ЛЕД , КОТОРЫЙ ПОМНИТ ИХ КРОВЬ

Пекин, Китай. 4–20 февраля 2022 года --- Командный турнир. 4–7 февраля Аня не попала в командный турнир. Французская сборная была слаба — ни одного шанса на медаль. Она смотрела соревнования из раздевалки, кусая губы от досады. Эстер сидела рядом, комментировала прыжки, но Аня не слушала. Она смотрела на американцев. На японцев. На русских. Русские. Без неё. По телевизору показывали Алёну Косторную — она катала короткую программу за ОКР. Аня выронила телефон. — Что с тобой? — спросила Эстер. — Там Алёна. Она... она должна была быть в запасе. Камила провалила допинг? — Новости пришли вчера. Ты не знала? Аня покачала головой. Она не знала. На табло загорелись итоговые результаты командного турнира. Командный турнир. Итоговое распределение медалей (перераспределённые результаты) 1. США · Мужчины: Нейтан Чен (короткая), Винсент Чжоу (произвольная) · Женщины: Карен Чен · Спортивные пары: Алекса Книрим / Брэндон Фрейзер · Танцы на льду: Мэдисон Хаббелл / Закари Донохью (короткая), Мэдисон Чок / Эван Бейтс (произвольная) 2. Япония · Мужчины: Сёма Уно (короткая), Юма Кагияма (произвольная) · Женщины: Вакаба Хигучи (короткая), Каори Сакамото (произвольная) · Спортивные пары: Рику Миура / Рюичи Кихара · Танцы на льду: Мисато Комацубара / Тим Колето 3. ОКР / Россия · Мужчины: Марк Кондратюк (короткая), Миша Базылюк (произвольная) · Женщины: Алёна Косторная (короткая), Анна Щербакова (произвольная) · Спортивные пары: Анастасия Мишина / Александр Галлямов · Танцы на льду: Виктория Синицина / Никита Кацалапов Аня смотрела на фамилию Базылюк. Миша. Её Миша. Который выбрал Алёну. Который стоял с ней у подъезда и не поцеловал. Она перевела взгляд на мужскую сборную США. Карен Чен в женской. Нейтан Чен и Винсент Чжоу в мужской. Ильи Малинина не было. Его не взяли. Аня представила его лицо, когда он узнал. Илья — лучший в мире по технике, но ему отказали. Опыта мало. Не доверяют. — Ты плачешь? — спросила Эстер. — Нет, — соврала Аня. Она выключила телевизор и ушла в свою комнату. --- Личные соревнования. Женщины — 15 февраля Аня выходила на лёд как в тумане. Короткая программа — четвёртое место. Позади — японка, кореянка, американка. Впереди — три русские: Алёна Косторная, Саша Трусова, Анна Щербакова. Аня не смотрела на них. Не могла. Произвольная программа стала чисткой. Она прыгала чисто. 4F, 4Lo, 4T+3T, 3A, 4T+1Eu+3S. Всё чисто. Зал аплодировал, но Аня не слышала. Она каталась на автомате — тело работало, душа была где-то в другом месте. Финал. Табло замерло. Потом загорелось. 1. Анна Щербакова — 255.95 2. Александра Трусова — 251.73 3. Анна Лебедева — 249.61 Аня смотрела на табло. Третье место. Она проиграла. Снова. Как на чемпионате страны. Только теперь — Олимпиада. Щербакова плакала на пьедестале. Трусова кусала губы, сжимала серебро. Аня стояла с бронзой и чувствовала только пустоту. Эстер обняла её. — Ты сделала всё, что могла. — Недостаточно, — ответила Аня. --- Личные соревнования. Мужчины — 17 февраля Илья шёл шестым. Опыта не хватало. Он только вышел из юниоров, а здесь — взрослые волки. Нейтан Чен — ледяное спокойствие. Юма Кагияма — японская точность. Сёма Уно — артистизм. Юдзуру Ханю — живая легенда. Миша Базылюк — тот самый, который... Илья не думал о нём. Сосредоточился на прыжках. 4A — чисто. Но не идеально. Судьи сняли баллы за выезд. 4Lz+3T — падение. 4F — чисто. Вращения — хорошо, но недостаточно для топ-3. Финал. Табло: 1. Нейтан Чен — 332.60 2. Юма Кагияма — 310.05 3. Сёма Уно — 293.00 4. Юдзуру Ханю — 287.45 5. Миша Базылюк — 280.34 6. Илья Малинин — 275.89 Илья смотрел на цифры. Шестое место. Не провал, но и не победа. Внутри всё кипело — от обиды, от злости, от того, что Миша Базылюк оказался на пятой строчке. Выше него. Отец подошёл сзади. — Ты сделал, что мог. — Я упал на лутце, — сказал Илья. — В следующий раз не упадёшь. Илья кивнул, но внутри всё кипело. --- 18 февраля. Вечеринка Самый большой номер в олимпийской деревне принадлежал американцам — они отвоевали его после командного золота. Но сегодня дверь была открыта для всех. Русские, американцы, японцы — смесь флагов, языков и алкоголя. Аня пришла, потому что Алиса уговорила. — You need to drink. You're too tense, — сказала Алиса, протягивая ей стакан с чем-то крепким. (Тебе надо выпить. Ты слишком напряжена.) — What is this? (Что это?) — Vodka. From the Russians. They brought a lot. (Водка. От русских. Они привезли много.) Аня выпила залпом. В горле зажгло. Потом ещё. И ещё. Через час она уже не чувствовала пола под ногами. Мир плыл, звуки смешивались в один сплошной гул. Алиса куда-то исчезла — утащили танцевать. Вокруг смеялись, кричали, кто-то целовался в углу, кто-то играл на гитаре. Аня стояла у стены, прижимаясь спиной к холодной поверхности, и смотрела сквозь толпу. Потом чья-то рука легла на её талию. Сильно. Властно. — Привет, Анюта. Она подняла голову. Миша Базылюк. Стоит перед ней, улыбается — не той улыбкой, которую она помнила. Другой. Пьяной. Расслабленной. В глазах — что-то скользкое, что заставило её внутренне сжаться. — Миша, — выдохнула Аня. — Ты здесь. — Здесь. Давно не виделись. — Давно. Он взял её за руку. Не нежно — как когда-то. Просто схватил за запястье и потянул за собой. Аня попыталась вырваться, но пальцы держали крепко. — Куда мы? — Тихо, — сказал он, не оборачиваясь. — Отойдём. Они прошли через толпу. Кто-то окликнул Мишу — он отмахнулся. Кто-то засмеялся им вслед. Аня споткнулась о чей-то чемодан, но Миша дёрнул её за руку, удержал, почти оторвал от пола. Маленькая комната. Не подсобка — кладовка. Метлы, коробки, запах пыли и стирального порошка. Миша закрыл дверь. Темно. Только щель света снизу. — Что мы здесь делаем? — спросила Аня. Голос дрожал. Она ненавидела себя за эту дрожь. — Играем, — сказал Миша. Подошёл ближе. — Во что? — Семь минут рая. Не слышала? Аня слышала. Все слышали. Дурацкая игра, в которой целуются в темноте, пока кто-то не откроет дверь. — Миша, я не хочу... — Не ссы, — перебил он. — Расслабься. Он взял её за подбородок. Сильно. Больно. Задрал голову вверх, так что она посмотрела ему в глаза. В темноте они блестели — мутно, пьяно. — Ты же хотела этого, — сказал он. — Всё время, пока мы дружили. Хотела. Я знаю. Аня открыла рот, чтобы сказать «нет». Чтобы сказать «это было давно». Чтобы сказать «ты выбрал Алёну, ты ушёл, ты бросил». Но он уже целовал её. Грубо. Не так, как у подъезда, когда они чуть не поцеловались и она бежала домой читать письмо. Другим ртом. Другими губами. Твёрдыми, настойчивыми, чужими. Аня попыталась отстраниться. Уперлась ладонями ему в грудь. Он не сдвинулся. — Миша, хватит... — Тихо, — сказал он. — Тихо. Руки полезли под кофту. Холодные. Сильные. Аня дёрнулась, но алкоголь сделал тело ватным. Голова кружилась. Стены плыли. — Перестань. — Не ссы, говорю. Он толкнул её к стене. Аня ударилась затылком о полку — больно, искры из глаз. Миша навис сверху. Его дыхание перебивало запахом водки и чего-то кислого. — Ты думала, я забыл? — спросил он, расстёгивая её джинсы. — Как ты на меня смотрела? Как хотела? Знал я. Всё знал. — Миша, нет... пожалуйста... Аня попыталась вывернуться. Он прижал её плечи к стене. — Ты моя, — сказал он. — Всегда была моей. Она закрыла глаза. Не видеть. Не чувствовать. Только стена за спиной — холодная, пыльная. И его руки — грубые, чужие. И его голос — шёпот, грязный, который она никогда не забудет. — Расслабься. Тебе же нравится. Ты же хотела. Аня закусила губу до крови. Она не помнила, сколько это длилось. Может, минуту. Может, всю жизнь. Просто обрывки — тяжесть его тела, запах алкоголя, боль внизу живота. Её слёзы, которые текли молча, чтобы он не слышал. Потом дверь открылась. Чей-то голос: — Время вышло, чуваки. Миша отодвинулся. Встал. Поправил джинсы, не глядя на неё. Вытер рот тыльной стороной ладони. — Извини, — сказал он и вышел. Аня осталась сидеть на полу. Кофта разорвана у ворота. Джинсы расстёгнуты. Волосы спутаны. На губах — привкус крови. Она не плакала. Просто сидела, сжимая колени, и смотрела в стену. Семь минут. Это всё, что потребовалось Мише Базылюку, чтобы уничтожить ту девочку, которая когда-то в него влюбилась. --- От лица Ильи М. Он искал её полчаса. На вечеринке не было. В её комнате не было. В коридоре — нет. Алиса сказала, что видела, как Миша увёл её куда-то. У Ильи внутри всё оборвалось. Он обошёл весь этаж. Заглядывал в каждую дверь. Потом нашёл — полуоткрытая дверь в чулан для уборочного инвентаря. Свет не горел. Только щель из коридора. Он толкнул дверь. Аня сидела на полу. Кофта разорвана. Волосы спутаны. Губы разбиты — не её, чужие. Илья опустился на корточки рядом. Сердце колотилось так, что он слышал удары в висках. — Аня. Она подняла голову. Глаза красные, распухшие. Пустые. Как у куклы. — Илья, — прошептала она. — Что случилось? Она молчала. Сжала колени сильнее. — Аня. Что. Случилось? Тишина. Потом — шёпот. Такой тихий, что он едва расслышал: — Миша. Базылюк. Илья застыл. Внутри что-то оборвалось — и тут же взорвалось яростью. Кулаки сжались сами собой. Кровь прилила к лицу. — Где он? Аня схватила его за руку. Пальцы — ледяные, дрожащие. — Не надо. Пожалуйста. Не надо. Илья смотрел на неё. На её разорванную кофту. На синяки на запястьях — следы его пальцев. В голове билась одна мысль: убить. Найти. Убить. Но она держала его. И её слёзы — первые слёзы, которые он видел у неё после той ночи в Лионе, — остановили его. — Не уходи, — прошептала Аня. — Пожалуйста. Не уходи. — Не уйду, — сказал Илья. Он сел рядом на холодный пол. Снял свою олимпийскую куртку, накинул ей на плечи. Она сначала дёрнулась — не хотела, чтобы к ней прикасались. Потом обмякла. Уткнулась лицом в его грудь и заплакала. По-настоящему. Громко. С надрывом. Так, будто внутри неё наконец прорвало плотину, которую она строила годами. Илья гладил её по голове и молчал. Базылюк. Он запомнил это имя навсегда. --- От лица автора (финал) Той ночью Аня не вернулась в свою комнату. Она уснула в комнате Ильи. Американский блок. Его сосед — парень из танцевальной сборной — молча взял подушку и ушёл к кому-то другому. Никто не задавал вопросов. Спортсмены всё понимали без слов. Илья сидел рядом, держал её за руку, смотрел в потолок. Базылюк сделал это. В чулане. Пьяную. На вечеринке, которую устроили в честь побед. Илья вспоминал каждую секунду. Как Миша улыбался на командном турнире. Как жал руку. Как стоял на пьедестале. А потом нашёл Аню. Сделал это. — Я убью его, — прошептал Илья в пустоту. Аня спала. Её рука лежала в его ладони. Холодная. Тонкая. Сломленная. Утром она ушла тихо, пока он не проснулся. Оставила записку: «Спасибо. Не ищи меня. Мне нужно время». Илья сжал бумагу в кулаке. Он найдёт её. Обязательно. Но сначала — Базылюк.