В глубине души

Последним, что помнил Фаэнон, была вечерняя тренировка, после которой он, определённо, лёг в постель в своей небольшой комнате. Разумеется, она была куда больше той, которую он занимал, будучи совсем юным, ещё только прибывшим на обучение в даосскую школу и ещё не имеющим право называть себя заклинателем. Однако, пока он ещё не дорос до уровня мастера. И не мог иметь своих учеников. У него было, разве что, право на жильё побольше. А ещё ему дозволялось больше не называть Анаксагора своим учителем, а использовать иные его титулы такие как шидзун разума и многие другие. Но Фаэнон не пользовался и этим. Хотя... Имел на это полное право не только потому, что уже полтора года как окончил обучение, но и по иной причине. И всё же, обнаружив себя посреди незнакомого пространства, которое представляло собой просторное помещение, большую часть которого занимала огромная кровать с алым пологом, Фаэнон несколько растерялся. Он стоял на, судя по ощущениям, мягкому ковру и ощущал чьё-то присутствие, очень мощное, проявленное и до боли знакомое. Всё пространство вокруг ощущалось живым и настоящим, так что Фаэнон не сразу понял, что это – сотканная из чистой энергии реальность общего сновидения. Он не успел задаться вопросом об "авторстве", когда услышал низкий голос, удивительным образом сочетающий в себе вальяжную расслабленность и нетерпеливое раздражение. – Так и собираешься там стоять? – произнёс голос, в котором Фаэнон мгновенно и без труда узнал Мидея. Улыбнувшись, неожиданный гость покорно прошёл дальше, и его глазам предстало довольно экзотичное зрелище. Фаэнон нередко слышал, что его со-ученик прибыл из далёких земель, где климат намного жарче, но редко задумывался о том, что... Тому больше по душе были несколько более открытые одеяния, чем привычные всем ханьфу. Сейчас же Мидей возлежал на одной стороне кровати, приподнявшись на локтях. Его волосы, обычно собранные в причëску, были рассыпаны по плечам пушистой копной. Верхняя часть его одежды отсутствовала вовсе, являя взгляду новоприбывшего обнажённый торс, усеянный узором алых татуировок и покрытый причудливыми украшениями, а внизу красовалось что-то, смутно напоминающее нижние одеяния, но куда более изысканные, чем привычно было носить. Особенно – во время обучения. Впрочем, слишком долго концентрироваться на чужом одеянии, которое скорее подчёркивало наготу, чем прикрывало её, юноше не пришлось. Как раз в этот момент из дальнего угла раздался ещё один голос: – Фаэнон. Сегодня мы применим на практике способ циркуляции энергии, о котором мне однажды обмолвился Мидей. Я испробовал его на себе. И он вполне эффективный. Хотя, вероятно, он покажется тебе странным. Возможно, даже не вполне приемлемым. – Я доверяю мнению этого учителя, – с тёплой улыбкой на губах отозвался Фаэнон, но его тут же прервали. – Я больше не твой учитель, – произнёс его бывший наставник. – Что касается твоего согласия, то ты сам решишь, давать его или нет. – Не помню, чтобы я давал ему выбор, – с ироничной ухмылкой на губах и одновременно – абсолютно серьёзным взглядом отозвался Мидей. – Мы здесь. Значит, всё состоится. – Не знаю, о чём идёт речь, но я не стану возражать, – с мягкой полуулыбкой отозвался Фаэнон, присаживаясь на кровать неподалёку. Анаксагор после этих слов загадочно прищурился, бросив многозначительный взгляд в сторону Мидея, а затем вернул себе прежнюю невозмутимость. – Возможно, будет даже лучше, если ты будешь поменьше об этом думать, – произнёс он с тем же выражением заговорщика на лице, а затем тоже приблизился, присаживаясь с другой стороны. Постель была достаточно просторной, чтобы на ней могли разместиться не только они трое, но и ещё пара-тройка человек, однако, оба прибывших ощущали себя здесь гостями и не торопились располагаться с комфортом. Фаэнон изумëнно посмотрел сперва на одного, а затем – на другого, пытаясь понять, что происходит. Атмосфера очень располагала к... Весьма тесному свиданию. И подобное не было бы первым таким опытом для них троих. Однако, вся эта странная торжественность и таинственность не слишком хорошо сочеталась с тем, о чём юноша подумал с самого начала. Хотя, циркуляция энергии, определённо, неплохо вписывалась в этот концепт. – Приступим, – со смесью лёгкого нетерпения и размеренной вальяжности произнёс Мидей, резко придвигаясь ближе. Они были знакомы уже несколько лет, обучались у одного наставника и не раз взаимодействовали вдвоём и втроём, потому расшаркивания Фаэнона, что были так ему свойственны, довольно быстро оказались прерваны. По всей видимости, Анаксагор в этот раз был в сговоре со своим учеником, который часто называл второго из них "шиди", несмотря на одинаковый уровень обучения. Всего за пару мгновений Фаэнон неожиданно оказался на кровати, куда его достаточно бесцеремонно притянули, заставляя принять полу лежачее положение, а затем его наставник разместился с другой стороны, молча улыбаясь ему одним уголком губ. Их сближение друг с другом преодолело долгий и трудный путь, но сегодня шидзун разума не играл в недотрогу, а даже отчасти брал инициативу на себя. В итоге, Фаэнон, не ожидавший двойного напора, оказался не в самом выигрышном положении. Однако, он не ощущал ни страха, ни тревоги, несмотря на туманные обещания и смутные намёки. Скорее, он чувствовал предвкушение. И готовность ко всему. В этот самый момент обеих его ладоней коснулись сидящие по одну и по другую сторону от него. – Закрой глаза, – произнёс Анаксагор тоном, не терпящим возражений. – И представь, что тебя ждёт классическая тренировка по циркуляции твоей ци. Фаэнон покорно закрыл глаза, настраиваясь на идущий через него поток. Рука Мидея была тёплой, и он довольно крепко сжимал чужую руку своей, в то время как прикосновение их бывшего наставника было лёгким и ненавязчивым, а ладонь – привычно прохладной. Сосредоточившись на текущей через тело энергии, Фаэнон ощутил, как два потока одновременно входят в его тело с разных сторон, смешиваясь с его энергией, а затем мягко и плавно переплетаются с ней. – Расслабься, – произнёс Мидей откуда-то издалека. По ощущениям, их сейчас разделяли сотни и тысячи метров, и его голос раздавался гулким эхом. В то же самое время обычное ощущение тепла сменилось неожиданным жаром во всём теле, а после – лёгким покалыванием. Фаэнон не придал этому значения и позволил себе полностью погрузиться в осязание. Энергия накладывалась друг на друга, и его собственный поток плавно утопал в этом. Но сам Фаэнон не ощущал по этому поводу ни малейшей тревоги. Словно так и должно было быть. А затем он почувствовал лёгкое головокружение и странные ощущения в теле. Переполняющий тело жар усилился, а после неожиданно прекратился. – Теперь можешь открыть глаза, – размеренно произнёс Анаксагор, по ощущениям, касаясь спины своего ученика осторожным, деликатным движением. – Только медленно. И не пугайся того, что увидишь. Помни, что мы всё ещё находимся в пределах пространства разума. И то, что здесь происходит – нереально. Фаэнон прислушался к этим словам, а после, как его и просили, максимально медленно открыл глаза... С изумлением обнаружив себя лежащим на огромной ладони своего наставника. Где-то поодаль возвышался Мидей, который сейчас выглядел как самый настоящий небожитель, невольно напоминая всем своим обликом о тех легендах, что ходили о нём во многих из даосских школ. Потомок семьи Небесного императора или кого-то из его приближённых, сейчас предстал присутствующим во всём великолепии. И нынешняя разница в росте лишь подчёркивала это. Когда первое мгновение миновало, Фаэнон позволил себе осмотреться по сторонам со смесью восхищения и любопытства. К этим двум чувствам примешивалось также и волнение, от которого захватывало дух, но это ощущение было, скорее, приятным. – Для чего это всё? – решился спросить Фаэнон у обоих участников, что сейчас сильно превышали его в размерах. – Увидишь, – сощурив глаза цвета граната многозначительно отозвался Мидей, плавно придвигаясь ближе. Анаксагор многозначительно взглянул на него, но ничего не сказал. – Инструкция прежняя, –добавил он тем же сухим и деловитым тоном. – Тебе следует абстрагироваться от того, что будет происходить. И отдаться процессу. Фаэнон кивнул, сделав вид, что понял, но на деле, разумеется, остался всё в том же недоумении. Тем временем Анаксагор и Мидей вновь молча переглянулись с видом заговорщиков. Первый, судя по всему, был не против что-то пояснить, но второй чуть заметно покачал головой. На губах наставника промелькнула тень лёгкой ироничной улыбки, а затем он осторожно приблизил ладонь с сидящим на ней миниатюрным учеником к своему лицу, устремив на него свой взгляд, пристальный, внимательный и на удивление мягкий. Выдержав небольшую паузу, он неожиданно коснулся миниатюрной фигурки самыми кончиками пальцев, осторожно развязывая пояс ханьфу, словно на фарфоровой статуэтке, ощущая, как за ними обоими пристально следит взглядом Мидей. Фаэнон чуть заметно смутился, а затем негромко переспросил: – Мне... Раздеться? Испытывая лёгкое смущение и одновременно – волнение и лёгкую растерянность, но по-прежнему ощущая некоторое предвкушение, Фаэнон сам развязал пояс, тут же с изумлением заметив, с какой ловкостью кончики пальцев учителя, который с трудом скрывал румянец на собственных щеках, мгновенно стянули с него верхние одеяния, также быстро избавив его от обуви, оставив на нём лишь нижние одеяния. А после, прежде, чем Фаэнон успел опомниться, Анаксагор неожиданно прикрыл глаз и плавно подался вперёд, размыкая губы на выдохе, обдавая миниатюрного ученика потоком своего дыхания, отдающего мятой и лесными травами. Одновременно с этим ладонь пришла в движение. Кончики пальцев мягко, но ощутимо сомкнулись на чужой талии, а затем губы шидзуна мягко коснулись миниатюрного тела, лаская его. Ощутив, как сердце пропускает удар, Фаэнон ошарашенно замер, сперва машинально отстранившись, а после подставляясь под нежные, ласковые касания, напоминающие одновременно поцелуй и мягкий массаж. В этот самый момент губы неожиданно распахнулись, и наружу показался самый кончик языка, который мягко коснулся лежащего на ладони Фаэнона, словно бы углубляя поцелуй, одновременно лаская всё его миниатюрное тело. Тот прикрыл глаза, подставляясь потоку неожиданных ласк, а затем, вспомнив про циркуляцию и всё ещё ощущая на себе поток ци наставника, сосредоточился и, несмотря на тянущее ощущение в самом низу живота, отдался этому потоку, присоединяясь к нему, прислоняясь всем телом к влажной поверхности языка, который нежно массировал его, начиная осторожно посасывать его. Фаэнон, отдавшись во власть ощущений, словно издалека услышал собственный негромкий стон удовольствия, в затем... Ощущение влаги коснулось его ступней, которые неожиданно затянуло во влажную, горячую полость чужого рта. Поток энергии усилился, окружая его со всех сторон, и одновременно с этим влажные касания губ продолжили плавно и мягко вбирать его глубже, затягивая внутрь до самого пояса. Это ощущалось... Странно, но приятно до безумия. Фаэнон рвано вздохнул, ощущая, как его понемногу затягивает глубже, и открыл глаза, поднимая их вверх, встречаясь с устремлëнным на него взглядом Анаксагора, чей глаз, неприкрытый повязкой, потемнел от внутренней бури эмоций. Однако его движения по-прежнему были медленными и плавными, а ладонь всё так же придерживала миниатюрную фигурку, частично находящуюся теперь в горячем и влажном плену чужих губ. Ещё одним плавным движением Анакса вобрал в себя крошечное существо, погружая его внутрь до самой груди, по-прежнему продолжая игриво ласкать его языком. И... В это самое мгновение Мидей, остававшийся до этой секунды лишь в роли наблюдателя, неожиданно оказался совсем близко к ним обоим. Его ладонь легла на плечо учителя, слегка прижимая того к спинке кровати, а вторая рука перехватила запястье той самой ладони, которая всё ещё удерживала Фаэнона на своеобразном мосту над пропастью. Без лишних слов Мидей придвинулся вплотную и разомкнул губы, склоняясь чуть ниже, осторожно касаясь собственным кончиком языка распластанного на поверхности чужой ладони Фаэнона, срывая с его губ ещё несколько рваных вздохов. А затем губы Мидея раскрылись ещё чуть шире, но лишь для того, чтобы в свою очередь мягко, но властно и нетерпеливо вобрать в себя верхнюю половину чужого миниатюрного тела, вплетая свой энергетический поток в общую связку, словно мощную стихию. На несколько мгновений Фаэнон оказался в роли "добычи", которую эти двое принялись делить, одновременно лаская его с двух сторон, но при этом пытаясь перетянуть каждый на свою сторону. Несколько раз их языки переплетались между собой, поглаживая друг друга, играя и поддерживая своеобразный поцелуй. Тем временем тела тоже понемногу переплетались теснее. Анаксагора всё сильнее вжимали в спинку кровати, в то время как освободившиеся ладони принялись раздевать его, нетерпеливо и властно начиная обнажать его тело, изучая его самыми кончиками пальцев. Верхняя часть тела Мидея уже была лишена одежды, потому пальцы Анаксагора свободно поглаживали его торс, плечи и грудную клетку. В то же самое время жаркий поцелуй с неожиданной "сердцевиной" всё длился и длился. Изредка губы размыкались, но лишь для того, чтобы немного отдышаться и позволить это сделать третьему участнику их небольшой игры. Тем временем Фаэнон, потонув в бездне ощущений, даже не пытался сопротивляться. Перед его глазами всё плыло от приятного головокружения, а в крови горел настоящий пожар, в то время как его тело всё больше расслаблялось, пропитываясь влагой. Наконец, Анаксагор решил прервать их бесконечную прелюдию. Неожиданно крепко схватившись за чужие, мощные плечи одной рукой, он подался вперёд всем телом, почти вжимаясь в Мидея, одновременно с этим положив на его затылок вторую ладонь, с усилием проталкивая свой драгоценный трофей вглубь чужого рта, частично оставляя его в подвешенном состоянии. Мидей звучно усмехнулся в поцелуй, а после перенял инициативу, перехватывая миниатюрного Фаэнона языком и губами, с усилием втягивая глубже в себя, до самой глотки,  пока тот не оказался полностью внутри. Лишь после этого они позволили себе плавно разорвать поцелуй, резко устремив друг на друга глаза, потемневшие от желания. Анаксагор чуть заметно улыбнулся одним уголком губ, наблюдая за гипнотичным зрелищем разгорячëнного ученика, вот-вот готовящегося отправить вглубь себя другого, не подозревающего в полной мере о том, что его ждёт, а затем резко придвинулся ближе, вжимаясь в чужой торс своим, одновременно обхватывая ладонью чужое горло, многозначительно глядя в глаза всё с той же провокационной полуулыбкой на губах. Мидей усмехнулся в ответ, а затем совершил медленный, плавный глоток, проталкивая в себя свою живую, невероятно ценную добычу, ощущая, как волнообразные движения его пищевода подхватывают миниатюрное существо, отправляя в самую глубину его тела. Анаксагор медленно разжал пальцы, оставив лишь один, указательный, который медленно скользнул вниз по чужой обнажённой коже, от которой так и веяло жаром, рисуя маршрут, по которому медленно опускалась вниз его проглоченная целиком жертва. Мидей также плавно перехватил чужое запястье, осторожно удерживая в мягком, но достаточно ощутимом захвате. А после на мгновение прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям внутри. Тем временем ладонь Анаксагора плавно коснулась нижней части груди Мидея, и он поднял взгляд вверх, многозначительно улыбаясь. Мидей сдержанно улыбнулся, а после кивнул, опуская взгляд вниз, и произнёс слегка хриплым голосом, обращаясь к тому, кто только что достиг цели своего назначения: – Ты в порядке? Фаэнон, мгновение назад оказавшийся полностью внутри, отозвался: – В порядке. Но о таком следовало бы предупреждать. Несмотря на лёгкий упрёк, голос звучал достаточно спокойно и умиротворëнно. – В другой раз сразу скажу, что планирую сожрать тебя заживо, – низким голосом, без тени улыбки отозвался Мидей, вызвав тем самым волну чужого, приглушëнного смеха изнутри и улыбку Анаксагора. – Что дальше? – переспросил Фаэнон, по ощущениям своего хищника, явно устроившийся поудобнее и замерший в ожидании. – Увидишь, – с ухмылкой повторил Мидей, а после умолк, без лишних предисловий переключаясь на сидящего рядом Анаксагора. Надавив наставнику на плечи, тот заставил его принять горизонтальное положение, буквально распластав его на кровати, нависая сверху с игриво-зловещей улыбкой: – Твоя очередь. На публике Мидей ещё вымучивал из себя обращения в духе: "этот учитель" и "шидзун разума", но в спальне он не был приучен церемониться. Шидзун, лёжа под ним, саркастично улыбнулся, а после молча притянул его к себе, затягивая в очередной глубокий поцелуй. Мидей с готовностью отозвался на него, ощутимо вжимая хрупкое тело в постель, покусывая чужие губы, и властно проникая языком вглубь, всё ещё циркулируя энергию через тела. Анаксагор, с трудом сдерживавший свою реакцию всё это время, рвано простонал в поцелуй, царапая чужие плечи, ощущая, как их тела переплетаются всё сильнее. И заранее зная, что они собирались здесь не ради получения разрядки в том её виде, в котором это было принято обычно. Насладившись потоком бурных ласк, Мидей вынужденно разорвал поцелуй, по-прежнему грозно нависая над лежащим наставником и сощурил глаза, всматриваясь в его лицо, а после медленно облизнулся, одновременно неожиданно ласково касаясь кончиками пальцев чужих острых скул: – Пора. Анаксагор чуть заметно улыбнулся, послушно прикрывая глаза, ощущая, как его окутывает мощный поток золотой энергии с алыми всполохами, поглощая его задолго до того, как это сделает её обладатель. Знакомое головокружение закончилось достаточно быстро, и Анакса позволил себе снова поднять взгляд вверх. Пространство вокруг резко стало огромным, но он уже видел подобное до этого, потому ощущал себя уверенно и спокойно. – Не будем оставлять Фаэнона в одиночестве на слишком долгое время, – саркастично отозвался Анаксагор, без тени тревоги или волнения глядя в гранатовые глаза напротив спокойным, немигающим взглядом. Мидей кивнул с лёгкой улыбкой на губах. Анаксагор по-прежнему лежал под ним, но теперь их разница в росте, которая и до этого была довольно значительной, усилилась во множество раз. Однако шидзун покорно ожидал своей участи, всё также лёжа на спине в весьма... Соблазнительной позе. На мгновение Мидей испытал желание сгрести наставника в охапку и проглотить его за один глоток. Но он лишь задумчиво сглотнул слюну, вместо этого осторожно касаясь обнажённого миниатюрного тела самыми кончиками пальцев, лаская грудь, а после опускаясь ниже, игриво касаясь живота и бёдер, останавливаясь в самом низу, осторожно, разводя ноги чуть в стороны, начиная крайне медленно, осторожно и деликатно поглаживать одну чувствительную область за другой. Неожиданно пальцы Мидея сомкнулись вокруг талии его наставника, не торопясь отрывать его от поверхности кровати, но позволяя ему прижаться вплотную, подаваясь вперёд, навстречу дразнящей ласке. Срывая с чужих губ рваные вздохи, Мидей торжествующе улыбнулся, а после припал к миниатюрному существу губами, начиная откровенно вылизывать его дразнящими, влажными касаниями, попутно обдавая потоком горячего дыхания. Ощущая, как собственное возбуждение начинает становиться изрядной проблемой, Мидей чуть замедлился, доводя их обоих до пика нетерпения, а затем разжал пальцы и осторожно подхватил миниатюрного Анаксагора одними губами, жадно вбирая его во влажную глубину, игриво массируя всё его тело. Вскоре миниатюрная фигура наставника скрылась внутри ровно наполовину, после чего Мидей неожиданно, плотно сомкнув губы, удерживая тело Анаксагора в тесном захвате между языком и губами, плавно перекатился на спину, а затем потянулся к прикроватной тумбочке, извлекая оттуда... Небольшое зеркало. Многозначительно улыбнувшись, Мидей поднял его над своим лицом, так, чтобы учитель мог отчётливо видеть отражения их обоих, после чего принялся ласкать его языком ещё усерднее, не торопясь вбирать внутрь верхнюю половину его тела, играя с низом его живота и бёдрами без всякого стыда. Анаксагор тщетно пытался отвести взгляд. Его щёки покрывались румянцем, а с губ всё чаще срывались отчётливые, рваные стоны. Пока в какое-то мгновение Мидей вдруг не замедлился. Он широко открыл рот, заметно любуясь их общим отражением, а затем сомкнул губы снова, плавно втянув наставника во влажную глубину по самые плечи, оставляя снаружи лишь его голову, любуясь изысканной красотой его алеющего от смущëнного возбуждения лица. Мидей неожиданно широко улыбнулся, обнажая острые края по-львиному острых клыков, от которых он заботливо сберëг обоих своих "подопечных". А затем движения языка и губ неожиданно замедлились. "Передавай от меня привет Фаэнону", – неожиданно раздалось прямо в разуме Анаксагора посреди наступившей тишины. А затем, прежде, чем он успел как-то отреагировать, Мидей запрокинул голову назад, вновь приоткрывая губы, по-прежнему удерживая перед собой зеркало, позволяя своему наставнику увидеть будущее начало своего пути, уходящего далеко вглубь. Вплоть до точки невозврата. На мгновение губы сомкнулись вновь, и мир вокруг миниатюрного наставника потемнел. И затем, в полной тишине, прерываемой лишь шумом чужого дыхания, прозвучал глоток, размеренный, но мощный. Мидей закрыл глаза, сладко выдыхая, ощущая, как его учитель легко и беспрепятственно погрузился вглубь его тела, вслед за Фаэноном. Светловолосый небожитель медленно прилëг на спину, с наслаждением облизнувшись. Поток его ци был ровным и спокойным, приятно обволакивая обоих его "гостей", находящихся внутри и, судя по ощущениям, ласкающим друг друга. Положив одну ладонь между рёбрами, ощущая приятные движения живых существ внутри, Мидей опустил вторую ладонь вниз, обхватывая собственный возбуждённый орган, доводя себя до желанной разрядки всего несколькими ритмичными движениями, наконец, приводя дыхание в норму. Движения внутри понемногу замедлились, а после затихли совсем, сменившись лишь едва заметным ритмом синхронизированного дыхания. Мидей мягко, незримо для них обоих, улыбнулся, прикрывая глаза. "Спокойной ночи", – прозвучало одновременно из ниоткуда и отовсюду, в то время как чужая ладонь легла поверх обнажённой кожи в том месте, где незримо скрывались два живых существа. Под самым сердцем. И в полной безопасности. В самой сокровенной глубине его собственной души.