День неизвестной переменной

«Предсказания Hel/X» – лунно-белая вывеска не выбивалась ни стилем, ни манерой написания из неоновой мозаики рекламных щитов. Кругом сияли логотипы на чешском, английском и причудливых их сочетаниях – всплесках фантазии маленьких и крупных владельцев. Косая черта резала новое название надвое. Вслух, однако, надпись, хочешь-не хочешь, звучала слитно: «Хелекс». «Спираль». Предсказательница «Спирали» встречала посетителей сразу с дюжины плазменных экранов на стенах и потолке первой из двух комнат офиса. Вторая была заперта для посторонних, но тонкий – или хорошо настроенный – слух мог различить за ней гул охлаждения мощного сервера. – Прошу, займите свое место в кресле. Опустите руки на сканеры, откиньте голову на подголовник, остановите взгляд и задержите дыхание. Сфокусируйтесь на случайных образах системы симуляции. Я прочту по интактным биотокам мозга вашу судьбу, – Предсказательница, символически напоминая не то слепую, не то вставшую из могилы, со спиральными белыми повязками на голове и глазах, каждую секунду подрагивала и подергивалась зеленоватой пиксельной рябью. Из-за дрожания помех движения ее обернутых в полотняные ленты плеч и кистей, которые никогда не были видны до кончиков пальцев, выглядели гипнотически. Сканирование мозга не было обязательным для того, чтобы выдать предсказание судьбы. Предсказательница уже знала о человеке всё его прошлое, стоило ему перешагнуть порог. Камеры помогали отыскать в базах совпадение по лицу, а когда заходил аугментированный – его личность подтверждалась от инфракрасных датчиков по серийным номерам аугментаций. Экстраполяция собранных данных – предсказание будущего – не сложна и очень быстра. Особенно, когда ядро возможностей Предсказательницы унаследовано от Элизы Кассан, владеющей всеми новостями и информацией во всем мире. – А что, по руке в Праге уже не гадают? Прошлый век, ага? – Александра Вега с очевидным подозрением принялась нарезать круги вокруг кресла для посетителей. Боковым зрением она явно пыталась при этом охватить обилие электронных безделушек, которые, для антуража, притащили и поместили на полки прихожане церкви Бога-Машины. Предсказательницу это барахло не интересовало. Да и будущее большинства посетителей она узнавала без любопытства, как тысячу раз ранее решенную задачу. – Гадание по рукам подходит для мест, где ночью видны звезды на небе. В нашей местности мы используем нейронные созвездия. За дополнительное пожертвование я могу предоставить карту твоих личных звезд. Прошу, займи свое место в кресле. – Заманчиво, – фыркнула Вега и повернулась к самому крупному телеэкрану. Ее лицо выражало сложную смесь снисходительности, раздражения и насмешки: – Но я на это не поведусь. – Расчет ежедневного предсказания завершен. Звезды говорят про дальнюю дорогу. Не исключена очередная встреча с прошлым. Возможны небольшие неприятности, например, столкновение с рогами быка. День подходит для того, чтобы закончить свою жизнь вследствие трагической неосторожности при побеге от прошлого, – отозвалась Хель, наблюдая, как навязчивая знакомая Адама Дженсена вновь высматривает в полутемном помещении, освещенном лишь мерцанием экранов да инфракрасными датчиками, хоть что-нибудь подозрительное. Она так и не села в кресло, но камеры засекли на ее коже следы инъекций, а в кармане – корешок этикетки на флаконе с нейропозином. Вега, очевидно, не даст нужного объема сканированных данных. Как и десятки и сотни других носителей биочипа и стандартных аугментаций. Подходил один, но он – временно – жестким исключением выносился за скобки. Статистически, должен быть хотя бы второй. Исключая, по очевидной причине, все существующие дубликаты… Для оптимизации процесса, вероятно, следует обсудить с Элисон Станековой возможность открытия филиала «Hel/X» в гетто аугментированных – «Утулек». Много ресурсов не понадобится: пробросить один кабель связи и второй, аварийный. Остальное можно собрать на месте. Рабочие руки найдутся там же. А полиции можно не бояться. Виртуальная предсказательница, судя по радиопереговорам и электронным отчетам, для них – «очередное баловство аугов, всё никак к ногтю их не прижмешь, ну пускай балуются, меньше вредить будут, пока заняты всякой ерундой». – Быка? Какого еще быка? При чем тут… Твою. Мать. И давно ты за мной следишь? – Вега посмотрела на ближайший монитор почти без удивления, но с отчетливым, даже враждебным подозрением. Предсказание понято верно. «Беллтауэр», ныне «Тарвос», по-прежнему держал Александру Вега в списках на ликвидацию. Редактировать списки Хель не собиралась. Высок риск попасться. Не стоит риска. Информационный шум, благодаря «детям» Элисон Станековой, скрывал ее от глаз Элизы Кассан улучшенной версии «Пика», и нарываться Хель не планировала. Пока что. В конце концов, быть стертой не входило в список ее приоритетов, а Адам сказал, что она сама выбирает свою судьбу. Она выбрала. И всегда говорила ему о своем выборе. Но не похоже, чтобы он в последние недели принимал хоть какие-то из ее слов всерьез. – Вы пришли в «Хелекс», чтобы получить предсказание своей судьбы! Предсказание получено. Пожалуйста, поместите кредитный чип в ящик для пожертвований. Мы также принимаем нейропозин и медицинские средства, которые будут перераспределены в пользу нуждающихся обладателей биочипов. Мы благодарим вас за поддержку нашего сообщества! Да благословит вас Бог-Машина на вашем пути к окончательному просветлению. Алекс не стала спорить. Вообще не ответила. Ее лицо опять стало сложным, она подняла руку и потянулась пальцами к виску. По ее губам, беззвучным шепотом надиктовывающим сообщение на инфолинк, Хель прочитала: – Адам? Это Вега. Прости, что впутываю, но… В этом чертовом городе опять происходит какое-то дерьмо. Думаю, тебя заинтересует контора по сканированию мозга всякого входящего прямо посреди туристического района Праги. Посылаю тебе геометку, но будь осторожен. Держись тени. Конец связи.