Без названия

​В Роткове весна всегда наступает слишком поздно. ​Когда снег наконец начинает таять, он открывает всё то, что город пытался спрятать долгие месяцы: серую, потрескавшуюся землю, прошлогоднюю пожухлую траву и лед, который никак не хочет уходить с реки. ​Прошло много времени. Жизнь в Роткове катилась дальше, своим привычным, ленивым шагом. Дэн уехал в областной центр, библиотека её отца обзавелась новыми пластиковыми окнами, а её мама всё так же печет черничные пироги, но улыбается теперь чуть тише. ​А я… я остался Эшем. Пеплом. ​Моя невысказанная любовь к Нивелии не исчезла. Она просто перестала гореть и превратилась в тлеющие угли, которые я до сих пор ношу в левом кармане куртки вместе с её розовым блокнотом. Снег ослепительно сиял на солнце, оставаясь холодным. Огонь выгорел. Остался только я. ​Я знаю эту запись наизусть. Каждое исправление, каждый нажим ручки, каждую трещинку на бумаге. Это то, что она оставила миру вместо прощальной записки. То, что никто и никогда, кроме меня, так и не узнал. ​Её настоящий голос. Без кукольного лица, без фальшивого смеха, без вечно ледяных рук.