Когараси / Kogarashi

Города помнят всё. Они хранят секреты в кирпичных стенах, в пустых переулках и в пятнах крови, которые давно смыл дождь. Люди забывают, предают, меняют имена и лица, но прошлое никогда не исчезает. Оно терпеливо ждёт своего часа, чтобы вернуться. Здесь каждый поступок похож на брошенный нож: неважно, как далеко ты его метнул — рано или поздно он найдёт дорогу обратно. Многие верят, что могут измениться, начать новую жизнь или убежать от того, кем были. Но правда в том, что человек остаётся собой до самого конца. Меняются обстоятельства, меняются правила игры, меняются враги. Только суть остаётся прежней. А дорога к победе всегда пролегает через потери, которые кажутся несправедливыми, пока не поймёшь их цену. Возможно, поэтому те, кто прошёл через ад и не сломался, мечтают не о власти и не о деньгах. Они мечтают о том, о чём молчат чаще всего: о покое, любви и праве наконец перестать оглядываться через плечо. Именно так, сейчас, тёмная фигура огладывается через плечо, чтобы не пропустить возможные лишние глаза. О такой ли жизни он мечтал? Стоят ли все смерти того, чего он желал получить? Определённо нет. Таковы обстоятельства. Они не щадят никого. — Передай Льву, чтобы убрались тут за нами, — проходя мимо, человек в темной мантии похлопал по плечу оперативнику. Тот, тяжело вздыхая, перешёл к исполнению приказа в рацию. Кабинет встретил его привычной тишиной. Тяжёлая дверь закрылась за спиной, отрезая шум улиц и голоса подчинённых. Несколько секунд он просто стоял на месте, будто не находя сил сделать следующий шаг. Чёрная мантия соскользнула с плеч и бесформенной кучей упала на пол. Следом на стол легла маска — безликая, холодная, скрывавшая всё, что нельзя было показывать другим. Он медленно подошёл к окну. Пальцы устало потёрли воспалённые глаза. Затем ладони задержались на лице, закрывая рот и подбородок, словно удерживая что-то внутри. Крик. Вздох. Или дрожь, которая уже поднималась из глубины груди. За стеклом жил город. Огни загорались один за другим, люди спешили по своим делам, не подозревая, что всего несколько часов назад одним человеком в этом городе стало меньше. Он смотрел на улицы невидящим взглядом. Перед глазами снова и снова возникало знакомое лицо. Не должник. Не цель. Не очередное имя в списке. Пак Джихун. Близкий друг его семьи. Человек, который таскал его на плечах, когда он был ребёнком. Который смеялся за одним столом с его родителями. Который знал его задолго до того, как он стал тем, кем стал сейчас. И которого он сегодня убил собственными руками. Его дыхание сбилось. Где-то под рёбрами зарождалась тяжёлая, липкая паника. Сердце билось слишком быстро, пальцы едва заметно дрожали. Он крепче прижал ладонь к нижней части лица, будто мог физически задавить подступающий приступ. Ноги стали ватными. На мгновение ему показалось, что если он отпустит себя хотя бы на секунду, то просто рухнет на пол. Но он продолжал стоять. Смотрел на город сквозь мутную пелену усталости и молчал, из последних сил удерживая рассыпающийся по кускам мир внутри себя. Только сейчас, в пустом кабинете, без маски и свидетелей, становилось ясно: выполнить приказ оказалось гораздо легче, чем пережить его последствия. Резкий стук в дверь заставил его вздрогнуть. Не громко. Не настолько, чтобы кто-то другой обратил внимание. Но сейчас этого оказалось достаточно. Он быстро провёл рукой по лицу, выпрямился и сделал глубокий вдох. Маска всё ещё лежала на столе, поэтому пришлось надевать другую — ту, которую нельзя было снять руками. — Войдите. Дверь открылась почти сразу. На пороге появился его заместитель — второй человек в организации, тот, кому он доверял больше остальных. Высокий, спокойный, с цепким взглядом человека, который привык замечать то, что остальные упускают. — Закончили? — спросил он, заходя внутрь. — Да. Короткий ответ прозвучал ровно. Почти идеально. Заместитель молча закрыл за собой дверь. Несколько секунд в кабинете стояла тишина. — Есть какие-то проблемы? — продолжил босс, отворачиваясь к окну. — Нет. Снова тишина. Обычно на этом разговор закончился бы. Но заместитель не уходил. Он чувствовал его взгляд спиной. — Тогда что-то ещё? — Ты дрожишь. Слова прозвучали спокойно, без обвинения. Босс нахмурился. — Нет. — У тебя дрожит рука. Он опустил взгляд. Действительно дрожала. Совсем немного. Настолько слабо, что большинство людей не заметили бы. Но не тот, кто работал рядом с ним столько лет. — Просто устал. — Усталость выглядит иначе. В груди неприятно сжалось. Он уже жалел, что разрешил войти. — Я сказал, всё нормально. Заместитель не ответил сразу. Вместо этого медленно подошёл ближе и остановился в нескольких шагах. — Это из-за Джихуна? Вопрос попал точно в цель. На несколько секунд весь кабинет словно замер. Босс почувствовал, как напряглись плечи. — Не понимаю, о чём ты. — Понимаешь. Голос заместителя оставался ровным. — Ли, я знаю тебя уже достаточно времени и я знаю, кем он был для тебя. Молчание. За окном мерцали огни города. — Ты не обязан сейчас изображать передо мной железного человека. — А кем я должен быть? — неожиданно резко бросил босс. Слова вырвались быстрее, чем он успел их остановить. — Тем, кто только что убил человека, которого знал почти всю жизнь? Заместитель выдержал его взгляд. — Нет. Он сделал короткую паузу и продолжил. — Просто человеком. Эти слова ударили сильнее любых обвинений. Потому что именно этого он сейчас себе позволить не мог. Не мог быть человеком. Не мог сорваться. Не мог показать слабость. Не когда на нём держалась вся организация. Он отвернулся к окну, сжав челюсти. Где-то глубоко внутри паника всё ещё пыталась прорваться наружу, и сил сдерживать её оставалось всё меньше. За его спиной заместитель тяжело вздохнул. И впервые за весь разговор ничего не сказал. Потому что понял: сейчас его начальнику нужны были не приказы, не отчёты и не советы. Просто кто-то, кто останется рядом, пока тот пытается не развалиться на части. — Что в этот раз пошло не так, я не понимаю. За долгое молчания босс подал голос, всё также не сдигаясь с места. Его спина ноет, голова раскалывается, ноги так и норовят отказать в дееспособности и свалить хозяина на пол. — Потому что ты рискнул впервые за долгое время включить голову, Ликс. Заместитель медленными шагами постепенно приближался к боссу, вставая также как и он. Они знакомы с самого начала — рождения Когараси. Банда стала для них новым домом, новой семьей. Люди, которые работали вместе с ними, были такими же отбросами судьбы, что не жалеет никого на своём пути. Сейчас же, пошло процветение Когараси. От мелкой уличной банды, которая за несколько вон* могла избить хулигана или грабителя мелкого магазинчика под домом — до группировки, которая за миллионы вон припугнёт кого-либо, за миллиарды устроит совсем случайную смерть важной шишки из власти. Но как только у группировки накопится достаточное количество заказов на сотни миллиардов — Корея подвергается тихой зачистки определенного населения. Никто не избежит своей участи: смерть достигнет каждого. Ныне Когараси ведёт двойную систему. Для всех — это военная организация для безопастности страны, которая насчитывает в себе отряды из тысячей оперативников и участников. Для "своих" и на самом деле — безжалостное сборище киллеров, которые сотрудничают с той же властью, полицией, военными, прокуратурой. Хорошо ведь устроились. Не с первого раза верят, что такой крупной организацией владеет 27-летний парень с ангельской внешностью на первый взгляд. Но только лишь узнав тонкости сущности этого человека, хватит лишь одного взгляда его глаз дать понять, что за ними стоят сотни лишенных жизни тел, тяжелой боли весом в десятки тон, а то и больше, к тому же и сломанных душ, учитывая свою. — Попытаюсь отвлечь тебя, я с новостями. — Удиви, — резко отвечает Феликс, решая не слушать лишней воды, а сразу переходить к делу. — Нам предложили сотрудничество. Не вышки, как ты мог подумать. Банда второго сорта. Бровь Феликса моментально вздрогнула от интереса. Заместитель подошёл к столу и положил на него тонкую папку. Ли открыл её и пробежался глазами по нескольким страницам. Чонхва был силой, с которой приходилось считаться. Огромные деньги, собственные казино, сеть элитных заведений, влияние на чиновников и бизнесменов. Их люди редко появлялись на улицах с оружием, предпочитая покупать нужное влияние заранее. Но была причина, по которой многие старались держать дистанцию. Основные деньги они получали не с казино. Запрещённые вещества — их главный товар. Феликс закрыл папку. — Что предлагают? — Общие поставки через портовые каналы. Финансирование нескольких проектов. Обмен частью информации. — Щедро. — Слишком щедро. На губах Ли появилась едва заметная усмешка. — Ты тоже это заметил. Заместитель кивнул. — Если кто-то предлагает настолько выгодные условия сразу, значит, либо он чего-то очень хочет, либо чего-то не договаривает. Несколько секунд оба молчали. Они знали репутацию главы Чонхва. Умный. Харизматичный. Богатый. И совершенно ненадёжный Хван Хёнджин. Он редко нарушал договор напрямую. Вместо этого создавал обстоятельства, при которых договор становился выгодно нарушить кому-нибудь другому. Именно поэтому доказать его предательство почти никогда не удавалось. — Что думаешь? — спросил заместитель. Ли снова открыл папку. Цифры выглядели привлекательно. Очень привлекательно. Особенно сейчас, когда организация начинала расширяться на новые территории. Но где-то внутри уже звучал знакомый сигнал тревоги. Слишком легко. Слишком красиво. Такие люди никогда не предлагают подобные сделки просто из уважения. — Мне интересно, — признался он. — Мне тоже. — И именно поэтому мне это не нравится. Заместитель тихо усмехнулся. — Забавно. Я собирался сказать то же самое. Глава закрыл папку и откинулся в кресле. Усталость никуда не исчезла, но мысли наконец переключились с воспоминаний на работу. — Организуй встречу. — Личную? — Да. За окном вспыхнули огни проезжающей машины. Заместитель уже собирался уходить, когда услышал спокойный голос Феликса: — И ещё. — Да? — Удвой наблюдение за ними. — Думаешь, ловушка? Ли несколько секунд смотрел на закрытую папку. — Думаю, человек с такой репутацией ничего не делает без второго плана. — А третьего? На этот раз усмешка вышла чуть заметнее. — У него наверняка есть и третий, Чан. Именно поэтому предложение казалось одновременно таким заманчивым и таким опасным. Иногда самые выгодные сделки стоили дороже открытой войны. Минут через двадцать он всё же вышел из кабинета. Маска снова скрывала лицо. Не та рабочая, чёрная и безликая, а повседневная — спокойное выражение, ровная осанка, уверенный взгляд. Та, которую приходилось носить постоянно. Коридоры штаба встретили его привычным шумом работающей организации. Люди спешили с папками и планшетами, переговаривались у дверей кабинетов, кто-то сверял отчёты прямо на ходу. Несмотря на поздний час, жизнь внутри комплекса не затихала ни на минуту. Заместителя он нашёл возле центрального лифта. — Уже живой? — спросил Бан. — Терпимо. Они двинулись дальше по коридору. По обе стороны тянулись ряды кабинетов. За стеклянными перегородками аналитики изучали карты, финансовые специалисты разбирали потоки денег, операторы связи следили за десятками каналов связи одновременно. Чем дальше они шли, тем меньше место напоминало обычный офис. Толстые двери с кодовыми замками вели в оружейные хранилища. У некоторых стояла вооружённая охрана. Через открытый проход мелькнули металлические стеллажи, аккуратные ряды ящиков и запечатанных контейнеров. Дальше послышались глухие удары. Тренировочный зал. Огромное помещение было залито ярким белым светом. Несколько групп оперативников отрабатывали штурм помещений на специально построенном макете здания. Другие занимались рукопашным боем. Инструктор орал команды так громко, что его было слышно даже в коридоре. Люди двигались быстро, слаженно и жёстко. Не как обычные бандиты. Скорее как бойцы элитного подразделения. — Третий взвод снова гоняют, — заметил Чан, мельком рассматривая отряд через окно. — Вижу, — сложив руки в карманы, Феликс тяжело вздохнул. Он явно не желал сейчас задерживаться на ровном месте. Знает, что работа идёт своим ходом и всё под контролем. Иногда становиться легче от мысли, что в Когараси достаточно командиров, которые знают своё дело. — Их командир жаловался, что новички расслабились. — Значит, недостаточно гоняют. Бан Чан усмехнулся. Они уже собирались пройти дальше, когда навстречу появилась ярко рыжая макушка с острым, как лезвие наточенного ножа, взглядом. Региональный глава Ян Чонин. Многие кто не знают его сразу подумают «Что тут забыл этот молокосос?», но Чонин был из тех, кто имеет достаточно знаний с детства в свои 25, чем некоторые в 40 лет. Он один из руководителей, отвечавший за несколько крупных территорий. — Начальство в сборе, — усмехнулся лис. — Что-то случилось? — Возможно, — ответил Чан, перебирая новые папки в руках. — Насколько возможно? — Нам предложили сотрудничество. Региональный глава заинтересованно поднял бровь. — Кто? — Чонхва. — Никогда не слышал о них. — Слышал бы — удивился бы меньше, — проворчал Ли, отворачиваясь от этого невероятного дуэта. Они продолжили идти уже втроём. — А кто ими руководит? — спросил Ян. Заместитель Бан ответил первым: — Очень богатый и очень умный человек. Контролирует крупную часть своего рынка. Умеет договариваться. Умеет ждать. Почти никогда не действует напрямую. — Звучит неплохо. — Теперь плохая часть, — всё также пробубнел Феликс. Региональный глава Ян посмотрел на него. — Какая? — Он змея, — одним лишь словом некоторые могут понять с чего такие выводы, но раз уж разговор идёт о сотрудничестве, то видимо стоит обьяснить Чонину всю масштабность проблемы. Как бы ему это не хотелось. — Более развёрнуто? — Он врёт так убедительно, что сам начинает в это верить, —закатал глаза Ли. — Уже лучше. — Он способен продать тебе зонтик, пока сам поджигает твой дом. — Очень образно. — Зато очень близко к правде, — на слове «очень» Ли поставил явный акцент протягивая гласные буквы. Чонин перевёл взгляд на Чана. — Настолько всё плохо? — Не совсем. Чан говорил спокойно, без раздражения, в отличии от Феликса. — Он не безумец и не мясник. Договоры соблюдает чаще, чем нарушает. Просто всегда ищет выгоду. Если появляется возможность получить больше, он её использует. — То есть доверять нельзя. — Полностью — нет. — Никогда, — добавил Ли. На несколько секунд воцарилась тишина. Чонин заметил это первым. — Вы знакомы лично? Они оба покосились на главу. Тот молчал. — Давно, — ответил Чан вместо него. — Насколько давно? — С тех времён, когда у них ещё не было собственных группировок. Ян присвистнул. — Серьёзно? — Более чем. Феликс продолжал идти вперёд, глядя куда-то вдоль коридора. Слова Чана постепенно начали звучать всё дальше. Потому что память уже утянула его в прошлое. Когда-то всё было иначе. Без власти. Без территорий. Без сотен подчинённых. Тогда они были просто двумя амбициозными людьми, которые понимали друг друга лучше многих. Не друзьями, но достаточно близкими, чтобы сидеть за одним столом до утра и обсуждать планы на будущее. Достаточно близкими, чтобы доверять. Глупое слово. Доверие. Сейчас оно казалось почти смешным. Он до сих пор помнил тот день. Помнил звонок. Помнил, как понял, что его использовали. Не ради денег. Не ради власти. Просто потому, что так было выгоднее. Одно решение. Одна сделка. Один удар в спину. И всё, что строилось годами, рухнуло за несколько часов. — Феликс? Голос Чана вернул его обратно. Он моргнул. Оказалось, они уже прошли половину комплекса. — Что? — Я спросил, организовывать встречу? Феликс несколько секунд смотрел перед собой. В его голове всё ещё стояло лицо человека, которого он когда-то считал союзником. А может, даже кем-то большим, чем союзником. После чего коротко ответил: — Организовывай. — Даже после всего? На этот раз он усмехнулся и явно это было не к добру. Усталой, холодной и безжалостной усмешкой. — Именно после всего. Потому что если этот человек решил снова появиться в его жизни, значит, игра будет очень большой. А такие вещи никогда не происходят случайно. Прошло несколько дней. Встречу назначили в одном из самых дорогих баров города. Место было нейтральным. Формально. На деле же владелец заведения уже много лет дружил с Феликсом и был одним из немногих людей вне организации, кому тот действительно доверял. Поэтому подготовка началась ещё за сутки. Техники проверили помещение. Оперативники проверили персонал. В закрытом зале второго этажа появились дополнительные камеры и прослушивающие устройства. Настолько незаметные, что большинство профессионалов не нашли бы их даже после тщательного осмотра. Не потому, что ожидалось нападение. Потому что привычка выживать требовала знать больше, чем твой собеседник. Внизу кипела обычная жизнь. Музыка. Звон бокалов. Смех обеспеченных клиентов. Но на втором этаже царила совершенно другая атмосфера. Тишина. Полумрак. Тяжёлый деревянный стол в центре зала. И ожидание. Глава организации Когараси сидел на своём месте уже почти двадцать минут. Снаружи он выглядел абсолютно спокойным. Спина прямая. Взгляд ровный. Лицо непроницаемое. Но под столом пальцы одной руки медленно впивались ногтями в ладонь. Раз за разом. Почти машинально. Не от страха. Страх он давно научился контролировать. Просто внутри не отпускало ощущение чего-то неправильного. Того самого чувства, которое появлялось перед серьёзными проблемами. Интуиция редко говорила с ним словами. Но когда говорила — ошибалась ещё реже. Поэтому сейчас неприятная тяжесть в груди раздражала больше, чем пугала. Он чувствовал её с самого утра. Дверь открылась. Все взгляды мгновенно переместились ко входу. В зал вошёл второй глава. Один. Без телохранителей. Без помощников. Без адвокатов и переговорщиков. Только он сам. Дорогой тёмный костюм. Спокойная походка. И та самая лёгкая улыбка человека, который всегда знает немного больше остальных. Он остановился у стола. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Слишком много общего прошлого стояло между ними. Слишком много того, о чём никто не собирался говорить вслух. — Давно не виделись, — произнёс гость. — Давно. Он сел напротив. Тишина растянулась ещё на несколько секунд. Хван мельком осмотрел помещение. Затем его взгляд остановился на людях за спиной хозяина встречи. Заместитель. Региональный глава. Один из оперативников. Все трое сохраняли невозмутимость. Но собеседник сразу всё понял. По его лицу ничего не изменилось. Только взгляд стал чуть внимательнее. Он откинулся на спинку кресла и замолчал. Полностью. Словно разговор на этом закончился. Минута. Две. Тишина становилась всё тяжелее. Чонин уже начал хмуриться. Чан внимательно наблюдал за гостем. А их босс неожиданно понял причину. Старый знакомый не собирался говорить. Не здесь. Не при свидетелях. Неважно, насколько они были доверенными людьми — это был не вопрос безопасности. Скорее принцип или демонстрация. Он слегка повернул голову. — Оставьте нас. Чонин удивлённо посмотрел на него. — Всех? — Всех. Оперативник первым сделал шаг назад. Бан Чан остался стоять. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. — Уверен? — тихо спросил он. — Да. Чан перевёл взгляд на Хвана. Тот наблюдал за происходящим с ленивым интересом, будто заранее знал, чем всё закончится. — Хорошо. Через минуту дверь закрылась. Они остались вдвоём. За стенами всё ещё работали камеры, прослушка продолжала записывать каждое слово. Но атмосфера изменилась мгновенно. Будто из комнаты исчез лишний воздух. Хёнджин некоторое время молчал. Потом посмотрел на дверь. И впервые за весь вечер его улыбка стала настоящей. — Вот теперь можно разговаривать. Хозяин встречи медленно переплёл пальцы перед собой. — Ты никогда не меняешься, — со стороны, безразличность в голосе Феликса звенела как сталь, но внутри всё было совсем наоборот. — А ты всё ещё делаешь вид, что людям доверяешь. На секунду между ними мелькнуло что-то старое. Отголосок тех времён, когда они сидели за одним столом не как противники. Сердце отдачей сделало внушительный переворот. Именно это чувство не понравилось ему больше всего. Потому что интуиция внутри словно сжалась ещё сильнее. Будто предупреждая: настоящая причина этой встречи ещё даже не прозвучала.