За закрытыми дверями

Леон смотрел в белоснежное девичье лицо. Мягкие бледные щеки зардели, а обжигающий жар покрыл худое тело Эшли. Она взирала прямо в голубые глаза, не отрывалась, не моргала. Сбитое дыхание срывалось на редкие вздохи, заполняя полупустую комнату томящимся желанием. Та бутылка коньяка, содержимое которой сразу пропитывало бинты для обеззараживания раны агента, а после выпито для "успокоения нервов", как аргументировала Грэм, оказалась явно лишней. Кончики пальцев покалывало, а затуманенная голова шла кругом. Взгляд переметнулся на губы. Розовые и острые они заманивали прильнуть, ощутить их терпкую сладость. Девушка сглотнула. - Эшли, всё нормально? - Леон вопросительно поднял бровь. Крепкая мужская рука сжимала костлявый локоть девушки, что ещё с пару секунд назад старательно летела на пол. - А? Да, всё хорошо. - Голос непривычно дрожал. Эшли слегка прокашлялась, желая убрать образовавшийся ком в горле. - Спасибо, а то я бы точно поцеловалась с кафелем. Девушка вырвала руку с цепкой хватки Кеннеди и наконец смогла перестать любоваться красивым лицом. Но мысли - они кричали: "Поцеловаться я хочу с тобой! Обхватить мускулистую шею руками и ..." - Присядь, можешь даже немного вздремнуть, пока всё тихо, - вырвал из сладострастных дум Леон. Эшли лишь агакнула. Обвела комнату взглядом и, ещё раз убедившись в скудности её содержания, плюхнулась прямо на коричневый диван, искусственная кожа на котором потрескалась и кусочками падала на сидушку. И только сейчас девушка почувствовала усталость, скопившуюся за несколько часов. Ступни безжалостно пульсировали, а колени от частых ударов о каменистую землю пекли, на ладонях тоже образовались черно-алые царапины. Грязь смешалась с кровью, создавая благоприятную среду для инфекции. - Мда, надо было хоть чуть коньяка оставить, - еле слышно пробубнила Грэм. - А что дочка президента падка до алкоголя? - съязвил Леон, копошась в шкафу у дальней стены. - Даже таким особам, оказывается, человеческое не чуждо. - Острая обаятельная улыбка растянулась на запыленном песком лице. В мускулистых руках зазвенело стекло с плещущейся в нем жидкостью. - Могу организовать, если мисс Эшли Грэм тоже желает. - Кеннеди подмигнул, легко и добродушно, не отрывая голубые глаза от пылающих девичьих щек. - У меня вообще-то вот! - девушка смущенно выставила ладони перед собой, разрывая зрительный контакт. - Да и не время сейчас флиртовать. - Маленькие губки надулись, совершенно притворно, даже театрально. - Да кто ж с тобой флиртует, олененок. Парень растрепал блондинистые волосы и поставил бутылки на низкую тумбу. - Ты пока отдыхай, а я поищу чем можно промыть твои раны и займемся потом их обработкой. Эшли кивнула. Прикладывая прохладные ладони к ужасно горячему лицу, она пыталась хоть как-то его остудить. Веки потяжелели и перед золотыми очами появилась туманная дымка. В сон действительно клонило. Девушка аккуратно сняла пиджак и, сложив его несколько раз, положила под засыпающую голову. Белые пряди шелковым водопадом легли на ткань, щекоча израненную кожу рук. Грэм свернулась калачиком и тихонько засопела. Леон же продолжил шариться по комнате. Парень обыскал каждый ящик в надежде найти то, что может позже пригодиться. Запасов лекарств почти не осталось, а из оружия были только сколотый нож, пистолет с парой десяток пулей и винтовка, пережимающая ремешком плечо. Ситуация была плачевна: замок кишил тварями, про подкрепление ничего не слышно, а плага, внедренный в них, начал прорастать. Кеннеди чувствовал, как черные липкие нити обвивали нервы, путали мысли, создавали иллюзии. Казалось он слышал голоса других, таких же зараженных. Более того агент теперь различал переплетение слов в чужой женской голове. Леон не понимал полностью значения того, о чём думала Эшли - предложения разливались бурлящим потоком смешиваясь с бешенным ритмом сердца. Предполагать тоже не хотел, знал - если задание завершиться благоприятно, больше они не увидятся. Эшли продолжит учёбу и будет дальше играть роль прилежной дочери президента. Возможно даже, великие умы за суммы невиданные парню найдут способ стереть из памяти девушки те несколько суток, проведенные в Испании. А он... А что он? Кеннеди продолжит жизнь агента спецслужб. - Всё повторяется, - прошептал Леон. Уставшие веки опустились и в темноте зрения образовались картины шестилетней давности с горящим Раккун-Сити, людьми, зараженными вирусом и трупами, покрывающими влажную от крови землю. - Кто ж знал, что мне ещё раз придется пережить подобное. Кеннеди оперся о стену и тяжело вздохнул. Лопатки сквозь плотную ткань тенниски ощутили бетонную прохладу, а рука привычно поправила спадающие на лоб влажные от пота волосы. Он уже был не здесь, где-то далеко в череде прошедших событий ещё будучи полицейским он бродил по темным закоулкам, ища поддержку хоть в ком-то. И вот она: самодостаточная, красивая и ироничная, сильная физически и духовно Ада Вонг. В своём алом платье героически протягивает руку потерянному юнцу, а после точно так же отпускает, оставляя того с пустотой внутри. Тогда Леон и сам не заметил, как влюбился, тянулся и искал. Ада стала светом в конце тоннеля, хлебными крошками, разбросанными в лесной чаще, солнечным лучиком, пробивающимся через болотную муть. Еще долго парень не мог забыть карие лисьи глаза. Они снились и манили. Он искал их в уличной толпе и в потоке бесконечных заданий. Очи эти виделись ему и сейчас: прожигали затылок и леденящий дрожью пробегались по коже. Кеннеди уже не любил. За годы, проведенные вдали сердце охладело и лишь тяжелые воспоминания о городе с зомби воспроизводили лик Вонг. "С Эшли будет так же, - подумалось Леону. - Мы разойдемся и не вспомним. Страшный сон редким кошмаром присниться нам в ночи". Он вздохнул - глубоко и безнадежно, теряясь в бушующем потоке мыслей. Эшли... Она ему нравилась. Кеннеди не мог ещё понять, как: толи чувства были вызваны искренним интересом, толи ролью рыцаря, спасающего принцессу из лап злого дракона. Но они были, терзали колючими лозами душу, впивались шипами прямо в загорелую кожу шеи. Царапали и разрывали, требуя поддаться их неоспоримой воле. Он мельком взглянул на девушку. Лицо Эшли было слишком бледным, прозрачным, а щеки и глаза горели почти бурым цветом, темные прожилки вились возле век. Паразит мучал Грэм и Леону это было понятно, как никому другому. "Надо скорее выбраться отсюда и найти лечение". Он ещё раз прошелся по комнате и в глаза ему бросилась округла сверкающая ручка, задвинутая громоздким книжным шкафом. Приложив немалое количество усилий Кеннеди пыхтя сдвинул громадину на пару десятков сантиметров в сторону и ему открылся вид на деревянную пошарпанную дверь. Агент, практически не задумываясь, повернул ручку до щелчка, потянул на себя и через узкий, но вполне проходимый, дверной проем он смог рассмотреть санузел. Протиснувшись внутрь Леон тут же проверил работу смесителя и, убедившись, что из него идет кристально-чистая вода, умыл лицо. Ледяная жидкость охладила лихорадочную кожу. Свежесть распространилась по напряженному телу, расслабляя натянутые струной мускулы. - Что-то нашел? - сонно прощебетала Эшли, проснувшаяся от внезапного грохота. Потирая болезненные веки, девушка внимательно всмотрелась за спину мужчины. - Ого, ванная! - заликовала она. - Иди сюда, хоть немного умоешься, - Леон протянул спутнице руку. - А она точно нормальная? - девушка внимала влажному мужскому лицу, наблюдая за стекающими по точенному подбородку каплями. - В этом месте слишком много гадости, пойми меня. А подцепить ещё что-то... - Грэм резко замолчала. Она не хотела вставлять в разговор плагу, беспокоящего их обоих. - Так ты ещё и трусишка оказывается, - усмехнулся Кеннеди. Он легко потрепал её за щеку. - Ты же пить её не будешь, да и самым гнусным тварям нужна обычная вода иначе им просто не выжить, уж поверь мне. - Много ли ты в этом разбираешься, - фыркнула девушка. - Так уж вышло, - Леон усадил Эшли на край старой чугунной ванны рядом с раковиной, - что подобная ситуация с зомби у меня не первая. - Одной рукой парень убрал растрепанную челку спутницы на макушку, придерживая так, чтобы пряди не опадали на лоб, второй, смочив ладонь под тонкой струей, приложил влажные пальцы на горячее лицо. - Так ведь лучше? - Ага, гораздо, - Грэм сильнее прильнула к холодной коже мужчины. - Так это у тебя не в первый раз? - поинтересовалась она. - Ну, я был уже на подобной "Зомби вечеринке", мне там явно не понравилось. - Парень слегка усмехнулся. - Может, когда выберемся отсюда, я тебе расскажу эту историю. Агент сильнее намочил голову Эшли на этот раз захватывая состриженные в каре волосы. - Леон! - взвизгнула она. - Холодная же! - Да ладно тебе, зато жар хоть немного спадет. А теперь, - Кеннеди выудил из кармана брюк ровно сложенные платок, - пора обработать твои раны. Он скоро завильнул в комнату и, перезванивая бутылками, этикетки на которых гласили "Водка Московская" и "Вино Мускатель", прошмыгнул назад в санузел. - Нет, ты же не собираешься использовать водку? - от резкого взмаха рукой Эшли чуть не провалилась в ванну. Леон ловко подхватил её за талию. - Сначала промоем, а после обработаем. Думаю, занести чего лишнего тебе не хочется. Парень смочил хлопковую ткань и невесомо провел по расцарапанным коленям и ладоням. Девушка слегка поежилась от боли. Затем Кеннеди более тщательно протер края ран, убирая тем самым земляные дорожки в поврежденной коже. Сполоснув платок и отжав его от лишней воды, он залил хлопок водкой. - Придется потерпеть, олененок, - Леон нежно провел по запястью девушки. - Только не кричи, а то нас точно найдут. - Не принимай меня за какого-то слабого ребёнка. - Эшли отвернулась, не желая смотреть на действия агента. Раны защипало. В уголках огромных глаз собрались капельки слез. Эшли терпеливо сжала ладони в кулаки и, поджимая прозрачно-розовые губы, считала секунды до завершения манипуляции. Леон делал всё медленно и аккуратно, не пропуская ни один миллиметр раненной кожи. Он начал с раскрасневшихся поцарапанных колен, поднялся выше на небольшую резаную рану бедра и, не спеша разжимая женские пальцы, обработал тыльную сторону кисти. Сердце девушки колотилось как бешенное. Раз за разом оно, разгоряченное от мужских прикосновений, пропускало удар, ускоряло ритм и звоном каблуков на чечетке тарабанило в голове. Грэм в очередной раз сглотнула. Внизу живота что-то томно покалывало, судорогами сводило ягодицы. Она повернула голову и глазами уткнулась в блондинистую макушку и согнутую мускулистую спину. "Настоящий красавчик" - мелькнуло в мыслях. Парень слишком много привлекал её внимания и вот поток непонятного жара снова разлился по телу. Эшли метнула взгляд на крошечный вихрь из волос - она делала всё, только чтобы пошлые думы не обнажали и не трогали призрачными пальцами рельефный торс Леона. Она хотела его здесь и сейчас. Кеннеди заманил девушку в липкую паутину, заставляя любоваться идеальным модельным лицом. Он, конечно, сделал это совершенно неосознанно и не специально, однако прощения такому не было, как заключила Грэм. Таких парней она встречала часто. Прямые носы, угловатые челюсти, глаза, смотрящие сквозь физическую оболочку, накачанные тела и соблазнительные улыбки - их было тысячи. Тысячи самовлюбленных болванчиков, желающих забраться единственной дочери президента под юбку. Грэм младшая только и могла мило усмехнуться и элегантным взмахом руки убрать подобных личностей со своего пути. Эшли подумалось и с чем она уж точно могла не согласиться, так это то, что тяга, обычно называемая людьми желанием, возникла по трем неоспоримым причинам. Первое и основополагающее - плага, связанный с нервной системой. Второе - клишированный романтический сюжет а-ля дама в беде, где слабое женское сердце тает при виде сногсшибательного героя. Третье, пожалуй, будет совокупностью длительного отсутствия секса, адреналин и, естественно, божественная красота, вечно мелькающая перед женскими очами. Вот только одно дело объяснить появление тяги к Кеннеди, а другое побороть её. Пока Грэм мелкими семимильными шагами справлялась: она удерживала пальцы, желающие запутаться в тонких волосах, закрывала рот в порыве флиртовать и плотно прижимала язык к нёбу, что так и хотел облизать сочные губы Леона. "Извращенка, - подводила итог Эшли. - В подобных обстоятельствах думать о таком...". - Закончил, - прервал тишину агент. Девушка посмотрела на руки, ювелирно перемотанные бинтом, и на колени, заклеенные бежевым пластырем. - Спасибо, - с придыханием ответила она. - Но что дальше? - Немного передохнем и отправимся. - Леон встал с корточек и потянулся, разминая затекшие мышцы. В санузле послышались щелчки суставов. - Как думаешь: мы скоро выберемся? - опираясь о протянутую руку, поинтересовалась Эшли. - Как выйдет. - Ну да, глупо предполагать что-то. Она села на диван и стала рассматривать этикетку вина. - Знаешь, - протянула девушка, - это уже пятое похищение. Сразу мне казалось, что всё как обычно: усыпили, закинули в машину, после посадили на какой-нибудь стул с завязанными за спинкой руками и требуют через меня нужное, давя в очередной раз на отцовские чувства. Однако сейчас... всё иначе. Я и представить себе не могла, что меня закинут в деревню с зомбоками, внедрят в тело какую-то инородную херню на подобии вируса и будут ждать её окончательного пробуждения. - Тонкие пальцы с усилием провели по задней поверхности шеи, уткнулись в маленький воспаленный бугорок, возможно от укола иглой. - Чувство, что всё это происходит не со мной, ну или, по крайней мере, во сне. Сразу я даже думала, что очутилась на съемочной площадке и меня просто пранкуют близкие друзья. Забавно, да? Кеннеди промолчал. Он внимательно посмотрел на девушку и вспомнил первую реакцию в Раккун-сити. Тогда в голове мысли мелкой галькой рассыпались по штурмующему побережью. Острые песчинки в бушующем ветре резали нервы и лишь в такие моменты полицейский приходил в себя. Страх, пускай и сковывал тело, пугающей рукой подталкивал идти вперед, нашептывал желание жить. - Но вот я тут, - не дожидаясь ответа, продолжила Эшли, - с болью в ступнях, знобящим телом и бутылкой старого пыльного вина сижу на диване в ужасающем замке полном «живых мертвецов». Кому расскажешь, тот точно не поверит. Только рассказать-то и не дадут, - она тихонько засмеялась, прикрывая хохочущий рот ладонью. - Считаю надо выпить за удивительный первый опыт. Пробка, плотно сжимающаяся меж женских пальцев, со звуком вылетела из стеклянного горлышка. Темно-розовые капли немного расплескались по бледному предплечью Грэм. Тонкий аромат цветов и кофе заполнил комнату. - Будешь? - Девушка протянула Леону бутылку. - Думаю ни тебе, ни мне не стоит сейчас пить. Да и вроде кто-то говорил, что тех пару грамм коньяка ей хватило? - парень растянулся в саркастичной улыбке. - Да ладно тебе, надо ведь хоть как-то расслабиться, - Эшли сделала несколько протяжных глотков. - Тем более таким образом можно и внутри всё обработать. - Смех был громче и задорнее. - Эшли, отдай сюда. - Леон выхватил напиток и ещё большее количество вылилось на девушку. Худые ноги покрылись малиновыми пятнами. - Тц, ну смотри что ты наделал, теперь я буду вся липкая, - Эшли играючи надула губки и жалобными щенячьим глаза посмотрела на виновного из-под пышных черных ресниц. - Если так хотел выпить, то нужно было сразу брать бутылку и не выеживаться, - она небрежно толкнула парня в бок. Леон смутился, толи от внезапного флирта, толи от сжимающей в груди тяжести после прикосновения. Он плюхнулся на противоположный край дивана и сосчитал до десяти. Пытался завязать чувства в тугой узел, что никогда не должен был распутаться. - Отдай, - он почувствовал чье-то теплое дыхание над ухом, - раз сам не собираешься пить, то дай другому. Только парочку глотков и всё. Умом я всё-таки не тронулась, и ходить пьяная среди убийц-марионеток не хочу. - Голос был томным, тихо нашептывающим. Еле уловимый запах жасмина вдарил в нос. Кеннеди перехватил тонкое запястье и потянул девушку на себя. Грэм сумела лишь ойкнуть пред тем как золотые глаза взглядом соприкоснулись с голубыми. Она облизнула губы, вкус которых наполнился ягодной кислинкой. Ждала его дальнейших действий. - Смотрю, ты уверена в себе? - Леон, придерживая девушку так, что одна её рука крепко сжималась его ладонью, а другая держалась за спинку дивана, наклонился над алеющим ухом. - Что же ты пытаешься сделать, олененок? - Забираю у тебя вино, - она оперлась о сильное напряжённое плечо и, не разрывая зрительный контакт, продолжила: - А ты о чём подумал? Леон громко выдохнул, опаляя нежную кожу жаром. - Я думаю, что тебе всё-таки не следует это пить. - Эшли показалось, что парень как-то странно оскалился. Он сделал пару громких глотков и опустил бутылку на пол. - И это кто ещё тут флиртует? - Кеннеди притянул девушку ближе, обхватывая изящную талию руками. Сильные пальцы сквозь плотную ткань майки бродили по животу. - Сам ведь с охотой отвечаешь, - Грэм обняла напряженную шею и ощутила волну дрожи, распространившуюся по телу Леона. Мягкая грудь приткнулась к его твердой и сердца, охваченные терпким алкоголем, бешеным ритмом слились в унисон. - Если я тебе сейчас скажу, что хочу твоего поцелуя, ты продолжишь эту игру? Леон не отводил взгляд. Упорно смотрел в захмелевшие глаза, борясь с ядовитым желанием переметнуться на губы. Кроме соблазнительного блеска и прелестной кукольности, в них он улавливал себя. Парень понимал: сейчас он центр вселенной, главная цель в списке желаний. Временно, только на эти минуты, но он был тем, чего девушка напротив так хотела. Он мог отказать. Ссылаться на то, что пути их больше не пересекутся и лишь ситуация вызывает подобный интерес. Что черный плага курирует их головами и они, как люди, прямо смотрящие на происходящее, не должны поддаваться низменным желаниям. Он начал бы монолог, что девушке подобного статуса не следует обращать внимание на временного телохранителя, завел бы речь про репутацию отца, которую та могла пошатнуть. И пришел бы окончательно к выводу: раз девушку посещают подобные мысли, значит отдых ей не нужен, и они могут выбираться из этой убогой комнатушки, в поисках выхода из чертового замка. - А если я соглашусь? - поток предложений, собранных для капитуляции, терялся при виде зрачков, томно всматривающихся в губы. - Поцелуешь меня? - на выдохе, словно с тихим шипением, прошептала Эшли. Ягодицами она прижалась к чуть содрогающимся бедрам. Невесомо провела кончиком пальца по натянутой мышце шеи, погладила сглатывающий кадык. Ощутила, как оголенное плечо оцепенело под крепкой хваткой. - Попробуешь? - Эшли хотела спровоцировать, почувствовать его действие. Леон сорвался. Запутал ладонь в гладких волосах и жадно прильнул. Он терзал маленькие губы, слизывал остатки вина, голодно причмокивал. После, тесно прижимая к себе женское тело, проник внутрь жаркого рта. Языки бурным танцем сплетались меж собой. Эшли обмякла. Веки сомкнулись, и девушка под незримым притяжением полностью доверилась Кеннеди. Внутри разгорелся пожар. Огонь пылающим жаром взбушевался в лоне, заставляя пульсировать стенки влагалища. Она ощутила, как ткань в области чужой ширинки натянулась, бугром упираясь в кружевные трусики. Задыхаясь, ненасытно хватая воздух, Грэм отпрянула от губ. - Вот так? - хрипло дыша спросил парень. Загорелое лицо покраснело, а грудная клетка тяжело вздымалась. Он ловко стянул минетки с рук и запустил ладони под фактурный топ. - Можно? - слегка помедлил он. - И зачем спрашиваешь? - Эшли прижалась своей щекой к его. - Ты же уже начал. Кеннеди воздушно поглаживал живот, вздрагивающий под каждым прикосновением. Впился кончиками в шероховатость ребер, а после уткнулся в шелковую шлейку бюстгальтера. Остановился и задумался. - Ты точно этого хочешь? - не поднимая взгляда выпалил агент. Леону требовалось четкое согласие, хотя бы устный контракт с метафорической подписью. Эшли не задумывалась, инстинктивно поняла, что требуется парню. Что могло быть проще? Он агент, получающий четкие приказы и следующий пунктам секретного договора. Пересечь черту с предметом задания было грубейшим нарушением и оправданием могло быть только указание, просьба охраняемого субъекта. - Леон Скотт Кеннеди я хочу тебя, поэтому сделай это прямо сейчас, - Грэм томно прощебетала, - и это приказ. Он улыбнулся и кивнул. Обхватил руками оранжевый топ и стянул с девушки. Пухлые губы прильнули к мочке уха, небрежно посасывая и оставляя влажный след прошли ниже по шее и остановились на выпирающей ключице. Эшли тихо простонала. Внутри Кеннеди всхлопнулась яркая вспышка. Губы, а затем и ровная линия зуб впились в тонкую кожу, оставляя под собой алеющий след. От внезапного ощущения боли в уголках золотистых глаз проступили капельки слез. - Гм, больно, - в мужское плечо чуть слышно пропищала девушка. Леон аккуратно зализал ранку. Пальцами отщелкнул крючки лифа и кинул его к футболке, валяющейся рядом с вином. Маленькая металлическая деталь брякнула о толстое стекло. Пышная молочная грудь вздымалась в такт быстрому дыханию. Нежно-розовые соски затвердели и, из-за близости к мужскому телу, терлись о шершавую ткань тенниски. - Мм, Леон, - приглушённые стоны заполняли комнату. Парень вновь поцеловал девушку. Более настойчиво и требовательно. В паху всё затрепетало и желание спуститься ниже пульсировало на нервах. Эшли расстегнула кобуру пистолета, закрепленную на плечах агента, сняла с парня майку, оголяя рельефное натренированное тело. Ладонь её тут же оказалась на твердых мышцах, исследовала каждый сантиметр пресса, нежно бродила по сочным формам. Грэм, последовав примеру парня, оставляла мокрые дорожки на горячей коже, а в более податливых местах под небольшими губками бутонами роз распускались засосы. Тихие глубокие рыки вырывались из горла Леона. Мужские руки устремились к поясу юбки и ловким движением протиснулись меж кружевной тканью и жарким лоном. Эшли замерла, обхватила крепкую шею и выжидала. Леон пальцами нащупал крошечный бугорок и, будто бы пробно проведя по струнам гитары, прикоснулся к нему. Грэм ахнула и прикусила нижнюю губу, щекой упираясь в плечо. Парень двигался медленно, увлажняя кончики пальцев соком из влагалища, он не спеша подразнивал клитор, иногда ускоряя темп и заставляя хрупкое тело содрогаться. Тихие зажатые вздохи наполнили комнату. С каждым движением Эшли всё больше извивалась. Элегантная спина то выгибалась вперед, возвышая набухшие груди, то горбилась буквой «С», упираясь головой в прохладное от пота мужское тело. Леон резко остановился - почувствовал, как дрожащая кисть расстегнула замок на брюках, ниже опустила боксеры и член, буквально выпрыгнувший из-под облегающей одежды, как влитой лег в мягкую ладонь. Ощутил, как между его прижатой ко входу влагалища рукой проскользнули пальцы Эшли, а затем, увлажнившись так, что в их промежутках тянулась липкая мокрая паутинка, начали плавно массировать возбужденный мужской орган. Он снова рыкнул, охрипший, с пропавшим от кома в горле голосом. Они продолжили в темпе. Не останавливались, тяжело дышали, упивались в поцелуях. Слившись бурным речным руслом пара ритмичными волнами ускоряла такт. Внутри свирепствовала страсть, наполняющая большим желанием. Внезапно всё стихло. Эшли впилась зубами в загорелую кожу ровно в тот миг, когда стенки влагалища начали безжалостно пульсировать, и чуть после поняла: на оголенный живот густой струей изверглась сперма, тягуче стекающая вниз. Девушка устремила взгляд на парня: красный, с переливающимися влажными каплями на волосах, расслабленным блестящим взглядом он казался ещё красивее. И то блаженство, купающееся в голубых просторах под опущенными веками, казалось ужасно соблазнительным. Эшли плотно прижалась к Леону и в ушах зазвенело чужое сердце.