати, пытаясь убедить себя, что всё это ему просто приснилось, но любопытство оказалось сильнее страха.       Парень осторожно поднялся, накинул рубашку и вышел в коридор. В это время большая часть дворца уже спала, и лишь редкие лампы освещали длинные проходы мягким золотистым светом.       Лука сделал несколько шагов вперёд и тут же замер. Навстречу ему шёл человек. Светловолосый парень примерно его роста, он был одет в дорогой тёмно-синий халат с золотой вышивкой на воротнике. Луке понадобилось несколько секунд, чтобы узнать его, и после этого кровь мгновенно отхлынула от лица. Перед ним был принц Валериан Вельгорский.       — В-ваше Высочество... — запинаясь, произнёс Лука и тут же опустил голову. — Простите меня. Я не должен был здесь находиться...       — Почему? — добродушно спросил Валериан, словно разговор происходил между друзьями.       Лука осторожно поднял взгляд. Принц улыбался совсем не так, как представлялись ему члены императорской семьи. В его улыбке не было надменности. Скорее он выглядел как старый знакомый, случайно встретивший приятеля.       — Я услышал шум и решил проверить, что случилось, — неуверенно объяснил Лука.       — И решил проверить? — с лёгким интересом уточнил Валериан. Голос у него оказался неожиданно мягким и приятным, тёплым, почти бархатным. Таким голосом обычно рассказывают забавные истории у камина или успокаивают испуганных детей. В нём не было ни высокомерия, ни раздражения — лишь спокойное дружелюбие, от которого почему-то становилось не по себе.       — Да, Ваше Высочество, — поспешно ответил парень.       — Любопытно, — задумчиво произнёс принц.       Валериан подошёл ближе. Слишком близко. Лука почувствовал себя неуютно, но не смел даже сделать шаг назад. В этот момент ему отчаянно захотелось провалиться сквозь землю. Только сейчас он по-настоящему осознал, в каком виде стоит перед наследником. На нём были простые тёмные штаны и помятая льняная рубашка, которую он наспех накинул после пробуждения. Волосы растрепались после сна, а сам он выглядел скорее как мальчишка из бедного квартала, чем как слуга дворца. Лука был крепко сложен — годы тяжёлой работы в порту и во дворцовых кладовых сделали своё дело. Под рубашкой угадывались сильные плечи и натруженные руки человека, привыкшего таскать мешки и ящики с рассвета до заката. Но рядом с безупречно одетым принцем это ничуть не помогало. Лука всё равно чувствовал себя неловко и неуместно, поэтому старался не поднимать взгляд и молился, чтобы Валериан не обратил внимания на его неподобающий вид.       — Как тебя зовут? — поинтересовался принц спокойным голосом.       — Лука, Ваше Высочество, — ответил слуга.       — Лука, — медленно повторил Валериан, будто пробуя имя на вкус. — Ты недавно во дворце?       — Да.       — Я тебя раньше не видел? — уточнил принц.       — Наверное, нет — неловко ответил Лука.       — А мне кажется, видел, — с улыбкой сказал Валериан.       Лука нервно улыбнулся в ответ. Он совершенно не понимал, как следует вести себя в подобном разговоре, но, похоже, его растерянность только забавляла принца.       — Слушай, Лука, — неожиданно произнёс Валериан.       — Да, Ваше Высочество? — настороженно откликнулся парень.       — Мне скучно, — пожаловался принц и театрально развёл руками.       Лука моргнул, не понимая, к чему тот ведёт.       — Простите?       — Мне скучно, — повторил Валериан всё тем же беззаботным тоном. — И Ливии тоже скучно.       — Вашей сестре? — осторожно уточнил Лука.       — Конечно моей сестре, — усмехнулся принц. — Кому же ещё?       Лука окончательно растерялся. А Валериан между тем продолжал говорить так, словно обсуждал погоду.       — Пойдём с нами.       — Куда? — спросил парень.       — В игровую комнату, — весело ответил принц.       Лука растерянно моргнул. В такое время? За окнами давно стояла глубокая ночь, и весь дворец должен был спать.       — Ваше Высочество, я не думаю, что это хорошая идея...       — Почему? — всё так же спокойно спросил Валериан.       — Уже очень поздно, — осторожно начал Лука. — Мне не следует находиться рядом с членами императорской семьи без распоряжения старших. И, наверное, вам тоже следует отдыхать.       — Какая скучная причина, — тяжело вздохнув, заметил принц. — Тогда я распоряжаюсь.       — Но...       — Лука, — перебил его Валериан.       Улыбка всё ещё оставалась на лице принца, однако его глаза почему-то перестали улыбаться. От этого взгляда Луке стало не по себе.       — Я приглашаю тебя поиграть, — мягко сказал Валериан.       — Ваше Высочество, мне правда кажется...       — Кажется? — переспросил принц.       На этот раз его голос прозвучал иначе. Он стал холоднее и жёстче, совсем не таким, каким был секунду назад. Лука почувствовал, как по спине пробежал неприятный холод.       — Ты отказываешь мне? — тихо спросил Валериан.       Повисла тишина. Она длилась всего несколько секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы страх успел пустить корни в душе молодого слуги. Однако затем всё исчезло так же внезапно, как появилось. Улыбка вернулась на лицо принца, снова став тёплой, беззаботной и дружелюбной.       — Ну что ты так напрягся? — весело спросил Валериан и хлопнул Луку по плечу. — Идём. Будет весело.       Сам не понимая почему, Лука кивнул. После этого он молча пошёл следом за принцем.       Чем дальше они углублялись в ночной дворец, тем меньше становилось света, а тишина вокруг словно сгущалась. Несколько раз Луке хотелось предложить вернуться, но каждый раз он вспоминал тот короткий миг, когда Валериан перестал улыбаться. И тогда слова застревали у него в горле.       Наконец принц остановился перед одной из дверей. На его лице снова появилась знакомая радостная улыбка.       — Пришли, — бодро объявил Валериан и толкнул дверь.       Лука вошёл внутрь вслед за ним. В следующую секунду весь воздух словно исчез из его лёгких.       Посреди комнаты лежало тело девушки. Она была неподвижна и выглядела совершенно безжизненной, а рядом сидела принцесса. Медленно подняв голову, она посмотрела на вошедших своими спокойными глазами.       Лука не сразу понял, почему не может отвести взгляд от незнакомки. Лишь спустя несколько секунд до него дошло, что дело было не только в её неподвижности. Девушка была одета в форму дворцовой служанки, такую же, какую он видел на десятках работников дворца. Лицо её показалось незнакомым — вероятно, одна из тех служанок, с которыми он ещё не успел пересечься за время службы. Она лежала на спине, неестественно неподвижная и пугающе бледная, словно из её тела исчезли все краски жизни. Светлая кожа почти сливалась с белизной ночной рубашки, выглядывавшей из-под форменного платья. На шее и открытых участках кожи виднелись тёмные пятна, а ворот и грудь были испачканы засохшими бурыми следами. Судя по одежде, девушка даже не успела переодеться ко сну. Лука невольно подумал, что близнецы, должно быть, утащили её сюда ещё вечером — точно так же, как совсем недавно увели его самого.       Рядом с телом сидела Ливия. На ней было лёгкое светлое платье для сна из дорогой ткани, поверх которого был небрежно наброшен тонкий шёлковый халат. Принцесса выглядела удивительно ухоженной и спокойной, словно находилась не рядом с мертвецом, а в собственной гостиной. Лука заметил, как она медленным движением поднесла к губам белоснежный платок и аккуратно вытерла что-то с уголка рта. На ткани остался едва заметный тёмно-красный след.       — Валериан, — недовольно произнесла она. — Ты долго.       — Я искал компанию, — весело ответил принц и сделал шаг в сторону, позволяя сестре лучше рассмотреть Луку. — Смотри, кого нашёл.       Только теперь Ливия перевела взгляд на молодого слугу. От этого взгляда по спине Луки пробежал холодок. Он ожидал увидеть любопытство или раздражение, или хотя бы удивление. Но не увидел ничего, кроме оценивающего взгляда.       — Новенький? — спросила она.       — Да.       — Симпатичный.       Лука почувствовал, как внутри всё похолодело. Он не понимал почему, но эти слова прозвучали неправильно. Будто речь шла не о человеке, а о какой-то вещи. От этой мысли ему стало ещё неуютнее. Лука невольно оступился назад, словно тело само пыталось заставить его как можно быстрее уйти отсюда. Однако едва он сделал шаг к выходу, как Валериан мягко, но уверенно удержал его. Рука принца легла ему на талию, не оставляя возможности отстраниться, и лёгким движением подтолкнула внутрь комнаты. Лука почувствовал, как его буквально направляют дальше от двери. Валериан же спокойно шагнул следом и, не убирая с лица улыбки, прикрыл дверь, отрезая путь к отступлению.       Щелчок замка прозвучал неожиданно громко в повисшей тишине. В этот момент Ливия поднялась с дивана и неторопливо направилась к ним. Если бы не тело на полу, не странный запах, наполнявший комнату, и не выражение её глаз, в котором не было ни тревоги, ни сожаления, то со стороны она походила бы на обычную девушку знатных кровей.       — Как тебя зовут? — спокойно спросила Ливия, внимательно рассматривая молодого слугу.       — Лука, Ваше Высочество, — ответил он, стараясь говорить уверенно, хотя внутри нарастало беспокойство.       — Лука... — задумчиво повторила принцесса его имя почти так же, как это недавно сделал её брат. После этого её взгляд медленно скользнул обратно к девушке, лежащей на полу. — Эта тоже сначала дрожала, — добавила она совершенно будничным тоном.       В комнате повисла тяжёлая тишина. Лука не сразу понял смысл сказанного, а когда понял, сердце пропустило удар.       — Ливия, — укоризненно произнёс Валериан, качнув головой. — Ты опять всё испортила.       — Ничего я не испортила, — спокойно возразила принцесса и даже не попыталась оправдаться.       — Испортила, — настаивал Валериан. Он театрально вздохнул и посмотрел на неподвижное тело девушки. — Мы ведь могли поиграть вместе.       — Она начала кричать.       — И? — с лёгким раздражением спросил её брат.       — Меня это раздражало, — пояснила принцесса и пожала плечами с таким видом, будто объясняла очевидную вещь. Затем она равнодушно добавила: — К тому же она оказалась слишком слабой. Девушки вообще быстро ломаются.       Она приблизилась неторопливо, почти бесшумно. На мгновение её взгляд задержался на лице Луки, затем опустился ниже. Тонкие пальцы легко коснулись его груди и скользнули по распахнутому вороту ночной рубашки, небрежно наброшенной поверх плеч.       — А вот ты выглядишь покрепче. Думаю, с тобой будет интереснее.       Лука почувствовал, как начинают дрожать руки. Он перевёл взгляд с одного близнеца на другого, потом снова посмотрел на девушку на полу и опять на принца с принцессой. Никто из них не выглядел расстроенным. Никто не выглядел виноватым. Более того, никто даже не пытался скрыть происходящее, и именно это пугало сильнее всего.       — Ваше Высочество... — начал Лука, и собственный голос показался ему чужим. Он с трудом сглотнул и всё же задал вопрос: — Что здесь произошло?       На лице Валериана появилась улыбка. Та самая улыбка, которая ещё недавно казалась дружелюбной, теперь почему-то заставляла сердце биться быстрее.       — А ты как думаешь? — спросил принц с явным интересом.       Лука открыл рот, но не смог произнести ни слова. Ответ уже начал складываться в его голове, и этот ответ был настолько страшным, что разум отказывался принимать его.       Ливия вдруг тихо рассмеялась и посмотрела на брата.       — Посмотри на него, — сказала она с лёгким весельем в голосе.       — Вижу, — ответил Валериан, не сводя взгляда с Луки.       — Он догадался, — заметила принцесса.       — Не нужно так волноваться, Лука, — мягко произнёс Валериан. Его голос вновь стал почти ласковым. — Мы же только познакомились.       От этих слов молодому слуге стало по-настоящему страшно. Впервые с момента поступления на службу во дворец он осознал, что оказался в месте, о котором простые люди ничего не знают. И что некоторые тайны императорской семьи лучше никогда не узнавать.       Ливия осторожно взяла Луку за руку. Это движение было настолько спокойным и естественным, словно между ними давно существовало какое-то негласное доверие. Её тонкие пальцы сомкнулись вокруг его ладони без малейшей спешки, но в этом прикосновении чувствовалась удивительная уверенность. Кожа девушки оказалась холодной, почти ледяной, и от этого по телу Луки пробежала лёгкая дрожь. Он невольно посмотрел на их сцепленные руки, пытаясь понять собственные ощущения. В её жесте не было грубости или давления, однако почему-то именно эта спокойная решительность заставляла его чувствовать себя ещё более растерянным.       — Идём, — спокойно сказала она.       Не дожидаясь ответа, Ливия потянула его за собой к дивану у стены. По пути она переступила через лежавшую на полу девушку, даже не удостоив ту взглядом, словно та была всего лишь случайной помехой на дороге. Лука невольно посмотрел вниз и почувствовал, как внутри всё сжалось. То, что для него было чудовищной трагедией, для неё, похоже, не значило абсолютно ничего.       Ливия подвела его к дивану и только тогда отпустила руку, сохраняя всё то же невозмутимое выражение лица.       — Ты дрожишь, — заметила принцесса.       Её голос звучал мягко, почти заботливо, однако от этого становилось только страшнее.       Лука не ответил. Он чувствовал, как бешено колотится сердце, и понимал, что не сможет произнести ни слова.       — Не нужно так бояться, — продолжила Ливия. — Люди всегда начинают бояться слишком рано. Из-за этого они совершают глупости.       — Например, пытаются убежать, — прошептал Валериан Луке на ухо из-за его спины.       Лука даже вздрогнул, потому что не понимал, как принц вообще смог так бесшумно оказаться рядом. Он невольно посмотрел на дверь, и принц, разумеется, сразу заметил этот взгляд.       — Видишь? — весело сказал Валериан сестре. — Я же говорил.       Ливия тихо рассмеялась. Этот смех прозвучал удивительно обыденно. Так могли смеяться брат и сестра за семейным ужином или во время безобидной шутки.       Лука вдруг понял, что близнецы совершенно не считают себя чудовищами. В их поведении не было ни тени сомнения или внутренней борьбы. Они не скрывались и даже не пытались казаться нормальными. Они не оправдывались и не испытывали ни капли сожаления о своих поступках. Для них происходящее было нормой, чем-то привычным и само собой разумеющимся. Это казалось такой же естественной частью жизни, как для других людей завтрак или прогулка по саду.       Валериан вдруг шагнул вперёд. Лука даже не успел понять, что происходит. Сильный толчок в грудь заставил его потерять равновесие. Он отшатнулся назад и рухнул на стоявший позади диван. Воздух вырвался из лёгких, а сердце забилось ещё быстрее.       — Валериан! — выдохнул он, пытаясь подняться.       Но принц лишь усмехнулся.       Лука резко повернулся, собираясь вскочить на ноги, однако в тот же миг Ливия оказалась рядом. Её пальцы сомкнулись на его запястьях, и от неожиданности он вздрогнул. Одним быстрым движением она подняла его руки вверх и прижала их над его головой к спинке дивана, не оставляя возможности сразу вырваться.       Лука замер от неожиданности. Всё произошло настолько быстро, что он не успел ни осознать случившееся, ни как-либо отреагировать.       — Ваше Высочество... что вы...       Лука инстинктивно попытался вырваться, когда её пальцы сомкнулись на его запястьях. Он ожидал, что сможет легко освободиться от хватки молодой девушки, пусть даже принцессы, однако в следующий миг почувствовал резкую боль. Ливия лишь сильнее сжала его руки одной рукой, и Лука ошеломлённо замер. Он не мог поверить собственным ощущениям. Её пальцы казались тонкими и изящными, но сила, скрывавшаяся в них, была совершенно нечеловеческой.       Он дёрнулся ещё раз, уже изо всех сил. Ничего не произошло. Будто его удерживали железные тиски. В голове не укладывалось, как девушка могла оказаться настолько сильнее взрослого парня.       Валериан неторопливо приблизился и остановился рядом. На его лице играла лёгкая улыбка, словно происходящее его забавляло.       — Не смотри на меня так, — с улыбкой сказала Ливия. — Я прекрасно знаю, что сейчас творится у тебя в голове.       — Вот как? — Валериан приподнял бровь. — И что же?       — Ты до сих пор дуешься из-за того, что я начала без тебя.       — Если только совсем чуть-чуть, — признал Валериан.       Ливия тихо рассмеялась и покачала головой.       — Какой же ты ребёнок.       — Говорит человек, который специально меня поддразнивает.       — Потому что это слишком легко.       — Жестоко.       — Зато честно, — парировала Ливия. Потом её улыбка стала шире. — Ладно. В этот раз ты первый.       — О, какая неожиданная щедрость.       — Не привыкай.       — Уже поздно.       — Тогда пользуйся случаем, пока я добрая.       Они обменялись взглядами и снова тихо рассмеялись, словно обсуждали какую-то семейную мелочь. Для Луки этот спокойный, почти дружеский разговор звучал куда страшнее любого крика. Паника нарастала с каждой секундой. Он снова попытался освободиться, но хватка Ливии даже не дрогнула. Казалось, она вообще не прикладывала усилий.       Затем Валериан шагнул ещё ближе и навис над ним, окончательно перекрывая любую надежду на спасение. От его присутствия пространство вокруг словно стало теснее. Лука ощущал тяжесть его тела совсем рядом и не мог избавиться от чувства, будто на него давит огромный камень. Даже воздух вдруг показался густым и тяжёлым.       — Не двигайся, - пророкотал Валериан низким, гипнотическим голосом.       Эти слова ударили по Луке сильнее любого удара. Всё его тело затряслось, а мышцы болезненно напряглись. Ему хотелось закричать, позвать кого-нибудь на помощь, сорваться с места и убежать, но Ливия крепко удерживала его руки, а над ним навис принц, не оставляя ни малейшей возможности вырваться.       Валериан медленно опустился на край дивана, почти касаясь обнажённого живота Луки. Его холодные пальцы легли на ключицу парня, легко скользя по коже. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но Луку пронизал ледяной озноб.       Принц наклонил голову чуть набок, словно к чему-то прислушиваясь. На мгновение его улыбка исчезла. Впервые за всё время в его лице проступило что-то чужое и хищное.       — Слышишь? — тихо спросил он.       Лука не понял вопроса.       — Твоё сердце.       Принц наклонился ещё ближе, внимательно наблюдая за реакцией Луки. В его взгляде мелькнуло что-то настораживающее, отчего тревога только усилилась.       Лука замер, не в силах перевести дыхание. Он пытался дышать едва слышно и не двигаться, надеясь остаться незамеченным, но быстро понял, что это бессмысленно. Казалось, сама кровь, бегущая по его венам, выдавала его присутствие, притягивая внимание принца. Будто всё его существо безмолвно взывало: «Я здесь! Возьми меня!».       В следующий миг Валериан резко приблизился к нему, и Лука вскрикнул от неожиданной боли. Всё произошло так быстро, что он не сразу понял, что именно случилось. Резкая боль пронзила всё тело Луки, когда острые зубы Валериана впились в кожу возле его ключиц. Юноша невольно застонал от неожиданности, но сразу же сомкнул губы, стараясь не издать ни звука. Из ранки выступила тёплая кровь, и Валериан припал к ней, делая несколько жадных глотков. Принц крепко прижимался к Луке, удерживая его рядом и не позволяя отстраниться.       Луке казалось, что мир вокруг сузился до одного лишь момента - горячего дыхания Валериана на своей коже и острого болевого щипка в районе раны. Боль была странной - одновременно острой и необычайно возбуждающей. Она пульсировала вместе с каждый ударом сердца, разгоняя кровь по венам и заставляя всё тело дрожать. Рана на ключице продолжала кровоточить, но Валериан явно не собирался останавливаться. Его язык ласкал свежие след укуса, слизывая капли алой жидкости с неё. Ливия же наблюдала за происходящим с явным довольством. Её пальцы сильнее сжали запястья Луки, так что хватка стала почти причинять боль. Она продолжала удерживать юношу, не мешая брату наслаждаться вкусом его тёплой крови.       — Видимо, брату ты действительно понравился, — промурлыкала принцесса, наклоняясь к самому уху Луки. — Надеюсь, ты понимаешь, какая это честь.       Лука просто кивнул, не в силах произнести ни слова. Его сознание помутнело от смеси боли и странного возбуждения.       Валериан неожиданно отпустил повреждённую ключицу, а затем резко впился острыми клыками в участок между шеей и плечом Луки. Юноша содрогнулся всем телом и невольно издал приглушённый стон.       — Ш-ш-ш! — шикнул Валериан, быстро закрывая Луке рот своей большой ладонью. Принц продолжал пить кровь, игнорируя сопротивление своей жертвы. Его язык ловко скользил по ранам, лаская их.       Ливия не могла оторвать взгляд от того, как её брат лакомится кровью слуги. Видеть, как Валериан жадно пьёт, пробуждало в ней дикую жажду. Не в силах больше терпеть, принцесса прильнула губами к руке Луки. Она решительно впилась острыми клыками в подушечку большого пальца, оставляя на коже небольшую ранку.       Тело Луки начало неметь, пока Валериан и Ливия продолжали пить его кровь. Их языки томно ласкали раны, с каждым движением усиливая головокружительное, дурманящее опьянение. Мышцы расслаблялись, плавясь, превращаясь в горячий воск, а кости становились податливыми, точно сырая глина. Луке казалось, что он тонет в бездонном океане чувственных наслаждений, с упоением теряя последний контроль над собой.       Его дыхание участилось, срываясь в прерывистые, влажные стоны. Глаза заволокло томной пеленой, и мир вокруг начал распадаться на яркие, пульсирующие цветные пятна. Все мысли вылетели из головы, осталась лишь одна, навязчивая и жгучая: безвольно позволить этим созданиям делать с его телом всё, что им заблагорассудится.