Чёрная жемчужина

✨

Моё долгое одиночество закончилось в тот день, когда я впервые увидел твои большие глаза. Я готов подарить тебе весь мир, всего себя, лишь бы ты не оставил меня одного.

      Снег слепит глаза, он сияет на солнце и громко хрустит под ногами. Изо рта поднимаются к небу белые клубки из-за тяжёлого дыхания. Ружьё после длительной дороги кажется довольно увесистым.       С усталым вздохом Чонгук снимает ружьё с плеча за ремень и садится на участок земли без снега около сосны. Он опирается спиной о дерево и закрывает глаза. Всё тело вспотело, только руки и ноги заледенели после долгих часов на морозе. Но идти больше нет сил.       Чонгук вышел из города вчерашним утром, на рассвете, а к вечеру потерялся в огромном лесу. Охота на лосей и кабанов зимой сложна тем, что снега выпадает по колено. Животные, рождённые и живущие здесь, знают, где им ходить, чтобы снега было поменьше. А Чонгук, выслеживающий дичь, потерялся. К вечеру он понял, что ушёл от города слишком далеко.       К ночи он сделал из веток елей каркас крыши около ствола сосны, накидал наверх снег и спрятался внутри. На утро отправился дальше. Чонгук знает, что лес не бескрайний, куда-нибудь он да выйдет. Проблема лишь в том, что искать его никто не станет. Его папа умер от лихорадки, у отца не было достаточно денег, чтобы вылечить мужа, а сам отец сейчас сидит в темнице за грабёж. Чонгук не знает, жив тот или нет. Темница находится под замком короля, а на его территорию обычным людям вход запрещён.       Уже несколько лет Чонгук зарабатывает тем, что ходит на охоту и всегда возвращается с хорошей упитанной дичью. Не так давно он выследил медведя и на вырученные деньги смог купить новую одежду и хорошее ружьё.       Он прекрасно ориентируется в лесу, но вчера был густой туман, который сбил его с пути, а сегодня, следуя своим собственным ориентирам, выйти на знакомую тропу не получается. Живот урчит не переставая. С собой на охоту Чонгук берёт только флягу воды, не больше. Любые лишние запахи на охоте могут спугнуть животных.       Но и вода закончилась ещё вчера.       Чонгук облизывает потрескавшиеся губы и поднимает взгляд к небу, прислушивается к звукам леса и хмурит брови. Если он не выберется отсюда в ближайшее время, то может замёрзнуть насмерть, либо умереть от голода. Зима ни к кому не бывает благосклонна.       — Это какой-то бред, — вздыхает он и встаёт, опираясь о ружьё. — Я же шёл в обратном направлении вчера, как так получилось, что до сих пор не вышел?       Оглядевшись, Чонгук посмотрел на солнце и направился в сторону его захода. Пальцы на ногах уже болят, на руках они покраснели и стали деревянными.       — Неужели в этом лесу нет ни одного дома?       Чонгук, не сбавляя темпа, продолжает идти вперёд, он разглядывает лес и всматривается в его глубину. Везде высокие сосны и ели, кустарники и огромные сугробы. Даже ни одна птица не издаёт звука. Всё кажется таким одинаковым, будто альфа застрял в одном и том же месте, ходит кругами, будто в ловушке.       Когда со стороны слышится тихий хруст, Чонгук снимает ружьё с плеча и оглядывается, замечая зайца. Он без замедления целится. Убив его, Чонгук сможет сытно поесть, наконец, успокоив свой завывающий от голода живот.       Волчий вой заставляет волоски на затылке встать дыбом, а по телу пробежаться мурашкам. Заяц шустро скрывается из виду, а Чонгук медленно опускает ружьё и прислушивается.       Ещё никогда ранее он не натыкался на волков в этом лесу. Другие охотники рассказывали, что многие годы назад королевские прислужники истребили целую стаю. Сколько не ради безопасности жителей королевства, сколько ради белоснежных шкур и других трофеев. По рассказам охотников, те волки были огромными, у них были золотые глаза и белая, как снег, шерсть.       Стая никогда не нападала на людей, жила себе мирно и не заходила на чужую территорию, но как только о них узнал король, то все они погибли.       Поэтому этот волчий вой Чонгука настораживает. В части леса, где расположено королевство, волков нет, значит, Чонгук ушёл слишком далеко от дома. Внутри него назревает отчаяние, ведь если он действительно ушёл далеко, то смерть в этом лесу гарантирована.       Волчий вой повторяется уже ближе. Сердце в груди Чонгука леденеет от страха, потому что он один с ружьём проиграет против волчьей стаи. А они, как известно, по одиночке не охотятся.       Чонгук прищуривается и всматривается вглубь белого леса и сжимает пальцами ружьё крепче. Глухие удары сердца отдают в самые уши, дыхание становится медленнее и тише.       Хруст снега заставляет всё тело покрыться тонким слоем холодного пота. Чонгук медленно переводит сначала взгляд, после чего поворачивает голову к источнику звука. Он знает, что это не заяц или другой мелкий безобидный зверёк.       Перед ним стоит белоснежный волк. Он не рычит, принюхивается и разглядывает человека своими жёлтыми глазами. Между ними не больше пяти метров, но Чонгуку достаточно этого, чтобы понять, насколько зверь перед ним огромный.       Он тихо выпускает воздух белым паром, когда замечает ещё волков, которые медленно его окружают. Невольно делает шаг назад, но из-за спины раздаётся тихий рык.       Белый волк, что стоит перед ним, делает шаг навстречу и опускает голову ниже, Чонгуку кажется, что в угрозе. Поэтому он задубевшими руками перехватывает ружьё и направляет его в голову зверя.       Волк рычит и скалит зубы, вновь делает шаг и смотрит в глаза охотника, словно предупреждая, что ружьё лучше опустить.       — Не трогать его, — низкий голос заставляет Чонгука вздрогнуть и резко развернуться, направляя дуло ружья уже на… человека.       Брови Чонгука медленно поднимаются вверх, когда он видит высокого мужчину со светлыми волосами. На нём надета белая шуба в пол с пышным меховым воротником, а под ней шёлковая рубаха и широкого кроя штаны, которые заправлены в сапоги с мехом и узорами. Ворот рубахи расстёгнут, позволяя видеть светлую кожу и широкую шею. Альфа. Перед ним стоит альфа. Взгляд тёмных глаз не пугает, но Чонгук ружья не опускает, как и не расслабляется ни на секунду.       Волк за спиной Чонгука вновь рычит, после чего слышится хруст снега.       — Я сказал не трогать его, — вновь сокрушает тишину леса своим голосом незнакомец.       Чонгук невольно прищуривается, понимая, что первый раз обращались не к нему. Человек сказал волку не трогать его, Чонгука, а не наоборот.       Не отводя взгляда от охотника, мужчина подходит ближе, окидывает того с ног до головы и тихо усмехается.       — Ты кто такой? — первым нарушает молчание между ними Чонгук. — Это твои волки?       — Мои, — коротко отвечает мужчина и продолжает подходить ближе.       Дуло ружья упирается ему в грудь. Волки начинают тихо рычать, но замолкают, когда мужчина поднимает ладонь, молча успокаивая их.       — Не уберёте ружьё? — интересуется он у Чонгука.       — Чтобы ты на меня сразу напал? — хмурится охотник и опускает палец на спусковой крючок. — Отойди или я выстрелю.       — Не выстрелите, — спокойно отвечает мужчина с расслабленностью в голосе.       — Я охотник.       — Знаю.       Чонгук вновь прищуривается и сжимает ружьё. Когда незнакомец обхватывает пальцами дуло и силой опускает, Чонгук невольно подчиняется и сглатывает слюну. Волки не рычат, продолжают с интересом разглядывать человека.       — Так кто ты такой? — задаёт прежний вопрос Чонгук и делает шаг назад от незнакомца, который мало того, что выше его почти на голову, так ещё и пахнет слишком сильно. Его феромоны сильнее, чем у Чонгука. И ему это не нравится. Он не из тех, кто любит подчиняться. Но и не тот, кто будет яро отстаивать своё лидерство.       — Хозяин этого леса, — отвечает мужчина. Он не отрывает взгляда от охотника ни на секунду, разглядывает, изучает и, как Чонгуку кажется, любуется.       — Хозяин? — фыркает Чонгук. — Этот лес принадлежит королевству.       — Да, — коротко отвечает мужчина. — Моему.       — А? — не понимает Чонгук и хмурится пуще прежнего.       — Я сопровожу вас в свой дом, вы замёрзли, — меняет тему незнакомец и кивком даёт волкам знак, что нужно двигаться в сторону дома.       — Что? Я не пойду с тобой никуда! — твёрдо заявляет Чонгук и вешает ружьё на плечо, а руки складывает на груди. — Скажи, в какой стороне выход из леса, и я уйду.       — Вам необходимо отогреться, — продолжает говорить мужчина и первым двигается с места.       — Я сказал, что никуда не пойду с тобой!       Волк, что несколько раз скалил зубы на Чонгука, подходит к тому ближе. На такое альфа резко отскакивает в сторону, снимает с плеча ружьё и направляет на волка. Со спины к нему подходит другой волк, тоже белый, и рычит.       — Да что вам надо?! — возмущается Чонгук.       Как только один из волков делает резкий шаг вперёд, Чонгук направляет на него дуло ружья и нажимает на спусковой крючок. Но выстрела не происходит. Волк без промедления подходит ближе, перехватывает челюстями ружьё и вырывает его из рук охотника, после чего откидывает в сторону.       — Я же сказал: не выстрелите, — бросает мужчина, не оглядываясь.       — Что за?..       — Ведите его в королевство, — отдаёт чёткий приказ незнакомец и уходит вперёд, даже не глянув на перепуганного и растерянного Чонгука.       Альфе же, оставленному без единственного средства защиты, приходится последовать за ним. У него есть с собой нож, которым Чонгук срубал ветки в лесу, но использовать сейчас его не хочется. Знает, что раз его ружьё не выстрелило, то и нож окажется бесполезным.       Остаётся только следовать за мужчиной в белом одеянии, пока со всех сторон их сопровождают огромные белые волки.

✨

      В молчаливом пути они находятся не больше получаса. Чонгук смотрит на спину незнакомца и всю дорогу пытается понять, кто он, что это за необычные волки и почему они его слушаются. Но он не желает открывать рта. От мужчины пахнет так, как ни от кого ранее. Чонгук ещё никогда не встречал альф с настолько сильными феромонами, что собственная сущность внутри прогибается и смиренно отступает.       «Ладно феромоны, но волки… Почему они его слушаются? И… понимают?» — думает Чонгук, смотря на широкие плечи и прямую спину мужчины, что неспешно идёт на пару шагов впереди.       Как только деревья начинают редеть, Чонгук замедляет шаг и прищуривается, замечая впереди постройки. Сначала это маленькие и редкие дома, к которым они постепенно подходят, потом дома побольше, под ногами появляется дорожка из светлого камня.       Чонгук замечает людей. Чем глубже они заходят в неизвестный город, тем шумнее становится вокруг. Чонгук держит спину прямо, взгляд холодный и напряжённый, он готов к любому нападению и неожиданности. Но люди к нему не подходят, они не убегают от волков, а покорно опускают головы перед тем самым мужчиной.       Никогда раньше Чонгук не слышал о городе, который скрывается в лесу. Чонгук подмечает, что дома все аккуратные, ухоженные, люди не кидаются под ноги мужчине, не просят подкинуть монет.       Когда они вновь заходят в лес, Чонгук оглядывается на город и хмурится. В сравнении с жителями королевства, в котором родился сам Чонгук, здесь всё совершенно иначе. Есть лавки на улице, есть бегающие дети, есть смех и шум. Но то, чего здесь нет, бросается в глаза сразу же, как только заходишь в небольшой город. Здесь нет бедности.       Через маленький лесок из густых елей ведёт широкая дорога, а за лесом — открывается вид на замок. Чонгук, живший всегда за чертой бедности и ни разу не попавший на территорию короля, чуть не роняет челюсть. Величественное здание из белого кирпича, множество окон и этажей. Ворота и оконные рамы украшены высеченными из камня фигурками лесных животных.       Ещё одну особенность Чонгук замечает только сейчас, когда касается руками своих волос. Пальцы больше не ледяные, к ним вернулась чувствительность. Больше не холодно.       — Кто же он такой? — шепчет себе под нос Чонгук. — И что это за место?       — Это снежное королевство, — отвечает мужчина, услышав шёпот альфы за спиной, и оглядывается. — Мои владения.       — Ты король? Никогда не слышал об этом королевстве.       — Да, я король. Это мои земли, мой народ и мой лес.       — Король? — округляет глаза Чонгук и кусает себя за кончик языка. Он ведь должен обращаться к нему на «вы» теперь? Должен оказывать уважение, чтобы его вдруг не казнили за столь непочтительное отношение. Ему ещё пожить хочется, пусть бедно и не совсем счастливо, но хочется.       Мужчина поднимается по ступенькам к замку, держит спину прямо, идёт уверенно. Волки остаются внизу, больше не следуют за ними. Как только последняя ступенька остаётся позади, высокие двери замка открываются. Чонгук бросает взгляд на двух альф, которые склоняют головы и пропускают их внутрь. Перед ними открывается просторный холл с множеством картин на стенах, а в конце — широкая лестница на второй этаж. Чонгук поднимает голову и чуть не теряет равновесие от великолепия. Потолки разрисованы фресками с волками, лесом и луной.       — Нравится то, что вы видите? — интересуется мужчина.       — Простых людей в моём королевстве не пускают даже близко к замку, не то, что зайти в него и посмотреть. Король не желает быть близок с простыми смертными, — рассказывает Чонгук и прекращает разглядывать красоты замка. Ему нельзя терять бдительности, он всё ещё не знает, что этот мужчина может с ним сделать: отправить в темницу, сделать своим прислугой или допросить.       Смутные сомнения, что человек перед ним, король, не желает зла, тихо шепчут об отсутствии опасности. Ведь он даже грубого слова не сказал за всё время, а когда Чонгук попытался выстрелить в волка, только усмехнулся.       — Ваш король всегда был жадным, как и его предки, — пожимает плечами Тэхён.       — Зачем ты привёл меня сюда? — холодно и без вежливости перебивает Чонгук. Он никогда не был знаком с манерами и этикетом. Ранняя потеря родителей сделала из него ребёнка улицы.       — Вы бы предпочли замёрзнуть насмерть? — поднимает брови мужчина, разглядывая взъерошенного альфу, что держится стороной и весь куксится.       — Я бы предпочёл вернуться домой.       — Вам здесь не по душе? — мягкого и спокойного тона король не меняет, ему не присуще злость и раздражение.       — Я не омега, чтобы мне нравились красоты замка, — ровным голосом заявляет Чонгук.       — Жаль, я думал, что вам понравилось. Ваши глаза весьма красноречивы, — подмечает король с улыбкой. — И не обязательно быть омегой, чтобы оценить прекрасное.       Чонгук теряется на несколько секунд, хлопает ресницами и смотрит на мужчину, после чего хмурится и сжимает челюсти. Почему этот мужчина настолько вежлив и, будто, нежен с ним? Это заставляет напрячься. Может, Чонгук умер там, в лесу, а теперь ему снится некий Рай, в который его забрал невероятной красоты ангел.       — Раз ты король, то где твоя охрана и слуги? — с прищуром задаёт новый вопрос Чонгук.       — Я не нуждаюсь в охране, этот замок, как и народ, защищён от врагов. Ни один чужак не сможет приблизиться к моим владениям без моего ведома, — объясняет король. — А слуги…       Мужчина переводит взгляд с глаз Чонгука за его спину. Двое омег появляются рядом с королём и опускают головы в приветствии.       — Отведите гостя в его покои, подготовьте купальню и сытный обед, — в голосе мужчины нет ни намёка на жёсткость и холод. Он говорит со слугами тёплым голосом, хоть и отдаёт приказ.       — Да, Ваше Величество, — в один голос отвечают омеги и указывают ладонями в сторону лестницы. — Прошу, следуйте за нами.       — Эм, я же сказал, что мне…       Чонгук оглядывается и не замечает рядом больше короля. Тот словно растворился. О его былом присутствии напоминает только тяжёлый и пленяющий запах хвои, смолы и ноток цитруса.       С тихим вздохом Чонгук следует за омегами на второй этаж по лестнице из белого мрамора, попутно разглядывает всё вокруг. Он подмечает, что в замке предпочтительны светлые тона, хрусталь и мрамор. Даже омеги, которые ведут его по длинным коридорам вглубь замка, одеты в шёлковые одежды, которые украшены узорами из зелёных ниток. Если присмотреться, то можно разглядеть символики леса и… волков. На руках у них есть по несколько браслетов, которые тихо звенят, волосы аккуратно уложены, а в ушах есть маленькие серьги.       — Что за украшения на вас? Это серебро? — интересуется Чонгук.       — Нет, это белое золото. Мы не любим серебро, — отвечает один из омег, бросив на Чонгука взгляд через плечо.       — Разве слуги могут выбирать, что нравится, а что нет? — тихо хмыкает Чонгук.       — Сколько невежества в твоём голосе, — говорит другой омега. — Дикарь, да и только.       — Юнги, он гость, — шипит на него омега.       Слуга, которого назвали Юнги, закатил глаза.       — Этот гость — само невежество! Даже к Его Величеству обращается на «ты».       — Я ведь не знал, что он король, — фыркает Чонгук и закатывает глаза. Он необразован и имеет развязный язык, так что замечания вызывают лишь раздражение и только. Чонгуку это всё чуждо.       — А когда узнал, то продолжил невежественно тыкать, — попрекает его Юнги. — Обращение к королю должно быть только на «вы».       — Но ведь он не высказал недовольства по этому поводу, — отражает атаку Чонгук.       — Только по той причине, что ты…       — Мы не просто слуги, — перебивает их перепалку другой омега с всё тем же мягким голосом. Он выглядит более нежным и изящным, имеет пухлые губы и румянец на щеке. — В этом королевстве никто не любит серебро, для украшений мы используем только белое золото. Это не прихоть Его Величества, так пошло от прошлых королей.       — Я не видел в городе ни одного бедного.       — Потому что король Ким уделяет всем равное внимание. К нему всегда можно обратиться за помощью. Тем более наш народ маленький. Место, которое ты называешь городом, можно смело назвать деревней, — пожимает плечами омега и останавливается около одной из дверей.       Когда Чонгук заходит внутрь, то чуть не давится воздухом. Первое, что бросается в глаза, так это большая высокая кровать с множеством подушек. На полу около неё пушистый белый ковёр из чьей-то шкуры. Около стены шкаф, есть письменный стол и несколько стопок с книгами.       — Здесь тебе подготовили вещи, — говорит омега и открывает дверцы, показывая Чонгуку множество вещей. В основном это шёлковые рубахи с узорами и свободные штаны, есть накидки на плечи из меха, несколько пар сапог.       — Приготовили? — удивляется Чонгук. — Я только ступил на порог.       — Да, но то, что ты зашёл на нашу территорию было известно уже вчера, — объясняет омега и широко улыбается, из-за чего глаза образуют щёлочки.       — А? А если бы я вышел из леса домой?       — Не вышел бы ты никуда, — со вздохом закатывает глаза Юнги. — Туман, в котором ты заблудился, не дал бы тебе вернуться домой.       — Что вообще это за место? — хмурится Чонгук и складывает руки на груди. Ему хочется знать всё, чтобы быть спокойным.       — Снежное королевство. Об остальном спрашивай у короля. Мы не имеем права ничего рассказывать, — отвечает Юнги.       — Ты можешь выбрать, что надеть, после чего мы проводим тебя в купальню, где ты сможешь умыться.       — Я бы хотел обычную хлопковую рубаху и штаны, — просит Чонгук, разглядывая содержимое шкафа. Ему без надобности эти роскоши, он парень простой.       — Эм… — теряется омега и бросает растерянный взгляд на Юнги. — Эти вещи выбрал для тебя сам король.       — Тогда я тем более не надену их, — щёлкает языком Чонгук и закрывает дверцы шкафа. — Мне без надобности всё это.       — Тогда, может, голым выйдешь? — дерзко поднимает брови Юнги. — Думаю, король не будет против разглядеть тебя всего и везде.       — Юнги! — дёргает того за рукав омега.       — А? Он что предпочитает альф? — округляет глаза Чонгук и делает настороженный шаг назад.       Так вот зачем его сюда привели. Ужас, да и только. За такое в городе смело можно стать изгоем общества.       — Мы принесём тебе простую хлопковую одежду, а теперь, прошу, пойдём в купальню, — быстро говорит слуга и указывает руками на дверь. Он не теряет ни секунды, хватает гостя за рукав пальто и тянет за собой.       В купальне лицо обдаёт жаром и ароматом трав. Чонгук медленно раздевается, с пониманием того, что ещё никогда не принимал такой хорошей ванны. Обычно его мытьё ограничивалось купанием в реке, либо быстрым умыванием в какой-нибудь таверне, где он снимал комнату.       Чонгук спускается по холодной плитке в горячую воду и в наслаждении тянет уголки губ вверх. Горячая вода для простого народа в королевстве всегда была проблемой. Не у каждого есть возможность нагреть столько, чтобы можно было набрать не то, что целую ванную, а даже большой таз. Тем более холодными зимами.       Блаженство растекается по всему телу, а по коже бегут мурашки. Чонгук садится на дно и закрывает глаза, откинув голову на бортик. Нос приятно щекочет запах трав. Все ненужные мысли медленно исчезают из головы, оставляя после себя приятную пустоту и тишину. Чонгук знает, что ему необходимо придумать план побега отсюда, он не собирается оставаться в королевстве, тем более после того, что узнал о пристрастиях короля. Неужели его сюда привели ради этого? Разделять ложе с королём он не намерен.       — Мне никто об этом прямо не сказал, а я уже надумал всякого. Он ведь даже не сделал мне ничего плохого, — вздыхает Чонгук и открывает глаза. Он разглядывает просторную купальню, большие окна, через которые помещение наполняется светом, есть свечи на высоких подсвечниках и неизменные фрески на потолке. Они больше всего привлекают внимание, их стиль кажется чем-то невероятным.       В купальне Чонгук проводит около часа, не в силах заставить себя вылезти из горячей воды. Как только он одевается, к нему приходит тот самый улыбчивый омега и наносит на волосы масла, расчёсывает их и делает массаж лица. На все протесты Чонгука он только упрямо продолжал свой уход.       — Я альфа, — напоминает Чонгук.       — Знаю, — тихо смеётся прислуга.       — Надеюсь, ты не подготавливаешь меня так специально ко встрече с королём. Очень беспечно с его стороны пустить в свой дом чужака.       — Поверь, если бы ты нёс угрозу, то сидел бы в заточении под этим замком, — бросает омега, не отнимая маленьких ладоней от лица Чонгука.       — Я альфа, охотник. В глазах короля я безобиден?       — Да, — кивает прислуга.       Видя непонимание в глазах альфы, омега делает шаг назад и разводит руки в стороны.       — Ударь меня, — говорит тот.       — Что? Я не бью омег. Может, у меня и нет надлежащего воспитания, но я никогда не подниму руку без причины, тем более на омег.       — Давай, ты увидишь, что не сможешь этого сделать.       Чонгук хмурит брови, подходит к прислуге и стискивает челюсти, не желая заносить руку для удара. В подростковом возрасте он много дрался с другими альфами за кусок хлеба или крышу над головой во время дождя. Но ударить омегу, да даже просто занести руку для удара, всегда было для него низостью.       С тихим вдохом Чонгук поднимает ладонь и наносит удар, готовясь остановиться в любой момент, но его рука зависает в воздухе около плеча прислуги.       — Но как? Что это такое? — округляет глаза Чонгук и сжимает пальцы в кулак, пока его рука всё ещё находится в магических оковах.       — Это защита короля, — объясняет прислуга.       — Магия? Она ведь под запретом в королевстве, за такое могут придать огню! — повышает голос на эмоциях Чонгук.       — Да, мы наслышаны о ваших диких методах правления, — щёлкает языком омега. — Пойдём, Его Величество ждёт тебя на обеде.       — Кто он такой? Маг?       — Не совсем.       — Ведьма?       — Нет.       Чонгук хмурит брови и задумывается. О наличии в мире волшебных и таинственных существ Чонгуку известно. Но в королевстве, как только заподозрят кого-то в чём-то магическом, то сразу же сжигают или отправляют в темницу.       Следуя за прислугой в сторону обеденного зала, Чонгук подмечает множество комнат, но в замке полнейшая тишина, нет ни голосов, ни топота ног.       — У него много наложников?       — Ни одного.       — Тогда зачем столько комнат?       — В прошлом здесь жили короли и семьи, их дети и близкие. Здесь раньше было шумно, об этом свидетельствуют многие картины на первом этаже, — рассказывает омега. — Сейчас здесь живут такие слуги, как я и Юнги, некоторые выдающиеся горожане: те, кто приближен к Его Величеству.       — Король не боится жить среди простых?       — Он нас всех защищает, никто в здравом уме не будет нападать на того, кто дарует тебе безопасность.       Чонгук коротко кивает и останавливается перед высокими дверями, которые ведут в обеденную зону. Как только он остаётся один, то сам открывает двери и заходит внутрь. Чего таить, он хочет есть уже давно. Чонгук мог бы показать характер, побрыкаться и уйти в свои покои, но голодный желудок, зная, что где-то есть полный еды стол, не даст ему даже спокойно вздохнуть. За свои двадцать лет Чонгук научился обходиться без еды продолжительное время. Но в последние дни у него были одни удачи на охотах, поэтому и монеты звенели в кошельке, а о сытном ужине и крыше над головой можно было не беспокоиться.       — Проходите, присаживайтесь, — властный мужской голос проносится по просторному залу.       Стол большой, длинный, но столовые приборы стоят только в той части, где сидит король. На мужчине больше нет меха, только шёлковая рубашка кремового цвета с расстёгнутыми верхними пуговицами. Светлые волосы взъерошены, сам он расслаблен и приветлив.       Чонгук подходит к столу и садится, сдержанно разглядывая еду. Но он не позволяет себе накинуться на неё как дикарь, имеет выдержку.       — Вам не пришлись по вкусу наряды, которые я подготовил? — интересуется король.       — Я не омега, нет нужды в этих цацках, — пожимает Чонгук плечами и тихо фыркает. — Чувствую себя комфортно в обычной одежде.       — У нас все здесь носят шёлк, так что такая одежда не считается чем-то роскошным, — сдержанно объясняет мужчина. — Вы можете брать на столе всё, что пожелаете.       — Ты король, но… Я не понимаю, почему ты такой простой, — вздыхает Чонгук и накладывает себе в тарелку еды. — Если бы я посмел разговаривать с королём на «ты» в своём королевстве, меня бы кинули в темницу.       — Король, это слишком громкий титул для меня. Можно сказать, что я вожак.       — Вожак?       — Да. Этот замок — дом моих предков. Я не могу его бросить, хоть он и пестрит роскошью, — вздыхает мужчина с усталостью.       — Тогда, как я могу к тебе обращаться? — спрашивает Чонгук. — На «вы» или на «ты»? По имени или Его Величество?       Двери в столовую резко распахиваются, пуская внутрь маленький вихрь в виде ребёнка.       — Тэхён! — кричит восторженно мальчишка и прыгает вокруг вожака, залезает на его колени, спрыгивает, оббегает стул, запрыгивает на колени с другой стороны. — Тэхён, Тэхён, Тэхён! — не унимается мальчишка и широко улыбается. — Я сделал это! Сделал, — прыгает на месте ребёнок.       Чонгук пользуется моментом и бегло изучает мальчишку. После уличной жизни, где приходилось не только зарабатывать, но и воровать, Чонгук научился определять главные черты в каждом человеке. И мальчишка перед ним — солнечный малый. Он добрый, активный, светлый и искренний. А ещё он очень похож на вожака.       "У него есть ребёнок? Значит, был и муж? Либо любимый омега".       — Я поймал своего первого кабана! Он был таким большим, но я справился! Я сдал экзамен и теперь смогу присоединиться к группе охотников, — с горящими глазами без остановки тараторит мальчишка.       Чонгук слегка прищуривается и принюхивается, понимая, что перед ним стоит омега.       — Хорошо, Тэсон, очень хорошо. Но у нас гость.       Тэхён опускает ладонь на плечо мальчишки, успокаивая его. И как только глаза омеги находят за столом Чонгука, который всё это время молча продолжал есть, то расширяются до больших кругляшков. Мальчик громко икает, закрывает рот ладонями, после чего краснеет и убегает.       — Это твой сын?       — Племянник, — быстро отвечает король.       — Он учится охоте?       — Это у нас у всех в крови, но не все ходят на охоту. Только те, кто проходит обучение и сдаёт экзамен.       — Но он кажется слишком маленьким для охоты. Разве сможет он держать ружьё? — удивляется Чонгук. Сам он ружьё впервые взял в руки, когда был подростком и когда ещё отец жил с ним.       — Он справляется отлично, раз сдал экзамен.       — Так как мне к тебе, вам, обращаться?       — Как вам угодно, — легко говорит король. — На «вы» обращаются все, но вы единственный, кто обратился ко мне на «ты».       У мужчины спокойный голос, уголки губ приподняты в улыбке, взгляд тёплый и мягкий. Чонгук не может себе отказать в изучающем взгляде, потому что это место, как и мужчина перед ним, сплошная загадка.       — Когда я смогу вернуться домой? — вдруг нарушает повисшую тишину Чонгук.       — Почему вы так рвётесь домой? Неужели вам здесь плохо? Тем более, вы даже дня не пробыли в моём замке, а уже хотите сбежать, — в голосе Тэхёна одно непонимание. Чонгук может даже услышать нотки грусти, будто своим рвением домой обижает короля.       — Если вы думаете, что я отплачу вам за вашу крышу и тепло своим телом, то нет, — Чонгук складывает руки на груди и откидывается на спинку стула. Он решает выбрать обращение на «вы», хоть никогда ни к кому так не обращался. — Наслышан о ваших предпочтениях, — позволяет себе дерзкий тон альфа, надеясь, что его выкинут из королевства домой за столь грязное общение.       — Чонгук…       — А?.. Откуда вы знаете моё имя? — хмурит брови альфа и слегка напрягается. За всё это время он ни разу не представился.       Король шумно вздыхает и откладывает столовые приборы.       — Я давно о вас знаю.       — Так, подождите, — поднимает ладонь Чонгук и мотает головой. — Прежде чем вы что-то ещё скажете, давайте условимся, что я не буду спать с вами. Я не буду ни наложником, ни прислугой, ни кем бы то ни было.       — Хорошо, я и не просил. Вы надумали себе лишнего. Тем более, всё может измениться, — тон у мужчины спокойный, уголки губ же слегка дёргаются.       — Нет, нет, и ещё раз нет, — мотает головой Чонгук. — А теперь объяснитесь.       — Пожалуйста.       — Что?       — Это должно звучать как просьба, а не как приказ, Чонгук.       — Пожалуйста, — выдавливает из себя альфа с притворной улыбкой.       — Я был в вашем королевстве несколько лет назад, — начинает Тэхён. — Пытался найти кое-какую информацию о вашем короле. Но так получилось, что я попал в конфликт, когда меня пытались ограбить. Вы тогда вступились за меня и… ограбили сами.       Чонгук округляет глаза и чувствует, как начинает краснеть. Ему нечего стыдиться, он выживал раньше, как мог, но и не гордится тем, что приходилось лазить по чужим карманам. Но кончики ушей всё равно предательски горят.       — Но я не помню вас, — хмурится Чонгук и прочищает горло кашлем после секундного смущения.       — Вы и не могли запомнить, потому что я был под гримом, — объясняет мужчина. — Мои волосы достаточно белые, чтобы в городе обратили внимание и сочли кем-то необычным. Их я спрятал за париком.       Чонгук только кивает в понимании.       — Но почему вы не хотите отпустить меня домой? Хотите стрясти долг? — вдруг кусается словами альфа и бросает на мужчину холодный взгляд.       — Я… Разве я хоть раз упомянул об этом? Если бы я случайно не произнёс ваше имя, то вы бы и не узнали о той встрече со мной.       — Тогда чего вы хотите?       — Лучшей жизни для вас.       — А? Зачем вам желать лучшей жизни для альфы? Это даже звучит странно, что уже говорить о том, как выглядит со стороны, — фыркает Чонгук.       — Я не собираюсь вас принуждать к чему-либо. Просто поживите здесь некоторое время. Вот увидите, что вернуться обратно не захотите, — склонив голову набок, мягко предлагает Тэхён, — Я ничего от вас не требую. Неужели вам хочется вернуться домой, жить в маленьких комнатках таверн, воровать и переживать о завтрашнем дне?       — Я привык к такой жизни.       — Поживите здесь две недели, если захотите уйти, то я отпущу. Вы сможете заниматься чем хотите, а я в свою очередь со многим вам помогу.       Чонгук прищуривается, обдумывая предложение. В любом случае, он может прожить здесь две недели в тепле и с хорошей едой, с большой купальней и мягкой кроватью. Отказываться от такого глупо, но он не омега, чтобы броситься к взрослому альфе за такое на шею.       — Почему две недели?       — Потому что за одну вы не успеете всё здесь осмотреть и попробовать, — объясняет Тэхён и возвращается к еде. — У вас есть вопросы, которые вы бы хотели задать?       — Кто вы?       — Вы уже спрашивали, а я отвечал.       — Нет, кто вы? — с прищуром повторяет Чонгук. — Вы не маг.       Мужчина вытирает уголки рта салфеткой и тихо вздыхает, не зная, что ответить. Предугадать, какая из информации о Тэхёне больше шокирует Чонгука — невозможно.       — Я энигма.       — А? Кто это? Впервые слышу.       — Самый главный ген, — объясняет Тэхён.       — Вы главнее меня? Разве мы не все равны?       — Нет. Таких как я — единицы. Потому что я могу подчинить себе любого альфу, — объясняет Тэхён и откидывается на спинку стула, разглядывая Чонгука, который, кажется, уже готов бежать из замка обратно в холодный лес.       — Вы пытались подчинить меня своим запахом, но что-то не получилось, — дерзко отвечает Чонгук и поднимает одну бровь.       — Я и не пытался, то, что вы чувствуете, является моим простым запахом, — объясняет Тэхён и снисходительно улыбается. Нравится ему дерзость Чонгука, никто не смеет рта открывать лишний раз, боясь, что Тэхён может их укусить и изменить сущность, а Чонгук языком щёлкает достаточно смело.       Чонгук старается выглядеть спокойно, но сама мысль того, что запах энигмы, который он чувствует сейчас, обычный, вожак не пытается его подчинить в данный момент, убивает. А его, оказывается, ещё не пытались даже подчинить в полную силу. И Чонгук с горечью понимает, что если этот мужчина захочет подчинить его своей власти, то Чонгук ничего не сможет сделать против.       — То есть, вы своими феромонами можете заставить меня подчиниться вам? — уточняет Чонгук, зная ответ.       — Не только.       — А? — теряется Чонгук и сглатывает слюну. Всё его нутро говорит бежать отсюда, потому что этот добрый и мягкий взгляд может завести его в ловушку.       — Мой укус особенный, — показывает свои клыки мужчина и касается их кончиком языка. — Я могу изменить пол как альфе, так и омеге.       — Просто уточню. Вы можете из меня сделать омегу?       — Да.       — Без моего согласия?       — Да. Но я не стану, в этом нет нужды, — поспешно говорит Тэхён. — Желаете чего-нибудь?       — Могу я уйти в свои покои?       — Да, я вас провожу.       — Не пристало королю провожать простых смертных, — с натянутой улыбкой говорит Чонгук и встаёт со стула. — Погуляю и сам найду.       — Хорошо, как пожелаете, — кивает Тэхён. — Если я буду нужен, то просто позовите меня по имени, и я вас найду.       Чонгук тихо фыркает себе под нос и покидает обеденный зал, после чего бродит по замку, разглядывает картины на стенах, фрески на потолках. Хоть он и родом из грязи, но красивые вещи оценить может. Подсвечники, рамки у картин, различные мелкие элементы декора, он ловит в голове мысль, сколько всё это может стоить. Но Чонгук не посмеет украсть здесь ничего. Тэхён его отогрел, вывел из леса, покормил и не сделал зла.       Воспоминания о том, что однажды Чонгук уже обманул Тэхёна и украл у него кошелёк с монетами, накрывают с головой. Раньше он никогда не испытывал стыда, но чем больше думает, тем хуже ему становится. Слишком велика разница между ними. Тэхён щедрый, добрый и спокойный. Он ни разу не попросил чего-то, спустил всю дерзость охотника. А Чонгук… Только и делает, что сомневается, допытывает вопросами.       — Я же не омежка какой-то, чтобы бояться или стесняться отработать долг, — рассуждает вслух Чонгук. — Я многое умею, могу построить что-то, починить, найти информацию, сходить на охоту. У меня пустые карманы, я не могу отдать деньги обратно. Понимаю, что такому мужчине, как Тэхён, эти деньги как крошки под ногами, но я должен вернуть их. Хотя, он же и не требовал возвращать краденное, напротив, хотел сохранить это в секрете от меня. Может, тогда и не надо ничего отдавать? Но он мог кинуть меня в темницу за воровство…       Чонгук так глубоко погружается в свои мысли, что уходит вглубь замка и останавливается, когда понимает, что зашёл туда, где его сегодня ещё не водили. На стенах по-прежнему большое количество картин. Чонгук замечает короля, похожего на Тэхёна, который с широкой улыбкой держит на руках белого волчонка. Опустив взгляд ниже, Чонгук замечает подпись и дату.       — Чего? Это опечатка какая-то? Одна тысяча триста тридцать пятый, сейчас же начало тысяча семисотого. Я предполагал, что он маг, но он кто-то более величественный. Что же это за место?       Чонгук оглядывается, рассматривает несколько других картин, после чего решает уйти отсюда, желая достать информацию из короля, чем додумывать самому.       — Ему около трёх сотен лет, с ума сойти. И не устал же столько жить! Энигма, а за триста лет не обзавёлся омегой и потомством. За такое в народе не жалуют, — усмехается себе под нос Чонгук. — Да и пристрастие к альфам не могло стать помехой, раз может менять пол туда-сюда.       Охотник выходит в просторный коридор и оглядывается, вспоминая, ходил ли он здесь уже раньше. В свою комнату он заходит спустя добрых полчаса хождения по просторам замка. Он падает на кровать и сразу засыпает. Тело, два дня бродившее по лесу в холоде и голоде, оказалось слишком уставшим.

✨

      Громкий стук по двери в покои будит Чонгука ранним утром. Альфа резко садится на кровати и сонно хмурит брови. Его волосы взъерошены, рубашка для сна съехала с одного плеча.       — Да, — тянет он и смотрит на дверь полуоткрытыми глазами.       Дверь открывается и внутрь заходят вчерашние слуги. Юнги держит в руках одежду, а его напарник поднос с миской воды, полотенцами и баночкой масла.       — Доброе утро, господин Чонгук. Спешим сообщить, что король приглашает вас на прогулку по окрестностям замка, — говорит омега, чьего имени Чонгук до сих пор так и не узнал.       — А если я не хочу? — спрашивает Чонгук и неприлично широко зевает, даже не прикрыв рот рукой.       — Тогда можешь спать дальше, а мы пойдём заниматься другими делами, — вздыхает Юнги и закатывает глаза переминаясь с ноги на ногу.       — Юнги! — шикает омега.       — Что, Чимин? Он не хочет идти, не можем же мы его силой туда привести. Тем более Его Величество сказал, что всё на добровольной основе, — ворчит Юнги. — Хочет он, а страдать нам.       — Не при госте же! — вновь рычит омега и слегка пинает того ногой. — Так что, господин Чонгук?       — Ладно, — вздыхает альфа и садится на кровати, свешивая ноги. Лучше согласиться на прогулку и узнать больше о таинственном короле, вожаке и энигме.       Он позволяет омегам себя переодеть, умыть лицо, сделать массаж и уложить волосы. Омеги принесли ему чёрную шёлковую рубашку и простые штаны с высокими сапогами на меху. Нагольная шуба, которая была накинута следом на его плечи, оказалась довольно тяжёлой. Изнутри неё чёрный мех овчины, а снаружи она расшита серебристыми узорами. У неё пышный и тёплый воротник, а сама она достаёт до пяток.       Ещё никогда ранее Чонгук не надевал столь дорогих и красивых вещей. Он не омега, чтобы визжать от такого, но ему приятно надеть нечто дорогое, когда его единственное пальто давно изжило себя и стало совсем тонким.       Чонгук выходит на улицу и щурится из-за яркого солнца и сверкающего снега. Тэхён стоит около лестницы, смотрит на виднеющиеся сквозь лес дома города. Он в белой шубе, в которой был вчера. Светлые тона идут ему.       — Доброе утро, Чонгук, — сдержанно улыбается ему Тэхён и кивком предлагает подойти ближе. — Я рад, что вы согласились составить мне компанию, и что вы надели подаренные мною одежды. Вам к лицу чёрный цвет, я подумал, что от этих вещей вы не откажетесь.       — Не надо за мной ухаживать. И не вздумайте укусить меня, — грозит пальцем Чонгук, на что получает чуть приподнятые уголки губ короля. — Я не собираюсь ни ложиться под вас, ни становиться омегой.       — Вы ещё сами меня об этом попросите, — спокойно говорит Тэхён и разворачивается, первым спускаясь по ступенькам. Он впервые позволил себе спустить столь вольные и смелые слова в сторону альфы.       — Да никогда! Я здоровый альфа, и я уж точно не куплюсь на подарки и хорошее отношение. Ухаживайте за мной, сколько вам угодно, но через две недели я уйду, — старается звучать твёрдо и грозно Чонгук, следуя за королём.       — Как скажете, Чонгук.       Они спускаются во двор замка и идут по дорожке в сторону леса. К ним выбегает белый волк с открытой пастью и чуть подпрыгивает. Чонгук замедляет шаг и готовится достать из-за пазухи свой нож, но не спешит. Волк прыгает вокруг Тэхёна, ластится к его руке. Такой большой, почти по грудь короля, но ведёт себя как волчонок.       — Привет, Хосок. Можешь украсть Юнги, если хочешь, — с улыбкой говорит Тэхён и гладит волка между ушей. — Он должен быть в швейной.       Волк рокочет, слегка бодает короля своей большой головой и убегает в сторону замка.       Стоя в стороне и молча наблюдая, Чонгук хмурит брови и всё же заводит руку под шубу, сжимая пальцами рукоять ножа. Он не хочет никого убивать, пока ему не сделали зла, но Чонгук охотник. И мыслит он как охотник. И если перед ним нечто столь поразительное, что может его озолотить, то не думать об этом невозможно.       «Мне не обязательно убивать его, чтобы озолотиться. Он и так содержит меня в дорогих покоях и дарит прекрасные одежды. Но ведь когда я вернусь домой, то там меня вновь ждёт бедность», — размышляет Чонгук, пока сжимает рукоять ножа.       — Я знаю, кто вы, — коротко говорит Чонгук, но не пятится назад, смотрит на короля с прищуром.       — И кто же? — спокойно спрашивает Тэхён.       — Оборотень.       — Что помогло вам догадаться? — интересуется король и идёт по тропе дальше, зная, что охотник пойдёт за ним. Он даже не отрицает, в этом нет никакого смысла, Чонгуку о подобном необходимо знать.       — Вы сказали, что это ваш лес, вы здесь король, вокруг вас множество волков, которые отличаются от обычных своими размерами и разумом. Вы разговариваете с ними, а они понимают. Вчера вы сказали, что являетесь вожаком, а не королём. А ещё я видел холл с множеством картин, там был четырнадцатый век, — твёрдым голосом перечисляет Чонгук и следует за мужчиной. Тот, кажется, даже не беспокоится об открытой правде.       — Вы правы, я оборотень. И я самый главный и могущественный в этом лесу, — гордо заявляет Тэхён и сцепляет руки за спиной в замок. — Умру я — умрут все оборотни.       — И как долго вы собирались скрывать это от меня? Когда решились бы сожрать?       Спокойное лицо короля слегка морщится от выражений человека. Его самого родители воспитали прилежным парнем, который держится спокойно, общается со всеми вежливо и почтительно. Язык Чонгука же полон грязи и дерзости из-за уличной и бедной жизни.       — Нет, как вы могли допустить подобной мысли? Неужели я опять где-то ошибся, что вы подумали плохого обо мне? — искренне удивляется король и бросает растерянный взгляд на Чонгука.       — Нет, но вы оборотень.       — Это делает меня хуже?       — Нет. Но… Среди людей ходят разные легенды. Я никогда не встречал нечисть, но люди говорят, что вы убиваете простых смертных и едите, — бросает Чонгук и пожимает плечами. — Вы же зачем-то забрали меня сюда.       Одно лишь слово нечисть, а у Тэхёна сердце холодом обдаёт. Он предполагал, что Чонгук отнесётся к нему с настороженностью, но не думал, что в глазах этого человека окажется нечистью. Чем-то грязным и жутким.       — Я не ем людей и не убиваю. Это вы, люди, убиваете всех, кого боитесь, и кто вам мешает, либо просто ради звона монет, — ровным голосом говорит Тэхён в котором Чонгук чётко слышит появившийся холод.       Ему и не надо, чтобы этот мужчина был к нему нежен и мягок, Чонгуку любовь короля не нужна, как и его внимание. Но почему-то в очередной раз чувство стыда скребёт внутри.       — Даже у вас с собой есть нож, — вдруг говорит Тэхён и резко заглядывает в глаза Чонгука, который путается в ногах и летит на снежную дорожку, но его ловят крепкие мужские руки короля.       Запах хвои, который исходит от Тэхёна, и без того щекочет нос всегда и везде, но рядом с ним, вот так, совсем близко, он приятно окутывает со всех сторон. Феромоны у энигмы слишком сильные. Он действительно главный ген, и своими феромонами Чонгук может его только дразнить, но никак не пугать.       — Я не собираюсь его использовать, — поспешно защищается Чонгук. — Могу я спросить?       — Да, конечно, спрашивайте, — в голосе мужчины холод пропал так же быстро, как и появился.       — Почему вы желаете мне лучшей жизни? Я ведь охотник, неужели вам не боязно за свой народ? А если я сбегу и разболтаю об этом месте?       Тэхён останавливается и поворачивается к Чонгуку, заглядывая ему в глаза. Охотник останавливается следом и отводит взгляд от слишком тёмных глаз, потому что один лишь взгляд короля кажется тяжёлым и глубоким. И даже Чонгуку, который никогда не захочет подчиниться сильнейшему, кажется, что опустит покорно голову.       А ещё этот взгляд смущает и напрягает.       Желая отвлечься от пронизывающего и изучающего взгляда, Чонгук оглядывается и поднимает брови в удивлении. Король привёл его в ивовые заросли. Но деревья здесь покрыты снегом и льдом, а веточки, опускающиеся почти до самой земли, держат на себе блестящие капли замёрзшей воды.       Чонгук подходит к одной из ив, касается свисающей ветки и разглядывает льдинки. Из-за солнца ивовая роща блестит и сверкает. Когда он отпускает веточку, то она ударяется о другую издавая тихий звон. Чуть поодаль Чонгук замечает сияющую на солнце водную гладь.       — Вы не сможете причинить вреда ни мне, ни моему народу, — после длительной паузы начинает говорить Тэхён. Он следует за Чонгуком к небольшому пруду. — Я защищаю этот лес. А вы… Ваша дерзость и своевольный нрав меня умиляют. И я знаю, что пусть вы и охотник, но не посмеете причинить вреда никому здесь. Потому что однажды вы уже спасли моего близкого. И я хочу вам лучшей жизни, потому что вы мне понравились, Чонгук. Я знаю, что вы не взглянете на меня так, как смотрю на вас я. Но я всё равно желаю подарить вам лучшую жизнь.       — Я кого-то спас? — поднимает брови Чонгук в вопросе.       Он игнорирует последние слова короля о его симпатии, потому что Чонгуку такое чуждо. Он альфа, который всегда смотрел на омег. Не может же он начать смотреть на энигму только по той причине, что тот доминант по своей природе, самый главный в природе, да и, к тому же, готов всё самое лучшее отдать Чонгуку. Будь он омегой, то Чонгук, возможно, кинулся бы на такого. Но Чонгук тот, кто выживает своими силами.       — Как думаете, что это за место, Чонгук? — вдруг спрашивает король и отводит взгляд от альфы.       — Ивовая роща и пруд.       — Это не просто пруд. Вы знаете, что вода хранит в себе воспоминания?       — Нет. Я никогда не получал образование, только дети, чьи родители могли позволить дать им возможность научиться читать и писать, более образованы.       — Это пруд воспоминаний о моей стае.       — Здесь хранятся воспоминания всех оборотней? — удивляется Чонгук и заглядывает в воду, смотря на ровное отражение, как в зеркале. Он наклоняется и касается ледяной воды пальцами, но та даже не начинает дрожать.       — Да, любой может прийти сюда и заглянуть в воду, чтобы посмотреть на близких, которых уже нет, — объясняет Тэхён. Он поднимает ладонь и звонко щёлкает пальцами.       Отражение в воде, где всё ещё видно лицо охотника, меняется. Чонгук расширяет глаза, когда видит самого себя. У него на плече висит ружьё, там он ещё юн. Чонгук внимательно смотрит на воспоминание и прищуривается. В отражении он оглядывается, словно услышав что-то и снимает с плеча ружьё. Он делает несколько шагов, когда находит белоснежного волчонка, подвешенного в воздухе за заднюю лапу. На белой шкурке уже видна кровь.       — Я помню это, — шепчет Чонгук.       — Вы спасли моего племянника, Тэсона, в тот день. Это был второй раз, когда я увидел вас. Обычно, мы не заходим в ту часть леса, потому что там много людей, в частности охотников, — рассказывает Тэхён.       — Так он меня узнал, поэтому убежал?       — Да, — коротко отвечает король.       — Насколько я знаю, все оборотни защищены. Но как тогда волчонок смог попасться в ловушку?       — Моя сила не защищает тот лес.       — Почему?       — Потому что тогда люди не смогут там охотиться, — объясняет Тэхён.       Чонгук только кивает. Мужчина перед ним действительно добрый, ведь часть своего леса даровал людям, чтобы те имели возможность ходить на охоту.       — Как я смог попасть сюда? Я перешёл границу ваших земель?       — Не совсем. Густой белый туман защищает мою стаю от людей. Человек, зайдя в туман, выйдет обратно к своему королевству. Вас же я хотел привести сюда, поэтому позволил пройти сквозь туман.       Чонгук тихо фыркает, но ничего не говорит. Он идёт дальше по ивовой роще, трогает кончиками пальцев звенящие веточки и тихо вздыхает. Ему не нужна любовь короля оборотней, но это льстит. В простом народе такой связи никто не поймёт, засмеют, а если узнают, подле кого Чонгук, охотник, жил две недели, то кинут в огонь.       — А если я захочу уйти?       — Я отпущу, туман выведет вас к вашему дому.       Тэхён не говорит вслух, но надеется, что через две недели Чонгук не захочет уходить от него. Долгие годы Тэхён был один, думал о потерянной семье и лишь встреча с воришкой с большими чёрными глазами и колючим языком смогла растопить его замёрзшее сердце.

✨

      Чонгук никогда не был общительным, но приставленные к нему слуги Чимин и Юнги вынуждают много разговаривать. Они спрашивают о его благополучии каждый раз, когда видят. Приносят различные фрукты в покои, подготавливают одежды, которые выбирает сам король оборотней.       С самим королём Чонгук видится только во время трапезы, куда его каждый раз приглашают, но при этом оставляют возможность отказаться. Тэхён ни на чём не настаивает.       Сегодня Чонгуку предложили вечером искупаться в горячих источниках, которые находятся в лесу. Он никогда не видел подобных мест, поэтому и согласился. А когда увидел небольшой пруд у скалы с маленьким водопадом, то не смог сдержать рта закрытым.       Вода в пруду во время заката — огненная. Кажется, что с небольшой скалы стекает золото, которое сверкает на последних лучах заходящего солнца. Чонгук снимает с себя одежды, складывает их на маленькую скамью у пруда, не желая топтать ногами дорогие ткани.       Он заходит в воду и чувствует, как по всему телу рассыпаются сотни мурашек. Они, кажется, даже на лице. Вода действительно огненная. По её поверхности скользит пар, от которого пахнет свежестью воды и леса. Чонгук окунается с головой и выныривает, убирая волосы назад. Эта вода не сравнится ни с какой купальней.       В воде Чонгук нежится около получаса, совершенно потеряв счёт времени. Он много думает о своей прежней жизни, наслаждается тем, что сейчас ему даёт король, потому что знает, что, когда вернётся, окунуться в богатства не сможет больше никогда.       За спиной слышится тихий хруст снега. Чонгук оглядывается, стоя по пояс в горячей воде, и замечает белоснежного волка. Тот большой, с гордо поднятой головой и пушистым мехом без изъяна. Волк тихо урчит и дёргает ухом, смотря в глаза охотника.       Даже с небольшого расстояния Чонгук может почувствовать его запах, хвоя с нотками апельсина и смолы. Сочетание этих запахов приятно кружит голову и расслабляет. Чонгук не сразу понимает, что мысли о прежней жизни быстро растворились под влиянием феромонов короля.       Чонгуку хочется выйти из воды и посмотреть на волка поближе, потрогать мех и оценить габариты, но он помнит, что находится сейчас без одежды, совершенно нагой.       Словно почувствовав смятение охотника, Тэхён отворачивается от него и закрывает глаза, подставив морду слабому ветру.       Чонгук быстро выходит из горячей воды, обтирается тонким полотенцем и одевается. Разгорячённый после воды, он не сразу чувствует холод, только бодрящую свежесть.       С тихим урчанием волк оглядывается. Он подходит ближе к Чонгуку, но не смеет обнюхать его, не желая нарушать границы.       — Пруд свободен, — коротко говорит Чонгук и заглядывает в глаза волка. Они золотые и, как и человеческие глаза Тэхёна, полны тепла. — Никогда не видел подобных мест. Сколько раз вы меня ещё способны поразить? — бросает в конце Чонгук, после чего уходит.       Он оглядывается в тот момент, когда король уже заходит в воду по пояс, скрытно подглядывает за ним из-за толстого ствола сосны, не в силах сдержать свою любопытность. Чонгук надеялся увидеть, как происходит обращение волка в человека, но не успел. Взгляд цепляется за аристократическую бледность кожи короля, которая при заходящем солнце чуть ли не блестит. Король омывает себя ладонями и неожиданно для Чонгука оглядывается.       Пойманный за подглядыванием Чонгук быстро уходит с красным лицом и горящими ушами.       — Теперь он подумает, что нравится мне! А я ведь просто хотел посмотреть, как это у них всё устроено, — ворчит себе под нос Чонгук и уходит в замок, а там — в покои.

✨

      За окном ещё темно, солнце не спешит подниматься. Чонгуку плохо спалось сегодня, поэтому он зажёг огонь в камине и немного изучил комнату, рассмотрел все одежды и наряды, которые ему подарил Тэхён. Чонгук не любит носить цацки и драгоценности, он бы их променял на звон монет. Но взять то, что ему не принадлежит по праву не посмеет. Всё, что ему дарит Тэхён — подарки, которые, пусть и не нужны, но где-то в глубине души Чонгук ими дорожит. Он не посмеет пасть так низко, чтобы забрать из этого королевства драгоценности и продать их. Да и появись он в своём городе с такими украшениями, его, с большей вероятностью, примут за воришку и всё отберут.       Чонгук садится за стол, на котором стоит шкатулка из хрусталя и зажжённая свеча. Внутри неё несколько колец и ожерелий. Чонгук достаёт из шкатулки тонкую цепочку из белого золота, на которой висит чёрная жемчужина.       Однажды он уже видел жемчуг, но тот был белым. А этот чёрный и переливается различными цветами. Чонгук помнит, как проснулся, а на столе его ждали сложенные новые одежды: тёмно-зелёного цвета с расшитыми узорами и поверх них эта цепочка.       Следуя за внутренними желаниями, Чонгук надевает на шею цепочку, берёт в руки подсвечник и выходит из комнаты, шлёпая босыми ногами по мраморному полу. Он не знает, куда идёт, просто решает походить по замку, возможно, найти ту галерею с картинами и разглядеть остальные портреты.       Он спускается на первый этаж, тихо, стараясь никого не разбудить, идёт по тёмному холлу и сворачивает за угол. Перед ним появляются высокие двери, через щель между которыми просачивается блеклый свет.       Не в силах сдержать любопытство, Чонгук подходит ближе и слегка приоткрывает дверь, заглядывая внутрь.       Король действительно способен удивить его ещё не один раз. Взору открывается библиотека. Она огромная, стеллажи под высокий потолок с лестницами, их здесь большое количество. Окна высокие, на потолке фрески, а на стенах подсвечники.       — Чонгук?       Альфа вздрагивает и переводит взгляд больших глаз на короля оборотней. Тот стоит около стола с книгой в руках, точно подорвался с места, когда увидел гостя. На короле простая рубаха и свободные штаны. Он, кажется, даже не переодевался после сна, а, может, даже и не ложился. Об оборотнях Чонгук ничего не знает, поэтому ему неизвестно нуждаются ли они во сне.       — Проходите, — предлагает Тэхён, когда видит замешательство гостя. — Почему вы босиком? — удивляется он, заприметив босые ноги.       — Так удобнее, — пожимает плечами Чонгук и подходит к королю ближе. Он видит баночку с чернилами и кисточку для письма, рядом стопка книг. — Это вы писали? — интересуется он и становится рядом с королём, разглядывая неизвестные ему буквы.       — Да, — король кладёт книгу на край стола, не имея к ней больше никакого интереса. Всё его внимание приковано к Чонгуку. — Вы не знаете алфавита?       Стоило увидеть на пороге альфу, как сердце в груди энигмы пропустило удар от волнения.       — Я знаю только некоторые слова, которые вижу каждый день, — спокойно говорит Чонгук, чувствуя всем телом тепло, исходящее от короля, что стоит слишком близко.       Пусть Чонгук сам подошёл и встал рядом, это не отменяет того факта, что король даже не отшатнулся от него. А Чонгук стоит на месте, позволяя тому себя согреть, хоть и готов закатить глаза, потому что любовь короля ему не нужна.       — Хотите, я научу вас читать? — предлагает Тэхён, видя, с каким интересом Чонгук разглядывает книги и буквы на пожелтевших листках бумаги.       — Я не хочу отнимать ваше время.       — Меня не затруднит обучить вас чтению и письму. В этом нет ничего сложного, — спокойно продолжает Тэхён, не в силах сдержать себя от любования Чонгуком.       Он влюблён так долго, что уже руки сводит от желания прикоснуться, но он не смеет. И не посмеет, пока Чонгук сам не попросит об этом. Эта любовь таится в груди долгие годы, она мучает и одновременно с этим вдохновляет жить.       — Я буду сложным учеником, — продолжает отказывать Чонгук.       — Хорошо, — кивает король с лёгкой улыбкой. — Это не помешает мне обучать вас чтению. Вы только скажите, что хотите этого.       Чонгук заглядывает в глаза Тэхёна, чувствует, как к щекам приливает кровь из-за такого взгляда и быстро опускает глаза обратно на книги. Но запах мужчины, такой сильный и удушающий, прибивает Чонгука к полу. Тэхён главный, он сильный и величественный. Любое сопротивление бесполезно.       Один лишь его укус способен изменить всю жизнь Чонгука. Если тот его укусит, то омегой Чонгук вернуться в своё королевство уже не сможет. Мало того, что вызовет подозрения, так его могут альфы, с которыми тот враждовал за землю и крышу, сломить. Омеги никогда не были в безопасности, а Чонгук, наживший себе неприятелей, окажется под угрозой. Ему не раз приходилось вырывать омег из грязных лап альф, которые из-за нехватки омежьего внимания готовы брать каждого силой. И если он, оказавшись омегой, наткнётся на тех, от кого спасал омег, то сам станет жертвой. Без шанса на спасение.       Но стоя рядом с Тэхёном, что чувствуется жар его кожи, Чонгук не боится, что его могут укусить. Знает, что король не посмеет.       — В моей библиотеке есть книга, которую я бы хотел, чтобы вы прочитали.       Тэхён отходит от Чонгука, оставив после себя неприятную прохладу. Лишь его запах говорит о том, что король был так близко к нему. Тот тихо шоркает домашней обувью по мраморному полу, пока ходит между высокими стеллажами, Чонгук же стоит на месте в ожидании.       — Эта книга про оборотней, о нашем происхождении, об этом королевстве, — объясняет Тэхён, когда возвращается. Он кладёт на стол перед Чонгуком толстую книгу с зелёной обложкой из кожи и металлическими уголками из белого золота.       Чонгук открывает книгу и пролистывает страницы, цепляет взглядом несколько нарисованных рисунков и закрывает её. Стоит признаться, что ему очень хочется её прочитать и узнать об этом магическом мире оборотней подробнее.       — Согласитесь? — интересуется Тэхён.       — Да, — выдыхает Чонгук. Нет смысла отказываться и сопротивляться. Даже зная о том, что король в него влюблён, Чонгук не будет избегать его внимания.       Обучиться чтению и письму у него в своём королевстве не получится, ведь там учителя и школы стоят слишком больших денег. А здесь ему предлагают научить просто так, не требуя ничего взамен.       — Хорошо. Тогда сегодня после завтрака приступим к обучению вас алфавиту.       — Я могу походить здесь? — спрашивает Чонгук и оглядывается. Ему любопытно, насколько большая библиотека и как много здесь книг.       — Да, конечно. Только возьмите мои тапочки, здесь холодный пол, — просит король и снимает с себя обувь.       — В этом нет необходимости.       — Я настаиваю. Пожалуйста, Чонгук.       Альфа тихо вздыхает и засовывает ноги в тапочки с мехом изнутри. Так действительно теплее. Чонгук уходит к стеллажам и скрывается среди них, чувствуя, как его спину провожает взгляд Тэхёна.       Оставшись наедине, король возвращается к чтению книги и вынесения самого важного на бумагу.       О Чонгуке он думает всегда. Его в голове короля слишком много. Ещё после их первой встречи, когда Чонгук был проворным мальчишкой и ловко ограбил самого короля леса и оборотней, Тэхён захотел привести его сюда. Людям сюда проход запрещён, Тэхён следит за этим строго, но одному лишь Чонгуку было можно. Король ждал, когда тот выйдет на охоту и потеряется в тумане, чтобы привести его сюда.       Тэхён был очарован с первого взгляда. У него никогда не было отношений, никогда его сердце не сжималось в груди от волнения при одном лишь взгляде на кого-то. А тут Чонгук. И королю совершенно не важно, кем тот является: альфой или омегой. Он полюбил за большие искренние глаза, за дерзость и смелость. Тэхён просто влюбился, не стал даже сопротивляться этому приятному чувству, которое впервые всполохнуло в его груди. Когда его родители были живы, они не настаивали на конкретной паре, желали сыну найти того самого, кто сможет радовать одним лишь присутствием.       И Тэхён нашёл. Ему не важно, что делает Чонгук, одна лишь мысль, что он здесь, в этом замке, уже радует душу короля. А когда Чонгук рядом, когда ведёт с ним беседы, о чём-то спрашивает и просто украшает собой одиночество Тэхёна, у короля сердце готово выпрыгнуть из груди.       Пусть Чонгук и без манер, может выражаться не совсем красиво и изящно, пусть он альфа, а не омега, Тэхёну всё равно. Он хочет, чтобы этот человек был с ним, чтобы смотрел на него, улыбался лишь ему. Даже если Чонгук не захочет стать омегой, Тэхён готов и к этому. В их стае не принимается осуждение выбора. Тэхёну приходилось вмешиваться в природу несколько раз, когда пары из альф или омег хотели полноценную семью с волчонком. Тогда Тэхён позволял себе укусить одного из них, меняя пол. Эта процедура никогда не была из приятных, меняется внутреннее строение, изменяется запах: становится более лёгким, меняются черты лица и даже меняется характер.       — Эм, прошу прощения, что отвлекаю, — достаёт из мыслей голос Чонгука.       — Да? — поднимает взгляд на альфу Тэхён. — Всё в порядке, что вы хотели?       — Я увидел там портрет. Это ваши родители и братья? — хлопает ресницами Чонгук и указывает рукой назад.       Тэхён откладывает книгу и идёт к альфе, молча проходит мимо и доходит до нужного портрета. На нём изображены члены его семьи. Родители и четыре брата. Король тихо вздыхает и подходит ближе, после чего берётся за рамку из белого золота и отодвигает картину в сторону, показывая небольшую дверь.       — Ах! Потайная комната, — восторженно говорит Чонгук и следует за мужчиной внутрь.       Они проходят по узкому тоннелю, на стенах которого висят свечки и доходят до ещё одной двери. Стоит ей открыться, как восторг в глазах Чонгука меркнет. Это гробница.       — На портрете изображена моя семья, — тихо говорит Тэхён.       В гробнице много елей, пахнет хвоей и ягодами. На полу есть мраморные плитки с именами. Сама комната освещается свечками, но в ней заметно светлее, чем в самом дворце. Чонгук поднимает голову и замечает стеклянный купол с красным небом во время восхода солнца. Когда глаза привыкают, Чонгук замечает около мраморных плит кустарники с бутонами маленьких цветов.       — Но на улице же зима, — подмечает он.       — Это место никогда не трогает холод, — тихо говорит Тэхён и останавливается около плит своих родителей. Ему так хочется представить им Чонгука, но он пока не может этого сделать. Пока. Подождёт, когда Чонгук ответит ему взаимностью. Неважно сколько лет: год, два, десять лет. Тэхён более трёх сотен лет был одинок.       — Они все умерли в один день? — шепчет Чонгук и встаёт рядом с королём, считывая даты с плит.       — Да.       — Но вам, получается, более трёх сот лет?       — Если быть точнее, то мне скоро четыреста, — вздыхает король оборотней.       — Но Тэсон? Он ещё юн, как так получилось?       — Он сын моего брата, который вместе со мной тогда спасся в тот день. Недавно брат умер, так случается с оборотнями, когда их сердца устают от тоски и останавливаются.       — Вы влюбляетесь один лишь раз? — искренне удивляется Чонгук.       — Да.       — А если любовь безответная? — с нотками волнения спрашивает альфа. У него не каменное сердце, он умеет сострадать и понимать.       — Оборотень может умереть. Сердце не справляется с болью.       — Значит, даже против могущественного короля оборотней есть оружие, — почти неслышно подмечает Чонгук и вздрагивает, когда Тэхён обращает на него взгляд своих глаз.       Каждый раз он настолько тяжёлый и глубокий, Чонгук готов поклясться, что его колени готовы начать дрожать.       Но король ничего не говорит, молча возвращает взгляд на плиты своих родителей. Чонгук прав, этого отрицать энигма не станет.       Если альфа пробудет тут две недели, а после уйдёт, оставив энигму с разбитым сердцем, король может не выдержать и погибнуть, оставив свой народ без защиты. Этого Тэхён боится больше всего. Не смерти, а вновь остаться одному, как и лишить оборотней своей защиты.       Пока король защищает свой народ, кто защитит его самого?       — Ваше Величество! Господин Чонгук! Вы здесь? Завтрак подан! — доносится голос со стороны библиотеки.       Тэхён и Чонгук резко разворачиваются и чуть не сталкиваются носами, оказавшись слишком близко друг к другу. Не желая нарушать личное пространство альфы, мужчина делает короткий шаг назад, Чонгук же первым покидает гробницу, а следом и библиотеку.       Стоит выйти из библиотеки, как он сталкивается с Чимином и Юнги.       — Что это вы там делали? Прятались? — интересуется Чимин с хитрой улыбкой и лёгким прищуром.       — Нет, разговаривали, — растерянно отвечает Чонгук, не ожидавший столкнуться с этой парочкой слуг.       — Ага, так разговаривали, что тапочки короля прихватил с собой, — бросает Юнги и складывает руки на груди. — От короля нос воротишь, а сам расхаживаешь в его обуви.       — Юнги! — шикает Чимин и слегка бьёт того ногой.       — Что, Юнги? Мы, значит, по указке короля шьём все эти одежды, бегаем за Чонгуком и обо всём расспрашиваем, а узнать о продвижении их отношений не можем? — ворчит Юнги и бьёт Чимина в ответ.       — Наше дело сделать пребывание Чонгука здесь комфортным, чтобы ему нравилось. А уж сувать свой нос в их отношения мы не имеем никакого права! — пыхтит Чимин и упирает руки в бока.       — Не сувать, а совать, — поправляет его Юнги. — И король столько лет нам только и делал, что говорил о Чонгуке, которого хочет привести сюда. Мы уже сами часть их отношений.       — Я вам не мешаю? — останавливает перепалку слуг Чонгук. — Король всё ещё в библиотеке и может услышать вас.       Чимин поспешно накрывает губы ладонями, Юнги же шумно вздыхает и замолкает.       Чувствуя смущение и дурноту после услышанного, Чонгук быстро уходит в свои покои, где переодевается и приводит себя в порядок перед завтраком. Он умывается и решает оставить на шее цепочку с жемчужиной, но не застёгивает ворот рубахи.       В обеденном зале Тэхён оказывается первым. Он всегда сидит за столом, когда Чонгук заходит туда. И когда король поднимает на него взгляд, то замечает цепочку на шее. Чонгук готов поклясться, что в глазах короля сверкнул огонёк удовольствия и наслаждения.       Чонгук не хочет давать ему надежды, но здесь, рядом с Тэхёном, он впервые почувствовал, что кому-то нужен. Королю ничего от него не надо, он не требует работы, не требует близости. Лишь отдаёт. Чонгук не может не быть благодарным за это, потому что он не тот, кто будет принимать подарки как должное. Не в тех они отношениях, да и Чонгук не тот, кто станет требовать.       И раз надетое на шею альфы подаренное украшение приносит королю удовольствие, то Чонгук будет его носить.

✨