Детская травма

‎Ты всё время ноешь как сука

‎Быть с тобою тупо неуютно

‎ ‎После расставания с Ильёй прошло несколько недель. Максим почти перестал следить за временем. Дни стали похожи друг на друга настолько сильно, что иногда он не сразу мог вспомнить, какой сегодня день недели. Университет. Дом. Университет. Дом. Иногда магазин по дороге, иногда бессмысленная прогулка по вечерним улицам, ничего больше. ‎ ‎Он старался не думать об Илье, получалось плохо. Слишком многое напоминало о нём. Остановка возле университета, кафе на соседней улице, несколько песен в плейлисте, даже некоторые фразы, которые случайно слышались в разговорах прохожих. Всё это моментально вытаскивало воспоминания наружу, будто рана отказывалась затягиваться. ‎

***

‎ ‎Сначала Макс винил только себя, так было привычнее, он делал это всю жизнь. Когда над ним смеялись в школе - винил себя, когда не получалось найти друзей - винил себя, когда родители ругались - тоже каким-то образом винил себя. Поэтому после расставания всё происходило по знакомому сценарию. Недостаточно интересный, недостаточно хороший, недостаточно уверенный, недостаточно нормальный. Он мог часами прокручивать в голове одни и те же разговоры, искать ошибки, находить новые, загоняться еще больше, потом искать ещё. Но постепенно вместе с виной появилось другое чувство, более неприятное, более тяжёлое. ‎Злость. Сначала совсем слабая, почти незаметная. Он замечал её только в редкие моменты, когда видел счастливые пары на улице, когда слышал смех компаний студентов возле университета, когда открывал социальные сети. Особенно когда социальные сети. Там все выглядели счастливыми, у всех была насыщенная жизнь, друзья, встречи, путешествия, отношения, улыбки, фотографии. ‎ ‎Максим понимал, что это всего лишь картинки, но внутри всё равно что-то неприятно сжималось. ‎Почему одним людям всё достаётся так легко? ‎Почему они умеют быть счастливыми? Почему могут просто жить? ‎Почему у них получается то, что у него постоянно разваливается?

***

‎ ‎Иногда он ловил себя на мыслях, которые пугали его самого. Например, когда видел чужое счастье. Раньше это вызывало только зависть, теперь иногда хотелось, чтобы у других тоже всё испортилось. Не потому что они сделали ему что-то плохое, а просто потому, что тогда мир казался бы более справедливым. ‎ ‎И каждый раз после таких мыслей становилось противно, потому что Макс понимал: проблема не в других людях, но остановить эти эмоции не мог. ‎

***

‎ ‎Однажды вечером он возвращался домой через парк. На одной из скамеек сидела молодая пара. Парень что-то рассказывал девушке, она громко смеялась, потом положила голову ему на плечо. Самая обычная сцена, ничего особенного, Максим видел подобное сотни раз. ‎Но почему-то именно сейчас внутри поднялась такая волна раздражения, что ему пришлось отвернуться. ‎Он ускорил шаг и почти сразу почувствовав стыд. Эти люди ничего ему не сделали, вообще ничего, но его злость давно перестала быть рациональной. Она была направлена сразу на всех, на прошлое, на школу, на родителей, на себя, на Илью, на людей вокруг, на весь мир. ‎

***

‎ ‎Особенно тяжело становилось по ночам. ‎Днём всегда находились дела, пары, домашние задания, какие-то поездки, разговоры, да что угодно. Но ночью оставались только мысли. Именно тогда Максим начинал понимать, насколько сильно устал. Устал бояться, устал ждать, устал постоянно чувствовать себя лишним человеком, устал надеяться, что в этот раз всё получится иначе. Потому что каждый раз история заканчивалась одинаково. Люди уходили или просто исчезали или оставались рядом физически, но становились чужими. ‎

***

‎ ‎Однажды он поймал своё отражение в окне автобуса. Тёмное стекло отражало уставшее лицо. Синяки под глазами, напряжённый взгляд. Макс долго смотрел на себя и вдруг понял одну неприятную вещь. Он больше не помнил, когда в последний раз чувствовал себя по-настоящему спокойным, даже не счастливым, а хотя бы просто спокойным. Без ожидания плохих новостей, без тревоги, без внутреннего напряжения. Словно организм настолько привык к боли, что уже не понимал, как жить без неё. ‎ ‎В тот вечер домой он вернулся поздно, а квартире было тихо. Родители уже давно почти не разговаривали друг с другом, после многих лет ссор между ними осталась только усталость. ‎Максим прошёл в комнату и, не включая свет, сел возле окна. ‎ ‎За стеклом медленно двигались машины, где-то вдали мигали огни. ‎Обычный городской вечер. Он сидел неподвижно несколько минут, потом достал телефон, открыл старый чат с Ильёй, полистал переписку. Несколько фотографий, несколько голосовых сообщений, сотни обычных разговоров. ‎Когда-то они казались началом чего-то важного, теперь же выглядели как воспоминание о чужой жизни. ‎ ‎Макс долго смотрел на экран, а потом просто закрыл чат, но удалять его не стал. Не потому что надеялся на что-то, просто пока ещё не мог, не хватало сил. ‎ ‎