Сломанная связь

Часть 1. Две недели тишины После ухода Кварича стойбище Меткайина зажило другой жизнью. Не той, что была раньше — спокойной, размеренной, где главной заботой был улов на завтрак. Теперь каждый день начинался с криков военачальников: «Стройся!», «На воду!», «Стреляй!». Тоновари лично тренировал воинов. — Люди придут снова, — говорил он. — Они придут с огнём и железом. Если мы не будем готовы — они сожгут наш дом. Нетейям помогал лесным На’ви осваиваться под водой. Он показывал, как нырять глубже, как держать дыхание, как управлять илу в тесных рифах. — Ты быстро учишься, — сказал он Ло’аку, когда тот вынырнул с ракушкой в руке. — У меня хороший учитель, — ответил Ло’ак и посмотрел на Цирею. Она стояла на скале, готовя лук. Поймала его взгляд и чуть улыбнулась. Ло’ак покраснел — насколько это возможно при синей коже. Кири почти не выходила из воды. Она плавала часами, ныряла на глубину, говорила с рыбами и кораллами. Атея иногда замечала, как её глаза светятся — тем самым светом, который появлялся только тогда, когда Эйва была рядом. — Ты не скучаешь по лесу? — спросила Атея однажды. — Скучаю, — ответила Кири. — Но здесь я чувствую себя нужной. — Нужной? — Вода лечит меня. И я слышу Эйву громче, чем когда-либо. — Она помолчала. — И мне кажется, она готовит меня к чему-то. Атея не стала спрашивать — к чему. Она боялась услышать ответ. Часть 2. Кошмары Атея почти не спала. Каждую ночь, стоило ей закрыть глаза, приходили картинки. Огонь. Море крови. Нетейям, падающий на колени, с пустыми глазами. Кири, стоящая на коленях перед Варанг. Тук, которую уносят солдаты. Джейк, стреляющий в Кварича — и промахивающийся. Она просыпалась с криком, вся в поту, с синей кровью на губах. — Опять? — спросила Кири однажды утром, застав Атею у ручья — та смывала кровь с лица. — Не твоё дело, — огрызнулась Атея, но сразу пожалела. — Прости. Я не хотела. — Ты видишь будущее, — сказала Кири. Это был не вопрос. — Не знаю, что я вижу. Картинки. Обрывки. — Что ты видела про Нетейяма? Атея замерла. — Не спрашивай, — тихо сказала она. — Почему? — Потому что если я скажу — это может стать правдой. А если я промолчу… Кири подождала. — …то я смогу это изменить, — закончила Атея. — Я должна изменить. Кири взяла её за руку. Пять пальцев поверх пяти. — Эйва не даёт видений просто так, — сказала она. — Она даёт их тем, кто может что-то сделать. — А если я ничего не могу? Что если я только наблюдаю? — Тогда наблюдай. Но не мучай себя. Атея не ответила. Она смотрела на воду, в которой отражалось её бледное лицо. «Я видела его мёртвым, — думала она. — И я сделаю всё, чтобы этого не случилось». Она не знала, что эта клятва разрушит её. Часть 3. Тренировки Атея училась воевать. Нетейям показывал ей, как стрелять из лука под водой. Как задерживать дыхание на минуту. Как уворачиваться от копий, брошенных с илу. — Ты становишься лучше, — сказал он, когда она попала в цель в третий раз подряд. — Ты становишься мягче, — ответила она. — Я не мягкий. — Ты не злишься, когда я промахиваюсь. Раньше злился. Нетейям отвернулся. — Раньше я не знал, что ты можешь умереть, — сказал он тихо. — Я могу умереть. Все могут. — Я не хочу, чтобы это случилось с тобой. Она подошла ближе. Вода доходила им до пояса. — Со мной ничего не случится, — сказала Атея. — Я обещаю. — Не обещай того, что не можешь сдержать. Нетейям развернулся и уплыл на илу, оставив Атею одну в воде. «Он знает, — подумала она. — Или догадывается». Она не знала, что он просто боялся. Часть 4. Тулкун Илу были напуганы. Они кружили у берега, не желая уплывать в открытое море. Рыбаки шептались — звери чувствуют беду. — Что с ними? — спросила Цирея у отца. — Не знаю, — ответил Тоновари. — Может быть, шторм. Но шторма не было. На третий день Цирея прибежала на пирс запыхавшаяся. — Там! — крикнула она, показывая на горизонт. — Он приплыл! Огромная тень двигалась под водой. Илу разбегались в стороны. Даже самые смелые воины отступили на мелководье. — Что это? — спросил Джейк, сжимая копьё. — Тулкун, — ответил Тоновари. — Китовый зверь. Наши братья. — Почему они боятся? — Потому что этот — одинокий. Тень приблизилась. Из воды показалась голова — огромная, с длинными плавниками и глазами, полными боли. — Он изгнанник, — тихо сказал Тоновари. — Таких мы называем Ак’кула — тот, кто плавает один. Атея смотрела на зверя и чувствовала его боль. «Они убили его семью», — подумала она. — «Кварич. Или люди. Или…» В голове вспыхнула картинка. Тулкун, связанный цепями. Кровь в воде. И смех — голос капитана человеческого корабля. — Нет, — прошептала Атея. — Что? — спросил Нетейям. — Я вижу. — Она схватилась за голову, пошатнулась. — Они охотятся на них. Люди. Они убивают тулкунов. Ради… ради чего-то. — Атея, ты в порядке? — Нетейям поддержал её за локоть. — В порядке, — соврала она. Тулкун смотрел на неё. Прямо в глаза. «Ты знаешь, — сказал он. Без слов — картинкой, ощущением. — Ты знаешь, кто я». — Я не знаю, — ответила Атея вслух. — С кем ты говоришь? — спросила Цирея. — С ним. — Он не говорит. — Говорит, — Атея шагнула вперёд, в воду. — Просто не словами. Она нырнула, прежде чем кто-то успел её остановить. — Атея! — крикнул Нетейям, но она уже скрылась под водой. Тулкун ждал её на глубине. Он был огромен — больше, чем любой зверь, которого Атея видела. Его кожа была покрыта шрамами — старыми и новыми, некоторые ещё кровоточили. «Кто это сделал с тобой?» — спросила Атея. «Люди, — ответил тулкун. — С железными птицами. Они убили мою стаю. Я один остался». «Почему ты пришёл сюда?» «Потому что ты… странная. Ты пахнешь не как другие. Ты пахнешь… будущим». Атея подплыла ближе, протянула руку. Тулкун коснулся её ладони кончиком плавника. Осторожно. Нежно. «Я помогу тебе, — сказала она. — Если ты поможешь нам». «Против людей?» «Против того, кто убил твою семью». Тулкун молчал долго. Потом ответил: «Я с тобой». Когда Атея вынырнула, все ждали её на берегу. — Что это было? — спросил Джейк. — Это наш союзник, — ответила Атея. — Тулкун-изгнанник. Он будет сражаться на нашей стороне. — Ты уверена? — спросил Тоновари. — Он потерял семью, как и мы. — Атея посмотрела на Нейтири. — Как и ты. Нейтири молчала. Потом кивнула. — Приведи его, — сказала она. — Если он готов сражаться, мы примем его. Атея нырнула снова, чтобы передать ему ответ. Нетейям смотрел на воду, и в его глазах было что-то новое. Не уважение. Не страх. Что-то другое — то, что он сам не мог назвать. Часть 5. Ночь перед бурей В ту ночь Атея снова не спала. Она сидела на пирсе, глядя на воду. Тулкун плавал неподалёку — его спинной плавник разрезал лунную дорожку. — Ты должен быть здесь? — спросила она. «Должен, — ответил он. — Ты боишься. Я чувствую». — Я всегда боюсь. «Не всегда. С ним — нет». — С кем? Тулкун не ответил. Из темноты вышел Нетейям. — Я знал, что найду тебя здесь, — сказал он, садясь рядом. — Не спится? — Ты не спишь, я не сплю. Они помолчали. — Атея, — сказал Нетейям. — Ты можешь мне сказать? Что ты видишь? Она долго молчала. — Вижу войну, — сказала наконец. — Вижу смерть. Много смерти. — Нашу? — Не знаю. Не различаю лиц. Только… кровь. Нетейям взял её за руку. — Тогда я буду рядом. Чтобы ты не была одна. Атея сжала его пальцы. — Ты не сможешь всегда быть рядом. — Могу. Попробуй останови меня. Она не ответила. Просто сидела и смотрела на луну, которая отражалась в тёмной воде. Война приближалась. Но в этот момент, здесь и сейчас, они были вместе. Этого было достаточно.