Нас ждёт Париж

С той судьбоносной Парижской недели моды прошёл год. Эмили и Энди переехали в Лондон, где первая, воспользовавшись своими немаленькими накоплениями, купила стильную и современную квартиру с видом на Тауэрский мост. Андреа пыталась уговорить девушку взять что-то попроще, но та сказала, что «у них должно быть всё самое лучшее». Сакс, конечно, догадывалась, что жить с Чарлтон будет тяжело, но никак не думала, что настолько. У Эмили была какая-то дурацкая привычка, скупать всё, что кажется ей полезным в быту: увлажнитель воздуха (Энди понятия не имела, что такое существует, и до сих пор не понимала, зачем оно существует), машинку, которая чистила яблоки, «умную» кормушку для кота (кота они пока не завели), специальный прибор для самостоятельного изготовления масок для лица… Андреа часто злилась, аргументируя это тем, что пользоваться такими девайсами никто не будет, но тем не менее на завтрак каждый раз находила яблоки без кожуры. Ещё Эмили была жуткой перфекционисткой, она даже запрещала своей девушке заправлять кровать, потому что та «клала одеяло не под тем углом». В общем, Энди пришлось отказаться от раскидывания вещей по всей квартире и приучиться складывать всё в шкаф, первое время было очень тяжело и она буквально получала по лбу за брошенный не в том месте носок, но потом ей даже понравилось этим заниматься. Конечно, Чарлтон тоже шла на многие уступки: она больше не ставила будильники по выходным, давая и себе, и Андреа выспаться, в магазинах перестала обходить полки с хлебобулочными изделиями и всегда брала для журналистки какое-нибудь пирожное. Эмили стала чаще ходить гулять, посещать кино, театры, они даже несколько раз были в зоопарке — просто уму непостижимо! Самым большим достижением стал полный отказ от сигарет, от привычки, которая выработалась за многие годы постоянного стресса. Энди было достаточно несколько раз поморщиться и сказать, что от этого запаха у неё кружится голова, как весь блок качественного табака оказался в мусорном проводе и не покупался больше никогда. Словом, девушки наконец-то были счастливы.

***

Сегодня у Эмили был безумно важный день — первый официальный показ мод, организованный Лондонским «Подиумом». Девушка лично отбирала лучшие наряды топовых модельеров, в которых манекенщицы должны были пройти под пристальными взглядами публики. Конечно, туда были приглашены Миранда и Найджел, без них такие мероприятия не обходились. Чарлтон уехала из дома в какую-то несусветную рань, оставив Энди записку, которая включала в себя строгое наставление «не сметь опоздать к началу, ведь ей, как главному редактору, приготовлено лучшее место». Также там была просьба надеть что-то из того, что Эмили оставила на самом видном месте в гардеробной. Когда Андреа, проспавшая до полудня, увидела послание, она с улыбкой закатила глаза и отправилась смотреть, какой же выбор ей предоставили. Зайдя в комнату, где девушки хранили свою одежду, журналистка обомлела: там висело по меньшей мере десять собранных комбинаций. — И когда она успела.? — Задала сама себе риторический вопрос Сакс, перебирая платья. — Уехала ведь в пять утра, если не раньше, а вечером этого не было. Выбор пал на чёрное шёлковое платье от Valentino с длинными полупрозрачными рукавами и глубоким декольте. Энди знала, что её девушка будет в наряде от этого же бренда, поэтому посчитала своё решение самым правильным и символичным. Рядом Андреа обнаружила свои любимые туфли от Versace с квадратным носом и клатч от Dolce&Gabbana. — Идеально… — Выдохнула Сакс, разглядывая себя в зеркало. — Всё-таки у Эми отличный вкус. Все остальные сборы у девушки проходили очень лениво. Она позавтракала обожаемым жареным тостом, который Эмили терпеть не могла, называя его «калорийной бомбой». Андреа всегда смеялась, когда Чарлтон театрально морщилась и закрывала нос рукой, глядя на это чудо кулинарии и добавляя безлактозное молоко в кофе. С укладкой было решено не заморачиваться, поэтому Энди просто расчесала свои длинные волосы и оставила их спадать на плечи и спину. Последними штрихами образа стали серёжки с бриллиантами от Cartier и два серебряных колечка, которые девушка очень любила. Перед выходом из квартиры Андреа нанесла на запястье немного духов Chanel No. 5. Эмили говорила про них, что это «аромат роскоши и богатства», а Сакс называла его «просто приятным запахом цветочной поляны». В доме у девушек почему-то хранилось минимум по три таких флакона, что тоже, по мнению Чарлтон, было признаком высокого достатка, но Энди никак не могла понять, перед кем же они хвастаются этим самым достатком. На свой тридцать шестой день рождения Андреа получила в подарок последнюю модель Audi — А6, её девушка не умела дарить что-то небольшое и скромное. В общем, теперь журналистка колесила на этом транспортном средстве по всему Лондону и чувствовала себя самой настоящей vip-персоной, потому что на похожей машине её забирали из отеля на неделе моды в Париже. Собственно на этой чёрной Audi Сакс и отправилась на предстоящий показ. Она обещала Эмили, что вечером побудет её личным водителем, чтобы та могла сразу после мероприятия оказаться в компании родного человека, а не утруждать себя ожиданием специально заказанного такси. Показы в Лондоне отличались тем, что их проводили на открытом воздухе во дворе Сомерсет-хауса. Вокруг фонтана устанавливался подиум, по которому вышагивали модели, а около стен художественного музея располагались места для зрителей, представляющие собой несколько ярусов сидений. Андреа оставила машину на специально арендованной для этого мероприятия парковке и направилась к зданию. На трибунах постепенно собиралась вся элита мира моды, и среди скрытых шляпами и вуалями голов Энди увидела единственного знакомого человека. — Найджел! — Сакс помахала мужчине, а он жестом позвал девушку к себе. Журналистка пробралась мимо женщин, обсуждающих новую коллекцию Dior, и очутилась рядом с Киплингом, который расположился на первом ряду: — У тебя vip-место? — Пф, а ты сомневалась? — Найджел откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. — Что на тебе сегодня? — Valentino, что-то из недавнего, думаю. — Девушка покрутилась вокруг себя под пристальным взглядом мужчины. — Кто подобрал тебе такую красоту? А нет, не отвечай, — Найджел заговорщически подмигнул ей и кивнул туда, откуда подразумевался выход моделей. — На двести процентов уверен, что это сделала та, кто сейчас стоит где-то там и ужасно волнуется. — Ты как всегда прав. Может ещё знаешь, какое место приготовлено для меня? — Энди покрутила головой, выискивая свободные сидения и пытаясь угадать, что же в голове Эмили значило «лучшее». — Знаю, вот это. — Киплинг постучал ладонью по стулу рядом с ним. — Они не могли нас разлучить. — Они? — Андреа вопросительно подняла бровь и села, поправив подол платья. — А где Миранда? — Ты сама же и ответила на свой первый вопрос. — Если она с Эми, то Чарлтон точно не должна переживать. — Энди также откинулась на спинку стула и стала наблюдать за уже почти полностью заполнившимися трибунами. — Эми? — Найджел ухмыльнулся и посмотрел прямо на чуть покрасневшую девушку. — Готов поставить что угодно на то, что она ненавидит, когда ты её так называешь. — Боже, ну она же на постоянной основе не обращается ко мне «Андреа», я тоже не хочу использовать полную форму имени. — Сакс театрально закатила глаза и отвернулась. — А так да, она ужасно злится, но мне это нравится. — Ты, оказывается, садистка, Андреа. Поберегла бы нервную систему человека, — вздохнул мужчина. — В последний раз, когда мы виделись, у неё дёргался глаз. — Потому что это было после того, как ей привезли двадцать юбок от Chanel вместо пяти брюк от Versace, конечно Эмили была ужасно зла и расстроена. — Энди развела руки в сторону, и в этот момент на подиум поднялся ведущий. — Всё, кажется, начинается. — Добрый вечер, уважаемые дамы и господа! — Начал одетый в дорогой смокинг конферансье. — Мы рады приветствовать вас на первом в истории показе легендарного журнала моды в Лондоне. Вашему вниманию будут представлены лучшие наряды из лучших коллекций топовых брендов, я, разумеется, буду объявлять каждый из них. Ну что ж, давайте начинать! Ведущий исчез из поля зрения, но вместо него на сцене появилась Леди Гага, музыка которой должна была сопровождать показ. Зал мгновенно взорвался аплодисментами и одобрительными свистами и криками. — Ого! — Воскликнула Андреа, рассматривая причудливый наряд певицы своими огромными глазами. — Не знала, что Эмили с ней договорилась. — Она с ней и не договаривалась… — Протянул Найджел, складывая руки на груди. — Это я её уговорил. Энди шутливо ткнула Киплинга в бок и приступила к созерцанию моделей, которые уже начали свою проходку. Девушку особо не интересовало музыкальное сопровождение и то, что говорил ведущий, ей больше хотелось понять, по каким критериям Чарлтон выбрала тот или иной образ. У Сакс было хобби — разгадывать предпочтения Эмили в каждом элементе одежды, основываясь на личности начальницы. По подиуму прошла модель в коротком чёрном платье от Versace, оно было максимально простым за исключением золотых узоров на подоле. Акцентом служил ремень с двумя большими пряжками, он, скорее всего, и стал решающим фактором в отборе. Потом было красное платье от Valentino. Оно было полностью усыпано стразами и цепляло взгляд удлинённой сзади юбкой, которая волочилась по полу. Мужчина в пиджаке от Dolce&Gabbana особенно поразил Энди — девушка никак не ожидала, что кто-то догадается прилепить на классический элемент одежды изображения античных ангелов с картин времён Микеланджело. В общем, показ проходил «на ура». Андреа записывала в блокноте свои наблюдения, а также то, что ей периодически говорил Найджел. Девушке очень грело сердце то, что люди, сидящие вокруг неё, обсуждали представление только в положительном ключе, некоторые их комментарии тоже оказались в блокноте. — А теперь поприветствуем тех, благодаря кому мы все сегодня здесь собрались! — Воскликнул ведущий, и глаза публики устремились к выходу на сцену. — Основательница «Подиума» в Лондоне — Эмили Чарлтон, и бессменная руководительница журнала — Миранда Пристли. У Энди перехватило дыхание, когда она увидела названных персон. Эмили и Миранда шли по подиуму, держась за руки, и улыбались, кажется, своими самыми искренними улыбками. На первой было чёрное платье в пол от Valentino, полностью усыпанное стразами, отчего Чарлтон буквально сияла под светом прожекторов. Женщина постарше выбрала более строгий наряд, отдав предпочтение серому костюму от Louis Vuitton. Бывшая ассистентка и её начальница показали себя далеко не хуже моделей. Идеально ровные спины, выверенный шаг — всё источало невероятный пафос и ощутимое превосходство. — Кажется, я никогда не видел Эмили такой счастливой. — Прошептал Найджел на ухо Сакс, отрывая её от созерцания почти божественной красоты, которая творилась на сцене. — Она… просто прекрасна. — Выдохнула Андреа, следя за каждым движением своей девушки. Дойдя до середины подиума, парочка остановилась. Тут же подбежал ведущий и вручил микрофон Миранде, чтобы та произнесла финальную речь. — Здравствуйте, уважаемая публика. Думаю, что я не нуждаюсь в представлении. — Пристли улыбнулась, а зал взорвался одобрительным гомоном. — Сегодня действительно очень знаменательный день, но я отнюдь не являюсь его королевой. Поэтому я передаю микрофон той, кому действительно есть что сказать. Андреа заметила, как по лицу Эмили пробежала тень тревоги, когда настала её очередь выступать. Однако девушка достаточно быстро взяла себя в руки, вновь одаривая всех лучезарной улыбкой. — Для меня большая честь стоять сегодня на этой сцене в роли организатора данного мероприятия, в роли главы Лондонского «Подиума». — Начала Чарлтон одухотворённым тоном. — Я могла бы сказать, что безумно благодарна судьбе за это, но хочу выразить своё признание не ей, а людям, которые поддерживали меня на долгом пути, который я прошла. Не буду перечислять их имена, но они все сегодня присутствуют на показе и, я уверена, прекрасно знают, что речь идёт о них. Надо было видеть, с какой гордостью в этот момент на Эмили смотрели стоящая рядом Миранда и сидящий на первом ряду Найджел. Взгляд самой девушки был устремлён исключительно на Энди, которая улыбалась «во все тридцать два» и обеими руками показывала выступающей «класс». Голубые глаза просто светились счастьем. — Также хочется сказать спасибо модельерам, предоставившим свои творения, моделям, которые прошли по подиуму, прекрасному музыкальному сопровождению, — Леди Гага, стоящая чуть поодаль, поклонилась, и публика захлопала. — И, конечно, ведущему. Я верю, что это только начало, и мы ещё не раз встретимся с вами на топовых показах. Вы — лучшие зрители, которых я только могла представить, спасибо вам! Зал вновь разразился аплодисментами, Андреа от переизбытка чувств уже не могла сидеть, поэтому вскочила на ноги, чем, по цепной реакции, подняла остальную публику. Теперь все хлопали стоя, что вызвало плохо скрываемое удивление со стороны Эмили. Пристли и Чарлтон ещё несколько минут постояли на сцене, после чего спустились к зрителям, многие из которых очень хотели с ними побеседовать. В этот момент Энди и Найджел уже разговаривали с Кристианом Томпсоном, который представлял французский «Подиум» и очень недвусмысленно косился на полностью открытые длинные ноги улыбающейся Сакс. — О Боже, Эмили, ты была просто прекрасна! — Воскликнула Андреа, когда Чарлтон подошла к беседующей троице. — Я и не думала, что вы пригласили Кристиана. — Да? Я тоже не знала, что мы его пригласили. — Эмили окинула мужчину презрительным взглядом и встала прямо перед журналисткой, загораживая вид, который так привлёк француза. Киплинг заметил это и ухмыльнулся. — Как Вам показ? — Оу… очень… очень хорошо, да. — Разочарованно ответил Томпсон, не зная, куда теперь ему стоит смотреть. — Особенно понравились наряды от Dolce. Кстати, почему не было ни одного французского бренда? — Личная неприязнь, — прямо ответила Чарлтон, а Энди с Найджелом переглянулись, еле сдерживая смех. — Хотели что-то ещё? — Эм, нет, ещё раз спасибо за приглашение. — Мужчина поспешил поскорее ретироваться, а начальница наконец-то отошла от Сакс. — Ты разве не должна взять у меня интервью? — Слегка раздражённым тоном спросила Эмили, разглядывая туфли от Versace на ногах своей девушки и её голые коленки. — Хочешь заняться этим сейчас или может.? — Энди глазами указала на выход со всего мероприятия, на что Чарлтон приподняла уголок губ. — Господи, избавьте меня от подробностей вашей личной жизни. — Найджел закатил глаза и уже собирался уйти, но Эмили удержала его за локоть. — Как тебе мероприятие? — Спросила девушка. — Чудесно, дорогая, ты сияла ярче всех звёзд, — мужчина поднял глаза к ночному небу, а Чарлтон шутливо стукнула его по плечу. — Ты — наглый подхалим, я уже это говорила? — О да, не ты одна. — Киплинг хмыкнул и кивнул подошедшей к ним Миранде. — У нас вновь собрание сотрудников американского «Подиума» 2006? — Женщина улыбнулась, кладя руки на плечи своим бывшим ассистенткам. — Эмили, Андреа, ваш выбор платьев сегодня потрясающий. Девушки смущённо улыбнулись, вновь почувствовав себя двадцатитрёхлетними сотрудницами легендарного журнала. — Миранда, а я могу взять у Вас интервью… завтра? — Вдруг спросила Энди, вспоминая о своих профессиональных обязанностях. — Вы ещё не уедете? — Конечно, моя девочка. — Пристли тихо засмеялась, догадываясь, куда так торопится Андреа. — Думаю, вы обе можете быть свободны, все всё равно увидятся через день на банкете. — Отлично, тогда я за машиной. — Сакс подмигнула Эмили, заставляя её щёки покраснеть, и моментально растворилась в толпе. — Я надеюсь, мы с Мирандой приглашены на свадьбу? — Лукаво поинтересовался Найджел, вызывая ещё больший румянец на лице девушки. — Ты будешь тамадой, — вставила Пристли и поспешила забрать своего креативного директора, чтобы Чарлтон могла отправиться домой. Эмили пробиралась сквозь толпу, попутно здороваясь с малознакомыми людьми. Все почему-то считали долгом сказать ей несколько слов, с одной стороны похвала была очень приятна девушке, но с другой — жутко хотелось сесть в чёрную Audi к кареглазой красотке и поскорее укатить домой. Оказавшись у дороги, Чарлтон сразу заметила её. Энди стояла, прислонившись спиной к машине, её голова была чуть наклонена, руки сложены на груди, а длинные ноги, разумеется, выставлены на всеобщее обозрение. — Вау, девушка, Вы такая красивая, я могу осмелиться предложить подбросить Вас до дома? — Промурлыкала Андреа, когда Эмили подошла к ней. — Нууу, возможно… — Протянула начальница и наклонилась к самому уху Сакс. — Только если Вы прямо сейчас залезете в эту чёртову тачку и перестанете светить своими стройными ножками. — Воу-воу, — Энди рассмеялась, но просьбу исполнила, тут же оказавшись у водительской двери. Эмили, в свою очередь, заняла пассажирское сидение рядом. — А Вы, оказывается, жутко ревнивая, милая леди. — Этот Томпсон почти раздел тебя своим похотливым взглядом! — Возмущённо воскликнула Чарлтон, наблюдая, как Андреа поворачивает ключ зажигания и жмёт на педаль. — Дорогая, ты же знаешь, что меня никто кроме тебя не интересует. — Не отрывая взгляда от дороги, Энди опустила правую руку на бедро своей девушки, отчего та слишком шумно выдохнула. — Прекрати переживать из-за глупостей. Весь оставшийся путь до квартиры Эмили в красках описывала свои эмоции, которые она испытывала во время показа. Андреа, в свою очередь, просто молча слушала девушку и улыбалась, периодически поддакивая. — Как я рада наконец-то оказаться дома… — Протянула Чарлтон, вешая ключи на крючок и поворачивая замок. Она наклонилась и приподняла подол платья, чтобы избавиться от туфель от Jimmy Choo. — А я-то как рада, — Сакс стояла к Эмили спиной, поэтому когда журналистка отзеркалила действие девушки, чтобы снять свои каблуки, второй открылся прекрасный вид на подтянутую задницу, которую в таком положении не прикрывала короткая юбка. — Энди… — Прошептала Чарлтон и выпрямилась, всё ещё не в силах оторвать взгляда от такой привлекательной картинки. — Ммм? — Вопросительно протянула девушка, по-прежнему пытаясь расстегнуть заевшую застёжку. Она повернула голову, увидела, куда направлены голубые глаза, и хищно улыбнулась. Ремешок от туфель как будто почувствовал, что является лишним в накаляющейся ситуации, поэтому моментально поддался, позволяя Андреа сбросить свои Versace и принять вертикальное положение. — Ты хотела что-то сказать, Эми? — Энди подошла к Чарлтон почти вплотную, буквально вжимая её во входную дверь. Эмили энергично замотала головой из стороны в сторону и закусила нижнюю губу. — Оу, а твои прекрасные чистые голубые глаза говорили весьма красноречиво. Рыжеволосая не успела возразить, потому что чужие пухлые губы моментально накрыли её. Энди никогда не отличалась грубостью в этих вещах, она целовала очень медленно и сладко, что безумно бесило Эмили, ведь чем слаще поцелуй, тем скорее хочется чего-то большего. Андреа опустила руки на талию девушки, притягивая её ближе и углубляя поцелуй. Чарлтон уже чувствовала на языке дурманящий вкус вишнёвой помады Сакс. Каждый раз, когда она красила ей губы, Эмили еле сдерживала себя от того, чтобы не слизать весь этот алый оттенок. — На кровать? — На секунду отрываясь от тяжело дышавшей девушки спросила Энди. Её проворные пальчики уже отыскали застёжку от платья на спине начальницы, оставалось вытащить одну пуговку и… — Сними, умоляю… — Прошептала Эмили, и дорогая ткань тут же упала к её ногам, оставляя обладательницу в одном лишь нижнем белье. — Боже, милая… ты так невероятно красива… — Андреа отошла на два шага, чтобы полностью оценить открывшуюся картину. Чарлтон стояла перед ней в чёрном кружевном лифчике, который идеально подчёркивал её небольшую, но округлую грудь, и таких же трусиках, наверняка купленных за баснословные деньги причём непосредственно под это платье. Эмили всегда отличалась идеальной фигурой, выработанной постоянными диетами и даже некоторыми страшными диагнозами, но всё это сделало её безумно привлекательной. — Поможешь? — Вдруг спросила Энди, проворачиваясь к девушке спиной. Чарлтон тут же подошла ближе и расстегнула молнию, так что теперь два платья от Valentino, купленных за двадцать восемь тысяч долларов, в совершенно немыслимом состоянии валялись на полу. Наряд Андреа не подразумевал лифчика, поэтому Эмили моментально открылось ещё более привлекательное зрелище. Девушка несколько секунд с чуть приоткрытым ртом смотрела на журналистку, которая схватила её за руку и потащила в спальню. — Знаешь, бельё конечно просто потрясающее, — сказала Энди, вновь разглядывая уже сидящую на большой мягкой кровати девушку. — Но мне гораздо больше нравится без него. Андреа проворно забралась на бёдра Эмили, обвила ногами её талию и ловким движением рук расстегнула изящное кружево, которое тут же было отброшено куда-то в сторону. Сакс осторожно сжала оголённые груди, чем вызвала табун мурашек на белой коже и сдавленный стон со стороны Чарлтон. — Так и будем сидеть?.. — Эмили выдохнула слова прямо в манящие губы напротив, и Энди, слегка мотнув головой, позволила девушке продвинуться к изголовью кровати. Андреа нависла над начальницей, оставила короткий поцелуй на её щеке и стала спускаться ниже, исследуя каждый миллиметр бархатной кожи. Она мазнула языком сначала по одному соску, потом по второму, от чего Чарлтон что-то промычала и слегка выгнулась навстречу. — Как же мне нравится твоя отзывчивость, дорогая. — Прошептала журналистка, дойдя до кружевной кромки трусиков и подцепив её ногтём. — Избавимся от этого? Эмили, которая смотрела на свою девушку глазами, затуманенными неимоверной похотью, энергично закивала. Последний элемент одежды моментально оказался где-то в стороне. — Вау, детка, да ты уже вся мокрая. — Хмыкнула Сакс, разглядывая открывшийся вид. Андреа провела средним и безымянным пальцами по промежности девушки и, собрав немного смазки, демонстративно облизала их. — Энди, пожалуйста, — проскулила Эмили, и их лица вновь оказались рядом. — Ты выглядишь очень сексуально, когда умоляешь. — Прошептала Сакс, втягивая девушку в очередной страстный поцелуй и прикусывая её нижнюю губу. — Сейчас, милая. В таких вопросах Энди не надо было просить дважды. Она тут же очутилась между ног Чарлтон и, раздвинув её стройные бёдра, очень медленно ввела средний палец во влагалище девушки. — Всё хорошо, солнце? — В ответ на это глава Лондонского «Подиума» лишь что-то простонала и подалась навстречу, явно показывая, что хочет большего. — Я тебя поняла. Андреа добавила безымянный палец и начала размеренно двигаться, очень быстро найдя самую чувствительную точку. Эмили такое положение дел не устраивало, ей хотелось всего как можно быстрее, потому что узел возбуждения внизу живота затянулся настолько, что стал невыносимым. Чарлтон накрыла ладонями свою грудь и стала сжимать её в такт движениям девушки. Энди, конечно, заметила это и тут же нашла большим пальцем клитор своей возлюбленной, начав выписывать на нём причудливые круговые движения. Необходимый эффект не заставил себя долго ждать, потому что Эмили тут же стала энергичнее подмахивать бёдрами. — Господи… — Только и успевала шептать девушка в перерывах между уже не скрываемыми стонами. Андреа обожала такой вид: Чарлтон перед ней, во-первых, абсолютно голая, во-вторых, безумно возбуждённая и от этого ещё более красивая, в-третьих, растерявшая свою обычную холодность и строгость. Буквально само очарование. Но ещё больше она любила, когда чувствовала, как начинают сокращаться стенки влагалища её девушки, сжимая пальцы. В этот момент Энди ускоряла темп до предела и покрывала поцелуями подрагивающие колени и бёдра, дожидаясь заветного: — Андреа! Боже… Сакс сделала ещё несколько толчков и вытащила пальцы, вновь облизывая их. Эмили лежала с закрытыми глазами и тяжело дышала. Энди пристроилась рядом и прижала девушку к себе, заставляя Чарлтон повернуться к ней лицом. — Ты как? — Тихо поинтересовалась журналистка, убирая влажные пряди рыжих волос с лица возлюбленной. — Я тебя люблю, — также негромко ответила Эмили, оставляя короткий поцелуй на пухлых губах напротив, вызывая у Сакс мягкую улыбку. — Как всегда хочу ещё… — Господи, Эми, ты ненасытная! — Рассмеялась Андреа, высвобождаясь из цепкой хватки. — Сейчас вернусь. — Хватит называть меня так! — Обиженно буркнула Чарлтон и села на кровати, прикрывая одеялом оголённую грудь. — Ты куда? Энди удалилась в гардеробную и, судя по звукам, стала переставлять там какие-то коробки. Эмили вслушивалась, но пойти за девушкой не решалась, точнее ноги, которые были всё ещё ватные после хорошего оргазма, не давали ей этого сделать. Наконец Андреа вернулась. Она надела на себя одну из старых растянутых футболок и что-то прятала за спиной. Чарлтон склонила голову на бок, ожидая дальнейших действий. — Знаешь, Эми, я долго думала, что можно преподнести тебе в такой знаменательный день. — Начала Сакс, усевшись на кровати прямо перед своей девушкой и по-прежнему не показывая руки. — Всё казалось каким-то банальным, и тогда я решилась на один очень ответственный шаг… Светлые глаза начальницы расширились, а сердце забыло, как биться, когда возлюбленная, широко улыбаясь, явила её взору небольшую бархатную красную коробочку с платиновым кольцом от Cartier, на котором красовался немаленький бриллиант, внутри. — Эмили Чарлтон, — Андреа вытащила дорогое украшение трясущимися от волнения руками. — Согласна ли ты всю жизнь подбирать мне самые лучшие дизайнерские наряды, читать мои статьи и плеваться от подгоревших тостов по утрам? — Боже, Энди… — Голубые глаза, как и карие напротив, наполнились слезами неописуемого счастья. — Это… Господи, конечно да! Эмили протянула девушке левую руку, и журналистка аккуратно надела кольцо на безымянный палец. Оно подошло просто идеально, как будто делалось специально под Чарлтон. — Ты мне когда-то подарила четыре кольца, которые сейчас стоят на парковке, я решила, что теперь моя очередь тебя окольцовывать. — Девушки засмеялись, и Андреа наклонилась к будущей жене, сминая её губы нежным поцелуем. — Энди, ты — мой самый лучший и самый дорогой подарок, мне кажется, я должна целую вечность благодарить судьбу за то, что она позволила нам встретиться вновь. — Чарлтон очень ловко выбралась из-под одеяла и повалила журналистку на кровать. — Теперь моя очередь дарить тебе наслаждение, эта футболка тут явно лишняя…