Under the dim red light

— Извини, что не встретил тебя, когда ты приехала, — прошептал Том, когда они закружились в танце. Стар неохотно опустила руку в перчатке ему на затылок, слегка задев палочкой его плотный плащ. Другую руку она соединила с ладонью Тома. Тот улыбнулся ей, показав один клычок. — Я подумал, тебе это не понравится, и решил дать тебе освоиться, прежде чем покажусь. Стар кивнула, глядя куда угодно, только не на него, и пробормотала: — Всё нормально, меня было кому проводить. Она закатила глаза, когда Том незаметно шмыгнул носом, явно не обрадованный этой новостью. Они продолжали танцевать молча. Стар всей душой желала не возобновлять разговор, но у Тома, похоже, сегодня было слегка болтливое настроение. — Ты прекрасно выглядишь сегодня, Звёздочка. — Да неужели? Рад, что тебе удалось меня нарядить? — язвительно подколола она. Том вздрогнул, отвёл взгляд и слегка кашлянул, пытаясь скрыть смущение. «Он такой предсказуемый», — с досадой подумала она. Стар вздохнула и снова посмотрела Тому в глаза. Демон улыбался ей, пусть и немного натянуто. Она не смогла заставить себя улыбнуться в ответ искренне; её губы растянулись в знак протеста, и вышло, как ей показалось, совсем неловко. Поэтому она бросила эту попытку. У неё не было ни желания, ни интереса потакать ему, ведь он был наполовину виновен в том, что она так ненавидит находиться на этом балу прямо сейчас. Она снова отвернулась. Боковым зрением Стар заметила, как он пытается что-то сказать, открывая и закрывая рот, словно вытащенная из воды рыба. Это раздражало её сильнее обычного, поэтому она шумно вздохнула и повернулась к нему лицом. — Что такое, Том? — раздражённо спросила она и снова закатила глаза (количество раз, которое она сделала это за вечер, уже начинало пугать), когда он буквально просиял, а его улыбка стала чуточку ярче. — Я... ты... — он запнулся, явно не находя слов, и, прежде чем смущённо посмотреть на неё, прочистил горло. Полный контраст с его величественным видом. Как бы он ни выглядел, она всегда считала, что за этим скрытым демонским темпераментом прячется огромный недотёпа. Воспоминание об этом едва не заставило её фыркнуть. Том продолжил, теперь уже более нерешительным тоном. Стар скептически изогнула бровь. — Я слышал, ты жила на Земле и отлично проводила время. Поэтому я разузнал кое-что о традициях этой планеты ради бала. Мы не... то есть, мы решили сделать это место более уютным, пригласив побольше знакомых тебе гостей... так что тебе... тебе понравилось? Стар прикусила нижнюю губу, услышав этот полный надежды тон — он всегда так отчаянно пытался угодить ей во всём, что делал. Эту привычку было легко заметить, несмотря на то, сколько лет прошло с тех пор, как они расстались. Раньше это казалось очаровательным, да и сейчас в чём-то оставалось таким, но в данный момент её лишь раздражал тот факт, что всё это место было обустроено с целью произвести на неё впечатление. А учитывая, к чему в итоге приведёт эта ночь и чем она может закончиться, её первоначальная неприязнь усилилась вдесятеро. Она отвернулась, позволяя Тому вести её в медленном танце. Теперь они были ближе, их тела разделяли какие-то три дюйма. Она заметила, что на середине песня сменилась: оркестр заиграл элегантную балладу, под которую пары могли двигаться не торопясь, в отличие от прежней быстрой музыки. — Ну, сойдёт, наверное. Улыбка Тома дрогнула, но Стар видела, как он изо всех сил пытается сдержать реакцию. Он снова прочистил горло. — ...Как твои дела? «Ужасно», — без колебаний подумала она, не в силах совладать с подступившей мелочной досадой. Это было то уныние, в котором не был виноват конкретно Том, но которое целиком зависело от её сегодняшней роли, от самого смысла её присутствия здесь. Ну и, как следствие, Том теперь тоже стал частью её раздражения. Существовала вероятность, что её привяжут к тому единственному, чего она так не хочет, и всё это будет зависеть от грёбаной Кровавой Луны, которая вздумает свести её с ним. В самой возможности духовной связи с Томом не было ничего плохого. Проблема была не в нём. Если бы в мире остался всего один парень, с которым Стар заставили бы связать душу, Том, пожалуй, был бы далеко не самым худшим вариантом. Но это не означало, что она была согласна с тем, чтобы её лишили права выбора, предоставив решать за них какой-то там магической луне. И если это каким-то образом сбудется, у Стар практически не останется другого выхода, кроме как уступить. Стар помнила времена, когда они были вместе. Это были не самые худшие её отношения, но и закончились они не лучшим образом. Впрочем, насколько она помнила, веских причин для их продолжения тоже не нашлось. У него были проблемы, и у Стар было что сказать по поводу этих самых проблем. Она не была идеальной, знала, что и он тоже, как и сами их отношения. Она даже могла признать, что плохое перевешивало хорошее, но в конечном счёте этого оказалось недостаточно, чтобы она осталась. И, скорее всего, дело было в ней самой. Она и раньше ловила себя на этой мысли. Потому что Том был хорошим парнем. Он был увлечён ею, зациклен так, что это граничило с излишеством (но не в плохом смысле, ведь она понимала: он просто такой, так он проявляет заботу). Это просто вступало в конфликт с её желанием исследовать мир и быть свободной. Обладать властью над собственной жизнью, чего статус принцессы Мьюни всегда её лишал. А Том был принцем. Как ни крути, их отношения всегда имели политический подтекст. С этим ничего нельзя было поделать. Тогда для неё это всё стало слишком серьёзным. Когда они расстались, они были зелёными подростками, да и сейчас ими оставались. Дети, невероятно незрелые, и ей хотелось оставаться такой как можно дольше, пока это было позволительно. Пока у неё была свобода. И Стар знала, что нет никакого смысла восстанавливать мост, который однажды рухнул между ними. Судя по натянутой улыбке Тома, Стар молчала слишком долго. — У меня всё хорошо, как видишь, — начала она, тщательно подбирая слова, но не в силах сдержать снисходительный тон. — Вот, счастливо танцую в твоих руках, — добавила она весело, но фальшиво. Том нахмурился, его губы поползли вниз. — Брось, Стар, я не видел тебя целую вечность... Я просто искренне хочу знать, как ты поживаешь, — беззащитно произнёс Том. Она проигнорировала эту молчаливую мольбу. Если он хотел поболтать по душам, ему не следовало подсовывать ей этот дурацкий браслет, который она была вынуждена принять, позволив его матери разыграть ту сцену чуть ранее. Может, тогда у неё нашлось бы желание и убавилось раздражение, чтобы просто поговорить. — Ты ведь больше не отвечаешь на мои сообщения и звонки. Я понятия не имею, как ты... Стар фыркнула. — Да уж, действительно, с чего бы это? Том остановился, и Стар вслед за ним. Их внезапная остановка осталась незамеченной в море танцующих пар, а приглушённый голубоватый свет создавал отличную маскировку, скрывая то, как яростно они смотрели друг на друга. Ощутимое напряжение нарастало, и ни один из них не собирался отступать. Глаза Тома сузились. Он смотрел не на неё, а скорее себе под ноги, затем с силой зажмурился и сделал вдох через нос. Наконец, он выдавил улыбку. Стар видела, насколько она была хрупкой и неестественной, но воздержалась от комментариев. Том снова повёл Стар в танце. — Ну же, Звёздочка, я ведь стараюсь, — сказал он вполне серьёзно. Стар ничего не ответила, но он продолжил. — Я ходил на курсы по управлению гневом, чтобы стать лучше, как и говорил. Я отношусь к этому максимально серьёзно. Я... я не злился уже 59 дней подряд, можешь спросить у Брайана... Я просто хочу, чтобы ты знала: я пытаюсь. Я уже не... не тот парень, каким был раньше... Стар прикусила нижнюю губу. Ей становилось не по себе, она отчаянно желала, чтобы Марко оказался здесь. Она принялась лихорадочно высматривать своего лучшего друга, надеясь, что он ворвётся и прервёт это зрелище, как она и представляла в своих мыслях. Но Марко нигде не было видно. Были только Стар и... Том. Она вздохнула, изрядно устав от всего этого. — Ты говоришь так, будто я не ценю твои усилия. Том отвернулся, его губы вытянулись в тонкую линию, а голос прозвучал почти уязвлённо. — Разве нет? Потому что со стороны кажется, что тебе плевать. Она мгновенно вспыхнула и уставилась на него. — Я была бы рада, если бы ты не использовал всё это только для того, чтобы вернуть меня, Том! Том нахмурился под маской, его следующие слова прозвучали натянуто: — И что в этом плохого? Ох, он невыносим! — Прекрати, мы не будем устраивать это... вот это всё! Выяснять отношения посреди бального зала! — прошипела она себе под нос. Она почувствовала, как Том оцепенел, опустив взгляд. Вид его болезненного разочарования не укрылся от глаз Стар. — Тогда... ох, извини, моя ошибка... Я, я не хотел давить на тебя, я просто... — Том осёкся на середине своих процеженных сквозь зубы слов, после чего отвернулся и тихо добавил. — Но когда ты вообще дашь мне шанс? Ты... ты отшиваешь меня прежде, чем я успеваю вставить хоть слово, как я должен понять... — Потому что я знаю, чего ты хочешь, — перебила она его, стараясь не поддаваться закипающему раздражению, которое неизменно вырывалось наружу, стоило этой теме всплыть на поверхность. — Ты хочешь, чтобы мы снова были вместе, ты и я. А я устала с этим справляться... Том стиснул зубы, даже не пытаясь это скрыть. — Устала? Или ты просто больше не хочешь меня? Звёздочка, я изменился... — Так, хватит. Ради всего Мьюни, просто замолчи! — она едва сдерживалась, чтобы не сорваться на крик. Том замолчал, его губы сжались в плотную линию. Если бы кто-то имел хоть малейшее представление об их разговоре, они, должно быть, выглядели бы безумцами, при этом грациозно кружась по паркету. И когда, чёрт возьми, закончится эта песня?! — Видишь, в чём твоя проблема? Ты говоришь «никакого давления», но как тогда быть с браслетом? Твоя мать буквально объявила меня твоей потенциальной невестой на глазах у всех, а я просто стояла там, лишённая выбора. Ты лучше кого бы то ни было знаешь, как сильно я ненавижу, когда у меня отнимают свободу выбора, и это вовсе не... боже. Она сделала вдох через нос, пытаясь взять себя в руки. Затем она продолжила тише, побеждённо уткнувшись лбом в его плечо. Она даже не пыталась притворяться, что это её не задевает — напряжение между ними медленно высасывало из неё силы. Она тихо вздохнула, уткнувшись в его жилет. Знакомое тепло странным образом успокаивало, и она понимала: это потому, что она всё ещё ценит его как друга, пусть даже он и не нравился ей в качестве бывшего. — Это не то, чем можно меня вернуть, уж точно нет. Если ты, конечно, вообще пытаешься это сделать. То, что было между нами в прошлом, закончилось лучшим для нас образом... Пожалуйста, не... не порти это. Ты всё ещё нравишься мне как друг, Том. Правда. Большую часть её тирады Том молчал. Она пыталась успокоить расходившиеся нервы, прижимаясь к его груди, так как этот разговор её окончательно вымотал. Пока вдруг не почувствовала, как ладонь легла ей на затылок, нежно поглаживая по волосам. Невероятное чувство ностальгии нахлынуло на Стар, но под этим прикосновением она обмякла. Это был его способ извиниться, когда слов становилось слишком много, но он знал, что Стар не станет их слушать. Том снова заговорил: — Насчёт браслета — это традиция, и ты это знаешь, — тихо пробормотал он, и Стар утвердительно угукнула. — Мне нужно показать своему народу, что я готов к помолвке и к престолу. Она знала это, видит бог, знала. Было время, когда она сама страстно желала быть той, с кем он обручится... но всё изменилось. И, к сожалению, Стар больше не могла ею быть, как бы Том ни настаивал. — Ты мог бы заполучить любую принцессу, какую захочешь, — слабо возразила она, уже зная, каким будет его ответ, и практически предвидя точные слова. — Буквально любую другую... но только не меня. Том горько усмехнулся: — Будто это было бы неправильно, если бы это была не ты... «И мне кажется неправильным находиться здесь с тобой», — с горечью подумала она, но вслух говорить не стала. — Просто прекрати, Том, — простонала она, окончательно выбившись из сил. — Вот из-за этого ты и не можешь оставить наше прошлое, и именно поэтому я никогда не отвечала на твои звонки. Мы ни секунды не можем поговорить, чтобы не вернуться по кругу к теме «нас». Мне нравится, что ты меняешься, что тебе становится лучше... но не делай этого ради меня. После этого повисла гробовая тишина, никто из них больше не проронил ни слова. И уж тем более никто не решился разрушить удушающее напряжение между ними. — И опять же, я до сих пор не вижу, что в этом плохого, Звёздочка, — прошептал Том, его голос прозвучал тихо, но тяжело отозвался в её ушах. Она больше не стала спорить, зная, что он упрям точно так же, как и она сама. Песня — наконец-то! — завершилась финальным аккордом, и танцоры склонились в поклонах и реверансах. Том отпустил её. Сделав последний поворот, Стар тут же ухватилась за подол юбки, и они оба поклонились друг другу. Со стороны они, должно быть, выглядели как двое обычных подростков, разделивших приятный танец, но под маской, она знала, никто из них не улыбался. Том поднял голову, протягивая руку в перчатке к её руке. Стар с лёгким раздражением наблюдала за тем, как он поцеловал тыльную сторону её пальцев, прежде чем отпустить. Затем он прижал ту же руку к груди, склонив голову. Его голос был тихим, но она всё расслышала: — Я всё равно буду счастлив станцевать с тобой, когда Кровавая Луна пробьёт двенадцать, — произнёс он с ноткой мольбы, которую Стар снова предпочла проигнорировать, всё ещё удерживая реверанс. — Надеюсь, ты хотя бы это мне позволишь. Стар уже собиралась сказать «в этом нет никакого смысла», но Том уже выпрямился после поклона и улыбнулся ей. — Увидимся, Звёздочка. Затем он покинул танцпол, прежде чем кто-либо успел заметить принца среди толпы. Оставив Стар в полном недоумении и раздражении. «Парни — идиоты», — подумала она со вздохом. — Вам нужен маршмеллоу, Ваше Высочество? — голос Брайана буквально резал слух. Том попытался ослабить ткань, обмотанную вокруг шеи, но безупречный наряд сидел намертво; невозможно было навести беспорядок, не сняв верхнюю одежду. Ему ещё предстояло официально появиться на публике позже, так что он не мог разорвать свой костюм в клочья... пока что. Он мерил шагами комнату, расхаживая взад-вперёд, пока не поймал себя на том, что с размаху опустил обе ладони на стоявший рядом деревянный стол. Не в силах сдержать чистую ярость, которая то и дело прорывалась наружу, стоило ему почувствовать... слишком много всего разом. Он попытался вздохнуть, чтобы вспомнить успокаивающее упражнение, но не смог заставить себя. — Тупица, тупица, тупица, — шипел он про себя. Какой же он, блять, тупой, что так давил на неё... — Ваше Величество? Всё вокруг словно готово было вывести его из себя, а успокоение никак не приходило, поэтому всеми силами своего тела он резко повернул голову к двери. — Выйди, — процедил он сквозь зубы. — Мне нужно побыть одному. Казалось, коренастый мужчина собирался было настоять на своём, но в итоге просто кивнул и без лишнего шума покинул комнату. Тяжёлая тишина стала последней каплей... ...прежде чем комната погрузилась в языки пламени. В защиту Марко стоит сказать, что он действительно искал Стар. Но танцпол напоминал забитый до отказа рынок, так что ему было чертовски трудно отыскать её в море монстров и королевских особ. Мало того, не успевал он извиниться, как на смену одной принцессе тут же приходила другая, готовая стать его партнёршей. И у него просто не хватало духу отказать. Поэтому он старался хотя бы получать удовольствие от танцев со всеми остальными. Впрочем, со временем он вполне освоился в компании принцесс, умудряясь дружески болтать с ними во время танца. Было удивительно, насколько вежливыми оказались большинство из них. Учитывая, что твоё первоначальное представление о королевских особах сводилось лишь к блондинке-принцессе с Мьюни, ну и ещё к летающей голове единорога, из-за чего ты думал, будто все они по-своему странные. Он поговорил со многими: некоторые были чрезмерно дружелюбны, а кое-кто даже откровенно флиртовал, но ему удавалось ловко уклоняться от подобных знаков внимания. Как бы это ни льстило, он был абсолютно уверен, что не справится с этим, не выставив себя на посмешище. Марко старался со всеми поддерживать дружеский тон, но той, с кем ему действительно удалось сойтись ближе, оказалась морская принцесса, с которой его снова свели в паре. Позже она представилась как Силия, вторая дочь правителя одного из королевств Северного моря. Пока они танцевали, мило беседуя, она едва не упала в обморок прямо во время разговора, и Марко, как истинный джентльмен, вызвался отнести её в комнату, чтобы она могла прийти в себя. И вот теперь Марко нёс её, на удивление лёгкую, выискивая нужную дверь. У неё в комнате, как она ему объяснила, был оборудован специальный бассейн на случай, если её тело обезводится из-за слишком долгого пребывания на суше. Как выяснилось, её кожа пересыхала слишком быстро, когда она находилась в своей трансформированной форме. На самом деле она была гибридом русалки и селки, что и объясняло её слабую конституцию на земле. Спустя несколько секунд поисков по коридорам она смогла направить его к своей двери. — Простите за неудобства, сэр Диаз, — пробормотала она, пока Марко аккуратно опускал её в бассейн. Её платье постепенно намокало в воде. Марко предусмотрительно закатал рукава, чтобы не промочить их. Она мягко вздохнула, как только её кожа соприкоснулась с солёной водой. — Впрочем, спасибо вам большое. — Без проблем, принцесса, — он тепло улыбнулся ей. Она ответила благодарным взглядом, после чего медленно погрузилась в бассейн с солёной водой. — Я, пожалуй, вернусь на бал. — Конечно, это был чудесный вечер, спасибо вам, — произнесла она с лёгкой улыбкой, а Марко нахально подмигнул ей, заставив девушку захихикать. — Рад был помочь, — ухмыльнулся он, после чего отвесил поклон. Она сделала прощальный взмах рукой, прежде чем Марко окончательно откланялся. Итак, теперь нужно было вернуться туда, откуда он пришёл. Можно с уверенностью сказать, что Марко окончательно заблудился. Он понял, что внутри так много коридоров, что он просто не помнит, с какой стороны пришёл. Он плутал уже пару минут, но ему казалось, что этим переходам конца-краю не видно. — У меня даже телефона с собой нет, — ворчал он, тихо шагая по пустым коридорам. Обе стены были увешаны факелами, едва разгонявшими мрак... ...он вздрогнул, когда боковым зрением уловил внезапную вспышку оранжевого света. Марко прищурился в ту сторону, надеясь разобрать, что происходит, и тут это повторилось. Из открытой комнаты вырвался очередной всполох огня, после чего ковровые дорожки слегка затряслись. Дрожь земли заставила Марко покачнуться на месте, он нахмурился от нехорошего предчувствия. Первой его мыслью было, что лучше выбрать противоположный маршрут, подальше от странного шума. Однако сегодня в Марко проснулся дух исследователя, и он осторожно двинулся в том направлении, где, он был уверен, его поджидала опасность. Склонность Стар к рискованным ситуациям и жажда приключений, должно быть, передались и ему. Он поверить не мог, что сам ищет неприятностей вместо того, чтобы бежать от них. Шаги его были беззвучными, пока он не добрался до открытой двери. Постаравшись дышать как можно тише, чтобы не выдать своего присутствия, Марко собрался с духом и заглянул внутрь... — Ого?! — громко вскрикнул Марко. Из его рта вырвался панический вопль, когда мимо него пролетел самый настоящий огненный шар. Лишь благодаря чистым инстинктам, сработавшим в последнюю секунду, ему удалось перекувырнуться и увернуться от удара. Он испуганно смотрел, как шар пронёсся мимо, едва не опалив ему волосы, и врезался в кирпичную стену, отчего та потрескалась и загорелась. Марко резко повернул голову в сторону, откуда прилетел снаряд, одновременно потрясённый и возмущённый. — Эй! Ты меня чуть не поджёг! — Кто ты такой? Марко замер, мгновенно захлопнув рот. Почему-то, несмотря на нейтральный тон голоса, все волоски на его теле встали дыбом. Каждая клеточка его инстинкта выживания взвыла от тревоги, распознав невидимую угрозу. В его голове не осталось сомнений: это демон. Каким-то образом он понял, даже не видя лица, что обладатель этого голоса не мог быть смертным. Эти переливающиеся потусторонние нотки, от которых по спине пробежал леденящий ужас, не могли принадлежать обычному человеку. Он моргнул, заставляя адреналин покинуть бешено колотящуюся грудь, но присутствие незнакомца не давало покоя. Он медленно отступил назад, ещё сильнее вглядываясь в открытый проём, и тут же поморщился от увиденного. Он оценил масштаб разрушений в комнате: обгоревшие стулья и столы были практически вывернуты наизнанку. Стены покрывали следы копоти, выставленные напоказ черепа и рога буквально превратились в уголь. Даже кирпичная кладка прогорела дотла, а посреди этого хаоса вырисовывался силуэт, который Марко из-за плохого освещения никак не мог разглядеть... — Говори. Гостям здесь не место. Марко вздрогнул — на этот раз конец фразы оборвался глубоким рыком. «У кого-то выдался дерьмовый денёк», — сухо подумал он. Он снова окинул взглядом разгромленную комнату и не смог сдержать гримасы сочувствия. Вдобавок ко всему, тут явно бушевала нешуточная истерика. Он осторожно поднялся на ноги из положения полуприседа у самого входа. — Извини, приятель, слегка заблудился в коридорах, — нервно усмехнулся Марко и почесал затылок, стряхивая воображаемую грязь с жилета, чтобы скрыть мандраж. Затем он неловко улыбнулся. — Не хотел мешать твоему... э-э, уединению... Короче, у вас тут коридоры реально как лабиринт, так что, может, подскажешь дорогу обратно в бальный зал?.. Он подпрыгнул, когда послышался резкий треск, и комната озарилась ярким светом от череды факелов, зажёгшихся сами по себе. Он забегал глазами, так как помещение теперь стало светлее, быстро адаптируясь и оценивая масштабы погрома, ставшего очевидным при нормальном освещении. Это также означало, что теперь он стоял лицом к лицу со своим оппонентом. Глаза Марко округлились. Перед ним действительно стоял демон. Его череп с двух сторон обрамляли толстые рога, а тёмно-персиковые волосы аккуратно подчёркивали это демоническое украшение. Его кожа была ещё темнее — оттенок между фиолетовым и синим поразил Марко больше всего (странно, ведь до сих пор среди демонов ему попадались в основном зеленокожие или краснокожие). На нём был довольно величественный костюм: жилет на двух пуговицах, соединённых цепочкой, прикрывал плотный красный плащ. Белые рюши вокруг шеи выглядели так, словно парень в порыве ярости безжалостно их растрепал. Однако по-настоящему Марко пригвоздил к месту тот факт, что на демоне не было маски. Так что вполне объяснимо, почему он просто уставился во все глаза на три светящихся ока, белые зрачки почти терялись в бушующем море ярко-красных белков, а крылатые отметины под веками выглядели поистине угрожающе, пока его глаза горели яростным огнём. Оскаленные зубы тоже не добавляли уюта. Сказать, что демон выглядел взбешённым, было бы преуменьшением. И он хмуро смотрел на Марко. Буквально выражая крайнее недовольство его присутствием. Марко мог быть кем угодно, и храбрость определённо была его сильной стороной. Однако противостоять разгневанному демону, особенно на его собственной территории — это буквально самоубийственная миссия. У него хватило ума понять, что здесь не стоит задерживаться, чтобы проверить, оправдаются ли его вполне резонные опасения. — Оу, знаешь что, ха-ха... Думаю, я сам разберусь, извини за беспокойство! Я пойду, так что если позволишь... — поспешно заторил он, собираясь убраться отсюда подобру-поздорову, но замер как вкопанный, когда демон сделал шаг в его сторону. Марко увидел это движение и вздрогнул, автоматически вскинув руки и приняв привычную стойку карате. Демон остановился, но это ни капли не успокоило Марко. — Т-тебе лучше не подходить, я умею драться и не побоюсь пустить руки в ход! Демон прищурился. Марко проигнорировал бешеное похлопывание в груди и встал как вкопанный, не опуская рук. — И съесть меня у тебя тоже не выйдет! Мало того, что я невкусный, так это ещё и противозаконно, я уверен! Суровый взгляд демона не смягчился, напротив, он стал выглядеть ещё более разъярённым. Марко заметил искорки пламени, начинавшие собираться у ног демона, его фигура почти оторвалась от пола, и парень поспешил взять назад свои слова, если какие-то из них прозвучали оскорбительно. Неужели назвать демона людоедом теперь считается оскорблением? Он был уверен, что это буквально соответствует их описанию. Марко приготовился, выставив руки перед собой, и как коршун следил за любыми признаками атаки. Пока упомянутый демон не издал яростный рык, а затем медленно опустился на пол; признаки огня рассеялись. Марко наблюдал, как тот тяжело вздохнул, опустив голову и уперев руки в бока, словно пытаясь успокоиться. В тот момент, когда демон поднял голову, его пылающие красные белки и белые зрачки сменились нормальными цветами. Парень заставил себя задуматься, было ли это естественным состоянием его глаз, ведь так он выглядел... менее демонически? По его мнению, такой вариант смотрелся куда приемлемее, чем это пугающее красное свечение — в нём было меньше угрозы. Марко разглядел его довольно юношеские черты лица, он казался гораздо моложе, чем мгновение назад, когда пытался изображать из себя разъярённого Халка. Тем не менее, направленный на него колючий взгляд никуда не делся. — Сомневаюсь, что ты вообще окажешься съедобным, мьюнианец, — фыркнул Демон, из чьего голоса теперь пропали потусторонние переливы. Марко не удержался и ощетинился от такого замечания, потому что это было элементарно грубо. Может, в нём и не было лишнего жирка, но Марко был абсолютно уверен, что способен стать чьим-то изысканным блюдом! Не то чтобы он горел желанием им стать! Или предлагал себя в качестве рациона для какого-то демона! Он просто доказывал свою правоту! И вообще, он только что назвал его мьюнианцем? — Проваливай, я уже сказал, что гостям здесь не место, — последовал суровый выговор, вновь привлекший внимание Марко. Марко закатил глаза и опустил руки, сообразив, что всё ещё держит их в воздухе. К тому же у него появилось предчувствие, что демон теперь вряд ли нападёт на него. — Да ладно тебе, чувак. Я уже всё понял, не надо так кипятиться, — вздохнул он, на что демон ответил глухим рыком. Марко начал отступать назад, намереваясь вернуться к Стар, и бесшабашенно добавил. — Извини, что влез во время твоей... э-э, истерики... Лицо Демона потемнело, края его глаз буквально окрасились в такой мрачный цвет, что Марко готов был поклясться — они едва не загорелись. Его губы вытянулись в глубокую гримасу, и он прошипел: — Это была НЕ ИСТЕРИКА. Ладно, возможно, его выбор слов был не самым удачным, но ведь именно так обычно и говорят люди, которые только что устроили погром. Марко изобразил капитуляцию, вскинув руки вверх, а затем кивнул головой на весь этот хаос. — Ну да, и разнесённая в щепки комната, конечно же, доказывает обратное, так? Он понятия не имел, какой бес попутал его дразнить взвинченного демона и с чего он взял, что это хорошая идея. Но его язык имел дурную привычку перехватывать управление и нестись напролом. Так что, по правде говоря, он сам напросился, когда его вдруг бесцеремонно схватили за грудки и со всей дури припечатали к кирпичной стене. К счастью, основной удар пришёлся на спину, а не на затылок. И всё равно было больно. Он издал тихий стон от боли, после чего прошипел демону прямо в лицо: — Ай, больно вообще-то, чувак!.. Он поднял глаза и увидел нависшего над ним демона (теперь, когда тот оказался вплотную к Марко, он определённо был на несколько дюймов выше его), чьи белки глаз снова окрасились в ярко-красный цвет. Его лицо почти касалось маски Марко, кончик его заострённого носа находился в дюйме от его собственного. Глаза Марко расширились, когда он столкнулся в такой близости с изменившимися глазами Демона, красные белки вполне могли сойти за пылающую печь, жар от которой проникал в сознание Марко. — Если хочешь жить, советую держать рот на замке, — сердито прорычал демон. Марко покрылся потом, ощущая невероятный жар, исходивший от парня. Он был горячим в самом прямом смысле этого слова, ведь его рука в месте прикосновения к рубашке Марко буквально прожигала ткань. Демон с силой оттолкнул его, отпустив одежду. Он даже пожаловаться не успел, как часть его воротника чуть не вспыхнула. Марко нахмурился, поправляя жилет, стряхивая грязь и разглаживая складки, после чего фыркнул: — Ну и скверный же у тебя характер, ты в курсе? Люди тебя не полюбят, чувак... Он подпрыгнул, когда демон с головы до ног буквально покрылся пламенем, вырвавшимся из ниоткуда, стоило Марко это произнести. Его глаза яростно блеснули на мгновение, прежде чем огонь угас в мгновение ока. Марко ошарашенно посмотрел на него. Демон зажал переносицу, после чего шумно выдохнул и пробормотал тоном человека, чьё терпение было на исходе: — Отлично, только ещё одного советчика мне не хватало. Марко настороженно поглядывал на него, отступая на пару шагов для дополнительной безопасности (теперь он классифицировал демона как ходячую пожароопасную угрозу), и не удержался от лёгкого комментария: — У тебя что, типа, проблемы с управлением гневом или что-то в этом роде? Демон резко вскинул на него взгляд, явно оставшись недовольным. — А у тебя серьёзные проблемы с излишним любопытством, мьюнианец. Марко не стал терпеть колкость и ответил с не меньшим упорством: — Эй, я не виноват, что ты тут внезапно превращаешься в пугающий столб огня. Думаю, терапия пошла бы тебе на пользу, чувак. Никогда не пробовал?.. — ...Убирайся. Марко фыркнул. Он сам не понимал, куда испарился его прежний страх перед Демоном. Но видеть, как тот изо всех сил пытается сдержать языки пламени, яростно буравя Марко взглядом, было довольно забавно. Он стискивал зубы до скрипа, словно ему стоило огромных усилий не придушить Марко на месте. Ну, вполне возможно. Он не выглядел маньяком-убийцей в порыве ярости... скорее просто раздражённым присутствием Марко. Если бы этот парень действительно хотел причинить ему вред, он бы уже сделал это, не считая того удара об стену, который Марко, в глубине души, слегка заслужил. Он просто выглядел так, будто пытался выплеснуть накопившуюся обиду, а Марко подвернулся в тот самый момент, когда тот устраивал истерику, и решил сорвать на нём злость. Ну и капризный же парень. — Ладно-ладно, я уже ухожу, — капризно выдохнул он, поправляя маску, после чего направился к разрушенному выходу. Марко оглянулся через плечо и робко спросил. — Так в какую сторону бальный зал? Демон посмотрел на него без малейшего впечатления. Он не отвечал Марко какое-то время, пауза длилась целых пять секунд, прежде чем он издал тяжёлый стон: — Повернёшь налево, после этого повернёшь направо. За углом будет огромная картина, увидишь её — и налево. Марко ухмыльнулся и шутливо отдал ему честь, его улыбка растянулась ещё шире, когда третий глаз Демона дёрнулся от явного раздражения. — Ну вот, это ведь было не так уж трудно, правда? Марко заметил, как нога демона раздражённо застучала по полу, выдавая первые признаки разгорающегося огня, и понял, что это его знак сваливать. Возможно, он и так уже слишком сильно испытывал удачу. — Дай мне хоть одну вескую причину, почему я не должен выпустить тебе кишки прямо сейчас, — прорычал он вслед Марко, но тот уже быстрыми шагами покидал комнату. Марко мельком взглянул на раздражённое лицо Демона и нагло улыбнулся. — Потому что не можешь. Или не хочешь. Ай, да кто знает. Рад был познакомиться, постарайся не вредничать и не спалить тут всё к чертям, ладно?.. — ПОШЁЛ ВОН! Марко практически пустился наутёк, слегка посмеиваясь, пока пробирался по коридорам обратно к танцполу. Он старался не задумываться, почему в комнате пахло горелыми розами и как этот запах въелся ему в нос, пока он уходил. Просто выбросил это из головы. Он вспомнил того демона и закатил глаза. Ну и странный же тип.