искушение

с момента их встречи, мечтой Сандея всегда оставалась лишь Стелла.

***

ещё с самого детства её родители считали её очень религиозным человеком, и свято верили в то, что она захочет идти по пути божественному. они отобрали у неё возможность к обучению - вместо этого она была полностью погружена в молитвы и богоучения. последней каплей стало то, что они напрочь отказались подавать документы в колледж. в тот момент она психанула окончательно. собрав свои вещи, она выдвинулась в путь. а куда идти? пару дней у подруги, недельку в подъезде. она уже была уверена, что всю свою жизнь проживёт на улице, как вдруг заметила объявление: «поиск женщины на роль монахини в старый монастырь». погуглив, она узнала, что этому монастырю более 100 лет. сейчас из него ушли почти все богослужители, остался лишь персонал, который отвечал за уборку, пара старых монахинь, а самое главное - святой отец Сандей. ростом он был высок, 190 точно было. его золотые глаза заглядывали прямо в душу, заставляя задуматься о своих грехах. голубые волосы были мягкими, густыми, где-то до лопаток, а челка небрежно спадала на глаза, от чего тот постоянно сдувал её, а когда она не двигалась - очень мило злился. за ушами, на которых красовались длинные золотые серьги, находилась пара крыльев. крылья были белые, чистые, нежные. а его руки... а законно ли вообще думать о святом отце в таком плане? на территории монастыря, наверное, нет. Сандей с особой радостью принял Стеллу в монастырь.

***

её комната находилась прямо за стенкой, а стены были ну уж очень короткие. или как ещё объяснить то, что она слышала буквально каждый его шорох, пока он работал глубокой ночью, дописывая священные тексты? тем не менее, у Сандея мысли были не намного лучше её собственных. Стелла постоянно замечала на себе его взгляд, попытки прикоснуться. как он задерживал прикосновения их пальцев друг к другу, когда она передавала ему что-то. и это сводило её с ума. и его в том числе. как же он мечтал вкусить этот запретный плод. сжать её бёдра, оставить на ней свой след. печать греха на душе его не давала ему покоя. стоило признать, он хотел Стеллу. и хотел безумно сильно. уже который десяток лет в этом монастыре не появлялись молодые женщины, а ублажать себя то нужно. его притягивали её губы. каждый раз он смотрел только на них. во время молитвы и богослужений он смотрел только на эти чертовы губы. о господи, да ему не отмыться от того греха! каждую ночь он просит бога прощения за свое искушение, и почти сразу идёт любоваться её красотой в тёмную ночь. сегодняшняя ночь была особенно тихая. даже птицы не издавали ни звука. Стелла лежала на кровати, мучаясь от бессонницы. от скуки она начала вслушиваться в каждый звук, но каково же было её удивление, когда вместо сверчков или комаров она услышала... весьма странные звуки. сначала это был просто шелест простыней, будто кто-то ложится на кровать или снимает с себя одежды. далее скрип, скорее всего кровати - они тут скрипели очень громко. а после послышалось едва различимое бормотание и тихие, похожие на хлопки или шлепки звуки. будь Стелла маленьким ребенком, она бы сразу решила проверить, что происходит в комнате по соседству, но она уже давно не ребенок, и вполне догадывалась, чем же занимается её святой отец. тихо приподнявшись с кровати, она на цыпочках прошлась к двери своей комнаты. оглядев её ещё раз, она вышла, предварительно оставив дверь открытой на всякий случай. подойдя ближе к комнате, Стелла увидела, что дверь была приоткрыта. щель была маленькой, но этого было достаточно, чтобы разглядеть, что же именно происходит в комнате. святой отец лежал на кровати, даже не стыдясь своих занятий. волосы цвета сусального золота на ризе распластались по подушке, а челка прилипла ко лбу. глаза его были как ладановые копоти, когда он смотрел на.. погодите. в своих руках он сжимал её простынь, на которой Стелла спала каждую ночь! а она всю комнату перерыла, пытаясь найти её. голос Сандея был настолько нежный и мелодичный, что был похож больше на пение антифона. его правая рука уверенно двигалась по слегка набухшему естеству, иногда чуть сжимая сильнее. из уст его лились тихие стоны вперемешку с молитвами господу, которые он отчаянно пытался заглушить, кусая её простыню. была бы Стелла нормальным человеком - так и наблюдала. но она, конечно, имея руки не из того места, на ровном месте начала падать. и звук того, как она ударилась о стену, был отчётливо слышен. осознав, что смысла прятаться больше нет, Стелла аккуратно открыла дверь, смотря на эту картину уже чуть ближе. лицо святого отца тут же залилось краской, а рука, только что сжимающая её простынь, закрыла его лицо. на секунду Стелла задумалась: что сказать? уйти? помочь? ответ был очевиден. мягкая улыбка заиграла на её лице. она специально шла и усаживалась мучительно долго и медленно, заставляя Сандея слегка вздрагивать. коснувшись тыльной стороной ладони его щеки, смахивая слезы, она шёпотом произнесла:

— ну и ну... не думала, что наш святой отец предаётся такому греху на свою "коллегу".

последнее слово Стелла специально растянула, дабы ещё сильнее возбудить в нём желание на грех. с губ Сандея сорвался легкий стон, когда она перехватила его естество в свою руку. её рука двигалась быстрее и увереннее, нежели его. через пару секунд на пальцах Стеллы казалось липкое масло скверны. святой отец тем временем всхлипнул, закрывая лицо уже двумя руками. её пальцы левой руки коснулись его лица, заправляя прядь волос за ухо. он вздрогнул. ещё через пару секунд её губы накрыли его, сливаясь в грешном поцелуе. их языки сплетались в столь грешном и одновременно страстном танце, пока воздух не потребовался им вновь. казалось, поцелуй прибавил Сандею уверенности. да такой, что он опрокинул Стеллу на кровать, а сам навис сверху. его рукоблудие было приятным. сначала он опустился к её шее, обжигая её горячим дыханием, словно дым от ладана. его язык прошёлся от основания до ключиц, оставляя там еле заметный укус. правая рука нашла её грудь, сначала обводя сосок, а после сжимая правую часть полностью. левая же рука ползла ниже, под её ночную сорочку. ловкие пальцы левой руки нашли её нижнее белье - белые кружевные. лёгким движением они с Стеллы слетели. Сандей закинул её ноги себе на плечи, нежно целуя щиколотки, как бы говоря "я рядом". его длинные пальцы скользнули внутрь Стеллы. сначала один, потом второй. с её губ слетел сладкий стон. такой желанный для него. на удивление для самой же себя, Стелле потребовалось буквально 2 минуты, чтобы слизь угасшего елея оказалась на пальцах святого отца. усмехнувшись, Сандей вытер руку о простыни, а после вновь притянул Стеллу в страстный поцелуй. но спокойствие её длилось недолго. толчок был резкий, сильный. слезы для Стеллы были редкостью, но тут она не смогла их сдержать. она издала громкий, возможно даже слишком для этой тихой ночи стон, который был заглушен поцелуем Сандея. погладив её по голове, он начал аккуратно, с особым трепетом и нежностью двигаться внутри Стеллы. казалось, Сандей знал этот путь лучше, чем Стелла сама - каждое движение, каждый срыв, каждый стыдливый рывок в конце. Стелла видела, как его лицо горело смущением, но глаза выдавали лишь безумное желание обладать ею и её телом. руки сжимали её бёдра так, что казалось, утром там будут красоваться большие синяки, от которых он, скорее всего, будет чувствовать сильную вину и молить её о прощении. сам же Сандей двигался так, будто выбивал из себя беса - но выбивал только последние капли собственного достоинства. мысленно он проклинал себя за это. ненавидел. отголоски его, ещё не до конца потерянного контроля кричали - так нельзя, ты должен быть сильным. но страсть и любовь к Стелле были в этот раз сильнее, чем какие-то священные тексты.