Благими намерениями выстлана дорога в Ад

— Ай-ай-ай, как тебе нестыдно, мышонок? Разве мы не были к тебе более чем доброжелательны и гостеприимны? — сказал знакомый голос. — Знаешь, Рафаэль будет очень расстроен, если ты уйдёшь так быстро, даже не попрощавшись. Я бы настоятельно не рекомендовал выводить его на эмоции. Тав обернулась и увидела инкуба, стоявшего облокотившись на колонну у входа в дом. Хвост раздражённо стучал из стороны в сторону. Место хорошо отрепетированной маски кокетливости теперь заняло нахмуренное выражение лица, а в глазах затух огонёк игривости. Тав понимала, что последствия её побега так или иначе коснутся всех сотрудников, но почему Хаарлеп продолжал следовать за ней, как тень за своим владельцем, оставалось загадкой. — Как долго ты планируешь выживать там внизу, где сама природа желает тебе смерти, а наименьшее, что могут сделать местные бродяги — это обменять твою душу на запас чистой воды и еды? Отсюда нет выхода, да и к тому же мы на парящем острове, если ты всё ещё не заметила! — развёл руками Хаарлеп. В этом он был однозначно прав, без проводника она, если и справится, то это отнимет гораздо больше времени и сил. Из козырей оставался свиток Послания, которое ей дал Гейл в их прошлую встречу. Конечно, можно было передать записку о своём местоположении Гейлу или кому-то другому на Материальном плане, но к тому времени, как спасатели доберутся до Ада, они рисковали обнаружить лишь её труп в лучшем случае. Разумнее было бы добраться до небольшого поселения и сообщить об этом Карлах и Уиллу. Они могли бы дать пару советов и указаний, но поскольку свиток был в единственном числе, Тав решила приберечь его на крайний случай. — Если ты думаешь, что я не стану бороться за свою жизнь, то очень ошибаешься, — твёрдо проговорила Тав, стараясь придать своему тону как можно больше уверенности. — Я прекрасно знаю, что пустоши кишат опасностями. Если так кровно беспокоишься о благополучии, можешь последовать за мной и помочь. Повисла неловкая пауза, потом воздух пронзил раскатистый смех инкуба: — Я знал, что у тебя потрясающее чувство юмора, но и не мог подозревать, что настолько! Давай, мышонок, будь чуть умнее, чем ты есть, хотя бы попытайся! Делать мне нечего, забегай в дом скорее. Хаарлеп, верно, подумал, что она шутит. Конечно, он слышал, что у этого друида не всё в порядке с головой, но броситься с острова, лишь бы не поддаться мнимой угрозе лишения души или невыгодной сделки? Она явно воспринимала всё слишком серьёзно, надо было заканчивать шараду и рассказать хозяйской мышке, как она здесь оказалась. Даже если скука грозила вернуться. Даже если это до поры до времени его очень забавляло. Когда до него дошел смысл намерений Тава, он удивлённо посмотрел на друида: — Ты должно быть шутишь… Инкуб невозмутимо двинулся обратно к дверям и снова выжидающе посмотрел на полуэльфа через плечо, но та не то что не шелохнулась, даже не сдвинулась с места. Брови скептично опустились, он вновь закатил глаза. Что ж если мышь хотела поупрямиться и убить несколько часов на очередной осмотр камней, то он не стал бы ей мешать. Он бы сказал хозяину по возвращении, что да, были кое-какие проблемки, а там пусть он сам решает, как с ней поступить. Развлечься с ней было нельзя, трогать тоже, можно было бы попытаться укусить или лишить сознания, но Хаарлеп надеялся, что до этого не дойдёт. Пускай идёт, куда хочет, с острова отходных путей не было, так-то вряд ли бы она просто сиганула в пустоту. А если бы и прыгнула, то умерла бы мгновенно или чуть позже. Кто в здравом уме бы шагнул с обрыва в неизвестность? Это должен был быть блеф. Неужели ей было просто необходимо быть такой упрямой? Он ни за что бы с ней не пошёл. Реакция дьявола была бы бесценна, но это было слишком. Но, с другой стороны, если с ней что-то случится, то кто станет козлом отпущения? Конечно, он. Хаарлеп в который раз закатил глаза и измученно вздохнул. Где он так провинился, просто выполняя свою работу и веселясь время от времени? Инкуб молча попросил адских владык прислушаться к его мольбам. День же так хорошо начинался, почему надо было провести его, следя за тем, чтобы любимчик хозяина не натворил бед и не лишился жизни в его отсутствие? Было решено, помогать маленькой аферистке он не будет, тогда у полуэльфа должно было хватить ума не провоцировать его. Из них двоих крылья были лишь у инкуба. Придя к выводу, что ничего с ней не случится за пару часов, он уже хотел вернуться ко сну, как заметил краем глаза движение. Тав выкинула сумку и проводила её взглядом. Он усмехнулся её трюку, кто-то бы сорвался так дёшево, но определённо не он. Хотелось отпустить едкий комментарий, но он замер, как только увидел, что Тав развернулась лицом к нему и расставила руки. Неужели она…? — Тогда пока, Хаарлеп, было приятно познакомиться! — улыбнувшись, крикнула Тав сквозь усилившийся ветер. Хаарлеп пришёл в себя, как только копна белых кудрей скрылась из зоны видимости. Он явно этого не предусмотрел.

***

«Вот и на транспортировке сэкономила!» Свободное падение освобождало гораздо большее число положительных эмоций, чем было должно. Тем более если бы ни план А, ни план Б не сработали. Оранжевое небо было поразительно красиво, пусть тут и не было родного светила. Свист воздуха в ушах оглушал, а глаза слезились не то от скорости, не то от пыли, но почему-то хотелось лишь рассмеяться. Перед тем, как принять птичий облик, она развернулась и попыталась различить намеченную точку через дым и облака. Вот и настал момент. Магия вновь тёплым ощущением разлилась по телу, придавая её конечностям иной вид. И вот уже она ловила потоки ветра и скользила по ним в облике ястреба. С этой высоты уже было легче различить очертания поверхности и падающей вниз сумки, за которой птица и направилась. Крепко зажав свой багаж в острых когтях, Тав пролетела мимо острова Надежды и ещё раз восхитилась этим чудом техники. Как только она доберётся в город, то непременно порасспрашивает местных механиков о принципах работы такого сложного механизма. А теперь, когда у неё на хвосте не было назойливой гувернантки в виде инкуба, сующего нос не в свои дела, было самое время подетальнее рассмотреть окрестности, чтобы понять, куда двигаться дальше. Тав спустилась ещё ниже и решила следовать вдоль реки. Позади сквозь пыль и дым вулканов виднелись какие-то постройки тёмного цвета, впереди же был лес и что-то похожее на водоёмы, правда, они были чёрного цвета. Когда ей всё-таки удалось пробраться чуть дальше, на горизонте вновь показались горы и вулканы, однако если ястребиные глаза не подводили, у их основания было что-то похожее на огоньки. Возможно, это могли быть и побочные кратеры, но хотелось верить в лучшее и поскорее найти ночлег. Лучше было избегать открытой местности, поэтому птица сделала небольшой крюк и взяла курс на снижение. В лесу могло быть что-то съестное и места, где можно было спрятаться, плюс источник воды. Вероятность того, что здесь природа жила по тем же законам, что и в Фаэруне, была невелика, но Тав могла проверить информацию про флору из пары бедных справочников, найденных где-то в подземельях. Приземлившись на небольшую полянку, она осмотрелась. Деревья обладали белыми кривыми стволами, напоминающими иссохшие кости, с красными листьями, другие были тёмные и колючие. На деревьях также были причудливые лианы, а под ногами будто выжженная трава, чем-то напоминавшая привычные злаки и осоку. Листья этих растений напоминали небольшие черепа, хотя возможно, у неё просто разыгралась фантазия. Но что настораживало в этом месте больше всего — почти звенящая тишина. Ни пения птиц, ни чириканья мелких зверьков, ни шагов кого-то крупного, только ветер в кронах и зарослях. Тав коснулась пятнистого дерева и попыталась почувствовать жизнь в нём, но вместо этого кора будто впилась ей руку. Тав отдёрнула её с тихим шипением от мелких шипов, как будто она схватилась рукой за ядовитый корень и раскалённый металл одновременно. Кровь быстро впиталась в кору, неужели ради капли влаги даже деревья не привередничали в выборе источника? Перебинтовав ладони и сделав что-то вроде перчаток, друид потянулась за ежедневником, чтобы сделать пометку, как вдруг за спиной послышался свист воздуха. Её грубо дёрнула за плечо чья-то рука и развернула. — Всё, поиграли и хватит, это уже совсем несмешно, нам пора возвращаться! — строго сказал Хаарлеп. На его лице уже не было ни ухмылки, ни улыбки. — Я серьёзно, мышонок, ты здесь не выживешь. Хватка на её плече усилилась, хотелось снова зашипеть от боли, но полуэльф подавила это желание. Возвращаться назад было нельзя, пусть лучше она действительно превратиться в лемура или умрёт на месте. Но что она могла ему противопоставить, ведь он был сильнее, больше, знал о местных законах и природе. А если догадка про его шпионаж была верна, то и обладал важными связями и знаниями. Из него действительно вышел бы неплохой проводник. Если ей удастся убедить инкуба пойти с ней, то вдвоём шансы выжить гораздо выше. И первым отличным шагом было заставить его не так сильно сжимать плечо, новые травмы ей были не нужны. Не желая быть лёгкой жертвой, Тав достала из рукава закреплённый кинжал с паралитиком и подставила его к горлу. Отступать было некуда. Инкуб зло усмехнулся и отвёл лезвие чуть в сторону: — Ну-ну, дорогая, твоя зубочистка — всё равно что укус комара. Хотя видеть то, как ты бьёшься в отчаянии за свою мнимую свободу — восхитительный аперитив. — Яд гусеницы-падальщицы — паралитик, — всё равно продолжала Тав. — Осмелишься хоть мускулом двинуть — порежу. — Ха! Ты не в том состоянии, чтобы угрожать мне, мышонок. Один мой укус — ты будешь корчиться хуже варга во время течки, умолять меня или кого-угодно здесь облегчить твои мучения, или я с лёгкостью могу свернуть тебе шею, а может и просто вырубить. Так что будь паинькой, какой ты всегда была, и позволь твоему доброму другу Хаарлепу перенести нас обоих обратно. — Я никуда с тобой не пойду! — стояла друид на своём. — Если ты так боишься гнева хозяина, почему всё ещё служишь ему? — Боюсь?! Бояться его должники и прислуга, а не я. Истерики некоронованного принца не более, чем неприятности в моей работе, он всё равно заводится с полуоборота — отвратительная черта не то отца, не то человеческой матери. А в последнее время ещё и эта отвратительная хандра, которая не посещала его со времён вашего маленького путешествия! Ты стараешься, пытаешься сделать всё в лучшем виде, а тебя вышвыривают из постели или угрожают по любой причине. Это несексуально, это раздражает и убивает весь настрой… Рука на плече ослабла. Казалось, Тав задела за живое, ранее всегда уравновешенный инкуб продолжал разглагольствовать, а сама друид чуть отдалила руку и всматривалась ему в лицо. Видимо, Хаарлепу не часто удавалось пожаловаться на свою долю. Если Рафаэль знал, что о его планах сообщают и отвлекают от планов, знал его отец, знал сам Хаарлеп, то почему никто не пытался разорвать этот порочный круг. Друид полагала, что это ещё цветочки по сравнению возможными «здоровыми» отношениями здесь, но почему поддерживать эти связи на их взгляд было выгоднее? Если у Тава возникали проблемы в понимании поведения людей в Фаэруне, то в Аду их станет в разы больше. Тем временем поток жалоб не прекращался: — И это если не брать выполнения обязанностей нашего соглашения? Чтение дневников, конечно, может позабавить некоторое время, но когда все они сводятся лишь к одной и той же мысли, то всё становится настолько пресным. Но самое ужасное… — демон закатил глаза. — Ты даже не представляешь, каково с ним спать! Нет, это всегда игра в одни ворота! Например, вот я спускаюсь вниз по… — Кхм! Я поняла, можешь не продолжать, — покраснев, кашлянула Тав и глубоко вздохнула. Думать об этой ситуации ей не хотелось, делать всё ещё более неловким тоже. Наконец, собравшись с силами, она спросила: — Но ведь ты можешь ходить, куда хочешь, любой бордель был бы рад экзотике, разве нет? — Видишь ли, дорогая, как бы сказать, чтобы твоя бедная головка это поняла? У всех бывают взлёты и падения, но, когда вечерами идёшь в таверну и заказываешь нектар после рабочего дня, дешёвое вино дома не становится вкуснее, а пить ты его обязана. — Но ведь можно же попросить изменить состав или технологию? — Мне тебе в красках расписать каждую из попыток и чем они заканчивались? Не хочет он и не может! Я не знаю, что должно произойти, чтобы его величество резко соизволило изменить свой подход, — бросил Хаарлеп, уже более спокойный и похожий на себя, а потом перевёл взгляд на неё. — Хотя есть небольшая идейка… Тав медленно моргнула и решила не додумывать, что её собеседник имел в виду. Когда демон убрал руку с её плеча, полуэльф и сама убрала кинжал. Они стояли бок о бок, не касаясь и смотря куда-то вдаль. Теперь, когда фаза активной конфронтации была пройдена, можно было думать над тем, что делать дальше. — Знаешь, вы гораздо более похожи, чем может показаться на первый взгляд. В упрямстве ты чуть ли не превосходишь хозяина. — Не хочу портить ноту, на которой мы остановились, но я буду стоять на своём, я не вернусь туда. — А что же тогда делать мне, маленький герой? Хозяин дал прямой приказ, не спускать с тебя глаз, я, можно сказать, буквально за тебя головой отвечаю. — Так вот и действуй согласно приказу, иди со мной, охраняй меня. Дом тебе разрешено покидать по собственной воле, про меня ничего не говорили, так что ты просто выполняешь долг. Инкуб ещё раз прищурил глаза и поднял бровь, пытаясь отыскать возможные признаки лжи или какого-то грязного трюка, но Тав смотрела прямо в душу и неиронично ждала ответа. Играться с формулировками, придираться к словам? У девчонки очевидно был потенциал, если продолжит в том же духе, то по крайней мере не умрёт сразу. Да и давно он не прогуливался по Аверно, тем более с паладинистыми не-паладинами, а этот вояж обещал быть недолгим и забавным, чем бы не разнообразить свой досуг? Если начнёт пахнуть порохом, он без разговоров унесёт её обратно. Инкуб улыбнулся, мысль не казалась такой уж утомляющей. Отчего-то Тав ощущала себя будто кролик перед змеёй от пристального взгляда жёлтых глаз. Однако, её блеф сработал, собеседник задумался. Был ли это кинжал, подставленный к горлу, что заставил его пересмотреть решение? По опыту Тав могла сказать, что, на удивление, самые крепкие её союзы завязывались чаще всего, когда ей как-либо угрожали оружием. По пальцам одной руки она могла пересчитать компаньонов, кто подавал безоружную руку или лапу, даже если она принадлежала теперь домашнему пожирателю интеллекта. — Привязываешься к словам, мышка? Думаешь, повезёт. Ну ладно, будь, по-твоему, небольшая прогулка, очевидно, не сулит ничего опасного, так что продолжим нашу экскурсию! Но если захочешь домой, я тебя предупреждал! — произнёс Хаарлеп, хлопнув в ладоши. В дерево между ними влетел огненный шар.