Глава 9
12 июня 2026 г., 12:22
ГЛАВА 9
МАРГО
Утренний ритуал с кофе в это утро ощущался иначе. Марго стояла у кухонного острова, наблюдая, как Эш тихо перемещается по пространству, и ни одна из них не упоминала их разговор в коридоре в два часа ночи, где они обе признались в большем, чем было безопасно.
— Спала нормально? — спросила Эш, ставя эспрессо на стойку.
— Вполне.
Ложь далась легко. Марго провела большую часть ночи, прокручивая в голове их разговор и пытаясь понять, в какой момент Эш Донован стала человеком, которому она доверила секреты, обычно похороненные глубоко и надежно от посторонних глаз.
Выражение лица Эш говорило о том, что она знает — это ложь, но, к счастью, настаивать не стала. Она просто прислонилась к стойке, поднося свой кофе к губам. На мгновение их взгляды встретились, между ними что-то промелькнуло.
Дорога до штаб-квартиры Blackwell Strategic прошла в тишине, почти дружелюбной; дождь полосами стекал по стеклам, пока Эш с неизменной бдительностью вела машину по знакомым улицам.
Когда они приехали, специальный агент ФБР Ребекка Торрес уже ждала их в конференц-зале.
— Мисс Блэквелл, — рукопожатие Торрес было крепким. — Спасибо, что встретились со мной. Я знаю, это непросто.
Марго пожала ей руку, отмечая твердый захват и прямой взгляд.
— Я хочу, чтобы виновных нашли.
— Именно для этого мы здесь, — Торрес указала на стулья и бросила взгляд на Эш. — Мисс Донован, вы можете остаться.
Марго выпалила: «Останьтесь», прежде чем успела подумать, и Эш заняла позицию у окна, достаточно близко, чтобы Марго ощущала ее присутствие.
Торрес положила цифровой диктофон на стол между ними.
— Насколько предсказуем ваш график квартальных проверок?
— Очень, — это признание на вкус напоминало поражение. — Одна и та же неделя каждые три месяца. Так было восемь лет.
— У кого есть доступ к этому графику?
— У моего операционного директора Оксаны Кравченко. У операционной команды. У личных помощников, — Марго пробежалась по списку в уме, чувствуя, как сжимается грудь от каждого имени. — Примерно пятнадцать человек с прямым доступом, и еще больше, если считать тех, кто мог взломать календарную систему.
— Расскажите мне о второй половине дня в понедельник. Во сколько вы прибыли на склад и что произошло?
— Мы были там в 14:15, Оксана встретила меня в складском помещении. Мы начали осмотр с зоны приемки, как обычно, — голос Марго оставался ровным, словно она зачитывала логистические данные. — Погрузчик выехал из западного прохода. Клэр Роблес была за рулем. Я видела ее лицо; она была в ужасе и пыталась остановить машину. Тормоза не работали.
— Вы уверены, что мисс Роблес пыталась тормозить?
— Абсолютно, — Марго встретилась с Торрес взглядом. — Она не пыталась меня убить. Кто-то саботировал ее оборудование и сделал ее своим оружием.
Торрес кивнула.
— Что случилось потом?
— Эш сбила меня с ног, — слова прозвучали тише, чем Марго намеревалась. Она не смотрела на Эш — не могла, потому что если бы посмотрела, то снова увидела бы тот момент: столкновение тел, бетонный пол, защищающие руки, обхватившие ее, пока сверху рушились металлические стеллажи. — Я упала. Стеллажи обрушились, и нас засыпало обломками.
— Вы получили травмы?
— Ничего серьезного, пара синяков.
«Ничто по сравнению с тем, что было бы без Эш», — подумала она.
Агент Торрес открыла на планшете фотографии перерезанного тормозного шланга — чисто, преднамеренно. Слепые зоны складских камер были отмечены красным.
— Криминалисты подтверждают: шланг был разрезан в промежутке между вечером пятницы и второй половиной понедельника. Тот, кто это сделал, знал график инспекции, знал маршрут мисс Роблес и точно знал, где камеры их не засекут.
Марго смотрела на фотографии, чувствуя, как горечь от случившегося нарушения границ разливается по груди.
— Виктория Линден вышла из федеральной тюрьмы семь месяцев назад, и спустя три месяца она пропала с наших радаров, — сказала агент Торрес. — У нее есть мотив и ресурсы, чтобы организовать это. Мы проверяем ваших сотрудников на предмет связей.
У Марго перевернулось все внутри.
Интервью продолжалось — вопросы о персонале, протоколах безопасности и о тех, кто мог затаить обиду. Марго отвечала с отстраненной точностью, сохраняя маску, даже когда изнеможение проникало в кости.
Когда агент Торрес наконец встала, Марго чувствовала себя выпотрошенной и обнаженной.
— Спасибо за уделенное время. Я свяжусь с вами по мере продвижения расследования, — она протянула визитку. — Звоните мне напрямую, если будут еще инциденты.
— Они будут. Виктория не остановится на одной попытке, — Марго не знала, почему сказала это, просто глубоко внутри она знала это наверняка.
— Вот почему здесь мисс Донован, — агент Торрес взглянула на Эш. — Сохраняйте бдительность.
После ухода Торрес Марго осталась сидеть в конференц-зале. Она прижала ладони к стулу с обеих сторон от себя.
Эш подошла ближе, не касаясь ее, но достаточно близко, чтобы Марго ощущала тепло ее присутствия.
— Вы хорошо справились.
Марго подняла взгляд и увидела, что Эш смотрит на нее с выражением слишком нежным, слишком понимающим. Она видела, как Марго сломалась вчера, а теперь смотрела, как она переживает худший момент заново, едва удерживаясь от краха.
— Мне нужно вернуться к работе, — сказала Марго, вставая, потому что сидеть здесь под таким взглядом Эш было слишком мучительно — она чувствовала себя беззащитной.
Но когда она пошла к двери, Эш пошла рядом, так близко, что их плечи почти соприкасались, и Марго осознала, что на самом деле ей совсем не нужна та дистанция, которую она пыталась создать.
Это осознание пугало больше всего остального.
К полудню Марго укрылась в своем кабинете, нуждаясь в привычной броне стола и виде на гавань через панорамные окна. Эш заняла позицию у двери с ноутбуком, сохраняя привычную бдительность.
Резкий стук прервал изучение прогнозов по расширению бизнеса в Сиэтле.
— Войдите.
Валентина Де Лука, технический директор, вошла с таким напряжением, от которого у Марго все внутри опустилось. За ней следовала Франческа Романо, финансовый директор — сорокавосьмилетняя, острая как лезвие.
— У нас проблема, — сказала Валентина. — За ночь произошел взлом безопасности. Кто-то получил доступ к нашему исполнительному серверу, а именно — к вашим файлам.
Спина Марго напряглась.
— Каким файлам?
— Всем, — Франческа положила планшет на стол Марго и развернула его. — Ваш календарь за шесть месяцев назад и на три вперед, клиентские контракты, финансовые отчеты, протоколы безопасности, личные дела сотрудников, архивы переписки и личная корреспонденция. Все.
Список прокручивался на экране. График квартальных инспекций. Домашний адрес. Плановые встречи. Имена всех сотрудников. Друзья и знакомые. Все, что нужно, чтобы изучить ее, предсказать ее движения и найти любую уязвимость.
— Как? — Марго услышала ровность в собственном голосе — тот клинический тон, который она использовала, когда эмоции грозили захлестнуть ее.
— Две недели назад на Аделину была совершена фишинговая атака, — сказала Валентина. — Поддельный домен, который выглядел так, будто пришел от вас. Она кликнула по ссылке и скачала то, что приняла за контракт. Это был бэкдор в нашу систему.
Аделина. Ее помощница будет опустошена.
— Она не могла знать.
— Нет, — согласилась Франческа. — Эти атаки разработаны так, чтобы одурачить любого. Мы уже поговорили с ней, она понимает, что это не ее вина, но переживает тяжело.
— Когда вы обнаружили взлом?
— Сегодня в семь утра, — челюсть Валентины сжалась. — Я провожу аудиты безопасности каждый понедельник. Нашла необычные паттерны доступа и отследила их. Мы закрыли бэкдор, сменили все пароли и внедрили дополнительную аутентификацию. Но у того, кто получил доступ к вашим файлам, было двенадцать часов на скачивание всего, прежде чем мы это заметили.
Двенадцать часов. Пока Марго спала, пока ехала на работу, пока сидела на допросе ФБР, снова переживая нападение на складе, кто-то рылся в ее цифровой жизни, изучая ее привычки.
— Откуда был получен доступ? — спросила Эш, подходя к столу.
— Публичная библиотека Феникс-Ридж, центральный филиал, — Валентина вывела на планшет записи камер. — Кто-то в толстовке и маске сидел за терминалом номер три с девяти до десяти вечера. Они знали, что искали, и пошли прямиком к вашему исполнительному каталогу. К моменту прибытия ФБР их и след простыл.
— Значит, у нас ничего нет, — сказала Марго.
— У нас есть их методика, — заметила Эш. — Они терпеливы и технически подкованы. Это не было случайностью.
— Финансовые последствия могут быть значительными, — добавила Франческа. — Если они получили доступ к контрактам клиентов, то знают нашу ценовую политику, маржу и стратегии переговоров. Но что важнее — у них есть ваш график на следующие три месяца. Они знают, где вы будете уязвимы.
— Это Виктория, — с абсолютной уверенностью произнесла Марго.
Валентина и Франческа обменялись взглядами.
— Мы должны исходить из того, что у нее есть всё, — сказала Эш.
— А значит, мы меняем всё, — добавила Валентина. — Новые графики, новые маршруты, новые протоколы. Нам нужно сделать вас непредсказуемой.
Марго почувствовала, как ее тщательно выверенный график — до каждой пятнадцатиминутки, та точность, с которой Blackwell Strategic работала как часы, — оказался под угрозой хаоса.
— У меня заседания совета директоров, презентации для клиентов, квартальные отчеты, расписанные на недели вперед. Я не могу просто…
— Вы можете, — тихо сказала Эш. — Вы можете быть гибкой, когда от этого зависит ваша жизнь. Вы должны.
Их взгляды встретились, и Марго увидела в глазах Эш понимание, смешанное с отголоском извинения. Эш знала, о чем просит; она понимала, что для Марго жесткое расписание — не просто предпочтение, а механизм выживания. Но она все равно просила, потому что остаться в живых было важнее, чем оставаться в комфорте.
— Есть еще кое-что, — медленно произнесла Валентина. — В личной переписке, к которой был получен доступ, были письма вашей сестре.
Пол словно ушел из-под ног. Елена, ее сестра в Сиэтле, занимающаяся морской биологией, совершенно не подозревающая, что только что стала потенциальной целью.
— Теперь она знает об Елене, — сказала Марго, и слова прозвучали глухо.
— Мы не можем знать, что Виктория сделает с этой информацией, — сказала Франческа. — Но…
— Но Виктория знает, что у меня есть семья, — закончила Марго, чувствуя тошноту. — Она знает, что есть люди, которые мне дороги.
— Я свяжусь с ней, как только мы закончим, — быстро сказала Эш. — Проведу полный инструктаж по безопасности, посоветую изменить привычный распорядок и сохранять бдительность.
Марго почувствовала волну облегчения, за которой тут же последовало чувство вины, что она сама не предложила это сделать.
— Спасибо.
Когда Валентина и Франческа ушли, договорившись координировать действия с агентом Торрес, Марго встала у окна, глядя на гавань, но ничего не видя. Послеполуденный свет теперь казался неправильным — слишком ярким, слишком открытым. Ее кабинет всегда был убежищем, а теперь ощущался как аквариум.
Позади она услышала тихие шаги Эш.
— Это другое, — сказала Марго, не оборачиваясь. — На складе все было прямо. Это насилие, которое я видела. А это…
— Интимно, — закончила Эш, вставая рядом. — Цифровые нарушения часто ощущаются хуже, потому что они невидимы. Кто-то был внутри вашей жизни, читал то, что предназначалось только для вас.
— Она повсюду, — прошептала Марго. — Мой дом, моя компания, мои файлы. Больше нет места, где я чувствовала бы себя в безопасности.
— Посмотри на меня.
Марго обернулась и увидела, что Эш смотрит на нее с выражением одновременно твердым и мягким.
— Сейчас нигде нет полной безопасности, — сказала Эш. — Это правда. Но ты не одна в этом. Валентина работает над защитой. Франческа занимается финансовыми рисками. Агент Торрес координирует расследование. А я здесь, чтобы убедиться, что ничто не причинит тебе вреда.
— У нее было двенадцать часов доступа к моим файлам, — Марго услышала дрожь в собственном голосе и возненавидела ее. — Что она планирует?
— Я пока не знаю, — честность Эш успокаивала больше, чем любые ложные заверения. — Но теперь мы знаем, что у нее есть, а значит, можем этому противостоять. Она думает, что знание твоего календаря дает ей преимущество, но мы сделаем так, чтобы каждый фрагмент информации, который она украла, стал бесполезным.
Марго хотела верить ей. Она хотела верить, что одной компетентности будет достаточно. Но Виктория уже доказала, что она терпелива, методична и готова потратить месяцы — может, годы — на планирование идеального момента для удара.
— Спасибо, — тихо сказала Марго. — За то, что подумала позвонить Елене, когда я сама не догадалась.
— Моя работа — думать обо всем.
Но рука Эш поднялась и на мгновение коснулась плеча Марго. Контакт был теплым и заземляющим.
— Ты справляешься лучше, чем справилось бы большинство.
Прикосновение длилось всего несколько секунд, прежде чем Эш отстранилась, восстановив профессиональную дистанцию. Но что-то замерло в пространстве между ними.
Марго открыла ноутбук, пытаясь сосредоточиться на предложении по расширению в Сиэтле, которое внезапно показалось бесконечно далеким от всего, что действительно имело значение. Но мысли постоянно возвращались к Виктории, читающей ее письма, изучающей календарь и планирующей следующий шаг.
А под этим страхом, тише, но настойчивее: тепло руки Эш на плече и то, как сильно ей хотелось, чтобы эта рука не убиралась.
