Апельсин для демона

Следующие месяцы превратились в дорогу. Они переезжали из города в город, из страны в страну. Они жили чемоданами, картами, слухами и чужими именами. Иногда метка начинала гореть, и Джо становилась слабой и раздражительной. Тогда Лукка давала ей травы и ждала, пока приступ пройдет. Они искали информацию, слухи, легенды. Но Рейв оставался тенью. И Себастьян тоже. Оба будто нарочно не давались в руки. Сентябрь. Первой точкой был Париж. Город, в котором можно было найти ответы на странные вопросы. Город, в котором нечисти было больше, чем людей. Марта дала контакт знакомой ведьмы, более старой и опытной, но и она не знала способов убить Рейва. Они проверяли новости, газеты, странных иностранцев и большие поместья. За месяц они прошли Париж вдоль и поперек. Не было ни Себастьяна, ни ответов. Октябрь. Новый Орлеан встретил их жарой, болотной сыростью и разговорами о духах, которых лучше не тревожить. Они ходили по лавкам вуду, искали тех, кто умел говорить с мертвыми, платили за ритуалы, которые заканчивались красивым дымом и пустыми обещаниями. Одна старая жрица сказала, что на Джо смотрит не просто демон, а голод, который помнит ее душу. Но и она не знала, как убить то, у чего нет настоящего лица. К концу октября у Лу появилась новая пачка записей и ни одного ответа. Здесь Джо впервые потеряла сознание. Ноябрь. В Мексике им впервые показалось, что они подобрались ближе. Они шли по следу древних историй о существах, которые забирают не тела, а то, что остается после страха. Джо становилось хуже чаще, метка горела дольше, и даже травы Марты уже не снимали все симптомы сразу. В одну из ночей Рейв нашел их сам. Он пришел резко, как приходит лихорадка. Без предупреждения. Воздух стал тяжелым, стены зазвенели, а свет в комнате словно выцвел. Они едва успели уйти. После этого нападения Лу не спала трое суток. Декабрь. Мексика тянулась слишком долго. Они меняли города, имена, гостиницы, но ощущение погони не исчезало. К концу второго месяца стало ясно, что они не охотятся на Рейва. Это он позволяет им думать, что у них еще есть время. Январь. Токио встретил их зимним холодом, электрическим светом и странным спокойствием. Там Лу искала не демонов, а тех, кто знает духов. Они говорили с шаманами, хранителями храмов, старыми женщинами, которые помнили слишком много, и мужчинами, не любившими смотреть в глаза. Историй оказалось сотни. Существ, похожих на Рейва, — ни одного. Но в одном храме им сказали, что есть сущности, которых нельзя убить силой. Только завершить. Это слово Лукка записала отдельно. Февраль. Ирландия была сырой, холодной и слишком красивой для того, чем они там занимались. Там нашлась ведьма, которая клялась, что может снять любую печать, если та наложена не богом. Лу поверила ей сразу, Джо — ни на секунду. Ритуал длился всю ночь. В доме пахло кровью, морем и мокрым торфом. Ведьма исчертила тело Джо знаками, шептала на старом языке, жгла травы и лила в огонь что-то черное. Утром метка была на месте. Март. Они остались в Ирландии еще на несколько недель, потому что Лу не могла сразу уехать. Ей казалось, что ведьма ошиблась в чем-то малом, что нужно просто повторить иначе, доработать. Но метка не поддавалась. К марту Джо уже с трудом поднималась после приступов. Она спала днями. Лу искала. Здесь она впервые по-настоящему испугалась, что однажды метка просто не отпустит ее обратно. Апрель. Они вернулись в Лондон. Лукка пришла в лавку Марты с ворохом записей, адресов и бесполезных имен. Ведьма выслушала все молча, а потом показала свои собственные заметки. У нее тоже не было ответов. — Тогда что нам делать? — спросила Лукка. Марта долго смотрела на медальон, потом сказала: — Найдите того, кто видит дальше обычного. Не для того, чтобы победить Рейва. Хотя бы для того, чтобы понять, где искать Себастьяна. Или когда ждать следующий удар. Май. Оракула они нашли в Дельфах. Он жил в старом доме на склоне, где ветер выл так, будто сам хотел предупредить, чтобы они уходили. Лу сразу почувствовала, что ей не нравится это место, но выбора уже не было. Оракул выслушал их, попросил медальон, кровь Джо и полчаса тишины. Вместо ответа он сделал что-то другое. Лу поняла это слишком поздно. Воздух в комнате стал тяжелым, свечи погасли, а Джо согнулась пополам, будто кто-то схватил ее изнутри. Оракул не предсказал Рейва. Он позвал его. Им снова пришлось бежать. И если бы не упрямство Лу и везение, которого у них почти не осталось, май закончился бы там. *** Прошло почти девять месяцев с того момента, как они были в Греции. Девять месяцев напрасных поисков — и все-таки именно случайность дала блик надежды. Однажды ночью Лу сидела в темной таверне где-то на юге Европы. Возвращалась от старого колдуна, который клялся, что однажды участвовал в битве против Рейва и выжил. Один из тринадцати колдунов его клана остался в живых, и то потому, что чудовище по какой-то причине в последний момент отвернулось от него. Ничего, кроме еще одной порции ужаса, от этой истории она не получила. Лу уже собиралась уходить, когда услышала разговор. Она замерла. За соседним столом сидели двое. «Жнецы», — узнала Лу. — Я говорю тебе, он уже почти закончил, — сказал один. — Себастьян? — спросила девушка в очках. Лукка медленно повернула голову. — Ш-ш-ш, не нужно имен. — Где он сейчас? — В Венеции, — он сделал глоток из кружки. — И, если я не ошибаюсь, завтра истекает срок контракта. Лукка поднялась со стула и спешно покинула бар.