Прелестное наказание

Вышло так, что MC, Маммон и Левиафан втроём оказались в комнате Люцифера (на коленях). Маммон уже был готов умолять Люцифера, чтобы тот не подвешивал его на верёвке, как палку колбасы в коптильне; Левиафан, как обычно, был зол на Маммона и боялся, что он тоже попадёт под раздачу; а MC, замерев, просто ожидала, что скажет Люцифер. Причина, по которой они втроём оказались здесь, проста: Маммон и Левиафан спорили, кому пришла посылка, так как Маммон воспользовался аккаунтом Левиафана на Akuber (они даже приняли демоническую форму), а MC просто решила разрешить это конфликт мирным путём, путём переговоров, но всё же пришлось принять радикальные меры, отобрав у обоих посылку, у тех, кто был в демонической форме, – пришлось от них убегать, а по пути она случайно разбила вазу. Сейчас MC корила себя: «Чёрт, надо было просто приказать им остановиться, всё-таки у меня с ними заключён пакт». Люцифер сидел в величественном кресле – с обивкой и резными ножками и обрамлением – и грозно смотрел на провинившуюся троицу перед ним. Потом со вздохом сказал, потирая переносицу: – Почему, когда что-нибудь происходит, вы трое всегда рядом? [Не могла не вставить эту цитату :р] Первым заговорил Маммон: – Да брось, Люцифер, это был всего лишь маленький спор. Ты же знаешь: между мной и Леви это происходит постоянно... – Не желаю слушать никакие оправдания, – прервал его Люцифер. – Тебе всё равно не избежать наказания. Маммон съёжился, будто его ударили кнутом, судорожно сжав пальцами ткань джинсов. – Как насчёт меня? – спросил Левиафан. Левиафан замер, словно пытаясь решить, радоваться ли тому, что избежал худшего. – Тебе я сделаю выговор после наказания Маммона. – А что будет со мной? – спросила робко MC. – Исходя из случившегося, ты ни в чём не виновата, кроме как в разбитии вазы. Но эта ваза не имела особой ценности. К тому же, ты студент по обмену. Поэтому я могу сделать тебе поблажку, но при одном условии. Маммон с досадой подумал: «До чего же везучий этот человек!» «Оно и к лучшему для MC, – подумал Левиафан. – Пусть этот подонок получит по заслугам!» – Что я должна сделать? – спросила MC, готовая повиноваться. Люцифер загадочно улыбнулся и сказал: – Накажи Маммона вместо меня. Сказать, что тот был обескуражен, значит ничего не сказать. Но в глубине души он был благодарен, ведь был уверен, что MC хоть и может быть садисткой, только её садистские наклонности по сравнению с садистскими наклонностями Люцифера более щадящие. [Нет, Люцифер НЕ НАКАЗЫВАЕТ Маммона так, как НАКАЖЕТ его MC] – Хорошо, – сказала MC. – Как хотите, чтобы я его наказала? По мановению руки (в перчатке) Люцифера перед MC появилась в воздухе небольшая коробка, и она взяла её в руки. – Делай с ним всё, что хочешь, пользуясь предметами в этой коробке. MC уже догадывалась что в этой коробке, как и Левиафан, который, несмотря на явное смущение, не решался спросить у Люцифер может ли он уйти, потому что был заинтригован. И вот MC отдала приказ Аватару Жадности: – Маммон, разденься. Полностью. – Эй, эй, что ты собираешься делать?! Маммон сопротивлялся силе пакта, от чего его руки с судорогой снимали с него повседневную одежду. MC пристально гляделана то, как снимает с плечь куртку, которую всегда носит нараспашку; после куртки он стянул с себя чёрную футболку, оголяя торс; затем, скинув ботинки, снял узкие джинсы; сняв боксёры, он поспешно прикрыл это самое место. Теперь Маммон стоял посреди комнаты полностью обнажённый, только его солнечные очки всё ещё остались надетыми на нос. MC оглядела его с ног до головы. Он далеко не худой, как может показаться под слоями одежды, а идеально атлетического телосложения. А его загорелый тон кожи всегда было и всегда останется вишенкой на торте. Уже только при виде этого идеального сочетания MC чувствовала возбуждение промеж ног. А Маммон смущённо отвёл взгляд, всем телом чувствуя её взгляд на себе. – Ну и что ты теперь собираешься с ним делать? Просто пялиться? – подал голос Левиафан. MC ухмыльнулась, поймав его ревнивый тон. – Полагаю, ты знаешь, что я собираюсь делать. Левиафан промолчал. Тут MC пошла к Маммону и посмотрела ему в глаза. – Чего уставилась?! Она коснулась его торса; сердцебиение Маммона участилось. Поглаживая его торс, она проговорила: – Ты сексуальный. Маммон замер, словно его ударили током. Его пальцы судорожно сжались, губы дрогнули, а на лице выступил густой румянец. Он не привык к комплиментам, тем более от человека. – Как мило, тебе идёт румянец, – сказала MC. – Это сексуально. Этим она ещё больше вогнала его в краску. Маммон прикрыл лицо одной рукой, всё ещё прикрывая срам другой. Особенно когда MC провела ладонью ниже, к его животу, и он почувствовал, как его тело предательски напряглось, выдавая то, что так отчаянно пытался скрыть. «Чёрт, ну почему именно сейчас?!» – пронеслось в голове. Люцифер усмехнулся над реакцией младшего брата, а Левиафан из зависти тоже хотел, чтобы MC также прикоснулась к нему, но «понимал», что никто на свете не захочет быть с ним даже в интимной близости. [Леви, милый Леви, знай, я бы хотела быть с тобой (づ｡◕‿‿◕｡)づ] MC сняла с Маммона солнечные очки другой рукой. Под ними увидела умоляющий взгляд Маммона, просящего пощады. Он едва слышно застонал, когда её пальцы скользнули ещё ниже, вдоль талии к линии его бёдер. Его дыхание стало прерывистым, а в глазах читалась паника – он явно не ожидал, что всё зайдёт так далеко. Но отступать было поздно, да и... хотел ли он этого на самом деле? Левиафан скрежетал зубами, наблюдая за каждым движением MC. Его синие ногти судорожно впились в ткань джоггеров. «Почему не я? Почему всегда он?!» – мысленно рычал он, а сам готов был сорваться на крик. Люцифер заметил это и лишь приподнял бровь, наслаждаясь зрелищем младшего брата, полностью теряющего контроль над ситуацией. – Ты... ты специально это делаешь... – прошептал Маммон, голос дрожал, как будто он балансировал на грани между протестом и мольбой. MC лишь ухмыльнулась в ответ, наслаждаясь его реакцией. Она знала что заставляет его чувствовать, и это её заводило ещё больше. Внезапно она прекратила свои прикосновения. – Можешь связать его? – попросила она у Люцифера. – Конечно. По мановению руки Люцифера, верёвка, которая хранилась в известном для него месте, ожила и выползла оттуда, как змея. Она тут же направилась к виновнику. Маммон отшатнулся. – П-погодите-ка! Может в качестве наказания вы дадите мне работы по дому или что-нибудь связанное с учёбой! – Нет, – твёрдо произнесла MC. – Твоё наказание будет связано со связыванием. [Здесь получилась игра слов] Маммон попытался убежать, но споткнулся, когда верёвка настигла его, связав его ноги. Верёвка плотно обхватила его запястья, затягивая узлы с пугающей точностью. Каждое движение только сильнее стягивало петли. Левиафан приглушённо застонал, сжимая кулаки. Он не мог оторвать взгляда от того, как Маммон покорно замер, дрожа от напряжения, его спина выгнулась, а мышцы напряглись под верёвками. «Почему не я?» – в голове Левиафана пульсировала одна и та же мысль. Он представлял, как эти же верёвки впиваются в его кожу, как MC приказывает ему оставаться неподвижным, как её голос звучит для него – и только для него – полный власти и обещания. Теперь Маммон лежал связанный по рукам и ногам с ярко-красными от стыда щеками и мог лишь беспомощно извиваться на полу. – Успокойся, придурок, – сказал ему Левиафан. – Люцифер сказал же, что наказания не избежать. – Может ты и наслаждался бы наказанием, но я не поддамся, ну уж нет! – В отличие от тебя, Леви молодец, он не ввязывается в неприятности, чтобы потом огрести. Бери пример с него, – упрекала его MC, распаковывая коробку. Левиафан покраснел не то слов Маммона, указавших на его мазохистские наклонности, не то от похвалы MC. – Чёрт возьми, MC, это жестоко даже для тебя! – прохрипел Маммон, пытаясь вырваться. – Ты сам напросился. Сказав это, MC принялась раздеваться. Все три демона наблюдали, как части униформы RAD покидают её фигуру, обнажая её. Она не была стройной, как модель, так не худая и не толстая. Но этого достаточно, чтобы поразить Маммона и Левиафана (во всяком случае из-за факта обножённого тела). Левиафан, наблюдавший за этим, невольно прикусил губу. В глубине души он завидовал не те самому наказанию, не то вниманию MC, которое она уделяла Маммону. Маммон перевернулся на живот и встал на четвереньки, как это позволяет верёвка, выставляя для MC задницу на показ. – Молодец, Маммон, вот в такой позе и оставайся. Маммон был обескуражен её словами. MC легла по ним так, чтобы оказаться между его связанных ног, под ягодицами, а он на четвереньках, опираясь на связанные руки. Маммон резко дёрнулся, когда MC провела пальцем вдоль его внутренней поверхности бедра, едва не касаясь самого желанного. А, когда она обеими руками схватила его ягодицы, он вздрогнул и оглянулся на неё, возмущаясь: – Что ты делаешь?! – Просто хочу пощупать. – Из уст MC это прозвучало прозвучало невинно и в тоже время насмешливо. Она разминала его ягодицы, периодически раздвигая их, чтобы полюбоваться на дырочку. Он зажмурился, стиснув зубы, но его тело предательски отозвалось, выдав то, что он так отчаянно пытался скрыть – эрекцию. «Ненавижу это… Ненавижу, что она может делать со мной всё, что захочет…» – но даже в мыслях его протест звучал фальшиво. Но масла подливал в огонь вид под собой. Глядя заворожённо на обнажённое интимное место MC, Маммон облизнул губы. Он страстно хотел исследовать языком её половые губы, а потом и внутри них, чтобы насладиться этим моментом. Но MC заранее догадалась, о чём думал он, поэтому сказала: – Я запрещаю тебе трогать моё интимное место, можешь только смотреть. Маммон готов был заскулить от досады. Потом MC вовсе перестала мять его ягодицы и просто смотрела на сморщенную дырочку без намека на волосы. Идеально. – Зачем ты пялишься на мою задницу?! Его дырочка сжималась смущения, и MC не удержалась от того, чтобы лизнуть её. Это неожиданное выбило всех из колеи. [Уверенна, и вас тоже] Левиафан отвернулся, но не успел – картинка всё ещё стояла у него перед глазами. Его собственные щёки горели, а внизу живота разлилось тепло. «Нет-нет-нет, это просто… это просто наказание Маммона, я тут ни при чём!» – пытался убедить себя, но тело будто не слушалось. Люцифер же, напротив, слегка наклонился вперёд, подперев подбородок рукой. Его взгляд скользнул по перекошенному лицу Маммона, потом к MC – и губы растянулись в едва заметной ухмылке. «Интересно, как далеко она зайдёт?» – Эй, ты, никто ещё не посмел лизнуть Великого Маммона в этом месте!!! – Значит, я смогла сделать то, чего с тобой не делали ведьмы? Маммон отвёл смущённый взгляд. – Похоже, тебе это нравится куда больше, чем ты готов признать. Маммон промолчал. MC подтянула к себе коробку и достала оттуда бутылку лубриканта с ароматом мёда. Он пролила на ладонь обильное количество тягучей и густой, как настоящий мёд, смазки и растёрла ладонями, размазывая её, как мыло. Левиафан резко сглотнул, наблюдая, как блестит смазка на пальцах MC. Его собственные руки непроизвольно сжались на коленях. «Проклятье!.. Почему это выглядит так... так..?» – Мысль оборвалась, когда он поймал себя на том, что представляет, как эти липкие пальцы скользят по его телу вместо Маммона. Люцифер приподнял бровь, заметив, как Левиафан нервно ёрзает на месте. «Интересно, – подумал он, – сколько ещё продержится наш маленький завистник?» Его собственное дыхание оставалось ровным, но в глазах загорелся промелькнул огонёк желания. Маммон зажмурился, когда смазанные руки MC коснулись его кожи. Прохладная жидкость казалась обжигающей на его разгорячённом теле. Стон застрял у него в горле, когда MC начала распределять смазку круговыми движениями, специально замедляясь в самых чувствительных местах. Его дырочка рефлекторно сжалась в предвкушении, что только вызвало тихий смешок у MC. Тишину комнаты нарушали лишь прерывистое дыхание демона и едва слышные шлепки. Каждое прикосновение MC будто прожигало его насквозь, оставляя за собой мурашки и дрожь в мышцах. Он пытался сдержаться, но его тело уже предательски реагировало на каждое движение её пальцев, выгибаясь в поисках большего трения. На смуглой коже ягодиц Маммона появились покраснения с едва различимыми чертами в виде её ладони. – Т-ты... – начал Маммон, но слова потерялись в стоне, когда её палец скользнул между ягодицами. «Чёрт! Она это специально!» Губы MC растянулись в довольной ухмылке, наблюдая, как он корчится под её прикосновениями. И, когда её палец наконец начал вдавливаться внутрь входа медленно, почти невыносимо, тело Маммона выгнулось в дугу, верёвки впились в кожу, оставляя красные следы. – Н-не тяни... – прохрипел он, голос срываясь на низком рычании. Но MC лишь нарочито замедляла движения, заставляя его чувствовать каждый миллиметр. Его внутренности горячие и жадные. – Такой нетерпеливый. Я ведь ещё даже не начала по-настоящему. И прежде чем он успел что-то ответить, её палец вошёл глубже, вырывая у него стон, который он уже не мог сдержать. Левиафан резко вдохнул, глядя на эту картину. Его собственные бёдра непроизвольно дёрнулись, выдавая своё желание. «Почему он... почему он может так просто наслаждаться... а я...» – мысли путались, оставляя только жгучую зависть и странное желание оказаться на его месте. – Эй, MC, может, хватит уже его мучить? – пробормотал он, хотя в его голосе и мыслях не было настоящего протеста. MC это заметила. – А ты хотел бы присоединиться? – Её губы изогнулись в хитрой улыбке, а пальцы неспешно продолжали играть с Маммоном, заставляя его скулить. Левиафан почувствовал, как по его спине пробежал горячий трепет. Он хотел отвернуться, притвориться равнодушным, но взгляд будто приковало к ловким рукам MC, которые заставляли дрожать его брата. – Хорошо, ты заслуживаешь, чтобы тебе уделили внимание, – сказала ласково MC. Левиафан удивился, будто не веря своим ушам. – Ч-ч-что-о..?! – Но сначала... Тебе же нравятся кольца? – сказала MC Маммону, доставая эрекционное кольцо. – Только не такие!!! Маммон с криками начал извиваться, как угорь на суше, всячески препятствуя MC. – Ой, да ладно тебе, – рассмеялась она, ловко уклоняясь от его попыток вывернуться. – Тебе же нравится всё блестящее и дорогое. А это – очень дорогая игрушка. Левиафан наблюдал за этой сценой, чувствуя, как его собственное тело предательски реагирует. Губы его слегка приоткрылись, когда он увидел, как Маммон выгибается, когда MC затягивает кольцо у его основания. В глубине души он завидовал этому смешению боли и удовольствия, но признаться в этом вслух было выше его сил. – Люцифер, развяжи его. Люцифер без доли сомнения освободил Маммона от пут. Освобождённый демон тут же сжался в комок, тяжело дыша, его тело всё ещё дрожало от пережитого. MC бросила ему подушку, сказав: – Пусть она составит тебе компанию, а ты оставайся на месте. – А затем она обратилась к Левиафану: – Иди сюда и прими такую же позу, что была у Маммона. – Х-хорошо, – сказал смущённый Левиафан и принял позу на краю кровати, сердце его бешено колотилось, а в животе сковало приятное напряжение. И это без воздействия пакта. – Ты такой покладистый... Совсем не похож на своего брата. – Она нежно разминала ягодицы. Его бледная кожа ягодиц горела. – Интересно, ты будешь так же громко стонать? Левиафан сдавленно застонал – MC показалось, что от недовольства. – Хочешь, я остановлюсь? Левиафан замер, его разум метался между страхом и желанием. В конце концов, он лишь сдавленно прошептал: – ...Нет. – Хороший мальчик, – сказала она ласково, продолжая разминать его упругие и аппетитные ягодицы. Ей хотелось укусить их. Это идея! Левиафан от неожиданности издал визг, когда она вонзила свои зубы в его мягкую ягодицу. Она сильно сжимала челюсти, но это не было больно – скорее, странное сочетание острого удовольствия и лёгкого жжения, от которого по спине пробежали мурашки. Она отстранилась и посмотрела на след от укуса: аккуратный полукруг отпечатался на бледной коже. Он не кровоточил, это был скорее что-то вроде слепка, но не исключено, что на его месте появится синяк. – М-МС!.. – прохрипел Левиафан, но его протест тут же превратился в сдавленный стон, когда она повторила укус чуть ниже, чуть сильнее. Его пальцы вцепились в простыни, суставы побелели от напряжения. Так MC оставила ещё несколько укусов на ягодицах Левиафана, который извивался и скулил, но и не был против. Каждое новое сжатие зубов заставляло его тело вздрагивать, а дыхание сбиваться. – Теперь ты весь мой. – MC провела ладонью по покусанной коже. – Готов к продолжению? Левиафан лишь застонал в ответ на её прикосновения, и она сочла это за ответ. – Хорошо, Леви. Левиафан готов был к тому, что он продолжит в том же духе, но она отстранилась, чтобы поискать что-то в коробке. Он хотел посмотреть, но... – Пока не смотри, это сюрприз. Он послушался, хоть это не действие их пакта. – Вот оно, хорошо, что он здесь. – Услышал Левиафан позади себя. Люцифер ухмыльнулся, понимая, к чему всё это ведёт, а Маммон был крайне удивлён, понимая, к чему это ведёт. Левиафан слышал, как MC с чем-то возилась. – Можешь обернуться, – сказать наконец MC. Левиафан был заинтригован и даже нервничал, когда медленно повернулся. Его взгляд скользнул по коробке, которую MC держала в руках, а затем застыл на предмете, который она демонстративно достала. Это был страпон. Изящный, с узорчатым ремешком и фаллосом идеального размера и телесного цвета. Левиафан украдкой посмотрел на MC, потом вернул взгляд на страпон, и тут же смущённо завопил, закрывая покрасневшее лицо руками, но не в состоянии был закрыть глаза – его взгляд был прикован к страпону. Он всё это время говорил что-то бессвязное со смесью аниме-терминов. Но всё же можно было разобрать: – Т-ты соб-бираешься э-это исп-п-пользовать на мне?! – Да, это твоя награда за хорошее поведение, – ответила MC, небрежно проводя пальцами по ремешкам, заставляя кожу Левиафана покрыться мурашками. И тут – пуф! – Левиафан принял свою демоническую форму: без одежды, только отметены в виде чешуи в некоторых местах тела, его ветвистые рога и длинный змеиный хвост, который нервно извивался. MC, как Люцифер, лишь украдкой усмехнулась над реакцией Левиафана. – Всё хорошо, – сказала она, наклоняясь так близко к его лицу, глядя в оранжевые, как яшма, глаза. – Я позабочусь о тебе. Левиафан смущённо заскулил, а его сердце затрепетало. И тут взгляд MC упал на его два пениса. До принятия демонической формы, у него был один пенис, но сейчас их два. Левиафан заметил её взгляд и моментально попытался прикрыться; MC явно заинтересовалась этим «неожиданным» изменением. – О-о-о… Это что, ещё один бонус к демонической форме? – игриво протянула она, проводя пальцем по его напряжённому животу вниз, заставляя Левия вздрогнуть. – Н-не смейся! – он заёрзал, но не сделал ни малейшей попытки отстраниться. – Это… э-это нормально для высших демонов! – Восхитительно, ты мог бы вдвойне удовлетворять девушек. Ну знаешь: один проникает во влагалище, а другой – в задний проход... Левиафан аж подпрыгнул от её слов, его хвост судорожно извился по полу. – М-МС! – он закрыл лицо руками, но между пальцами всё равно проглядывал пунцовый румянец. – Но сегодня, – продолжила она, медленно проводя пальцем вдоль одного из его членов, заставляя его дёрнуться, – я буду удовлетворять тебя. MC надела страпон, затягивая ремешок, чтобы он сидел прочно и не стеснял движения. А потом она взяла бутылку смазки, которую она использовала на Маммоне, и уже готова была протянуть руку, чтобы подготовить его, но... – Позволь я сделаю это сам, – внезапно выпалил Левиафан, его голос дрожал от смущения, но в глазах читалась решимость. Она слегка удивилась, но кивнула, сказав: – Как скажешь, Леви. Левиафан сел на краю роскошной кровати Люцифера и, вылив лубрикант на пальцы, начал свою подготовку, смущённо постанывая. Его движения были неуверенными, но тщательными – будто боялся сделать себе больно, но в то же время не мог остановиться. MC не хотелось, просто наблюдать, к тому же её рука уже в смазке. Пока он подготавливал себя, она опустилась между его бёдер и принялась играть с его двумя пенисами. Один она ласкала смазанной рукой, медленно проводя большим пальцем по капле предэякулята на головке, а к другому прильнула губами, заставляя Левиафана взвыть. Она делала перерывы, чтобы дать Левиафану перевести дух, ведь она понимала, что Левиафан чувствительнее, чем Маммон. И вот Левиафан остановился, вытащив пальцы, со словами: – Достаточно... – Молодец, ты хорошо себя подготовил, – одобрительно кивнула MC, поглаживая его внутреннюю поверхность бедра и оба пениса. У Левиафан радостно дрогнуло сердце, оба его пениса дёрнулись в её руке, а кончик хвоста нервно забил по полу. – Я не удивлён его «мастерству», иначе чем он ещё занимается в своей комнате, – подал голос Маммон, оседлавший подушку, стараясь не двигать бёдрами. Левиафан резко повернулся к брату, его оранжевые глаза вспыхнули яростью, но тут же в них промелькнуло жгучее смущение. – Маммон, я запрещаю тебе делать комментарии в отношении Леви! – сказала строго MC. И Маммон почувствовал, что из-за силы пакта попытки сказать, что-то о Левиафане заставляли его рот держать на замке. Левиафан с благодарностью посмотрел на MC. Он готов был боготворить её, ведь она так чутка к нему. Ему даже не верилось, что они собираются соединиться в страсти. И прежде чем Левиафан успел что-то сказать, её пальцы вновь обхватили его члены, заставляя его забыть обо всём на свете. – Ложись, – сказала она, начиная смазывать страпон. Он покорно откинулся на кровать, его хвост нервно бился по простыням. И как только первые дюймы страпона начали медленно входить в него, его спина выгнулась, а рот приоткрылся в беззвучном стоне. Хвост инстинктивно обвил её бедро, цепляясь за неё, как за якорь среди бушующего моря ощущений. MC была в восторге от ощущения его змеиного хвоста. Её всегда заводил вид хвоста Левиафана. Поэтому она наклонилась к его уху и сказала: – Леви, используй свой хвост, чтобы ласкать меня «сзади». Его глаза расширились от понимания её слов. Он колебался на мгновение, чувствуя, как его собственное тело вздрагивает от каждого движения страпона внутри него. – Я... я не уверен... – прошептал он, но его хвост уже скользил вверх, к её ягодицам. И кончик проник между ними, вызывая у MC тихий вздох. – Вот так... – поощряла она, слегка наклоняясь вперёд, чтобы дать ему лучше доступ. – Ты же хочешь доставить мне удовольствие, да? Левиафан кивнул, кусая губу. Его хвост стал увереннее, кончик начал осторожно давить, в то время как MC медленно увеличивала темп движений. – Ты... ты такая тесная... – пробормотал он, чувствуя, как её мышцы сжимаются вокруг кончика его хвоста. MC лишь застонала в ответ, её ногти впились в его бёдра, когда ритм стал быстрее. Их тела двигались в унисон – страпон скользил в Левиафане, в то время как его хвост всё глубже проникал в неё, создавая двойную волну удовольствия. – Л-Леви... – её голос сорвался, когда хвост нашёл особенно чувствительное место. Его хвост начал двигаться быстрее, в такт её толчкам, пока оба не потеряли счёт времени, полностью погрузившись в море взаимного наслаждения. Маммон был в отчаянии пока наблюдал, как MC и Левиафан занимались плотскими утехами. Несмотря на старания, он слегка тёрся пенисом о поверхность подушки. А Люцифер украдкой наблюдал за Маммоном, за его отчаянным видом. MC обхватила оба пениса Левиафана ладонью левой руки, а ладонью правой руки начала интенсивно тереть их головки. Левиафан закинул голову назад. – М-МС… я… я не… – его голос сорвался в высокий, дрожащий стон, когда её пальцы сжали его чуть сильнее, скользя по чувствительным уздечкам. Тем временем Маммон, забыв про всякую осторожность, прикусил собственную губу, чтобы не выдать себя стоном. Его пальцы впились в подушку, а бедра непроизвольно двигались в такт тому, что происходило перед ним. Люцифер не сводил глаз с Маммона, наблюдая, как тот теряет остатки самообладания. Левиафан между тем был уже на грани. Оба пениса пульсировали в её руке, а хвост, всё ещё глубоко внутри неё, начал дёргаться от переизбытка чувств. – П-пожалуйста… – выдавил он, и MC наконец сжала его чуть сильнее. Его дыхание участилось, а на бледной коже выступили капельки пота, когда она умелыми движениями довела его до грани. Маммон, всё ещё тёршийся о подушку, заворожённо наблюдал за тем, как MC играет с Левиафаном. Его собственное тело горело, и он не мог отрицать – ему хотелось оказаться на его месте, но и не хотел признавать самому себе. – MC… – хрипло позвал он. Она посмотрела на него, делая вид, что немного раздражена. – Что тебе, Маммон? Разве тебе недостаточно подушки? Он застонал, не в силах выдержать её тон. – MC, ты мне нужна! – скулил Маммон и старался показать свой пенис, из головки которого обильно тёк предэякулят. MC вздохнула так, будто перед ней не великий грешник жадности, а капризный ребёнок, требующий внимания. – Какой ты нетерпеливый, – протянула она, небрежно отстраняясь от Левиафана, который лежал в полубессознательном состоянии, всё ещё слабо подрагивая. Маммон дрожал от предвкушения, когда MC приближалась к нему, но его глаза округлились от шока, когда она обошла его и встала на колени сзади. – Ч-что ты задумала?! Когда страпон вошёл в него до предела, тело Маммона резко выгнулось, а по спине пробежала судорога. Его демоническая форма (без одежды) проявилась тотчас: белые линии на смуглой коже голого торса, на голове – витые рога, и перепончатые крылья, которые беспомощно затрепетали. – Ты ведь хотел внимания, – повторила MC, намеренно медленно вытягивая слова, в то время как её свободная рука впилась в основание одного из его витых рогов, прижимая его голову в кровать. – Н-не так г-глубоко! – он захлёбывался, его протест звучал скорее как мольба. Но MC уже двигалась внутри него, каждым толчком заставляя его вздрагивать и стонать прерывисто, как загнанный зверёк. Левиафан, немного прийдя в себя и наблюдая за этим, непроизвольно сглотнул. Маммон захлёбывался стонами, его тело то напрягалось, то бессильно обмякало, но бежать он даже не пытался – не столько из-за пакта, сколько потому, что ему это нравилось. И MC прекрасно знала это. Иначе бы он не кончил так скоро с громким стоном и судорогами по всему телу. Но MC на это не остановилась. Маммон вздрогнул, когда её пальцы обхватили его перевозбуждённый член, всё ещё пульсирующий после недавнего оргазма. «Что?!» – его голос сорвался на визг, когда её большой палец с жестокой точностью прошёлся по чувствительной уздечке. Её движения были методичными, почти механическими – не ласка, а намеренная пытка гиперчувствительностью. Левиафан вдруг осознал, что его собственные руки движутся на его обоих пенисах (хотя буквально пять минут назад у него был оргазм) в том же ритме, что и ладонь MC, и тут же покраснел до кончиков ушей. Ладонь ускорилась на головке пениса до неистового темпа, и Маммон издал звук, который даже отдалённо нельзя было назвать человеческим – нечто среднее между воплем и стоном демона. Этот стон был даже громче стона Левиафана. А из перевозбуждённого члена Маммона брызнули последние капли спермы – организм буквально выдавливал из себя то, чего уже не осталось. MC и не подозревала, что он может издать подобный звук – это и удивило её, и восхитило. Поэтому она наклонилась к нему, прижимаясь обнажённой грудью к его груди, и впервые сказала ему: «Хороший мальчик», а потом поцеловала в раскрытые губы, слегка проникая. Её губы коснулись его полуоткрытого рта в неожиданно нежном поцелуе. Маммон замер, глаза расширились от шока, но через секунду его губы неловко ответили – неуверенно, почти по-детски. MC услышала, как Левиафан из зависти скулил, его хвост дёргался в такт учащённому дыханию. «Ой, чуть не забыла...», – подумала она, отстранившись от Маммона, и подползла к ревнивому мальчику Левиафану. – Т-ты же... ты же его поцеловала первее... – пробормотал он, но протест застрял в горле, когда её губы прижались к его. Люцифер всё это время наблюдал за сценой с холодным любопытством. Его губы слегка искривились в усмешке: младшие братья всегда были так предсказуемы в своих слабостях. Маммон – в своём упрямстве, Левиафан – в подавленном желании. И MC… Она играла с каждым по-своему, даёт ровно столько, сколько нужно, чтобы свести их с ума. И это восхищало. А ему хотелось узнать, как она будет играть с ним, но желательно без «посторонних лиц». Люцифер наконец поднялся, поправив манжеты. – Похоже, на сегодня достаточно – урок усвоен. Маммон и Левиафан, вы можете идти, а MC останется, – произнёс он, скидывая с плеч пальто с меховой подкладкой на кресло. Его голос звучал глубоко; MC заметила его едва заметную улыбку в уголках рта. Оба брата послушались, торопливо одеваясь. MC лишь хихикнула, наблюдая, как они неловко ковыляют к двери – один всё ещё дрожащий от перевозбуждения, другой – красный до кончиков ушей и возбуждённый. Дверь с тихим щелчком захлопнулась за братьями, и в комнате воцарилась напряжённая тишина. Люцифер подошёл к MC, сидящей на его кровати и всё ещё с надетым страпоном. – Ну как я справилась? – спросила она. Люцифер взял её руку за запястье и приложил ладонью его паху. И даже через ткань брюк она ощутила, как его член пульсирует, горячий и твёрдый. – Великолепно. – Его голос прозвучал низко и густо, как мёд. – Разумеется, я училась у мастера наказаний. – На мой взгляд ты больше наказывала Маммона. – Он это заслужил – он заварил эту кашу. А Леви не виноват, но он был готов подчинится, ведь ему нравится моё доминирование. – Не могу не согласиться. Тут его взгляд слегка помрачнел, и улыбка стала хищная. Он прижал её к кровати всем своим телом. – Так ты меня всё-таки накажете? – спросила она в предвкушении. Она всегда считала, что роль доминанта ему к лицу. – Что ты, MC, я собираюсь наградить тебя за хорошо проделанную работу. Признаться, я хотел присоединиться, но решил дождаться уединения с тобой. От его низкого голоса с сексуальным тоном MC бросило в жар. Его низкий баритон... Божественный! Аватар Гордыни прильнул к её губам. Его поцелуй и нежный, и игривый. Они полностью отдались ему. Люцифер расстёгнул брюки и с вздох облегчения вытаскивает из них эрогированный пенис. MC схватилась за его галстук, а он издавал низкий гортанный стон и гладил свою эрекцию пока они целовались. Затем их языки ласкали друг друга, переплетаясь, словно змеи. Она протянула руки к его пенису, который на ощупь был скользкий от предэякулята и горячий. Люцифер позволил полностью завладеть этой ситуацией, а сам переместил обе руки к её грудям. MC была на седьмом небе от ощущения его больших рук (пусть и в перчатках), которые полностью обхватывали её небольшие груди, для него размером с апельсины. Её пальцы скользили по его длине, изучая каждый изгиб. Люцифер слегка закатил глаза, его веки дрогнули, а сам наслаждался её прикосновениями. – Люцифер, давай ты сядешь в кресло, а я сверху, – предложила MC, её голос звучал игриво, но в глубине глаз читалось нетерпение. – Конечно, – ответил он, его губы растянулись игривой улыбке, которая сводила её с ума. Он встал с кровати и, подойдя к креслу, в него с царственной грацией, его руки легли на подлокотники. Люцифер изящно снял одну перчатку, затем другую. И всё это белоснежными зубами. Его обнажённые пальцы выглядели мужественными, несмотря на красный лак на ногтях. Он ослабил ремешки, на её всё ещё надетом страпоне, снял его и бросил на пол рядом с креслом. Люцифер магией притянул в свою руку бутылочку и открыв её. Аромат роз заполнил пространство между ними, отталкивая мускусный запах секса ранее. Люцифер перевернул флакон, и густая жидкость медленно потекла по его пальцам, блестя на свету, как жидкое розовое золото. Всё это время MC зачарованно следит за каждым движением его рук, которые в её глазах были произведением искусства, словно их сотровил скульптор. Он направил руку её за спину. Его пальцы, скользкие от розового лубриканта, коснулись её ануса, и MC инстинктивно выгнула спину, прижимаясь теснее. Люцифер усмехнулся, чувствуя её реакцию пальцами. Он не спешил проникать, лишь водил подушечкой пальца по сморщенному колечку, очерчивая его контур, дразня и нагнетая напряжение. MC нетерпеливо дёрнула бёдрами. Первый палец вошёл медленно, плавно, почти не встречая сопротивления. Второй присоединился к нему следом, растягивая её изнутри. MC застонала, вцепившись пальцами в подлокотники кресла. Люцифер двигал пальцами лениво, со знанием дела, иногда разводя их в стороны или слегка сгибая. – Левиафан хорошо потрудился своим хвостом. Так что это не столько подготовка, сколько прелюдия. Тем не менее стимуляция пальцами была так же приятна, как и хвост Левиафана. Так приятна, что она практически насаживалась на его пальцы, подаваясь бёдрами в такт каждому движению. Люцифер выжидал, позволяя ей самой задавать ритм, и лишь изредка толкал пальцы глубже, отчего она подавалась вперёд, поднимаясь над ним и хватаясь за спинку кресла. В этом положении, когда его лицо оказывалось почти что между её бёдер, Люцифер подался вперёд. Его дыхание коснулось её влажной плоти прежде, чем он коснулся её губами. Широким, медленным движением языка он провёл по её половым губам, собирая капли смазки и её собственного сока. MC вздрогнула, когда его язык углубился, обводя клитор и тут же отступая, дразня. Одновременно его пальцы внутри неё продолжали своё движение – неглубокие, ритмичные толчки в такт движениям языка. Язык, ласкающий её половые губы, в купе с пальцами, ласкающими её анальное отверстие, вызывали невероятные ощущения. Она вцепилась пальцами в спинку кресла от волн удовольствия, накатывающих одна за другой. Люцифер работал с методичной точностью, нащупывая её каждый сантиметр изнутри. Он то втягивал губами её клитор, посасывая с лёгким нажимом, то вновь возвращался к медленным вылизывающим движениям, заставляя её мышцы сжиматься вокруг своих пальцев. MC не могла сдержать стона, срывающегося с губ помимо воли. Её ноги дрожали, удерживая вес тела, а пальцы до боли сжимались на спинке кресла. Люцифер лишь усмехнулся вибрацией губ, прижатых к её телу, и усилил давление языка. Затем его язык переместился с её вульвы ниже – на нежную кожу промежности. Люцифер действовал неторопливо, будто изучая каждый миллиметр её тела. Широким, влажным движением он провёл языком по этой чувствительной перемычке, заставляя мышцы её бёдер непроизвольно сжиматься. Кончик языка скользил медленно, с лёгким нажимом, очерчивая границу между влагалищем и анусом. MC выгнулась, её пальцы заскребли по спинке кресла – это место оказалось почти забытым, но оттого невероятно отзывчивым на ласку. Люцифер лизнул ещё раз, чуть дольше задержавшись, чувствуя, как она мелко дрожит. Он отстранился ровно настолько, чтобы сменить угол. Его язык коснулся сжатого колечка, хоть и подготовленного. MC вздохнула, когда он начал водить по нему круговыми движениями, то надавливая, то ослабляя давление, дразня и разогревая. Она двигала тазом от удовольствия, бессознательно насаживаясь то на его язык, то на пальцы. Люцифер же мастурбировал свободной рукой – его пенис, всё ещё высунутый из брюк, пульсировал в собственном ритме. Он проводил большим пальцем по головке, размазывая выступившую каплю предэякулята, но не ускорялся, сохраняя ровное, почти ленивое движение в такт своим ласкам. Отпустив MC, чтобы она сама удерживала себя на ногах, Люцифер магией призвал к себе из коробки вибратор в форме пениса – тот бесшумно вылетел оттуда и лёг в его раскрытую ладонь, минуя лишние движения. Он включил его на самой низкой уровне интенсивности вибрации. Тихий, едва уловимый гул наполнил паузу между ними. MC не видела, что именно он делает, пока кончик вибратора не коснулся её клитора – мягко, почти невесомо, но вибрация мгновенно разлилась по нервным окончаниям горячей волной. Она вздрогнула, ощущая двойную стимуляцию: язык Люцифера, продолжающий круговые движения у её ануса, пальцы внутри и эту новую, пульсирующую вибрацию на самом чувствительном месте. – Л-Люцифер… – выдохнула она, и её голос сорвался на высокий стон. Дрожь удовольствия пронизала её всё тело – от затылка до пяток, заставляя мышцы живота судорожно сократиться. Она повисла на спинке кресла, почти не в силах держаться, а Люцифер лишь чуть улыбнулся, чувствуя вибрацией губ её реакцию. Он не увеличивал мощность – оставил самый низкий уровень, испытывая её терпение. – Я... едва могу держаться, Люцифер, – сказала MC, её голос прерывался от напряжения и удовольствия. Она отстранилась, медленно, словно не желая терять контакт с его губами. Его лицо оказалось перед ней – губы влажные от оральных ласк, блестящие в приглушённом свете комнаты. Люцифер смотрел на неё из-под полуопущенных век, облизывая губы. Она опустилась на корточки перед ним, рукой взялась за его горячий, твёрдый и пульсирующий в её ладони член и направила головку к своему анусу, всё ещё влажному и расслабленному после пальцев и языка. Люцифер наблюдал, выгнув бровь с маниакальным любопытством, но не мешал. Его руки лежали на подлокотниках кресла, напряжённые, но терпеливые. – Нетерпеливая, – сказал он почти шёпотом, и в его голосе смешались усмешка и одобрение. MC начала кататься на его члене медленно, словно пробуя глубину и угол. Её бёдра поднимали её вверх-вниз, заставляя его скользить внутри неё плавно. Каждое движение отдавалось приятной тяжестью внизу живота, а её дыхание становилось всё чаще. Она опиралась руками на его колени, чтобы удержать равновесие, и закрыла глаза, полностью сосредоточившись на ощущениях, на том, как он заполняет её, как её мышцы сжимаются вокруг него в такт движениям. Она вздрогнула, когда вибрирующий вибратор вновь коснулся её клитора и тут же исчез. Она перестала кататься, замерла, её бёдра застыли в напряжении. Люцифер держал игрушку в руке, лениво поигрывая переключателем. Она мычала от желания. Люцифер то и дело убирал вибратор, дожидаясь, когда её тело начнёт инстинктивно тянуться за стимуляцией, и вновь прикладывал кончик к клитору. Каждый раз она вздрагивала всем телом, пальцы впивались в его колени, а по спине пробегала горячая волна. Он повторял это снова и снова, пока её стоны не превратились в сплошной, почти жалобный звук. Люцифер приподнял MC за бёдра, легко меняя её позицию. Одной рукой он удерживал её вес, а другой напрравил кончик вибратора к её анусу, всё ещё влажному и расслабленному после предыдущих ласк. Вибратор вошёл плавно, без сопротивления; MC выгнулась, тихо застонав, когда игрушка заняла своё место. Затем Люцифер усадил её, направив свой собственный член в её влагалище. Он вошёл одним плавным, глубоким движением, и MC вскрикнула, ощутив, как два источника удовольствия заполнили её одновременно. Люцифер замер на мгновение, давая ей привыкнуть к двойной наполненности, и лишь затем начал ритмичные движения, синхронизируя толчки с вибрациями игрушки. Его руки крепко держали её бёдра, помогая найти идеальный угол. Он слегка наклонял её таз то в одну сторону, то в другую, пока она не застонала особенно громко – и тогда зафиксировал положение. Теперь волны удовольствия накатывали благодаря двум источникам: его член, пульсирующий внутри неё, двигался в такт её дыханию, в то время как вибратор, оставленный включённым на низкой мощности, уютно лежал у её клитора, посылая непрерывную дрожь по нервным окончаниям. MC вскрикнула, когда он начал ритмичные движения, синхронизируя их с вибрациями игрушки. Каждый толчок отзывался внутри неё глухим, тягучим удовольствием, а вибрация добавляла к нему остроту, не давая расслабиться ни на секунду. Люцифер, обнимая её за талию, склонился к её груди. Его губы – всё ещё влажные после недавних ласк – коснулись сначала ключицы, лёгким, почти невесомым поцелуем, а затем медленно скользнули ниже. Он обхватил губами сосок, ощущая, как он затвердел от прикосновения. Язык описал вокруг него неторопливый круг, дразня и нагнетая напряжение, прежде чем Люцифер втянул его в рот с лёгким, влажным звуком. Другая грудь не осталась без внимания: его пальцы, сжимали её, перебирая и массируя в такт движениям бёдер. Он то усиливал давление почти до грани болезненности, то ослаблял, поглаживая большим пальцем вершинку. Зубы Люцифера легонько сомкнулись на соске, достаточно, чтобы MC выгнулась навстречу. И всё это приближало MC к оргазму с неумолимой быстротой. Каждый новый толчок снизу, каждая вибрация игрушки, каждое движение его губ на её груди сплетались в единую пульсирующую волну, которая поднималась откуда-то из глубины живота, расползаясь горячими разрядами по ногам и спине, и её пальцы вцепились ему в плечи. Люцифер оторвался от её груди, провёл губами по изгибу плеча, задержался на нежной коже шеи, чувствуя, как бьётся под ней её ускоренный пульс. Его дыхание, горячее и ровное, коснулось мочки её уха, когда он приблизился вплотную. Голос, низкий и густой, почти мурлычущий, прошептал так близко, что его слова отозвались вибрацией прямо в её позвоночнике: – Я чувствую, как ты вот-вот кончишь. Давай. И этого было достаточно. Тело MC выгнулось в тугую дугу, пальцы судорожно вцепились в предплечья Люцифера, словно ища опору в падении. Оргазм нахлынул внезапной, горячей волной, которая поднялась от низа живота и разлилась по всему телу, заставляя мышцы сокращаться в беспорядочном ритме. Она замерла на мгновение, не в силах выдохнуть, а затем из её груди вырвался протяжный, сдавленный стон. Внутри неё всё сжималось и пульсировало вокруг Люцифера, а перед глазами на секунду потемнело. Она обмякла, тяжело дыша, и уткнулась лицом в его плечо, чувствуя, как он всё ещё глубоко внутри неё. Люцифер же позволил себе кончить мгновением позже: сдержанно, почти беззвучно, лишь низкий гортанный выдох вырвался из его груди, когда его собственное тело напряглось, а бёдра на мгновение замерли, прижимая её к себе максимально плотно. Его веки дрогнули, пальцы инстинктивно сжали её талию, оставляя красные следы, а затем он медленно выдохнул, расслабляя мышцы. Они так и остались сидеть в кресле: Люцифер, откинувший голову на высокую спинку, и MC, бессильно лежащая на его груди. Её дыхание постепенно выравнивалось, становясь глубже и спокойнее. Первым нарушил молчание Люцифер. Он осторожно, почти невесомо, сжал её плечо и тихо сказал: – Давай, приведу тебя в порядок. MC неохотно отстранилась, позволяя ему выскользнуть из неё. Тепло, которое оставалось внутри, тут же сменилось лёгкой пустотой. Она почувствовала, как по внутренней стороне бедра медленно потекла смесь его спермы, смазки и её собственных выделений. Люцифер поднялся с кресла с обычной для него грацией – ни тени усталости или неловкости. Он на мгновение задержался, окинув её взглядом, затем наколдовал полотенце. Его движения были неторопливыми и точными. Одной рукой он осторожно раздвинул её бёдра, другой – провёл влажной тканью по животу, затем ниже, собирая липкую влагу с внутренней стороны бёдер и промежности. MC вздрогнула от прикосновения – всё тело было чувствительным, почти болезненно отзывчивым. Когда он закончил, то аккуратно сложил полотенце и отставил его в сторону. Его пальцы на мгновение задержались на её колене – короткое, почти незаметное движение, но MC почувствовала в нём что-то похожее на нежелание отпускать. Однако Люцифер выпрямился, поправил воротник рубашки (хотя ему необходимо будет переодеться) и бросил взгляд на настенные часы. – Что ж, довольно поздно. Пора тебе в свою комнату, – произнёс он ровным тоном, в котором, однако, не было холодности. Скорее констатация факта, произнесённая без намёка на сожаление, но и без желания прогнать. MC кивнула, поднимаясь с кресла. Ноги слегка дрожали, и она на мгновение оперлась на подлокотник, чтобы восстановить равновесие. Люцифер не протянул руку – она приняла. – Да, ты прав. Но мы ведь это ещё когда-нибудь повторим? Люцифер, всё ещё держа её за руку, медленно улыбнулся той самой своей полуулыбкой, которая могла означать что угодно: от снисхождения до одобрения. В полумраке комнаты, с расстёгнутым воротником и растрёпанными волосами, он выглядел почти уязвимым, если бы не его прямая осанка и тёмный, полный обещаний взгляд. – Безусловно. Она оделась. Уходя, чувствовала, что воздух в комнате был густым, пропитанным запахом интима. И чувствовала приятную дрожь – дрожь от осознания того, что сегодня она не просто избежала наказания, а получила нечто куда более интересное. Вот MC толкнула дверь и услышала, как она кого-то ею ударила. Она заглянула за дверь и увидела Маммона и Левиафана. Они потирали свои лбы, корча лица от боли. Она жестом велела не говорить им ни слова, и они вместе ушли к ней в комнату. – Клянусь, мы ничего не слышали! Мы пришли как раз проведать тебя, мы беспокоились, что с тобой могло что-то случиться! – заверещал Левиафан. – Вообще-то было плохо слышно, что происходило в комнате, – сказал Маммон, который явно был недоволен этим фактом. – Любопытно было, что ты и Люцифер там делали. – Ах ты..! – Левиафан готов был ударить его, а Маммон – убежать от него. – Вы двое! – повысила MC голос. Те замерли. – Всё, что происходило в пределах этой комнаты во время наказания и после него, останется между нами. Ясно. Она сказала это в духе Люцифера, так что Маммон и Левиафан нервно сглотнули. Но всё же они кивнули в ответ. – Вернее сказать, между нами четырьмя, – сказал слащавый голос Асмодея. Маммон и Левиафан были удивлены такой встрече, а MC ничуть. – Ладно, между нами четырьмя, – сказала она. – Учти об этом, чтоб держал рот на замке. – Во мне можешь не сомневаться!~