Ржавчина и бархат

Сердце, которое любит, может создавать музыку на тени, но звуки её не будут услышаны

«Называет меня праведной? Серьезно?»—подумала я. —Если я праведная, то ты грешный,—выразила я, и чуть отвернула от него корпус тела, чтобы не так сильно сверлить его взглядом, —Праведность и грешность…ржавчина и бархат…добро и зло,—усмехнулся Нираги, добавляя в эту фразу нотку токсичности и эгоизма, пренебрежения,—а скажи мне, сладкая…—он сжал мое запястье так сильно, что на мгновение я задумалась о синяке, который скорее всего проявится вечером,—почему же ты такой ангелок? Я напрягла мышцы, готовясь в любой момент ударить его.  —Ты такая хрупкая и нежная, такая правильная и аккуратная даже в этом ужасном мирке…—Нираги словно создавал прелюдия, пока я въежившись в землю ногами стояла неподвижно,—так ответь, зачем же соблюдаешь законы в прогнившем месте?!—закричал он, отталкивая мою руку. Я сосредоточила все силы в кулаки и со всей дури ударила Сугуру по плечу, но он не поддался и лишь усмехнулся и отпрыгнул.  «Это манипуляции?! Зачем он делает это?!» —Это место прогнило из-за таких как ты!—выкрикнула я. Нираги схохотнул: —Нет, деточка. Яблоня от яблони не далеко падает,—процедил он, снова более нежно и даже немного страстно проводя по моей шее. Я отошла на шаг назад. —К чему ты клонишь? Словно этот безумный смешок: —Я клоню к тому, что создатель этого места и есть давно сгнившее яблоко. Как такой человек может создать правильное место?!—спросил с издевкой Нираги, резко хватая с ближайшего лежака алкогольный напиток. Он разом залил все в себя и бросил стеклянный стакан в сторону бассейна, где он, собственно, и разбился вдребезги. —Зачем ты говоришь мне это?!—спросила я, от волнения и некого страха перед грозной, высокой и худощавой фигуре в рубашке с принтом жирафа наворачивались слезы. —Для того, сладкая, чтобы ты не делала  здесь из себя ангелочка,—он коснулся моей ключицы,—ведь тебя могут сломать…например, такие как я?—с оскалом задал риторический вопрос Нираги. —Зачем…зачем ты приближаешься ко мне?!—выкрикнула я, толкая его в пресс, плечи, ноги. Он лишь ухмылялся, поправил оружие на плече и промолчал. Затем медленно побрел в сторону отеля небрежной, хмельной походкой, а за ним по пятам следовал запах перегара и сигарет. Я покривилась. Он брел вперед. Я окрикнула его: —Зачем ты приближаешься ко мне?! Сугуру в состоянии опьянения чуть не упал, пока оборачивался на меня, но когда обернулся выдал: —Не знаю,—он остановился, выкурил одну сигарету,—может…потому, что ты мне нравишься? Я оцепенела, стало немного мерзко. Я резко обернулась в другую сторону и быстрым  шагами ушла с этого места на самый дальний лежак под темным зонтом, где точно никто не начнет до меня докапываться, Быстро уходя, я видела как люди в бассейне пристально наблюдают за удаляющейся ото всех мной, за надравшимся как скотина Сугуру.  Стало неловко, хоть я и знала, что все девушки пляжа пытаются угнаться за ним. Но увы, Сугуру предпочитает лишь развлечения на ночь, либо, собутыльника на вечер. Я плохо знала его, но считала, что он не может отдавать предпочтение долгосрочным отношениям. К тому же, у него наверняка их никогда и не было? Какая идиотка захочет терпеть этого нахального, эгоистичного мудака? «А возможно это буду я?» Бр-р-р…Нет, не за что, Я не знаю, что я испытывала к нему.  С первого дня я поняла все о его характере. «Чия сан?» «А чего руку протягиваешь, детка?…» «Случаем не Фудзино Чия?» Этот идиот засел в моей голове. Все его харизматичные и в то же время глупые выходки нашли в моем сознании пустое местечко, где и смогли засесть за такой короткий промежуток времени. И я чувствовала, как мысли о нем разъедают мое восприятие всего происходящего. «Боишься кого то? Может, меня?» «Спящая красавица, ты копыта откинула?» Колкие фразочки, звенящие в моей голове, всегда напоминали о себе и об их владельце.  Я не понимала, что с собой нужно сделать, чтобы он больше не приходил в мою голову? За какие грехи я заслужила это? Что за идиотизм? Я застряла в своих мыслях, но чтобы освежить…или наоборот затуманить и запудрить себе сознание, решила заказать коктейль и текиллы. Направляясь к бару, я заметила некоторые знакомые лица в виде Анн и Куины. «Ого, я первый раз вижу, чтобы Анн вышла на вечеринку…»—подумала я, пристально наблюдая за ними. Куина усадила их на лежак, расположенный, к счастью, вдали от меня, Мне нравилась их компания, но не сегодня. Сейчас я бы хотела посидеть одна. Залив в себя алкоголь я почувствовала, как он приятно растекся по моему желудку, словно проник во все уголки организма. —Ммм…—промычала я себе под нос, попивая напиток. Я насслаждалась моментом наедине с собой. —Привет.—издалось сзади меня. Именно этот голос словно со всей силы ударил по моим барабанным перепонкам. Голос этого «равнодушного», безразличного белобрысого идиота. Чишия Шунтаро. Его вечный пофигизм ко всем ситуациям напрягал меня. Я резким движением разбила бокал с алкоголем об землю и обернулась к нему: —Да чего тебе от меня нужно?! Пришел нравоучать? Пришел рассказывать об устройстве этого мира?!—риторически спросила я, и поправив грубым движением купальник отвернулась от него. Сзади себя я услышала раздражающий смешок: —Напомнила мне Сугуру,—с ухмылкой произнес он. Я сжала кулаки и стала вспоминать, чего же такого сделал сегодня боевик, чем я напомнила белобрысому его? Но он прервал мои размышления,—импульсивность в виде битья посуды. Я постаралась успокоиться. Я не хотела, чтобы меня сравнивали с импульсивностью, а тем более с Нираги. Я промолчала и посмотрела вниз на последствия моего гнева. В осколках отражалось мое лицо. Лицо, наполненное агрессией. Неужели, контактируя с этим не нормальным я превращаюсь в него? Беру его привычки себе? —Извини…просто,навалилось переживаний в последнее время,—сказала я, тревожно поправляя волосы,—еще и Сугуру чудит…обстановка накаляется и мне тревожно. —Оправдываешься?—спросил Чишия, затем усмехнулся от моего лица после его вопроса и извинился,—шутка,шутка. Я медленно кивнула в знак того, что я «поняла» его не смешную шуточку и отвернулась, чтобы больше не пересекаться взглядами, но он продолжил: —Ты никогда не задумывалась об отношениях номера 1 и номера 2 на пляже?—спросил меня самодовольный парень сбоку. Вопрос заинтересовал меня. «Ведь не спроста он спрашивает это. Наверно, что-то знает?» —Нет, а что между ними?—поинтересовалась я, сложив руки на груди. Чишия сделал задуманный вид, интригующе помолчал, пожав плечами и подразнив меня ответил: —Думаю, что напряжение. Я закатила глаза. Ну почему нельзя конкретнее ответить? Что за мистер загадка? Или мистер придурок? —А какое именно? —Миллион вольт.—коротко ответил он и ухмыльнулся. Чишия прислонился спиной к деревянной барной стойке и прикрыл глаза. —Может, ответишь  не ребусом?—попросила я парня, делая жалобное но в то же время раздраженное лицо на его шарадки. Чишия поправил руки в карманах, но просто проигнорировал мой вопрос. И вместо развернутого и понятного ответа сказал: —Ты все увидишь. Время меняется, как и власть.—это все, что он пробормотал мне и снова устремил свой взгляд куда то вдаль.  Чишия был загадочным и интригующим. Но для чего ему этот образ здесь? Возможно, еще и манипулятивным. Возможно, он использовал здесь людей для своих целей. Правда, пока я не знала, так это или нет… Оставалось лишь гадать. Я не захотела больше беспокоить Шунтаро и,просто показав ему саркастический палец «вверх» и, резко убрав его, попрощалась с ним и направилась в свой номер.  Я шла по территории красиво оборудованной утопии под названием «пляж». Вода в моих шлепках хлюпала с каждым шагом. Вокруг были красивые растения, подсветки и много алкоголя, пепельниц и людей, трахающихся на лежаках. Я не сомневалась, что по вечерам Нираги мог быть одним из тех, кто занимается подобным прям на лежаках. И для меня прилюдные занятия сексом не были чем то в порядке вещей. «Нет, ну пускай делают что хотят…»—думала я, но во всяком случае я так делать не стану. Я решила пройтись до аллеи, которая располагалась сзади пляжа.  Она была совсем не оборудована, стояли деревянные скамейки, из которых могли торчать занозы, фонари не все горели.  Я шла по каменной тропинке, которая должна была привести меня хотя бы к одной из скамеек.  Но взгляд мой зацепился за глубокие и проницательные глаза цветом нефти, подсвечиваемые уличным фонарем. Фигура Нираги была на половину освещена фонарем, стоявшим слева от него. Профиль был красиво очерчен светом. Я подошла ближе и, не торопясь уселась рядом. —Ну привет.—произнесла коротко я. И очень резко и неожиданно почувствовала на себе тяжелое дыхание. Обстановка начала накаляться, воздух вокруг нас сгущаться. Нираги обдул меня горячим дыханием. —Привет, детка.—сладко прошептал он мне на ухо. Его голос был полон алкогольного опьянения, рядом с ним я заметила полную в окурках пепельницу и одну бутылку соджу, в то время как у меня в руках была лишь вода с лимоном. —Какая то традиция здесь сидеть?—спросила я у Сугуру, бросая взгляд на черную пепельницу возле него, намекая на то, что та наверняка принадлежит ему. Сугуру засмеялся не трезвым голосом и наклонив голову в мою сторону сказал: —Традиция? не думаю.—спокойно отозвался он, и облокотил голову об изголовье скамьи,—тебе нравится лимонная вода?—я кивнула головой. Я осмотрела его лицо. Такое красивое и уверенное в себе. —Хочешь сказать, что окурки в пепельнице появились с помощью магии?—задала риторический вопрос я. Он с удивлением покосился на меня: —Она не моя, общая. Наверно тут много кто сидит.—понятно объяснил он. Я стукнула себя по голове, потому-что подумать о том, что пепельница принадлежит ему—было глупо. Затем усмехнулась: —И кто же еще сидит в этой почти кромешной темноте?—спросила я у Нираги. Он прикрыл на секунду веки от некой усталости, когда открыл просверлил мое лицо внимательным взглядом своих черных глаз. Его рука перекинулась через скамейку и оказалась уже у моей головы. —Ты. И то верно. Я ведь вместе с ним сейчас сижу здесь, в этом странном, но довольно комфортном месте. —Оно уединенное и без лишней шумихи.—аргументировал свое присутствие здесь Нираги, достал из кармана одну сигарету и начал закуривать,—будешь?—предложил он мне, я молча согласилась и взяла из его рта почти докуренную сигаретку и засунула в рот. —Куришь, да?—спросил он с издевкой,—с каких таких пор? —Ты меня не знаешь.—защитилась я, и продолжила насслаждаться последними крошками табака в моем маленьком ошкурке,—курю лет с шестнадцати. —Почему именно так?—спросил он и ухмыльнулся, словно ожидая того, что я подам признаки агрессии на него,—ебырь бросил? —Это уже точно не твое дело.—спокойно отозвалась я, пока в голове пролетали не лучшие воспоминания, потушила сигарету об асфальт и выбросила за скамью. Нираги не давал мне покоя и пристально разглядывал мое лицо. —Еще хочешь? —Да. —Но у меня нет.—подшутил Сугуру. Я в ответ на это молча достала из кармана свою сигарету и засунула ее в рот, в ожидании поджога. —Смышленная.—Нираги вытащил из кармана свою покоцанную зажигалку и включил ее. Но резко убрал. Взял мой подбородок в свою руку и выкинул мою сигарету. —Эй!—но крик вышел смазанным. Нираги снова вцепился в мои губы как сумасшедший. Во взгляде мелькнула нехарактерная для него, всегда такого безбашенного и непреклонного, нежность. Я снова повелась на это. Снова захотела почувствовать вкус алкоголя с его губ. Но он так сжал мое лицо в своих руках, так сильно завладел моими губами, что я не могла и пошевелиться. Он въелся в меня, передавал мне вкус алкоголя с губ, а я делилась с ним блеском с запахом ягод.  Блеск размазался по нашим губам, он чуть смахнул его со своих губ и я услышала, как он усмехнулся, но глаза открывать не захотелось. Я была слишком шокирована происходящим.  Нираги на утро это и не вспомнит. Пьян в стельку. А я и не забуду.  Не забуду вкус и влажность его губ Не забуду его нежные, но полные настойчивости прикосновения Не забуду все, что он сделал за вечер. Нираги потянулся губами к моей шее и больным движением зубов прикусил нежную кожу на ней. —Ай…—тихо простонала я, пытаясь рукой отодвинуть его голову от своей шеи. —Пусть все пялятся,—приказал Нираги, оставляя красный засос на моей шее,—синяка не останется. В его глазах девушка выглядела как самый хрупкий и милый котенок, что только был у него, Но она не принадлежала ему. Даже условно не была его. И возможно, не будет никогда. А может их разлучит следующая смертельная игра на которую их отправит Агуни? А возможно случится что-то еще? Нираги раздражало то, что Чия всегда была безумно правильной. Она была за человечность и тому подобное. Но человечностью на этом пляже как раз обладал лишь один человек. Она. Нираги не мог сказать такое про себя. В нем ни то чтобы человечности не было, он был наполнен гнилью и плохими качествами. А она была воплощением красоты, воплощением идеала для такого гниды, как он. Имя ее значило «тысяча ночей». Видимо, тысяча ночей его привязанности к ней. Она не была ангелом, в ее характере наблюдались некоторые жуки, но бабочек было больше.  Она была справедливой, но в то же время немного хитрой. Холодной, но заставляла Сугуру чувствовать внутри себя то, чего он не хотел. Чувствовать что-то внутри так непривычно для него. И сейчас она дала ему поцеловать себя, хотя днем, когда он был еще сильнее пьян отталкивала и кричала на него, просила объясниться, а затем прогнала. Он более грубо погладил ее по щеке и оставил след на шее, дающий знать другим идиотам с пляжа, что есть тот, кто ни кем ей не приходится, но приходит по вечерам. Я отстранилась от Нираги в смущении и непонимании. Он долго пялился на меня, снова рассматривал, мы сидели в полной тишине, пока я не задала вопрос, от которого уйти невозможно: —Что между нами? Нираги замялся и посмотрел на выпирающие вены на своих руках, затем на тыльную сторону ладони, словно сильно затревожился и начали выскакивать непроизвольные действия. —Между нами? Я кивнула головой на этот вопрос в ожидании ответа. Я не знала, чего хочу сама, не знала, что хочу испытывать и чего не хочу. Нираги выдохнул: —Ничего. Я застыла. Мои глаза покосились на него, на его руки, которыми он только что гладил меня, на его губы, которые только что ласкали мои. «Ничего»?!—тоесть, для него это ничего не значило?  Полный бред. Я выдохнула тяжелый воздух, скопившийся внутри меня и, прикрыв лицо руками, быстро встала со скамьи. Нираги с недоумением посмотрел на меня, желая возразить, но я уже зашагала в сторону отеля. —Фудзино!—издалось позади меня, но я уже направлялась в другую сторону от всех этих интриг. Я подбежала к отелю, прижалась к холодной стене отеля и уселась там, в ожидании того, что голова начнет варить и переварит произошедшее. Я так и не поняла, что произошло, не поняла  почему я снова сбежала от этих чувств и эмоций?  Я догадывалась, что Нираги видит во мне образ маленькой девочки, с которой просто играется, балуется. Слово «ничего», прозвучащее из его уст, отразилось в моей голове звонким писком, тем самым противным писком из неисправных бытовых приборов. Я ничего не значу? Он просто воспользовался слабостью для того, чтобы утешить свое эго? Я сжала руки на голове и просто промолчала, закрыла глаза и утонула в уйме своих мыслей. Веки медленно прикрылись так, что не захотели открываться Еще влажные от поцелуя губы сомкнулись, на последок я провела по ним большим пальцем, словно до сих пор ощущала присутствие его губ на своих. И уснула. В странном положении, на улице, облокотившись об холодную стену отеля. Но увы, проснулась я в своей теплой кровати, под одеялом. Открыв глаза, я заметила на тумбе рядом с собой стакан воды. «Кто-то постарался…»—подметила для себя  я, смотря на него.  Вдруг в мою дверь издался громкий стук. —Войдите… И в номер вошел Арису. Тот парень, с которым я недавно успела познакомиться. Спокойный, воспитанный. Я улыбнулась ему, он в ответ. Сел рядом со мной на кровати и похлопал по простыне: —Ты выспалась? —Да. Кто принес меня сюда? Он замешкался, начал смотреть по сторонам, словно ища подсказку для ответа на мой вопрос: —Э-э-э…я принёс.  Я кивнула в знак благодарности парню, он погладил сквозь одеяло мои ноги и просунул мне в рот градусник: —Нужно измерить температуру. Ты уснула на улице возле отеля, похмелье? Я в отрицании закачала головой, и немного отвернулась от него. Арису усмехнулся и показал палец вверх в знак того, что он верит моим словам.  Когда градусник показал температуру 36,6° он сложил его в тумбу и пригубил: —Все отлично, температура в норме. Так, что случилось вчера, что ты там оказалась? —Да ничего особенного. Просто устала и уснула там,—спокойно постаралась ответить я, чтобы не выдать себя. Арису приоткрыл рот в удивлении, немного усмехнулся, но промолчал в ответ на мои странности.  Он помахал мне рукой, мы попрощались, парень покинул мой номер. Я взяла стакан с тумбы и сделала глоток. «Она с лимоном. Кто-то явно еще и запомнил детали обо мне!»—радость проскочила на моем лице от этой мысли, я заулыбалась.  Поставила стакан с водой на полку, приподнялась с кровати чтобы привести себя в порядок и быть готовой к сегодняшнему дню.