ЛЕД , КОТОРЫЙ ПОМНИТ ИХ КРОВЬ

Лион — Вирджиния — Пекин. Декабрь 2021 — февраль 2022 --- От лица Ани Л. На следующий день после Гран-при Аня проснулась от того, что кто-то колотил в дверь номера. Спросонья она не поняла, где находится. Потом вспомнила — Лион. Гостиница. Шампанское. Илья. Она села на кровати. Рядом никого не было. На тумбочке — записка. «Спишь как убитая. Не стал будить. Отец ждал внизу. Напиши, когда прилетишь во Францию. Илья». Аня перечитала два раза. Убрала в карман. Через три часа она была в самолёте до Парижа. Мать встретила в аэропорту объятиями и круассаном. — Ты в порядке? — спросила Елена. — Да, — соврала Аня. Она смотрела в окно автомобиля на проплывающие мимо французские деревни и чувствовала только одно: восемь недель до Пекина. Но уже на следующий день всё изменилось. --- От лица Ильи М. Вирджиния встретила его холодом и серым небом. Дом — большой, деревянный, с верандой и американским флагом на крыльце. Илья вылез из такси, закинул сумку на плечо и вошёл внутрь. Мать была на кухне. — Илья! — Татьяна Малинина обняла сына так крепко, что он чуть не задохнулся. — Ты похудел. Ты вообще ел там, во Франции? — Мам, я нормально ел. — Нормально он ел. Посмотри на себя. Отец вошёл следом, снял куртку и повесил на вешалку. — Отпусти его, Таня. Дай человеку отойти с дороги. Илья поднялся в свою комнату. Стены всё те же — плакаты с фигуристами, фотографии с соревнований. Он сел на кровать и достал телефон. Написать Ане? Не написать? Написал. «Долетел. Ты как?» Ответ пришёл через минуту. «Жива. Мать кормит круассанами». Илья усмехнулся. «Углеводы — это важно». «Ты теперь диетолог?» «Я теперь олимпиец». «Скромно». «Это я умею». Они переписывались весь вечер. В какой-то момент Аня написала: «Мне тебя не хватает». Илья смотрел на экран минуту. Ответил: «И ты мне». Через три дня Роман Скорняков постучал в дверь его комнаты. — Разговор есть, — сказал отец. Илья вышел в гостиную. Роман сидел в кресле. — Я звонил её тренеру, — сказал Роман. — Эстер. Илья замер. — Зачем? — Она готовит фигуристку к Олимпиаде. У нас тут отличные условия. Почему бы ей не приехать сюда? Пусть летит одна. Мать и тренер встретятся с ней в Пекине. А здесь она будет с нами. — Ты предлагаешь... — Я предлагаю помочь. У неё нет команды во Франции. А у нас есть всё. И ты. Последнее слово повисло в воздухе. — Это не потому, что ты к ней неровно дышишь, — добавил Роман. — Хотя я не слепой. Это потому, что ей нужна помощь. Звони. Илья схватил телефон. --- От лица Ани Л. — Что?! — Аня выронила телефон. Пришлось поднимать с пола. — Илья звонил? — спросила мать с кухни. — Да. Его отец приглашает меня... в Америку. К ним. Тренироваться. Одна. Ты и Эстер прилетите в Пекин. Елена вышла из кухни с полотенцем в руках. — В Америку? Одна? — Да. — Ты поедешь? Аня задумалась. Восемь недель до Пекина. Одна тренерша, которая говорит только по-французски. Против команды, которая воспитала фигуриста с четверным акселем. — Поеду, — сказала Аня. Елена вздохнула. — Тогда собирай вещи. Через три дня Аня стояла в аэропорту с тремя чемоданами, чехлом для коньков и матерью, которая держала её за руку. — Ты уверена? — спросила Елена. — Нет, — сказала Аня. — Но всё равно поеду. Она села в самолёт, достала наушники, включила «Experience» Эйнауди. За окном проплывали облака. Через десять часов — Америка. --- От лица Ильи М. Он ждал её в аэропорту. Стоял у выхода, сжимая в руке букет белых роз. Знал, что это глупо. Делал вид, что не ждёт. Писал сообщения, смотрел в телефон, отводил взгляд каждые пять секунд к дверям. Потом увидел. Аня шла через зал прилёта в джинсах и свитере, с чехлом за спиной. Три чемодана — две руки, не хватало. Она тащила их как могла. Илья подбежал, схватил два чемодана. — Я помогу. — Спасибо, — выдохнула Аня. Они стояли друг напротив друга. Полметра. — Это тебе, — Илья протянул розы. — Ты идиот, — сказала Аня. — Возможно. Она взяла цветы. Пальцы дрожали. Роман подошёл сзади. — Поехали. Холодно. Татьяна Малинина ждала их в доме с пирогом. — Ты, наверное, Анна, — сказала она по-русски. — Проходи, раздевайся. Я Татьяна. — Очень приятно, — ответила Аня. — Илья про тебя рассказывал. Садись за стол. Аня села. Огляделась. Большой дом, тёплый свет, на стенах — фотографии. Илья маленький с коньками. Илья с кубком. Илья с родителями и маленькой девочкой. — А где Лиза? — спросил Илья. В ответ из коридора раздался топот маленьких ног. — Кто приехал? Кто приехал? — кричал детский голос. В комнату влетела девочка. Шесть лет, светлые волосы, большие глаза — копия Ильи в юбке. Увидела Аню — остановилась. — Ты та самая фигуристка? — спросила Лиза, глядя на Аню снизу вверх. — Да. Я Анна. — Анна, — повторила Лиза, пробуя имя на вкус. — А ты умеешь делать тройной аксель? Аня рассмеялась. — Умею. — А Илья умеет четверной аксель, — сказала Лиза с гордостью. — Он лучший. — Я знаю. Я видела. Лиза подбежала к ней и взяла за руку. — А покажешь мне? Завтра? На льду? — Лиза, дай человеку сначала вздохнуть, — сказала Татьяна. Но Аня посмотрела на маленькую девочку и не смогла отказать. — Завтра. Покажу. Лиза радостно завизжала и обняла её за талию. Илья стоял в дверях и улыбался. --- От лица Ани Л. (первые дни в Вирджинии) Америка оказалась не такой, как в кино. Вместо небоскрёбов — леса. Вместо суеты — тишина. Комната Ани была на втором этаже, рядом с комнатой Ильи. Маленькая, но уютная, с окном во двор. Каток — отдельное здание рядом с домом. Роман построил его несколько лет назад для Ильи. На первую тренировку вышла одна. Эстер и мама — в Пекине, через три недели. Сейчас только лёд, тишина и Роман у бортика. — Четверной риттбергер, — сказал Роман. Аня сделала. Чисто. — Четверной флип. Чисто. — Тройной аксель + двойной тулуп. Чисто. Роман кивнул. — Хорошо. Но ты можешь лучше. Аня кивнула. Он был прав. После тренировки Илья подъехал к бортику. — Ты сегодня летала. — Я всегда летаю. Иногда просто падаю. — Не падай. — Постараюсь. Они стояли близко. Смотрели друг на друга. — Не здесь, — тихо сказала Аня. — А где? — Не знаю. Он улыбнулся. Не настаивал. Вечером в дверь Ани постучали. Три коротких удара — детские. — Войди, — сказала Аня. Лиза просунула голову в щёлку. — Ты занята? — Нет. Что случилось? Лиза забежала в комнату, забралась на кровать и села, поджав ноги. — Илья говорит, что ты лучшая после него. — Он так сказал? — Да. Я слышала. Он разговаривал с папой. Аня улыбнулась. — Он неправ. Я лучше него. — Нет, не лучше, — серьёзно сказала Лиза. — Илья — лучший в мире. — Ладно-ладно. Ты победила. Лиза довольно улыбнулась, потом посмотрела на Аню с любопытством. — А он тебе нравится? Аня поперхнулась. — Что? — Нравится. Тебе. Мой брат, — повторила Лиза медленно. — Лиза, это сложно... — Сложно — значит да, — сказала Лиза и спрыгнула с кровати. — Я пойду скажу ему. — Лиза! Даже не смей! Но Лиза уже убежала, хохоча. Аня упала лицом в подушку. --- От лица Ильи М. (развитие) Дни потекли по расписанию. Утро — лёд. Обед — с семьёй. Вечер — снова лёд или ОФП. Лиза прилипла к Ане как клей. На тренировках сидела у бортика, смотрела огромными глазами. Дома таскала её за собой показывать свои игрушки. Рисовала для неё картинки. — Анна, смотри! Я нарисовала тебя! На рисунке была палка-палка-огурец с короной на голове и коньками. — Красиво. Я повешу это на стену. — Правда? — Правда. Лиза сияла. Илья смотрел на них и чувствовал, как внутри что-то переворачивается. Однажды вечером он застал Аню на веранде. Она сидела, укрывшись пледом, смотрела на звёзды. — Можно присоединиться? — Это твой дом. Он сел рядом. — Лиза тебя обожает. — Она очаровательна. — Она спросила меня вчера, не выйдешь ли ты за меня замуж. Аня поперхнулась воздухом. — Что ты сказал? — Я сказал, что ты ещё не сделала предложение. Аня ударила его по плечу. — Ты невозможен. Он засмеялся. Потом замолчал. — Аня. — М? — Я рад, что ты здесь. Она посмотрела на него. Некоторое время молчала. — Я тоже, — наконец сказала она. Он взял её за руку. Она не отняла. --- От лица Ани Л. (знакомство с Алисой Лью) Через две недели Роман привёз на каток ещё одну фигуристку. Алиса Лью — её Аня узнала сразу. Американская звезда, ровесница, прыгала четверной лутц. — Anna, this is Alysa, — представил Роман. — Hi, — сказала Алиса. — Hi, — ответила Аня. — I've seen your programs. That quad loop is insane. (Я видела твои программы. Твой четверной риттбергер — безумие.) — Thanks. Your lutz is... also insane. (Спасибо. Твой лутц... тоже безумие.) — We're both insane. Good. (Мы обе безумны. Хорошо.) Они покатались вместе час. Потом сидели в раздевалке, пили воду. — So. What's going on with you and Ilia? (Так. Что у вас с Ильёй?) — Nothing. (Ничего.) — Liar. I've seen the way he looks at you. (Врунья. Я видела, как он на тебя смотрит.) — He looks at everyone like that. (Он на всех так смотрит.) — No. No, he doesn't. (Нет. Неправда.) Аня промолчала. — It's okay. Your secret is safe with me. But you should tell him how you feel before Beijing. You never know what happens at the Olympics. (Ничего страшного. Твой секрет со мной в безопасности. Но ты должна сказать ему, что чувствуешь, до Пекина. Никогда не знаешь, что случится на Олимпиаде.) — What's that supposed to mean? (Что это значит?) — It means... life is short. Jump high. Love hard. (Это значит... жизнь коротка. Прыгай высоко. Люби сильно.) Аня посмотрела на Алису. Та улыбнулась, встала и ушла. --- От лица Ани Л. (накануне отлёта) Последняя неделя в Вирджинии была самой тяжёлой. Спарринги на льду — Аня против Ильи. Кто больше прыгнет? Кто чище откатает? Аня проигрывала. Но с каждым разом — меньше. — Ты догоняешь, — сказал Илья после одной тренировки, тяжело дыша. — Ещё немного — и обгоню. — Не обгонишь. — Посмотрим в Пекине. Они стояли в раздевалке. Дверь была закрыта. Роман ушёл. Татьяна с Лизой на кухне. — Аня, — сказал Илья. — М? — Завтра мы улетаем. Олимпиада. — Я знаю. — Я должен тебе кое-что сказать. — Тогда говори. Он подошёл ближе. Взял её лицо в ладони. — Я не хочу усложнять. Но я больше не могу притворяться. — Притворяться, чем? — Что ты мне не нужна. Что я не думаю о тебе каждый раз, когда прыгаю. Что я не... Он не договорил. Поцеловал её. Крепко. Так, будто боялся, что больше не будет возможности. Аня ответила. Пальцы сжимали его куртку. — Это ничего не значит? — спросила она, отстраняясь. — Всё значит, — ответил Илья. Они стояли, прижавшись лбами. — Не усложняй, — попросила Аня. — Слишком поздно, — сказал Илья. --- От лица автора (отлёт в Пекин) Аэропорт гудел как растревоженный улей. Сборная США — синие куртки, флаги, чемоданы. Аня стояла в стороне — в чёрном, без флага. Французская форма будет ждать её в Пекине. Лиза обнимала её за ноги и не отпускала. — Ты обещаешь, что вернёшься? — спросила девочка, глядя снизу вверх. — Обещаю, — сказала Аня, гладя её по голове. — И ты привезёшь мне медаль? — Постараюсь. — Илья сказал, что ты привезёшь. Аня посмотрела на Илью. Он стоял у стойки регистрации, смотрел на неё. — Тогда привезу, — сказала Аня. Татьяна обняла Аню. — Удачи. Берегите друг друга. — Обязательно, — ответила Аня. Роман пожал ей руку. — Ты готова. Не сомневайся в себе. Объявили посадку. Аня взяла ручную кладь, чехол с коньками, глубоко вдохнула. Пекин. Олимпиада. Две недели льда, крови и музыки. Она шагнула в самолёт. Сзади шёл Илья. Они сели в разных концах салона — разные сборные, разные места. Но перед взлётом Аня достала телефон. Сообщение от Ильи: «Увидимся в Пекине. Не падай». Она улыбнулась и ответила: «Ты тоже». Самолёт оторвался от земли. Впереди — главный старт.