Сломанная связь

Часть 1. Язык врага База людей гудела, как потревоженный улей. Паук сидел в каюте и ждал. Не часа — момента. Охранник сменялся каждые четыре часа. Новый всегда опаздывал на три минуты. Три минуты — это достаточно, чтобы добежать до ангара. Достаточно, чтобы запрыгнуть в челнок. Достаточно, чтобы улететь. Он не знал, куда полетит. Куда угодно. Лишь бы не с ними. Дверь щёлкнула — охранник вышел на перекур. Паук выждал десять секунд, потом выскользнул в коридор. — Стой! — крикнул кто-то сзади. — Не стой, — прошептал Паук и побежал. Он знал базу лучше, чем любой солдат. Знал, где камеры мёртвые зоны. Где люки ведут в технические туннели. Где можно спрятаться, если что-то пойдёт не так. Всё пошло не так на пятой минуте. — Держите его! — заорал дежурный офицер, когда Паук выскочил к ангару. Из-за угла вышли двое. Здоровенные. С дубинками. — Не подходите, — Паук выставил руки вперёд. — Я… я умею драться. — Конечно, умеешь, — усмехнулся один и схватил его за шкирку. Паук дрыгал ногами, царапался, кусался — его скрутили и поволокли обратно. Кварич ждал у каюты. — Я думал, ты умнее, — сказал он. — Я думал, ты совестливее, — огрызнулся Паук. — Совесть — это роскошь, которую я не могу себе позволить. Кварич захлопнул дверь, оставив Паука в темноте. На следующий день Кварич пришёл снова. — Ты нужен мне, — сказал он. — Ни за что, — ответил Паук, не поднимая головы. — Варанг и её воины не знают языка лесных На’ви. А я — не знаю языка водных. — И что? — А то, что без тебя мы не сможем допрашивать пленных. А без пленных мы не найдём Джейка. Паук поднял глаза. — Ты хочешь, чтобы я переводил тебе? Чтобы я помогал тебе пытать моих друзей? — Я хочу, чтобы ты говорил им, что если они скажут правду, я их отпущу. — Ты врёшь. — Это неважно. Главное — они будут верить тебе. Паук сжал кулаки. — Я не буду. — Будешь. Иначе твоя подружка Кири будет страдать. Не сразу. Сначала я возьму кого-то другого. Может быть, ту маленькую девочку — Тук? Она такая говорливая. Паук побледнел. — Ты… ты не посмеешь. — Посмею. И ты это знаешь. Паук закрыл глаза. Внутри всё кипело — злость, страх, ненависть. Он хотел ударить Кварича. Вцепиться зубами в его синюю шею. Но он знал — это ничего не изменит. — Ладно, — сказал он. — Я буду переводить. Но я не буду пытать. — Достаточно того, что ты будешь говорить. Кварич вышел. Паук остался один. «Я ненавижу тебя», — думал он. — «Я ненавижу тебя, и я ненавижу себя за то, что не могу ничего изменить». Следующие несколько дней Кварич искал Джейка. Он ходил от стойбища к стойбищу, от одного клана водных На’ви к другому. Рифовые кланы — их было много, разбросанных по океану как жемчуг. Меткайина, Тауну, Си’рея, маленькие деревни, о которых не знали даже соседи. Варанг и её воины шли за ним — молчаливые тени в пепле. — Где Джейк Салли? — спрашивал Кварич. Паук переводил. Пленные отвечали — кто-то с ненавистью, кто-то со страхом, кто-то с мольбой о пощаде. — Не знаем. Он ушёл в лес. Он не вернётся. — Вы врёте, — говорил Кварич. — Мы не врём. Кварич давал знак, и солдаты поджигали очередную хижину. Паук стоял в стороне, скрестив руки, и смотрел на огонь. В его глазах горело то же пламя. Варанг подошла к нему на третий день. — Ты злишься, — сказала она. — Нет, — огрызнулся Паук. — Я вижу. Твои глаза — как огонь. Ты хочешь что-то сломать. — Я хочу, чтобы вы все убрались с моей планеты. Варанг усмехнулась. — Твоей планеты? Ты человек. Эта планета никогда не была твоей. — Я вырос здесь. Это мой дом. — Твой дом сожжён. Как и мой. Теперь мы оба — пепел. Она ушла. Паук сплюнул в воду и пошёл к кораблю. На четвёртый день Кварич сказал: — Завтра идём к Меткайина. Там, по слухам, прячется семья Салли. — Их там нет, — ответил Паук. — Откуда знаешь? — Потому что они в лесу. Я же тебе говорил. — Возможно. Но я проверю. Паук стиснул зубы. Он уже не надеялся на побег. Не сейчас. Ему нужно было пережить этот день. А завтра — следующий. «Я выберусь, — пообещал он себе. — Я выберусь и найду их. И тогда…» Он не договорил. Мысль застряла где-то между злостью и отчаянием. «И тогда я убью его. Или умру сам». Часть 2. Разведка Пока Кварич выжигал рифы, Джейк и его семья были в лесу. Они прилетели на икранах на второй день после атаки на Меткайина. Двадцать воинов — лесных и водных — опустились на пепелище, где когда-то было сердце Оматикайя. Нейтири спрыгнула с икрана раньше, чем тот коснулся земли. — Мама! — крикнула она, бегом пересекая выжженную поляну. — Нейтири, постой! — Джейк побежал за ней, но не догнал. Древо Душ почернело. Его корни, когда-то светящиеся, теперь торчали из земли, как обгоревшие пальцы мёртвого великана. Нейтири остановилась перед тем, что осталось от дома её матери. — Мама… — прошептала она. — Я здесь, дочка, — раздался голос из-за обломков. Мо’ат вышла из тени. Старая, морщинистая, но живая. Её глаза — золотые, как у всех Оматикайя — смотрели на дочь с болью и облегчением. — Ты жива, — Нейтири бросилась к ней, обняла, прижимая к себе так сильно, будто боялась, что мать исчезнет. — Жива, — Мо’ат погладила её по голове. — Но не все. Она посмотрела на Джейка. — Люди пришли не одни. С ними были те, кто не верит в Эйву. Мангкван. Они сожгли Древо Душ. — Я знаю, — кивнул Джейк. — Мы встречали их у воды. — Они ищут тебя, — продолжала Мо’ат. — Они не успокоятся, пока не найдут. — Я знаю и это. — Тогда зачем ты пришёл? Джейк посмотрел на пепелище. На воинов, которые молча собирали тела. На детей, которые сидели у костра и не плакали — потому что слёзы кончились. — Чтобы забрать вас отсюда, — сказал он. Мо’ат покачала головой. — Нам некуда идти. — Есть. К воде. К водным. — Водные не примут нас. Мы чужие для них. — Примут, — ответила Нейтири. — У них есть дом. Мы помогли им. Теперь они помогут нам. Мо’ат долго смотрела на дочь. Потом перевела взгляд на Джейка. — Ты уверен? — Нет, — честно ответил он. — Но выбора у нас нет. Они остались на ночь — собрали выживших, закопали мёртвых, помолились Эйве в обгоревшем Древе Душ. А на рассвете Мо’ат разбудила дочь. — Война началась, — сказала она. — Я чувствую это. Эйва шепчет мне — не словами, а тишиной. Она ждёт. Она не может вмешаться. В этот раз — не может. — Что нам делать? — спросила Нейтири. — Возвращайтесь к воде. Предупредите водных. Они должны знать, что идёт. — А ты? — Я останусь. Мой народ останется. Мы не бросим землю, которая дала нам жизнь. Нейтири хотела спорить, но Джейк остановил её. — Она права, — сказал он. — Мы не можем остаться. Нужно предупредить остальных. Нейтири обняла мать. Долго. С такой силой, будто прощалась навсегда. — Возвращайтесь, — сказала Мо’ат. — И пусть Эйва хранит вас. Они вылетели на рассвете. Часть 3. В день, когда он пришёл Кварич пришёл к Меткайина на шестой день. Он привёл три корабля, полных солдат, и Варанг с её воинами. Паук стоял на палубе, скрестив руки, и смотрел на знакомые хижины на сваях. — Переводи, — сказал Кварич. — Скажи им: где Джейк Салли? Паук перевёл. Голос его был тихим, но твёрдым. Ронал стояла на пирсе, сжимая копьё. — Его здесь нет, — ответила она. — Где он? — В лесу. У своих. Кварич посмотрел на Паука. — Она врёт? — Не знаю, — ответил Паук. — Возможно. — Скажи ей, что если она не скажет правду, я сожгу эту деревню. Паук перевёл. Ронал не отвела взгляда. — Делай что хочешь. Мы не знаем, где Джейк. Кварич дал знак. Солдаты выстрелили — не в людей, в сваи. Хижины зашатались. Ронал не шелохнулась. — В последний раз, — сказал Кварич. — Отец, — вдруг сказал Паук. — Я не буду переводить это. — Что? — Они не знают. Я чувствую. Они не знают, где Джейк. Ты тратишь время. Кварич посмотрел на него долгим взглядом. — Ты защищаешь их? — Я защищаю себя. Если ты сожжёшь их дома, они не простят тебя. А ты не сможешь здесь остаться. Варанг подошла ближе. — Мальчик прав, — сказала она. — Вода не наш союзник. Мы воюем в лесу, а не здесь. Кварич скрипнул зубами. — Уходим, — бросил он. Корабли развернулись. Паук смотрел на удаляющийся берег, на Ронал, которая всё ещё стояла с копьём, на детей, которые выглядывали из-за хижин. — Я вернусь, — прошептал он. — Я обещаю. — Что ты сказал? — спросил Кварич. — Ничего. Корабли ушли в море. Джейк и его семья вернулись в Меткайина через несколько часов после того, как Кварич ушёл. Они увидели дым на горизонте, ещё не зная, что это за горизонтом. — Что случилось? — спросила Атея, спрыгивая с икрана. — Кварич был здесь, — ответила Ронал. — Искал вас. — Нашёл? — Нет. Вы пришли позже. Нейтири обняла детей. Джейк сжал кулаки. — Он вернётся, — сказал он. — Знаю, — ответила Ронал. — Теперь мы готовы. Они стояли на пирсе и смотрели в море. Война не закончилась. Она только начиналась.