Бунт интроверта

      Перси специально встал пораньше, чтобы приготовить одежду. Ему нетерпелось ощутить что-то своё на себе. Купленную прямо для него повседневную форму Молли запретила надевать и тем более показывать близнецам. Вообще упоминать.       Новая белая рубашка, утеплённые и приятные на ощупь брюки, носки, туфли… Перси не мог налюбоваться сам на себя. Уложив волосы, а затем надев и галстук с мантией, он сам себя не узнал. Усмехнувшись Перси взлохматил их и просто расчесал, не став в этот раз использовать воду. Вот так он на себя уже похож.       Интересно.       Немного подвигавшись, Перси тихо выскользнул в коридор, чтобы не беспокоить никого. В гостиной оказалось довольно мрачно и пусто. Мальчик приблизился к столику около доски объявлений и взял с крайней стопки, подписанной числом один, один листик. Расписание.       Перси не стал задерживаться и вернулся обратно. Он надеялся, что если будет уважительно относиться к чувствам другим, то и ему мешать не будут.       Присев на заправленную постель, он принялся изучать листик. Тот вдруг зашипел, и Уизли невольно отпустил его, роняя на кровать. Тонкая струйка белого дыма быстро рассеялась в воздухе и, наблюдая за ней, Перси не заметил, как листочек раздвоился. Опустил он взгляд уже на два таких.       Один был в виде небольшого прямоугольника и являл собой расписание всей недели, места, где они будут проводиться. А вот второй тоже прямоугольник, но как колонка, имел время занятий, приёмов пищи, посещений библиотеки, медицинского крыла, совятни, двора…       Резкий стук вывел его из мыслей, заставляя подскочить и заглянуть в сторону соседа.       Кристофер лежал на полу в неестественной позе, запутавшись в одеяле.       Перси замер на мгновение.       Смеяться над другими нехорошо.       Блэк шёпотом прокляв Мордреда, выпутался и поскользнулся на холодном полу, рухнув обратно.       Усмешка исказила лицо Уизли.       Нет-нет. Нужно перестать и помочь.       Перси нравился Кристофер. Он совершенно к нему не лез и при этом не игнорировал. О лучшем Уизли и мечтать не мог.       Перси аккуратно, не наступая на одеяло, приблизился к мальчику и схватил за руку, чтобы помочь подняться. Кристофер испугался и резко отпрянул, утянув Уизли за собой.       — Эй! — окрик вырвался невольно и Перси, потирая плечо, поднялся.       — А… И-извини.       Блэк быстро поднялся и убрал одеяло на кровать, стараясь не смотреть на Персиваля. Щёки его заалели.       Уизли усмехнулся и, схватив свой листок с расписанием, принялся собирать сумку.       История магии…       Выудив из чемодана стопку книг, Перси сгрузил их на стол и продолжил.       …трансфигурация…       Руководство для начинающих легко к учебнику истории.       …зоти и чары…       Пособие по самозащите вместе с магической теорией легли ко всему остальному. Ещё раз сверившись с расписанием, Перси решил немного помедитировать…

***

      Блэк расположился на завтраке рядом с ним, но взгляд Перси был прикован не к отточенным движениям однокурсника-аристократа, а к потолку. Туда разом залетели сотни сов с улицы и принялись разносить посылки и письма.       Персиваль сразу заприметил красный конверт в лапах сипухи своей семьи.       Это определённо что-то плохое.       Кажется, абсолютно всё слизеринцы уставились на письмо, упавшее ему в руки, в ожидании шоу.       Перси никогда не видел, чтобы Молли использовала для писем красную бумагу. Не ожидая никакого подвоха, он сломал печать. Конверт взметнулся вверх, так, что он ни за что бы его не достал.       Раскрывшись на манер пасти, оно оглушило зал. Персиваль сразу узнал голос. От крика миссис Уизли, в сотню раз более громкого, чем обычно, тарелки и ложки зазвенели на столе, а эхо оглушительно отразилось от каменных стен. Все в зале повернулись, чтобы посмотреть, кто получил «вопиллер», а Персиваль оцепенел.       — ПЕРСИВАЛЬ ИГНАТИУС УИЗЛИ!!! КАК ТЫ ПОСМЕЛ?! СЛИЗЕРИН?!       Я, что, преступление какое-то совершил?       — Я В ПОЛНОМ ОТВРАЩЕНИИ! Я НЕ ЗАБЫЛА, ЧТО ТЫ ГОВОРИЛ ЗА УЖИНОМ, НО Я ДУМАЛА, ТЫ ПРОСТО НАЧИТАЛСЯ ПОДЛОЖЕННЫХ БРОШЮР МЮРИЭЛЬ!       Нормальные брошюры, хорошие.       ВЕСЬ НАШ РОД ВЕКАМИ УЧИЛСЯ НА ГРИФФИНДОРЕ!       Начнут сейчас все вокруг, кто не попадя спрашивать, подкалывать… Конец моей спокойной жизни.       Громовещатель уже почти начал новую тираду, как слева раздалось чёткое «инсендио», и в конверт попал яркий луч, сжигая его до того, как тот опустится на стол.       — Благодарю, Кристофер, — хрипло отозвался Персиваль и уткнулся в тарелку.       Молли наверняка потребует меня перевести. И скорее всего это возможно.       …       Нет. Ни за что. Никакого Гриффиндора. Он получил понимающего соседа. За всё то время, что утром он пробыл в гостиной кн ему никто не подошёл, не задал каких-нибудь дурацких вопросов. Нет. Нет!       Она, наверное, просто в гневе. Написала это на эмоциях да. Я приеду на каникулы, и мы нормально поговорим…

***

      Вызванный не с первого раза огонёк света расположился над левой рукой мальчика, плавно излучая тепло. Юный слизеринец, прикусив от волнения губу, старательно выводил буквы на тонком листе пергамента, время от времени макая металлический кончик в чернильницу, одолженную у понимающего Кристофера, когда тот увидел всю нерешительность Персиваля подойти к одному из старших, старостам или декану. Свою Уизли оставил дома, когда в спешке пересобирал чемодан.       Он был рад этой молчаливой поддержке, они ведь были знакомы совсем немного, и Блэк всё больше и больше вызывал у него симпатию.       Да и вёл себя сосед культурно, бросал взгляды, но молчал, и Перси надеялся, что и впредь он не станет лезть в это.       Но он полез.       Пусть и не совсем так, как ожидал этого Уизли.       Перси проигнорировал тень упавшую на стол и продолжил писать письмо, решив, что люмос, зажённый старостой, потух. Уизли вздрогнул, ощутив касание волос на виске, и оставил крупную кляксу.       Кристофер бесцеремонно склонился рядом с ним.       — У тебя ошибка вот здесь, — мальчик выхватил из рук оцепеневшего сокурсника перо и исправил слово. — И лучше будет так… — он, сосредоточившись, написал пару слов, парочку перечеркнул.       Получив полный смешанных эмоций взгляд от Персиваля, Блэк смутился и, роняя перо на стол, отстранился.       — Извини, не сдержался. Эм. Прости, я не должен был в это влезать, просто мне показалось…       — Да что тебе вообще знать об этом?! Показалось ему, пф, — невольно вскрикнул Персий, вспомнив какие сложные отношения у него были с первой семьёй.       Да что может понимать одиннадцатилетний мальчишка.       Вздохнув, Перси поднял перо и принялся оттирать пятно чернил салфетками.       Казалось, воздух вокруг потяжелел.       Магия.       Персий схватился за стол, быстро задышав. Кислорода вдруг начало не хватать.       — Я, Уизли, бастард, — голос Кристофера был непривычно низким, хриплым.       Бросив салфетку, Перси, поморщившись, повернулся и облокотился о стол. Стоять было тяжело.       Так в этом мире тоже есть аура? Или её подобие? Интересно.       — И я…       Его голова опустилась, глаза безотрывно смотрели в пол, пальцы сжимали ткань брюк настолько сильно, что побелели костяшки.       — …я тебя понимаю, Уизли.       Он выдохнул почти что шёпотом, и с этим выдохом воздух будто-бы разрядился. Стало светлее на несколько тонов, а дыхание перехватило от резко появившейся свежести.       — Я признаю, что это было… неприлично вот так резко влезать в твоё письмо, и что я не смог себя сдержать. Но я хотел бы, чтобы ты не кричал на меня за это. Я извиняюсь, ладно?       Мальчик задрожал. Персиваль старался даже дышать тише, он совсем не представлял, как будет успокаивать его, если Блэк вдруг упадёт в истерику.       Джинни успокаивала Молли. А в своей прошлой жизни Перси общался с людьми только через письма.       — И… и… я действительно тебя понимаю. Моя м… мачеха критиковала любые мои действия, начиная от выражения лица и заканчивая выбором носков. Она взяла меня лишь для того, чтобы сохранить род и… — голос его осип под конец монолога, мальчик осёкся, осознав, что говорит лишнее.       Порывистым движением он, видимо, хотел отвернуться, но его колени подкосились, и тело рухнуло прямо на камень.       — Кристофер?..

***

      Персиваль сидел на довольно мягком стуле у стены и внимательно следил за движениями медсестры, суетившейся над Блэком.       Больничное крыло, казалось, было светлее, чем любое место в этом замке, что Персиваль успел увидеть. Мадам Помфри уложила Кристофера на одну из коек, стоящих вдоль стены и движением палочки заставила по бокам от кровати выехать ширмы, которые, как понял Перси, были установлены между камней во всё той же стене.       Феликс, который, нахмурившись, стоял, облокотившись на стену рядом с Перси, хотел было начать говорить, но медсестра шикнула на него, заставляя закрыть рот.       Уизли было интересно наблюдать за этой мимолётной пантомимой. Несмотря на прожитые несколько лет с семьей Уизли, он всё ещё не очень-то хорошо понимал людей.       Староста вдруг взглянул на него и махнул рукой в сторону выхода. Не дождавшись ответной реакции, он схватил первокурсника за руку и, призвав очевидным для него жестом к тишине, повёл Персиваля к широкой двери.       Как только дверь в медицинское крыло закрылась, Розье тут же принялся махать своей палочкой. Купол, на мгновение отразивший свет факелов, окружил их и тут истаял.       Интересно~       — …Персиваль! — Феликс окрикнул мальчика, ушедшего в мысли. — Слушай меня.       — Да, извини, — отозвался Уизли, стараясь стоять ровно. Строгий взгляд старшекурсника заставлял нервничать.       — Ты… О Мордред! — Феликс, вздохнув, прикрыл глаза на миг. — Знаешь, отложим лекцию. Я хочу, чтобы ты понял кое-что другое.       Парень осмотрелся и, вдруг, опустился на корточки, чтобы быть на одном уровне с первокурсником, пусть Перси и был высокий для своей возрастной категории, он всё ещё оставался одиннадцатилетним мальчиком и до шестикурсника перед ним явно не дотягивал.       — Ты и твой сокурсник — Блэк — дети. Ваша магия нестабильна и на её… мм… поток может повлиять всё что угодно. В данном случае это эмоциональный всплеск. Эм. Ты знаешь, что такое всплеск эмоций? — запоздало поинтересовался староста. Феликсу хотелось, чтобы Персиваль понял мысль, которую он пытался донести.       — Знаю.       — Хорошо. Так вот. Магия Кристофера пришла в беспокойство, и его тело не выдержало этого. Он упа… уснул ненадолго, но мадам Помфри обязательно позаботиться, чтобы всё с ним было в порядке. Тебе не нужно беспокоиться.       Парень выдохнул воздух и продолжил свой монолог, внимательно следя, чтобы Уизли его слушал и не пропустил чего-либо мимо ушей.       — Персиваль.       — Да?       — Ты не виноват в этом, ладно?       — Ладно?       — Повтори это, — Феликс уставился на Перси, смотря прямо в глаза.       — Ты…       — Да нет же! От своего лица, — перебил его Розье, усмехнувшись.       — Я не виноват в этом.       — Хорошо.       — Хорошо.       — Больше не нужно за мной повторять, — прикрыв на пару секунд лицо рукой, староста поднялся и ещё раз махнул палочкой.       — Уже поздно, я отведу тебя в комнату. Не беспокойся о Кристофере, мадам Помфри первоклассный специалист и имеет медаль, — староста взял       — Медаль?       — Это награда за какое-нибудь совершённое дело, которое посчитают достойным такой почести.       — А почесть?       — Награда.       — А бастард?       Феликс бросил на мальчика взгляд, обдумывая, что бы ответить.       — Незаконнорождённый ребенок. Незаконно это вне брака. Как если бы мужчина завёл ребенка не от своей жены. Так понятно?       — Вполне. Спасибо.       — Да не за что, обращайся, Уизли. Мы почти пришли.       Следующие несколько минут они прошли в тишине. Вдруг, впереди появился свет, быстро к ним приближающийся.       Персиваль, заворожённый полупрозрачной ланью задумался, в очередной раз улетев в свои мысли.       Животное же обошло Феликса вокруг истаяло. Староста хмыкнул и, беря Перси за руку, ускорил шаг.       — Поторопить, меня ждёт декан, а тебе уже давно пора спать.       — Декан?       — Мастер Снейп наш декан, ты и вступительную речь его прослушал?       — Вовсе нет… А что это был за зверь? — постарался перевести тему Уизли.       — Патронус в виде лани. Узнаешь на уроках чар, если будешь слушать профессора.       — Это сарказм?       — Может быть.       — Ты милый.       Феликс автоматически кивнул, но вдруг споткнулся о свою же ногу, удержавшись на ногах.       — Прости?       — Ты милый.       — Персиваль… Как бы тебе сказать, чтобы не обидеть… В общем не называй меня так при других людях. Никогда.       — Хорошо.       — Ты всё-таки не слушал вступительную речь декана.       — Да…       — Уфф. Потом поговорим, чистая кровь.       Свет в гостиной был приглушён, стояла тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и тихими разговорами нескольких человек. Высокий тёмноволосый парень оживился при виде старосты и, отвлёкшись от шахмат, устремил взгляд на него.       — Эй, Фел, заканчивай с малышнёй возиться, давай к нам. Декан по традиции дал сегодня побольше свободного времени!       Его оппонент — очевидно слизеринец — сделал ход.       — Шах, Эйвери. — сухо отозвался, блондин и, наконец, взглянул в сторону уже закрывшегося входа. — Здравствуй, Феликс.       — Иди, ложись спать, я проверю через час. — Розье подтолкнул Перси в сторону коридора общежития и устремился к, вероятно, сокурсникам.       Уизли же направился, как и было сказано, в выделенное ему помещение.       Зайдя и прикрыв за собой дверь, мальчик устремился к столу, зажигая свечу. Подняв лист пергамента на свет он принялся его перечитывать, чтобы переписать.       Я получил твое письмо сегодня утром. Надеюсь, сейчас ты уже немного успокоилась и сможешь прочесть мой ответ без гнева.       Как бы не сожгла, только завидев сову на подлёте к дому…       Я понимаю, что распределение меня Шляпой на Слизерин стало для тебя неожиданностью       Стоит, наверное, спросить у Кристофера, почему он вообще это зачеркнул. Да определённо стоит.       Уверяю, я не хотел тебя расстраивать. Но я не совершил никакого преступления.       Не будет ли это звучать слишком… слишком? Хм.       Шляпа посчитала, что я не подхожу для Когтеврана, что у хаффлпаффцев не приживусь, что на Слизерине мне самое место.       Наверное не стоит упоминать, что я умолял артефакт (Что она такое вообще эта Шляпа?) не отправлять меня на Гриффиндор…       Разве я перестал быть твоим сыном и в самом деле опозорил семью, просто поступив на другой факультет?       Следующая надпись была написана меж строг аккуратным, каллиграфическим почерком: «Слизерин это не клеймо».       Это он мне или это вписать? Ну почему так сложно с этими письмами?!       Здесь тихо, и я могу спокойно учиться. Тебе не стоит переживать, я всё также могу видеться и общаться с братьями. Здесь хорошо кормят, мой сосед воспитанный мальчик, который не мешает мне заниматься, и старосты всегда мне помогают.       Я очень жду каникул, чтобы мы могли спокойно всё обсудить лично.       Вздохнув Перси взял из сумки чистый лист, которые им выдал декан вместе с перьями, и начал переписывать. Много времени это не заняло и уже через несколько десятков минут он закончил, складывая в конверт и сворачивая тот для удобства совы.       Встав, он потянулся и, стянув школьную форму, лёг в кровать, обдумывая события случившиеся за день.       Снился ему его старый дом в чаще дремучего леса. Небольшая хижина с несколькими пристройками навевала тоску. Всё было словно настоящее.       Дым, шедший из трубы; пение птиц, шелест листьев и травы. Прямо перед ним вдруг пробежала лисица, стремившаяся за невидимой для Персиваля добычей, что заставило расцвести улыбку на его лице.       Резко появившийся вес на плече, заставил пошатнуться. Огромный ворон разместился и уселся на нем, смотря своими умными глазами, не отрываясь.       — Здравствуй, Каро, — чуть ли не шёпотом произнёс Перси.       Названный гаркнул и принялся тереться о голову мальчика.       Это сон. Просто сон.       — Карр!       — И я рад тебя видеть. Надеюсь, не в последний раз ты мне снишься. Приходи ещё, Каро.       Птица вновь каркнула и вдруг схватила клювом прядь волос мальчика, успешно ту отгрызая.       Боль прострелила висок, заставив поморщиться.       Откуда боль во сне?..              — Опять ты за своё, фе!       Каркнула последний раз, птица потёрлась о него и истаяла прямо на глазах. Всё-таки сон.       Что же… Возможно я и правда совершил ошибку?

***

      На завтрак Персиваль шёл вместе со всеми, старосты собирались сопровождать их, пока все первокурсники не запомнят дорогу. В большом зале стоял уже привычный гул.       Перси расположился на привычном месте — с краю скамьи, и тут же перед ним появился завтрак: какая-то ароматная каша с кружкой чая; на столе появились тарелки с тостами и баночки с разными начинками.       Доел свою порцию Уизли аккурат перед исчезновением посуды и приходом почты.       В зал начали влетать сотни, а то и больше сов.       Персиваль заметил как их сипуха сбросила посылку в виде небольшой коробочки на стол Гриффиндора, а затем устремилась к нему,       Небольшого размера сипуха устроилась на столе рядом и принялась тереться о него, приветствуя. По сравнению с остальными жителями дома Уизли Персиваль уделял сове очень много времени. Он зачерпнул немного лакомств из появившихся на столе мисок и принялся угощать птицу, пока вновь не завидно красный конверт, летящий к столу Слизерина.       Похоже отправленное утром письмо уже дошло…       Однако, прежде чем вопиллер успел раскрыть свою пасть, в него влетело несколько тусклых синих лучей с разных сторон стола.       Какие же всё-таки понимающие люди на Слизерине…       Конверт окрасился в привычный белый цвет и мягко спланировал на стол перед Уизли.       Какое-то заклинание? Интересно…       — Благодарю, — уже привычно отозвался Персиваль и убрал конверт в сумку, поглаживая сову.

***

      Уизли, доделав заданные на уроках задания, убирался, пока вдруг не был отвлечён внезапным стуком в дверь. Мальчик быстрым шагом приблизился к двери и открыл ту.       Неизвестный ему старшекурсник выглядел скучающе.       — Там к тебе брат пришёл, Уизли, просил тебя позвать. Мне его прогнать или пойдешь?       Мы ведь не знакомы и такая солидарность сразу? Непривычно. И… приятно?       — Пойду, спасибо.       Парень кивнул и, играясь с палочкой, вертя ту в руках, направился обратно, Персиваль скользнул к выходу. Камни благополучно сдвинулись, как только он оказался вне гостиной Слизерина.       Гриффиндорец стоял у противоположной стены, уткнувшись в какую-то тонкую брошюру, в ожидании. Заслышав, стук туфель, он тут же поднял голову, расплываясь в улыбке при виде младшего брата, как это было всегда после любой долгой разлуки.       — Привет, Перси, — Чарли приблизился и порывистым движением взлохматил младшему волосы, тут же рассмеявшись от вида нахмуренного лица.       — Привет, — Персиваль буркнул, пытаясь увернуться от движения, которое от чего-то каждый раз заставляло сердце биться чаще.       — Всё-всё, поднял руки, видишь? Аха. Мама прислала сладостей, я подумал ты тоже захочешь.       Убрав брошюру в сумку, он достал из неё же небольшого размера коробочку и передал. Перси невольно улыбнулся и прижал её к себе руками.       — Я, к твоему сведению, еле-как её сохранил. Наши ребята постоянно стремятся стащить что-то, если это касается сладостей, — брат закатил глаза и вновь взлохматил волосы Перси резким движением       — Эй! — Перси пригнулся, уходя от руки и приглаживая волосы.       — И тебе тоже спокойной ночи! — рассмеялся чарли в третий, последний раз портя причёску слизеринцу, чтобы тут же убежать.       — Спокойной ночи…       Уизли повернулся ко входу в гостиную и, шепнув пароль, вошёл, направляясь обратно в общежитие.       — О, эй, что это у тебя? — заинтересованно протянул не пойми откуда взявшийся Когтевранец.       — Эм. Это от матери.       Часть коробки была прозрачной и при должном усилии можно было развидеть выпечку.       — Поделишься?       — Просить что-то у перваша? — в разговор лениво вмешался уже знакомый Перси блондин, сидящий за шахматной доской.       — Ещё и от матери его, — хмыкнул другой старшекурсник, лениво листающий справочник.       — Майк, извинись хотя бы ради приличия, — фыркнул, как помнил Уизли, Эйвери.       Когтевранец стушевался под строгим взором трёх пар глаз и уже было хотел извиниться, как Перси, успевший открыть переданное братом, протянул ему четыре пончика, явно намекая поделиться и с остальными. Фыркнув, Уизли поспешил уйти. Оказавшись в своей комнате, он съехал по двери на пол. Слишком много разговоров. Привык более менее к одиночеству за эти несколько дней вне дома… Улыбнувшись коробочке, Перси, не вставая, принялся поедать булочки. Готовила Молли отменно.

***

      — И как тебе только не стыдно, Майк, — дожевав своё лакомство, пробормотал блондин, делая очередной ход пешкой.       — Почаще бы тебе так не стыдно было, пончики отменные! — восторженно проговорил Эйвери.       — Съешь, прежде чем говорить, пф, — вмешался в разговор другой парень, убирая справочник на книжную полку. — Майк, скоро отбой, не задерживайся надолго. И перед Уизли обязательно извинись, я у него потом спрошу.