Чёрный бархат, белый снег

Музыка в клубе не просто играла — она забивала уши, вибрировала в ребрах и вышибала из головы любые связные мысли. То, что нужно. Идеальный глухой наркоз для мозгов, которые плавились от отчаяния последнюю неделю. Я стоял у барной стойки, сжимая в руке уже третий или четвертый стакан с тяжелым, обжигающим горло виски. Алкоголь приятно шумел в голове, размывая фокус и заставляя неоновые огни расплываться в яркие, цветные полосы. — Эй, Чонгук, ты сегодня прямо в ударе! — Чимин перекрикивал басы, толкнув меня плечом и протягивая свой стакан, чтобы чокнуться. На его губах играла привычная, слегка лукавая усмешка. — Наконец-то ты выполз из своей берлоги. А то я уже думал, что тебя там пауки съели. — Надо было сменить обстановку, — хрипло отозвался я, залпом допивая остатки виски и стуча тяжелым дном стакана по деревянной стойке. — Налейте еще один. Двойной. — Ого, полегче, ковбой, — рассмеялся Чимин, но в его глазах промелькнуло мимолетное беспокойство. Он внимательно вглядывался в мое лицо. — Ты какой-то бешеный сегодня. Ищешь приключений? — Ищу способ отключить эту чертову голову, Чимин, — честно ответил я, забирая у бармена свежий стакан. Я повернулся спиной к бару, опираясь локтями о стойку, и принялся разглядывать толпу на танцполе. Полуголые тела, двигающиеся в едином ритме, запах пота, дорогого парфюма и разлитого алкоголя. Всё это было таким осязаемым, примитивным... реальным. Я заставил себя смотреть на девушек, на парней, на кого угодно, лишь бы заглушить фантомный лавандовый запах, который, казалось, преследовал меня повсюду. В этот момент ко мне вплотную протиснулся кто-то из толпы. Парень. Симпатичный, с растрепанными светлыми волосами, в полурасстегнутой шелковой рубашке и с липким, оценивающим взглядом. Он явно крутился поблизости уже какое-то время, ловя мои сигналы. — Привет, — парень улыбнулся, придвигаясь так близко, что я почувствовал сладковатый аромат его одеколона. — Вижу, ты тут самый хмурый. И самый горячий. Я хмыкнул, чувствуя, как алкогольная дерзость бьет в кровь. Мне было абсолютно плевать, кто он, как его зовут и что он тут делает. В голове билась только одна циничная, злая мысль: Мне нужно отвлечься. Прямо сейчас. Любым способом. — Серьезно? — я наклонился к его уху, перекрывая гул колонок, и хищно прищурился. — И что ты собираешься с этим делать? Парень явно не ожидал такой быстрой и напористой реакции. На его щеках проступил легкий румянец, а пальцы робко, но намеренно коснулись моего запястья. — Ну... мы могли бы познакомиться поближе. Меня, кстати... — он назвал какое-то имя, но оно мгновенно вылетело у меня из головы, пронесясь мимо сознания бессмысленным набором звуков. — Не важно, — перебил я его, перехватывая его руку и бесцеремонно притягивая парня к себе за талию. Одной рукой я продолжал держать стакан, а ладонь другой собственнически легла на его бедро. — Меньше слов. Чимин рядом только присвистнул, деликатно отвернувшись в сторону и делая вид, что увлекся своим напитком, давая мне пространство. Я заставил себя смотреть в глаза этому незнакомцу. Они были темными, обычными. В них не было того янтарного, дикого огня, не было той ярости и ломающейся гордости, которые снились мне каждую ночь. От этого внутри вскипела какая-то глухая, злая досада. Я хотел разорвать этот порочный круг. Я резко подался вперед, вжимая парня спиной в край барной стойки, и грубо, наотмашь впился в его губы поцелуем. Поцелуй вышел грязным, мокрым и отчаянным. Я действовал жестко, сминая его губы, проталкивая язык внутрь, словно пытался силой выжечь из себя воспоминания о Тэхёне. Незнакомец удивленно охнул мне в рот, но тут же подался навстречу, отвечая с неожиданным паром. Его руки взлетели вверх, путаясь в моих волосах, притягивая меня еще ближе. Он тихо, подавленно застонал, когда я сильнее сжал пальцами его поясницу, вжимаясь своим телом в его пах через одежду. Я целовал его, чувствуя вкус чужого алкоголя, мятной жвачки и табака. Мозг послушно отключался, заливаемый спиртом и адреналином, но где-то на самом дне сознания все равно продолжала гореть ледяная, трезвая мысль. Не то. Всё не то. Его губы были слишком мягкими. Его тело — слишком податливым. Он не сопротивлялся, не пытался меня убить взглядом, не хрипел от унижения и страсти. Это был просто суррогат. Дешевая, доступная подделка, которая не приносила ни капли того безумного, сжигающего удовольствия, что я испытал в лавандовом пару игрового замка. Я разорвал поцелуй так же резко, как и начал его. Парень стоял тяжело дыша, с припухшими, блестящими от слюны губами, глядя на меня затуманенным, влюбленным взглядом. — Вау... Ты... ты сумасшедший, — прошептал он, пытаясь снова потянуться ко мне. — Пойдем отсюда? Ко мне? Я посмотрел на него сверху вниз, чувствуя, как к горлу подступает горькая, удушливая волна тошноты — не от алкоголя, а от самого себя. Я медленно убрал руку с его талии и сделал шаг назад, ставя пустой стакан на стойку. — Нет, — отрезал я, даже не глядя на его изменившееся в лице выражение. — Я пас. Я развернулся и, не прощаясь с Чимином, быстрым шагом направился к выходу из клуба, на ходу вытирая губы тыльной стороной ладони. Попытка отвлечься провалилась с треском. Кого бы я ни целовал в этой серой, скучной реальности, я всё равно оставался ментальным пленником той чертовой цифровой вселенной. Я уже сделал шаг в сторону массивных дверей на выход, когда сквозь грохот басов и пьяный гул толпы до меня долетел резкий, пронзительный женский голос: — Тэхён! Ну прекрати! И следом — звонкий, заливистый смех. Это имя ударило меня в спину, словно разряд тока. Лодыжки будто налились свинцом, пригвоздив меня к липкому полу клуба. Сердце сделало бешеный кувырок и застряло где-то в горле. Показалось. Это просто алкогольный бред, — закричал мой здравый смысл, но тело уже действовало само. Я медленно, с трудом развернулся обратно к залу. Чуть в стороне от танцпола, у одной из VIP-стоек, я увидел спину парня. Он был потрясающе, вызывающе элегантен для этого грязного неонового вертепа. На нем был идеально скроенный, дорогой черный пиджак, наброшенный прямо на шелковую темную рубашку, а безупречную осанку подчеркивали широкие, развернутые плечи. Его каштановые, слегка вьющиеся волосы мягкими прядями спускались к воротнику. В его фигуре, в каждом движении сквозила какая-то порочная, породистая грация, которая заставила меня затаить дыхание. Его обнимала невероятно красивая девушка в коротком блестящем платье. Она весело смеялась, что-то шепча ему на ухо, а затем потянулась вверх и поцеловала его прямо в губы. Мои кулаки рефлекторно сжались до хруста в суставах, а в груди вспыхнула дикая, слепая ярость. Девушка отстранилась, с улыбкой налила золотистое шампанское в высокий бокал и передала его парню. Я стоял как вкопанный, не в силах отвести тяжелого, безумного взгляда от его затылка. Воздуха в легких критически не хватало. И тут парень медленно повернул голову, лениво оглядывая шумящий клуб. Время вокруг меня просто остановилось. Музыка смолкла, неоновые вспышки замерли. Его взгляд скользил по толпе и... наткнулся на меня. Прямой наводкой. Наша линия видимости пересеклась, и меня буквально прошило насквозь. Это был он. В точности он. Тот самый разрез глаз, точеная линия подбородка, чувственные губы. Мой Тэхён. Мой Чёрный Пантер, которого я еще неделю назад ломал на лавандовых диванах. В его глубоких, темных глазах на долю секунды мелькнула странная, узнаваемая искра — холодная, концентрированная злость, от которой у меня по коже побежали мурашки. Но парень тут же слегка прищурился, и это выражение исчезло, сменившись вежливым равнодушием незнакомца. Мне показалось. Это просто галлюцинация, мы ведь даже не знакомы, — судорожно забилась мысль в моей расколотой виски голове. Он спокойно отвернулся обратно к своей спутнице, пригубив шампанское. — Эй! Чонгук, ты чего, блядь, завис?! — резкий толчок в плечо выдернул меня из ступора. Чимин бесцеремонно схватил меня за локоть и потащил вглубь зала, подальше от выхода. Его лицо выражало крайнюю степень недовольства и азарта. — Ты куда навострился? Сбежать решил после такого горячего захода? Ну уж нет, пошли, — Чимин практически силой заставил меня дойти до нашей зоны и толкнул на мягкий кожаный диванчик. Я тяжело рухнул на подушки, чувствуя, как меня начинает трясти мелкой дрожью от шока и подступающего адреналина. Глаза продолжали бешено искать ту самую фигуру у стойки через полумрак зала. — Чимин... — хрипло, едва ворочая сухим языком, выдавил я, хватая друга за край куртки. — Чимин, посмотри туда. Вон там, у вип-стойки... Кто это? Чимин раздраженно вздохнул, забирая со столика новую бутылку пива, и мельком глянул в указанном направлении. — А, этот? — Чимин сделал глоток и равнодушно пожал плечами, усаживаясь рядом со мной. — Да хрен его знает. Какой-то мажор местный, видать, при бабле и с куколкой своей. Тебе-то что? Ты только что парня у бара чуть наизнанку не вывернул своим поцелуем, а теперь на чужих баб заглядываешься? Ну ты и дикий сегодня, Чонгук. Чимин замер с бутылкой пива у самого рта. Его расслабленное, пьяное выражение лица мгновенно испарилось, уступив место полнейшему, немигающему шоку. Он медленно опустил руку и уставился на меня так, словно у меня прямо сейчас на макушке выросли те самые барсьи уши из игры. — Погоди... Что? — Чимин резко наклонился ко мне, перекрикивая грохот басов. — Чонгук, ты сейчас серьезно? Я продолжал сидеть, уткнувшись лицом в ладони, чувствуя, как виски тяжелыми толчками бьет в виски. Осознание того, что Тэхён только что стоял в нескольких метрах от меня, живой, осязаемый, пахнущий дорогим парфюмом, просто выжигало мозг. Чимин бесцеремонно схватил меня за запястья и силой отлепил мои руки от лица, заставляя посмотреть на него. В его узких глазах горело дикое, ошарашенное любопытство пополам с обидой. — Нет, ты мне ответь! С каких это пор тебе вообще нравятся парни, а?! — засыпал он меня вопросами, активно жестикулируя. — Мы с тобой с первого курса вместе таскаемся по клубам, клеим девчонок, обсуждаем сиськи и задницы, и ты ни разу, слышишь, ни единого раза даже не намекнул! Почему я узнаю об этом только сейчас, когда ты сначала засасываешь незнакомца у стойки, а потом залипаешь на какого-то левого мужика с видом побитой собаки? Ты когда собирался мне рассказать? Через десять лет?! Его громкий, возмущенный голос сверлил мне барабанные перепонки. Мне было паршиво, меня трясло от адреналина, и меньше всего на свете я хотел сейчас устраивать каминг-аут, которого и сам не понимал. Ведь дело было не в парнях в принципе. Дело было только в одном конкретном человеке, который сейчас пил шампанское в другом конце зала. — Отвали, Чимин, — хрипло выдаввил я, резко дернув руками и освобождая запястья из его хватки. Я откинулся на спинку дивана и устало прикрыл глаза. — Никто мне не нравится. Забей. — Да как тут забить?! — Чимин всплеснул руками, едва не пролив пиво на свои джинсы. — Ты только что устроил шоу у бара! Я же видел, как ты его прижал. Ты чуть стойку им не проломил! А теперь сидишь тут белый как мел и несешь какую-то чушь. Чонгук, колись, что происходит? Ты из-за этого всю неделю сам не свой ходил? Из-за парня? — Я сказал — отъебись! — рявкнул я, теряя остатки терпения, и резко открыл глаза, злым взглядом прожигая друга. — Это просто алкоголь. Перебрал я, ясно? Голова раскалывается, херню несу. Не трогай меня. Чимин отшатнулся от моего резкого тона, обиженно поджав губы. Он перевел взгляд с меня на танцпол, потом обратно, тяжело вздохнул и поставил бутылку на столик. — Ладно, — буркнул он, недовольно качая гововой. — Не хочешь — не говори. Но выглядишь ты хреново. Реально хреново. Я ничего не ответил. Я просто отвернулся, невидящим взглядом уставившись в полумрак клуба, а внутри всё кричало от безысходности. Если Тэхён реален... то как мне теперь жить, зная, что я сотворил с ним там, за цифровой стеной?