Шеф-повар в Классе Превосходства

### Часть 29: Утро третьего дня началось для Коуты по уже отработанному сценарию. Быстрый спуск на пустую общую кухню, тихий гул индукционной плиты и уверенные, выверенные движения рук. Сегодня на обед он решил приготовить классическое японское бэнто с курицей Карааге — сочными, маринованными в имбире и соевом соусе кусочками бедра, обжаренными до хрустящей корочки. Вот только в этот раз на стальной стол легли сразу два одинаковых пластиковых бокса. Коута на секунду замер, глядя на вторую коробку. Вчерашний визит к Аянокоджи оставил после себя странное послевкусие. С одной стороны, парень показался ему жутким сухарём, из которого слова не вытянешь. С другой... Киётака без лишних вопросов пустил его в комнату и съел всё до последней крошки. Коута вспомнил те безумные, красные логи Системы про «185% шока» и «нарушение логических цепочек» и невольно хмыкнул, укладывая хрустящую курицу на подушку из риса. *«Да уж, Система явно где-то перегибает с расчётами»*, — подумал Синдзё, закрывая крышки. — *«В конце концов, человеческий мозг — это миллиарды нейронов, импульсов и химических реакций. Какая-то цифровая панель просто физически не может с точностью до процента расшифровать мысли живого человека. Аянокоджи просто тихий, немного замкнутый парень, который не умеет бурно выражать эмоции. Но раз уж мы вроде как начали общаться, будет правильно угостить его ещё раз»*. С этой простой, чистосердечной мыслью Коута убрал оба бэнто в сумку и отправился на занятия. ### Часть 30 Третий утренний урок ещё не успел начаться, когда на передних рядах класса D поднялся высокий, опрятный парень с мягкой, располагающей улыбкой. Это был Йосуке Хирата. Он выглядел как каноничный староста — уверенный, дружелюбный и искренне желающий сплотить коллектив. — Ребята, извините за внимание! — звонко крикнул Хирата, привлекая к себе взгляды. — Мы учимся вместе уже третий день, но до сих пор толком не знаем друг друга. До прихода учителя ещё есть время, давайте по очереди представимся и немного рассказать о себе, чтобы нам было проще общаться? Идея была встречена одобрительным гулом. Первыми, разумеется, вызвались весёлые и активные девчонки во главе с Кику Кёшидой, которая сияла от радости и сразу заявила, что хочет подружиться абсолютно со всеми в этом классе. Очередь двигалась быстро, пока не дошла до парты прямо перед Коутой. Киётака Аянокоджи медленно поднялся со своего места. Было видно, как сильно он нервничает. Парень отчаянно пытался выглядеть нормально, как самый обычный дружелюбный старшеклассник, но его зажатость сыграла с ним злую шутку. — Э-э... Меня зовут Киётака Аянокоджи, — его голос прозвучал слишком тихо, как-то неуверенно и глухо. Он запнулся, переводя взгляд с одной парты на другую. — У меня... нет каких-то особых хобби. Я просто... собираюсь усердно учиться. Рад знакомству. Он быстро сел обратно, буквально излучая неловкость. По классу пробежал лёгкий шепот — парень явно не справился с простой задачей и выставил себя жутким тихоней. Следующим со стула поднялся Коута. На фоне всеобщего веселья он тоже чувствовал лёгкое смущение, особенно помня вчерашние смешки за спиной. Парень слегка покраснел, но заставил себя открыто улыбнуться, глядя на одноклассников своими светлыми глазами. — Всем привет. Я Коута Синдзё, — произнёс он, стараясь говорить чётко. — Приехал из небольшого городка. Моё главное хобби — это кулинария. Я очень люблю запекать, жарить и вообще готовить самые разные блюда. Если кому-то будет интересно — буду рад угостить. Надеюсь, мы поладим. — О, наш повар подал голос! — негромко ухмыльнулся с задней парты Ямаучи, но Хирата быстро пресёк смешки, тепло кивнув Коуте: — Отличное увлечение, Синдзё-кун! Рад знакомству. Дальше круг знакомств покатился по каноничным рельсам, пока не дошёл до Судо Кена. Рослый баскетболист, которому вся эта затея с самого начала не нравилась, резко встал, зловеще зыркнул на Хирату и буквально взревел на весь кабинет: — Какая ещё презентация?! Мне плевать на вас всех, не лезьте ко мне! Он с грохотом пнул стул и быстрыми шагами направился к выходу из класса. Его вспышка моментально разрушила дружескую атмосферу. Буквально через пару минут прозвенел звонок, объявивший обеденный перерыв. Хорикита Сузуне, не проронив ни слова за всё утро, первой поднялась со своего места и холодным, стремительным шагом вышла в коридор, демонстрируя полное нежелание находиться в этом коллективе. ### Часть 31: Коута времени зря терять не стал. Пока класс шумно обсуждал побег Судо, он быстро подхватил свою сумку с бэнто, сделал шаг вперёд и легонько коснулся плеча Аянокоджи, который всё ещё уныло сидел за партой, переживая из-за своего неудачного приветствия. — Эй, Киётака, пойдём в столовую? Поедим вместе, — предложил Коута, улыбаясь. Аянокоджи поднял на него свой сонный взгляд, пару секунд подумал и молча поднялся. Пока они неторопливым шагом шли по коридорам главного корпуса в сторону огромного обеденного зала, Коута увлечённо рассказывал о том, как сегодня утром Систе... точнее, как у него на кухне случайно получилось сделать чуть больше Карааге. Он шёл впереди, оживлённо жестикулируя, и совершенно не замечал, как Аянокоджи, шагая чуть позади, внимательно, цепко и изучающе осматривал его спину. Киётака шёл молча, но в его голове лениво крутилась мысль о том, что этот Синдзё — действительно странный парень, который почему-то проявляет к нему искренний интерес, несмотря на всю его неловкость. В столовой стоял невообразимый гул. Сотни учеников толпились у касс, выбирая дорогие сеты из мяса и рыбы. Коута и Аянокоджи с трудом отыскали свободный столик в самом углу, подальше от шумных компаний. Сев напротив друга, Синдзё с гордостью фокусника достал из сумки два абсолютно одинаковых, плотно закрытых пластиковых бокса и один из них уверенно пододвинул к Аянокоджи. — Вот, это тебе, — весело сказал Коута, открывая свою крышку. — Сегодня у нас бэнто с хрустящей курицей Карааге. Я помню, что вчера ты был не очень многословен, так что надеюсь, в этот раз тебе точно понравится. Приятного аппетита! Аянокоджи посмотрел на тёплую коробку, затем на открытое лицо Коуты, взял палочки и аккуратно приподнял крышку, выпуская наружу тонкий, невероятно аппетитный аромат пряного имбиря и жареного мяса. ### Часть 32: Пряный, глубокий аромат имбирного маринада и сочной жареной курицы Карааге плотным облаком накрыл их угловой столик. Коута с аппетитом принялся за своё бэнто, попутно поглядывая на Аянокоджи. Киётака ел так же, как и вчера — аккуратно, монотонно, без единого лишнего движения, словно просто выполнял механическую задачу по заправке организма топливом. Но спокойно посидеть вдвоём им не удалось. Не прошло и пяти минут, как к их длинному столу начали стягиваться другие студенты. Коута удивлённо моргнул, когда прямо напротив них молча опустились двое парней с нашивками второго курса. Они сидели с каменными лицами, демонстративно уставившись в свои тарелки, и вяло переговаривались о каких-то бытовых мелочах, изо всех сил делая вид, что два первокурсника рядом их вообще не интересуют. Следом за ними за соседний стол в одиночку присела та самая взъерошенная третьекурсница в очках, которой Синдзё вчера ночью вручил самый первый контейнер с рагу. Коута, будучи человеком открытым и бесхитростным, не придал этому значения — столовая ведь огромная, мест на всех не хватает, вот люди и подсаживаются. Но Аянокоджи, который отчаянно пытался разобраться в устройстве здешнего общества, сразу заприметил несколько очень странных деталей и мысленно разложил их по полочкам. *«Странно...»* — безэмоционально рассуждал Киётака, скосив взгляд на тарелки старшекурсников. — *«На календаре только третье апреля. Ученики старших классов должны обладать приличным запасом баллов, но все они взяли в зоне раздачи самый дешёвый, абсолютно бесплатный паёк — пресный варёный рис и жидкий суп мисо. К тому же, в столовой полно пустых мест в центре зала, но эти люди целенаправленно пришли именно в наш глухой угол. Они пытаются вести себя естественно, но их позы слишком напряжены. Кажется, их привлекает Синдзё. Точнее... то, что лежит в его коробке»*. ### Часть 33: Коута обо всех этих сложных ментальных цепочках соседа даже не догадывался. Единственное, что его сейчас волновало — это кулинарный реванш. — Эй, Киётака, ты курицу-то побольше захватывай, с рисом! — подначивал он друга, весело улыбаясь. — Я сегодня, конечно, не так долго над ней сидел, как вчера над свининой, но всё равно постарался. Я мясо ещё с ночи в имбирном соусе оставил мариноваться, чтобы оно каждую каплю вкуса впитало. Из-за того, что курица провела в маринаде много часов, её аромат при контакте с горячим рисом стал ещё ярче, глубже и агрессивнее. Стоило Аянокоджи разломить палочками очередной золотистый кусочек, как наружу брызнул прозрачный мясной сок, и по углам стола разнёсся умопомрачительный шлейф домашней, профессионально приготовленной еды. Для старшекурсников, которые сидели на сухом пайке из бесплатного риса ради экономии баллов (ведь они, в отличие от первогогодка, прекрасно знали суровую правду этой школы), этот запах стал настоящей пыткой. Коута краем глаза заметил какое-то шевеление, повернулся к сидящим рядом студентам, но не увидел ничего необычного. Парень со второго курса как раз в этот момент с сухим стуком сглотнул подступившую слюну, но тут же нацепил на лицо маску абсолютного безразличия и принялся ковырять палочками свой пустой рис. Девушка в очках судорожно уткнулась в телефон, хотя её нос невольно дёргался, улавливая каждую нотку имбиря. Для Синдзё они выглядели как обычная, серая студенческая толпа. Но стоило Коуте обратно отвернуть голову и спокойно продолжить есть, как маски со старшекурсников мгновенно слетели. Они замерли, уставившись на бэнто-боксы первокурсников взглядами, полными чистой, неразбавленной гастрономической зависти. Пожирать глазами чужую курицу, пока сам жуёшь безвкусную бесплатную траву — зрелище было почти комичным. ### Часть 34: Даже Аянокоджи, который до поступления в школу вообще ничего не смыслил в обычных человеческих слабостях и гастрономических удовольствиях, посчитал эту ситуацию из ряда вон выходящей. Старшие курсы, которые должны были выглядеть авторитетно и пренебрежительно по отношению к новичкам класса D, сейчас сидели рядом с ними чуть ли не по стойке «смирно», подсознательно надеясь, что этот жизнерадостный поварской простак снова решит проявить альтруизм и отсыплет им хоть кусочек. Киётака отправил в рот очередную порцию Карааге. Корочка приятно хрустнула, и ровный, идеально сбалансированный вкус пряного, сочного мяса заполнил рот. И в этот момент Аянокоджи, кажется, стал чуточку лучше понимать обычных людей. *«Вот оно что...»* — подумал парень, глядя на пустую тарелку соседа-второкурсника. — *«В Белой Комнате нас учили, что людьми движет исключительно сухая логика, страх и амбиции. Но в реальном мире, оказывается, существует ещё один мощный рычаг управления — базовые человеческие желания. Еда Синдзё... она обладает странной силой. Она заставляет этих прагматичных, опытных студентов забывать о своей гордости и превосходстве ради одной лишь возможности почувствовать этот вкус. Они привязаны к нему. Физически и ментально»*. Аянокоджи молча проглотил кусок и посмотрел на Коуту, который весело уплетал свой обед, совершенно не осознавая, какое мощное оружие влияния он сейчас держит в своих руках. Сам того не ведая, этот наивный кулинарный мастер со светлыми глазами всего за два дня умудрился создать вокруг себя скрытую группу влияния, состоящую из голодных старшекурсников. И Киётака Аянокоджи впервые за всё время пребывания в школе почувствовал искреннее, глубокое любопытство к тому, что этот повар будет делать дальше.