Эпилог. Три года спустя
7 июня 2026 г., 22:43
Было странно осознавать, что сегодня мой последний день в Хогвартсе. Что я больше не смогу сходить к Черному озеру, посмотреть школьные матчи по квиддичу, не послушаю ворчание профессора Шарпа и больше не получу «10 очков Слизерину, мисс Голд». Мы с Пенелопой, Анной, Элизабет, Оминисом и даже Себастьяном не будем больше сидеть за столом в Большом зале и обсуждать экзамены или очередное наше приключение.
Детство кончилось. Начинается взрослая жизнь.
Элизабет и Анна решили посвятить себя работе в больнице святого Мунго. Спасение Анны три года назад сильно сблизило девушек, и медицина стала приоритетом в их жизнях. Три года назад случилось восстание гоблинов под руководством Ранрока. Но оно было подавлено с помощью Элизабет, Себастьяна и Анны. И это событие еще сильнее сблизило этих троих. Сейчас гоблины под контролем Министерства магии.
Себастьян решил стать мракоборцем. После событий трехлетней давности их дружба с Оминисом уже не была прежней. Они сильно отдалились и долгое время только здоровались в коридорах. Первые признаки оттепели начались год назад, когда Себастьян сказал, что хочет защищать волшебников законными методами. Надеюсь, однажды Оминис простит Себастьяна, как и сам Себастьян простит себя.
Ну а мы с Оминисом все еще были вместе. Все еще были лучшими студентами курса. Лучшими выпускниками. Но иногда мне казалось, что за эти три года мы пережили целую жизнь.
После истории с Серебряной кровью родители приняли его как родного. Мама называла его членом семьи уже спустя несколько месяцев после того Рождества, а отец и вовсе относился к нему как к сыну, которого у него никогда не было. Кажется, впервые в жизни Оминис по-настоящему понял, что такое дом.
Сам он собирался продолжить обучение и заниматься магическим правом. Это решение никого не удивило. За последние годы он не раз помогал Министерству разбираться в вопросах, касающихся прав гоблинов после восстания Ранрока. Иронично, что потомок Салазара Слизерина оказался одним из немногих людей, пытавшихся не допустить новой войны.
Пенелопа собиралась работать вместе со своим отцом. А еще через несколько месяцев выйти замуж за Питера, о чем она рассказывала всем вокруг примерно каждые пять минут.
— Потому что это важное событие! — возмущалась она всякий раз, когда мы начинали смеяться.
И, честно говоря, была права.
Сейчас мы стояли на берегу Черного озера. Наш последний день в Хогвартсе подходил к концу. Поезд скоро заберет нас и отвезет на вокзал.
Ветер мягко шевелил траву, солнечные лучи скользили по воде, а замок за нашими спинами был таким же прекрасным, как и в день моего приезда. Только теперь он ощущался как дом, с которым приходилось прощаться навсегда.
— О чем задумалась? — спросил Оминис.
Я улыбнулась.
— О том, что была здесь счастлива.
Он осторожно нашел мою руку и переплел наши пальцы.
— Я тоже.
Несколько секунд мы стояли в тишине. Недалеко смеялись Анна и Пенелопа. Элизабет что-то оживленно объясняла Себастьяну, размахивая руками. Он закатил глаза и явно спорил с ней, но впервые за долгое время на его лице была настоящая улыбка. Я смотрела на друзей и чувствовала удивительное спокойствие. Когда-то мне казалось, что счастье — это отсутствие проблем. Теперь я знала, что счастье выглядит иначе. Это люди, которые остаются рядом и те, ради кого ты готов пройти через страх, боль и неизвестность. Люди, которых ты любишь.
Оминис слегка повернул голову в мою сторону.
— Ты снова улыбаешься.
— Потому что смотрю на тебя.
На его губах появилась та самая улыбка, в которую я влюбилась три года назад.
— Очень хороший ответ, мисс Голд.
— Я знаю, мистер Мракс.
А потом он поцеловал меня мягко и нежно. Так же, как тогда в пещере. Только теперь вокруг не было битвы, опасности или страха потерять друг друга. Впереди была целая жизнь. И впервые это совсем меня не пугало.
