Формула нашей скорости: Ice Spice

Сан-Марино. Август. 2040 года. Дом Антонелли. Вечер. За большим столом — шумно. Слишком шумно для простого ужина. Семья из почти пяти человек плюс гости. Бокалы звенят, вино льётся рекой, кто-то перебивает кого-то, кто-то смеётся, кто-то спорит. Итальянская жестикуляция зашкаливает. Кажется, ещё минута — и посыплются тарелки. В центре этого хаоса — Лили и Кими. Он пытается донести до Луки, наверное самый близкий друг Кими, почему «Феррари в этом сезоне не вывезут», она подливает вино Сьюзи и краем уха следит за детьми. Дети — две девчонки, Софи и Лин — сидят на своих местах ровно до тех пор, пока их тарелки не пустеют. А потом начинается бунт. — Не хотим спать! — Ещё чуть-чуть! — Папа, ну пожалуйста! Кими отправляет Лили многозначительный взгляд. Она отвечает тем же. Через десять секунд они уже поднимаются, забирают упирающихся дочерей и уходят наверх. Лили слегка придерживает округлившийся живот — третий ребёнок, Маттео, должен родиться в конце года. Гости провожают их понимающими улыбками. Как только родители скрываются за дверью, голоса за столом меняют тональность. Становятся тише. Заговорщицкими. — Вы знаете, а я никогда не могла понять историю их отношений, — говорит Альма, крутя бокал. — Вроде работали вместе, вроде нет. — Нет, их вроде познакомили, — поправляет Лука, её жених. — Ну, то есть они действительно работали вместе, но отношения начали значительно позже. — Расскажите, как так вышло, что они сейчас вместе. Альма здесь новенькая. Лука привёл её в компанию полгода назад, и он уже успел сделать ей предложение. Альма смущается, но любопытство пересиливает. За столом — свои. Оскар Пиастри с женой Лили Зейнемер, приехавшие на выходные. Мэгги, сестра Кими, с бокалом красного вина, всегда готовая к сплетням. Вероника и Марко, родители Кими, которые знают всё, но молчат. Сьюзи и Тото Вольфф, которые сыграли в этой истории не последние роли. На секунду за столом повисает тишина. Все смотрят на лестницу, откуда должны спуститься Лили и Кими. Топот маленьких ног затихает — дети уложены. Через минуту пара возвращается за стол. Лили садится, поправляя платье на животе. Кими рядом, машинально проводит ладонью по ее спине. — Ну, рассказывайте, — говорит Сьюзи. — Ваша история действительно заслуживает быть озвученной. Все согласно кивают. Лили обводит взглядом гостей. Останавливается на Альме. Кладёт ладонь поверх руки мужа — жест, который никто не замечает, кроме Сьюзи. — Началось это всё в далёком 2026 году... 2026 год. Июнь. Общежитие. Комната на пятерых, которая по факту рассчитана на двоих. Лили сидит на кровати, поджав ноги, надкусывает горький шоколад — дешёвый, потому что на нормальный нет денег. Стол завален конспектами. Аналитическая геометрия. Математическая статистика. Дифференциальные уравнения. Она смотрит на них уже полчаса и не видит ни одной формулы. Год выдался тяжёлым. Проблемы с учёбой изматывают. Денег нет. Апатия. Отвратительное, липкое ощущение, что ты не на своём месте. Что ты ошиблась дверью. Что все вокруг уже поняли, кто они, а ты всё ещё примеряешь чужие роли. Единственное, что вытаскивает её из этого болота, — Формула-1. На экране ноутбука — нарезка обгонов. Болиды ревут так, что динамики хрипят. Она смотрит, как они влетают в повороты на трёхстах, как дымятся шины, как пилоты держат машины на грани. И на секунду — всего на секунду — её собственные проблемы перестают существовать. Кими Антонелли. Молодое дарование Mercedes. Всё, что можно было выиграть в картинге, итальянец выиграл. В раннем возрасте его заметила немецкая команда и взяла под крыло. Сезон 2026 года — его второй в Формуле-1. И он возглавляет чемпионскую таблицу. Его ставят в один ряд с Сенной и Шумахером. Пророчат светлое будущее. Говорят, что он — следующий, чтобы стать легендой. Лили переключает вкладку. Открывает его соцсети. Новая фотосессия: он в чёрном, смотрит в камеру исподлобья, губы сжаты. Подпись: «Still hungry». Она скроллит дальше. Ещё фото. Ещё. Ещё. И вдруг в верхнем углу экрана всплывает уведомление. «Поздравляю, Лили! Вы успешно прошли все этапы собеседований. Ждём вас в офисе 6 июля. Пакет документов — во вложении». Она замирает. Потом издаёт звук, похожий на помесь визга и рыдания. Прыгает на кровати. Кричит. Падает на подушку и хохочет. Соседка, которая пыталась готовиться к экзамену, влетает в комнату с горящими глазами: — Ты чего?! — Я прошла! Меня взяли! — Лили показывает телефон. — Крупнейшая IT-компания! Они взяли меня! Соседка визжит громче неё. Через минуту они обе сидят на полу, прижимаясь спинами к кровати, и перечитывают письмо по слогам. В череде бесконечных отказов — банки, консалтинг, мелкие конторы — эта стажировка стала настоящим спасением. Ночью Лили лежит на спине, глядя в потолок. Соседка давно спит. В комнате тишина, только старый холодильник иногда напоминает о себе. Она прокручивает в голове идеальный сценарий. Ту самую параллельную вселенную, где она получает опыт в IT, потом её берут прямо в Mercedes, она работает аналитиком в команде, которая обслуживает Кими, они знакомятся, он замечает её ум, они начинают встречаться. А потом — титры. «И жили они долго и счастливо». Она улыбается в темноте. Засыпает. Завтра начнётся новая жизнь. После расставания с парнем жизнь Лили пошла в гору. Пришло письмо о junior-позиции в хорошей команде, долги по учёбе закрывались на отлично. Билеты на экзаменах попадались один удачнее другого. Лето она провела в офисе. Пахала так, что, возвращаясь в общежитие, падала на кровать не раздеваясь. Сил не хватало даже на то, чтобы дойти до душа. Но это принесло плоды. С junior-позиции ее перевели сразу на middle уже в конце осени. Если постараться, к концу следующего года она сможет закрепиться в профессии. Карьера в IT складывалась — именно то, о чём она мечтала в реальности. Формула осталась для неё хобби по выходным. Иногда — хорошим, иногда — просто привычным фоном. Но влюблённость в Кими... она потихоньку угасала. Он по-прежнему был талантлив. По-прежнему выигрывал гонки. Но Лили всё чаще замечала то, чего раньше не видела. Как он огрызается на механиков. Как капризничает, когда машина ведёт себя не так, как ему хочется. Как команда и пресса закрывают глаза на его выходки — потому что он чемпион, потому что он приносит победы. Розовый образ, построенный в голове Лили, трескался по швам. Он оказался не рыцарем без страха и упрёка. Он оказался просто парнем — талантливым, да, но избалованным, капризным, иногда откровенно невыносимым. Лили смотрела его интервью, где он отмахивался от журналистов, и чувствовала раздражение. Смотрела, как он спорит с инженерами, и думала: «Веди себя как взрослый». Он выиграл чемпионский титул. Самый молодой чемпион мира. Лили смотрела последнюю гонку, сжимая в руках кружку с остывшим чаем. Когда он пересёк финишную черту и заорал в шлеме от радости, она улыбнулась. И почувствовала... ничего. Не боль. Не разочарование. Не сожаление. Просто финиш. Её розовая параллельная вселенная захлопнулась со щелчком. Формула осталась с ней, но Кими — уже нет. Теперь он был для неё просто гонщиком. Очень быстрым. Очень талантливым. Но не героем. Она убрала его постеры. Перестала читать интервью. Сосредоточилась на карьере. А он тем временем пил шампанское на подиуме и не знал, что одна девушка, которую он никогда не встречал, перестала в него верить. 2040 года. Август — Мне кажется, Лили, ты слишком издалека начала, — лениво тянет гость, тот самый, с новенькой девушкой. — Если вам не интересно, могу рассказать в трёх предложениях, и разойдёмся по домам. — Она смотрит на него с лёгкой усмешкой. — Хотя, вероятно, ты прав. Сейчас быстренько доскажу кусок и перейду к тому моменту, когда мы стали находиться хотя бы в нескольких сотнях метров друг от друга, а не нескольких тысячах километров. Все расслабленно улыбаются. Кими сжимает её руку под столом. 2027 год. Февраль Новый сезон Формулы-1 встретил команды новым техническим регламентом. Но Кими это не остановило: квалификации он вновь проходил с лучшими результатами, хотя по сравнению с прошлым годом соперники заметно улучшили болиды, и конкуренция стала ощущаться острее. Итальянец решил для себя, что и сезон 2027 года пополнит его копилку достижений — он не умел проигрывать, да и не хотел. Победа в чемпионате принесла ему не только славу, но и огромные деньги. Состояние росло, и постепенно начало сносить крышу. Образ милого застенчивого парня, плакавшего на первом поул-подиуме, потихоньку разъедался нотами мажорности и вседозволенности. В кругу общения становилось всё больше сынков богатых родителей, спонсоров с деньгами и красивых моделей. Старые друзья, те, с кем он начинал в картинге и с кем делил первые победы, почти перестали получать приглашения. Кими предпочитал яхты, закрытые вечеринки и компании, где всё решали деньги и связи. Папарацци то и дело ловили его отдыхающим где-нибудь на Лазурном берегу в окружении полуодетых девушек. Семья замечала перемены — Вероника грустно вздыхала, Марко хмурился. Тото тоже видел, но пока Кими приносил победы, он закрывал на это глаза. Лили всё так же продолжала работать на мидл-позиции в IT-компании, где её всё устраивало. Руководство ценило её, проекты были интересными, и девушка не собиралась ничего менять. Учёба тоже шла в гору. За год работы студентка вывела самостоятельность и осознанность на новый уровень: она наконец научилась грамотно распределять время между учёбой, работой и повышением профессиональных навыков. Соседка по общежитию, фанатка Формулы, однажды за ужином лениво проговорила, листая ленту: — Лили, да ты подай заявку в Mercedes. По приколу. Всё равно не возьмут, зато хоть на собес сильный сходишь, потешишь самолюбие. Лили усмехнулась. Идея казалась абсурдной — её устраивала текущая работа, и она не планировала прыгать в другую сферу. Но вечером, перебирая старые конспекты, она вдруг подумала: «А почему бы и нет?» Потратить пару часов на резюме — не убудет. А вдруг? Она прикрепила к заявке буквально всё, что только можно было и что позволяло NDA её нынешней компании. И началось самое ужасное в таком деле — ожидание. Ожидание рассмотрения заявки, ожидание тестового задания, ожидание отказа или заветного приглашения. Бесило. Излишне нервировало. Но Лили старалась не зацикливаться: в конце концов, она ничего не теряла. В это время у молодого итальянца жизнь била куда более интересным ключом. Шатен стал самым желанным парнем для всех, кто хоть как-то интересовался Формулой-1. Обложки журналов, бесконечные интервью с вопросами определённого сорта, фотосессии, от которых фанатки в голос визжали при виде каждой новой картинки. Но Кими не собирался соблюдать целибат до конца жизни. Будучи на очередном официальном мероприятии, он познакомился с моделью, которая отчаянно пыталась привлечь его внимание — «случайно» пролив на него вино. 2040 год. Август — Так стоп-стоп-стоп. Почему это «отчаянно пыталась привлечь внимание»? Леона случайно облила меня вином. Я был невнимателен и столкнулся с ней на фуршете, — возмутился Антонелли, показательно разведя руки, протестуя. — Ага, конечно, случайно. — Все женщины за столом переглянулись и заговорщицки улыбнулись. — Ну раз тебе не нравится, попробуй сам рассказать эту часть истории. — А вот и расскажу. Я случайно столкнулся с Леоной на фуршете...