Всё наоборот

Они вернулись в беседку для проведения раунда переговоров, как иронично  заметил Серкан. Птицы в саду щебетали так оглушительно, словно те самые папарацци, которыми он только что так старательно пугал сидящую напротив него девушку. А она всё медлила с ответом и с каждой минутой становилась всё более расстроенной. И он вдруг пожалел, что решил сыграть в свои игры с этой удивительной девушкой – такой славной, чистой, несколько наивной и открытой всему миру. Мир этого, ей-богу не заслуживал. Не говоря уж о нем… - Эда, я…, - начал он, сдаваясь, но она не дала ему договорить. - Серкан! – она вскинула голову. – Прости за то, что вовлекла тебя в этот кошмар. Если ты можешь что-то предложить, я готова выслушать. - Ты уверена? - Конечно! Я сама во всём виновата и сама постараюсь всё исправить. - Не пожалеешь? - Жалею лишь об одном: что встретила тебя там, на помолвке… - Ничего себе! – уязвленно хмыкнул он, а она подняла пальчик вверх: - Я договорю: встретила и вовлекла в эту дурацкую авантюру. Жалею лишь об этом. Об остальном…, - она смутилась. – Всё остальное было… - Договаривай, Эда. Не люблю незаконченных предложений. - Остальное было замечательно, - негромко сказала она, пристально глядя на него. - Ну…, я тоже считаю наше знакомство отличным поводом …сыграть в интересную игру, - аккуратно договорил он. - Итак? – она положила сплетенные в замок руки на стол, всем видом выражая готовность исполнить задуманное. Он кивнул: - Обсудим наш план действий. Я расскажу своё видение вопроса, потом ты добавишь пожелания и соображения. Придем к консенсусу и приступим к выполнению. Он старался выглядеть деловым, несколько отстраненным. Чтобы она ни в коем случае не поняла, каким ликованием он переполнен сейчас. Эта девушка будет рядом с ним. Да, пусть она думает, что это игра. Пусть вообще думает, что хочет. Пусть надеется на эту свою поездку в Италию. Пусть рассчитывает сбежать от него. Он сделает так, что она без него дышать не сможет. - …Значит, первое и самое главное: кольца. У меня есть знакомый ювелир. Можем заехать к нему в салон, либо я приглашу его подъехать к нам, как пожелаешь. - Зачем такие сложности? Можем съездить. - Принято. Дальше: я должен представить тебя родителям. С этим проблем возникнуть не должно. Формальность, не более. Не волнуйся, я возьму всё на себя и избавлю тебя от неприятных вопросов моего отца. - Отца? - Да. Я уже тебе говорил: у нас не слишком тёплые отношения с ним. Короче говоря, ему не нравится всё, что бы я ни делал. Я уже к этому привык. - Почему так? - Долгая история, - поморщился он, а она иронически подняла брови, напомнив его реплику: - А мы куда-то торопимся? Она склонила голову набок и посмотрела на него своими завораживающими темными глазами. Он снова поддался её невероятному магнетизму и медленно начал: - У меня был старший брат, Альп. Лучший человек на земле. Я восхищался им, стремился быть на него похожим. Бегал за ним, как… как щенок… Когда мне было тринадцать, он…, - голос его предательски дрогнул, - он заболел и умер. Отец… очень любил его, гораздо сильнее чем, меня. А после его смерти отослал меня из дома в пансионат. Видимо, не мог пережить, что я жив-здоров, а моего брата больше нет. Серкан резко вышел из-за стола и отвернулся, пытаясь справиться с чувством потери, которое всегда охватывало его при воспоминаниях о любимом брате. С чувством несправедливости из-за неприязни отца, которую он ощущал все эти годы. Острота переживаний не смягчалась, а словно бы усугублялась со временем. Он вдруг почувствовал на плечах тёплые ладошки и, вздрогнув, развернулся. Она стояла совсем близко, глядя на него с сочувствием и теплотой. К горлу подкатил комок, и он запоздало удивился этому: он всегда прекрасно умел справляться с собой. Но не сегодня. Она раскрыла объятия, и он, сделав к ней шаг, обнял её, согреваясь её теплом. - Прости, что я задела эту тему, - тихо сказала она возле его уха, и он отстранился, покачав головой: - Странно ты на меня действуешь. Взял и выложил тебе всё. Незнакомому человеку. С чего вдруг такое доверие? - Я милая, - тепло улыбнулась она. – И не волнуйся, я никому не скажу. Ну, - прищурилась смешливо, пытаясь сбить напряжение момента, - если только парочке папарацци. - Эда! - Ой, всё! Шутка же! Она рассмеялась, и он почувствовал, как легко с него слетает горечь воспоминаний. И изумился. Она действовала на него как мгновенное обезболивающее. Удивительная девушка… Он смотрел на неё, не отводя глаз, и она, склонив набок голову, спросила: - Ты чего? Он пожал плечами, отводя взгляд: - Всё нормально. Ты же рассказала мне о своей жизни, а я должен был рассказать о своей. Ладно, мы отвлеклись от темы. Продолжим? - Если только ты пришел в себя, - заметила она, а он усмехнулся: - Ну, меня не так-то просто выбить из седла. Так. Следующее: я должен опять поговорить с твоей бабушкой и убедить её в серьезности намерений. Не вздыхай, я смогу её очаровать. При необходимости я умею быть обаятельным. - Это я уже поняла, - покраснев, кивнула она и отвела глаза. - Намекаешь на поцелуй? - Не напоминай. - Отчего же? Если мы не будем целоваться на людях, нас заподозрят в притворстве. - Ты серьезно? – ахнула она, и он рассмеялся: - Не пугайся, я шучу, – потом прищурился. - Или нет. В любом случае, если возникнет ситуация…, я готов. - Давай дальше, - быстро сказала она, уходя от опасной темы. - Окей. Дальше. Участие в мероприятиях. Я посоветуюсь с Лейлой, моей личной помощницей, и она составит список самых значимых в ближайшее время событий, где нам надо будет показаться. И ещё один важный момент: я должен познакомить тебя со своими друзьями, а ты введешь меня в свой круг. Вроде бы всё. Если что-то возникнет по ходу действия, мы решим это вместе. Хочешь что-то добавить? - Последний пункт, который всегда указывают в конце договора. - Это какой? Расписаться кровью? - Почти. Срок нашего …притворства. Когда нам можно будет расстаться, чтобы не вызвать ажиотажа в прессе? - Расстаться… Мы ещё и не были вместе толком, а ты уже о расставании начинаешь... - Смешно. Серкан, я серьезно. Неделя? …Что, две? - Это мало, Эда. - Почему? Ты же не премьер-министр и не кинозвезда, чтобы о тебе так долго говорила пресса. - Боюсь, что я гораздо хуже в этом плане. -… - Эда, тебе не о чем беспокоиться. Я надежный партнер, договоренности свои всегда выполняю. Я сообщу, когда всё это утихнет. - Ладно, мы поступим вот как. Я через своих итальянских однокашников постараюсь найти работу там. Подготовлю резюме, отправлю. Как только место найдется, я уеду. Вот всё и закончится к обоюдному удовольствию. Он смотрел на неё, не ожидая, что она так изящно решит вопрос. Вот значит как, Эда? Ну-ну. Вслух же протянул: — Тогда ты окончательно похоронишь мою репутацию в глазах общества. — Что это значит? — Получается, за полгода меня бросили две девушки. Значит, я — либо тиран-тиран, либо самодур, либо… последнее даже озвучивать не буду, для мужчины это слишком оскорбительно. — Серкан! — Ну что? Я правду говорю. — Тогда… мы не скажем, что расстались. Я просто уеду. А ты будешь говорить, что поддерживаешь желание своей невесты попрактиковаться в профессии. Или скажешь, что открываешь филиал своей фирмы в Европе. В общем, мы не то сейчас обсуждаем. Я пока не нашла работу и никуда не еду. То есть еду, но домой. Бабушка с ума сходит, наверное. — Едем. Но сначала — кольца. *** Знакомый хозяин ювелирного салона рассыпался в восторженных и цветистых эпитетах перед важным и давним клиентом и выложил перед ними самые роскошные кольца с невероятных размеров камнями. Но Эда лишь отрицательно покачала головой: это уж слишком. Тогда хозяин, озаренный догадкой, принес экземпляры колец, сделанных его знакомым художником. Серкан указал на украшение с розовыми бриллиантами в виде цветка, и Эда засмотрелась, завороженная изяществом и красотой перстня. Он взял её пальчики и очень медленно надел ей кольцо, задержав в руке её тёплую ладошку и глядя ей прямо в глаза. Она смотрела на него своими огромными глазами, и он почувствовал, как уплывает. Привел его в чувство хозяин, поинтересовавшись, каковы будут предпочтения жениха. Для себя он выбрал простой платиновый обруч. Кольца Серкан не носил, но здесь сделал исключение, причем с удовольствием. Хозяин поинтересовался, нужна ли гравировка, и Серкан, посмотрев на Эду, попросил написать на кольце её имя. А она в этот момент разглядывала свое кольцо, чуть поворачивая руку и любуясь игрой света на гранях цветка. Когда они вышли из салона, его телефон разразился торжествующим «We are the champions!» — Прости, мой партнер звонит, — сказал он, нажимая на отзыв. — Брат, ну наконец-то! Звоню тебе полдня! Ты куда вообще пропал?! — заорал в трубке Энгин. — Я новости про тебя узнаю из интернета, это вообще нормально? Друг, называется! Офис стоит на ушах! Пиар-отдел меня уже четвертовал! Да ещё и проблемы с нашим главным ландшафтным дизайнером Денизом. — Так, вот с этого места поподробнее, — нахмурился Серкан. — Этот гений поперся полазать на скалы и ухитрился навернуться с высоты да так, что руку сломал. Теперь ни петь, ни рисовать. И наш проект экологического отеля горит синим пламенем. Где мы в разгар сезона найдем нормального дизайнера, фиг знает! — Ладно, брат, позвони госпоже Идиль, она всегда нас выручала. — Звонил. Идиль улетела в Англию на какой-то крупный проект. Сказала, что вряд ли сможет помочь. — Так, супер. Дай мне время подумать. Я сейчас приеду. Он сбросил вызов и раздраженно постучал трубкой по лбу. Эда встревоженно спросила: — Что-то случилось? — Наш ландшафтник вообразил, что он гений скалолазанья, и сломал руку. Теперь мы на время без работоспособного дизайнера… — То есть вам срочно нужен ландшафтный дизайнер? — Не то слово. Я ума не при… Стоп! Эда! — Без проблем, — пожала она плечами. — Так это же супер! Он на радостях подхватил её в объятия и крутанул, а она, ойкнув, обхватила его за шею, чтобы не упасть. Он замер, ощущая её близость, её тепло, её запах, от которого у него несколько закружилась голова. Поняв, что теряет контроль над собой, он отпустил её и пробормотал: - Эда, ты… ты нас здорово выручишь. Она отвела глаза и смущенно кивнула: - Мне не сложно, правда. Чтобы несколько сбить неловкость, он заметил: — Кстати, выполним один из пунктов наших договоренностей. — Это который? — удивилась она. — Про работу мы вроде не договаривались. — Познакомлю тебя со своими друзьями. Я в лучших традициях современности, чтобы не терять времени, работаю со своими друзьями, я рассказывал. Так что не трачу лишнее время на дополнительное общение. — Надо же какой ты продуманный. Значит, твоя бывшая была права? — Насчет чего? — Ты трудоголик, — обличающе заявила она, уставив на него пальчик. А он рассмеялся: — Ну, всё не так критично. А Селин сказала это всего лишь из желания досадить. Ну что, поехали в «Арт-Лайф»? А потом сразу к твоей бабушке. В офисе неожиданно у всех сотрудников появились какие-то дела в основном рабочем зале, и опен-спейс на первом этаже гудел как улей. Причем шум стих, как только они вошли в двери. — Приветствую, — начал Серкан и, отвечая на любопытные взгляды собравшихся, кивнул в сторону своей спутницы. — Позвольте представить: моя невеста Эда Йылдыз. — Наслышаны… Добро пожаловать, — раздались нестройные голоса. Вперед выступил Энгин, партнер Серкана, и, ухмыльнувшись, протянул руку Эде: — Рады вас видеть! Та ответила на рукопожатие с широкой улыбкой. — Значит, у вас тут проблемы, да, Энгин? Кризис? — язвительно поинтересовался Серкан окидывая взглядом своих сотрудников, которые глазели на его спутницу. — Ну, а что ты хотел, брат? — повернулся к нему Энгин. — Завалил весь интернет новостями. Мы за тебя переживаем всем коллективом! — Лучше бы вы о работе переживали, — буркнул Серкан, нахмурившись. Его друг так смотрел на Эду, что в горло внезапно толкнулась ревность — странное, непривычное и неуместное чувство. — Да, по поводу работы! — стукнул себя ладонью по лбу Энгин. — Что будем делать с дизайном? Все готовые эскизы я передал в работу, но сейчас вопрос по ландшафту территории. Дениз что-то начал делать, но совсем начерно. Короче, горим. Ты что-то придумал, брат? — Ну, конечно, я что-то придумал, а как иначе? Серкан взял за руку Эду и вывел перед всеми: — Вот, знакомьтесь! — Да мы ж уже познакомились, — недоуменно нахмурился Энгин. — Вообще-то не совсем. Эда — ландшафтный дизайнер, училась в университете в Италии. Она любезно согласилась нам помочь, пока наш… скалолаз не оклемается. Энгин вытаращился на Эду, которая смущенно рассмеялась: — Да, я готова. Покажете мне, что нужно сделать? Они вчетвером: Эда, Серкан, Энгин и Перил, их дизайнер интерьеров и третий партнер фирмы, прошли в конференц-зал, где на большом столе были разложены чертежи, фотографии, эскизы. Перил, оттеснив Энгина, придвинула к Эде чистый лист бумаги, потом показала на чертеже проекта область, которая была только схематично отображена: — Вот здесь нужно что-то придумать, это территория отеля. Дениз начал разработку, но ничего интересного не успел придумать. — Зато придумал, как на скалу залезть, — съязвил Серкан. — Он сказал, что ему надо расслабиться, — горячо воскликнула Перил, видимо продолжая незавершенный спор, — и тогда решение придет само собой! — Да-да, давай защищай его! Всегда на его стороне! — завелся с пол-оборота Энгин. — Голову ему, видите ли, надо было расслабить! Я бы ему что-то другое расслабил! — Да уж, у тебя не заржавеет! — отрезала Перил, взмахнув руками. — Бесчувственный человек! — Может, хватит? — прервал их Серкан, и Энгин проглотил гневную тираду, готовую сорваться с губ, но очень красноречиво отразившуюся в его взгляде, которым он испепелял свою рыжеволосую коллегу. С трудом отведя от неё взгляд, он пробормотал: — Ладно, что уж теперь. Эда, спасайте нас, если можете, на вас вся надежда. Она же во время перепалки сосредоточенно разглядывала чертежи. При этих словах подняла голову и улыбнулась: — Я попробую. Здесь вообще-то можно много интересного сделать… Сейчас. Она опустилась на стул, взяла остро-отточенный карандаш, разгладила ладошками лист бумаги и замерла на минуту, а после быстрыми точными штрихами набросала эскиз и подвинула к ним: — Ну, вот, например, так. Энгин, онемев, смотрел на рисунок. Перил склонилась, внимательно разглядывая эскиз. Серкан, нахмурясь, закусил губу, глядя на то, что она изобразила. — Что-то не так? — настороженно спросила Эда, глядя на окружавших её архитекторов снизу вверх. — Ладно, давайте, я еще что-нибудь придумаю, — и она потянула к себе другой лист. Но её остановил Энгин, который прервал молчание восторженным: — Вай-вай! Серкан, брат ты мой дорогой, где ты отыскал такое сокровище? Эда, вы… И он от переизбытка чувств разразился бурными аплодисментами. — Эда, это, действительно, очень хорошо, — кивнула Перил со скупой улыбкой, бросив неодобрительный взгляд на своего эмоционального коллегу. — Кажется, с вашей помощью проект спасен. Отличная идея. Эда перевела взгляд на Серкана, который, единственный из присутствующих, пока не сказал ей ни слова. — А тебе… нравится? …Серкан. Он молча продолжал рассматривать её эскиз, и улыбка сошла с её лица. Наконец он покрутил шеей, словно ему жал воротничок: — Хорошие линии. Очень профессионально. Потом серьезно посмотрел ей прямо в глаза: — Я потрясен. Честно. Эда облегченно рассмеялась: — Ну, ты напугал. Я уж думала, что провалилась. — Это невозможно. Он продолжал смотреть на неё, а она покачала головой, забавно сморщив носик: — Я рада, если смогу помочь. Перил хлопнула в ладоши: — Чудесно! Эда, когда вам будет удобно начать? — У нас, кажется, есть немного времени, так что прямо сейчас, — пожала та плечами и вопросительно перевела взгляд на Серкана. — Так ведь? А он перевел взгляд на её эскиз. Потом, спохватившись, ответил: — Д-да, у нас есть время… — он вскинул руку с часами к глазам и кивнул, — пара часов, если не возражаешь. А потом нам надо ехать. Эда кивнула и с заговорщическим видом пробормотала так, чтобы слышал только он: — Надеюсь, этого времени для бабушки будет достаточно, чтобы она остыла и не поубивала нас. — А что, она может? — усмехнулся Серкан, продолжая смотреть на неё, как на незнакомку. Эда прыснула в ответ: — Ещё как может!   Он и вправду смотрел на неё новыми глазами с того момента, как она играючи летящими быстрыми, но очень точными штришками набросала классную идею, которая вроде лежала на поверхности, но ни Дениз, ни он, Серкан, до неё не додумались. А она за пять минут сделала маленькое чудо. И еще он вдруг понял: она недаром училась столько времени. Она — удивительный талант и очень крепкий профессионал. И это вносило некоторый новый фактор в его к ней отношение. А именно: опасение, что она действительно без особого труда найдет работу в Италии. Её однокурсники и преподаватели прекрасно знают, чего она стоит, и всеми силами захотят заполучить её себе. Он, как и Энгин, задавался вопросом: откуда на него свалилось это сокровище. Что ж, откуда бы она ни взялась, он её теперь уж точно не отпустит. Несмотря на всех итальянских деятелей. — Эда, где вам будет удобнее работать? — спросила Перил. — Могу провести вам экскурсию по офису, и вы выберете рабочее место. — Не надо ничего выдумывать, — прервал он Перил. — Ну…, в смысле, экскурсию проведи, а работать моя невеста будет здесь, в этом кабинете. Если возникнут вопросы, я смогу без лишних проволочек подсказать. Ну…, тут, короче, будет удобнее всего, — сбился он в конце концов. Эда смотрела на него с легкой улыбкой, и ему показалось, что она видит его насквозь. Но она лишь пожала плечами: — Как скажешь, — и отправилась за Перил на экскурсию по зданию. А он опустился в свое кресло, открыл ноутбук и уставился в него невидящими глазами. Сам же невольно посматривал в приоткрытые двери конференц-зала, ожидая, когда Эда вернется. — Господин Серкан, — в двери ворвалась Лейла, нагруженная кучей разноцветных папок разной степени толщины. — Вот здесь ваше расписание. Вот это на подпись. Тут телефонограммы. Это срочно. А это — очень срочно. Здесь уже просрочено… — Лейла, — прервал он её, — у меня к тебе дело. — Я слушаю, господин Серкан. — Мне нужно вывести мою невесту в общество. Подготовь список мероприятий, где будет наибольшее количество прессы и посетителей. — Господин Серкан, о вас и так уже гудит весь интернет, так что это они в очередь встанут, чтобы вы посетили их мероприятие, — засмеялась Лейла. Он посмотрел на неё, и она кивнула: — Я поняла. — Дальше. Передай Джерен из пиар-отдела, чтобы подготовила пресс-релиз по моему новому статусу в связи с помолвкой. — А… почему Джерен? Разве вашим личным брендом не госпожа Селин занимается? — Отныне этими вопросами будет заниматься Джерен. С Селин я всё обговорю. — Поняла. — Забронируй нам столик на сегодняшний вечер в том итальянском ресторане, где мы делали дизайн. — Хорошо. Он перечислил еще несколько задач, а сам всё посматривал, не идет ли Эда. Только вместо Эды в кабинет ворвался Энгин. Лейла унеслась исполнять его поручения, а он уселся рядом, пристально глядя на Серкана. Тот поднял брови вопросительно, и Энгин, прищурившись, спросил: — Ну? — ??? — Откуда взялась эта девушка? Вы когда это успели обручиться? Почему я узнаю обо всем последним? Мы друзья или где? Серкан, чего молчишь? — Энгин, давай потом, а? — недовольно поморщился он. — Потом? Когда — потом? Когда ты женишься и заведешь пару детишек? Что у тебя за секреты такие от меня? Я думал, что я твой лучший друг, а ты меня так кидаешь! — Я тебя не кидаю. Даю слово, что расскажу обо всём. И вообще всё не то, чем кажется. — Ах, вот так вот? Я уж и не знаю, что думать. По меньшей мере, пять разных версий прочел о твоей тайной помолвке. Главная, конечно, та, что ты обручился назло Селин с первой встречной. — У папарацци с фантазией хреново. Говорю же, всё было не так. — А, кстати, как Селин отреагировала? — Так же, как и твой интернет: решила, что я сделал это назло ей. Да ещё и объявил о своей невесте на их торжестве. Обвинила меня, что специально явился на её помолвку. — И всё же: откуда взялась эта девушка? — С неба, — усмехнулся Серкан. — Фамилия её «звезда», вот. — Значит, говорить не хочешь? Я понял. Запомнил. Ответишь. Давай сегодня вечером? Покатаем шары на бильярде. Как тебе? — Пока не знаю. У меня планы на вечер. — Ну, нет, Серкан! А как же наше холостяцкое братство?! Ты прицепишься теперь к юбке и всё? — Энгин. Меня целый день не было в офисе, у меня куча дел. — Ты от меня так не отвертишься! — ткнул в него пальцем Энгин, и Серкан кивнул: — Да я понял. Даю слово, всё расскажу! У дверей послышались быстрые шаги, и в конференц-зал вошла Эда. Энгин поднялся, демонстративно задвинул кресло и, улыбнувшись ей, вышел прочь. Девушка посмотрела ему вслед и села у противоположного края огромного стола, где её уже ждала стопка листов и карандаши. В кабинет вошел парень из айти-отдела, принес рабочий планшет и положил возле неё, и она с улыбкой кивнула. Серкан, также поблагодарив айтишника, поднялся с места и подошел к Эде. Она вопросительно взглянула на него, а он вынул из внутреннего кармана небольшую коробочку и положил перед ней. — Опять подарок? — протянула она и, открыв, коробочку, счастливо рассмеялась. — Ух ты, какая классная ручка! — и игриво подняла брови. — Вы так меня избалуете, господин жених. И что потом будете делать с такой капризной невестой? Он наклонился ближе и оперся ладонями на стол: — А позвольте полюбопытствовать, милая моя Эда. Я, конечно, не специалист, но у меня такое впечатление, что вы флиртуете со мной. — Не смею отрицать очевидного, — прищурилась она, кусая губы, чтобы сдержать смех. — То есть я могу ответить тем же? Тем более за нами весьма пристально наблюдает весь офис. — Откуда знаешь? — недоуменно подняла она брови, взгляд метнулся в сторону приоткрытых дверей. — Ты же туда даже не смотришь. — Слышишь? — поднял он палец. — Что? — Тишина. — И? — Они замерли в ожидании, поцелую я тебя или нет. — Ну, уж нет! — поморщилась она. — Как это нет? — нахмурился он в ответ. — Эда! Ты что, хочешь сорвать рабочий процесс моего славного коллектива? — Не хочу, конечно. — Тогда я целую? — Ну…, в щёку, ладно, — сдалась она и подняла к нему лицо. Он нежно взял её за подбородок и осторожно поцеловал в уголок губ. — Это не щека, — прошипела она. А он поднял брови: — Правда? Видимо, я прогулял этот урок анатомии. — Вот щека, — Эда чмокнула его куда-то возле уха, он поёжился, а она рассмеялась, довольная своей выходкой. За пределами кабинета всё пришло в движение, зашуршали бумаги, офис наполнился сдержанным гулом голосов, сотрудники с облегчением вернулись к работе. Серкан выпрямился, продолжая смотреть на неё сверху вниз. Что ж, время для исполнения их договора будет долгим. А она уже погрузилась в работу, словно забыв, что вот только что поцеловала его.