Бесконечное «сегодня»

Студенты вышли на станции Терияма и двинулись по тропе навстречу зеленым кронам под горой. Лес встретил их тяжелой влажной тишиной, под каждым шагом учеников хрустели маленькие ветки, а густые кустарники то и дело пытались уцепиться за форму. Несмотря на то, что было начало лета, воздух в лесной полосе был прохладным и знойным, заставляя парней время от времени съеживаться. Однако, по пути встречались многие, уже распустившиеся, цветы, которым эта прохлада была ни по чем. Аромат свежих цветов проникал в носовые пазухи, даря двоим магам какое-то спокойствие, а туман, застилающий землю, был похож на теплое молоко.  Чем выше они поднимались, тем настойчивее становилось ощущение, что из тени густых деревьев за ними наблюдает куча невидимых глаз. Мегуми то и дело оглядывался, проверяя, не отстает ли Кай и анализируя пространство: сосредоточенность в его взгляде и напряжение в плечах не спадали ни на секунду.  — «Тебе не кажется, что тут как-то…слишком тихо?» — негромко произнес маг теней, понизив тон и прислушиваясь —  «Ни птиц, ни насекомых не слышно.» Он бросил короткий взгляд на Кая, полный настороженности, на что Кай тихо рассмеялся: — «Так и есть. Знаешь, если не брать в расчет то, что мы на опасном задании, о котором знаем лишь мы и учитель, то это даже похоже на свидание. Лес, тишина, спокойствие — всё, как ты любишь!»  Губы Фушигуро дернулись в попытке скрыть усмешку, и он подумал: «глупый Кай, даже здесь, на пороге чего-то неизвестного и пугающего, он шутит о чем-то абсурдном».  — «Ты серьезно?» —  фыркнул Мегуми — «Если это и свидание, то самое паршивое. Ни нормальной еды, ни развлечений, только чертов туман.» — он перевел взгляд на густую чащу впереди. Несмотря на его ворчание, в голосе была лишь привычная манера скрывать волнение за сарказмом — «Так что если выберемся живыми, тогда сходим.» Кай вскинул руку вверх, сжав её в кулак в победном жесте, на что губы Фушигуро тронула улыбка, которую он постарался подавить.  Парни пробирались все выше, туман становился гуще, буквально стирая обзор дороги впереди и путей отступления в случае опасности, а кроны вековых деревьев закрывали небо, склоняясь высоко над головами студентов и не давая солнцу попадать внутрь, словно двое магов были заточены в клетке. Из-за этого внизу под деревьями было темно, будто сейчас был поздний вечер и настолько тихо, что, казалось, даже ветер избегает этого места. Через несколько мгновений студенты услышали хруст веток где-то в стороне и резко обернулись, ища глазами источник звука. Они увидели, как в плотном тумане появился чей-то силуэт, двигаясь им навстречу. Рука Мегуми дернулась, готовая сложить печать и вызвать шикигами, на что Кай резко перехватил руку мага теней, останавливая. — «Стой. Мы сначала должны узнать кто это, не делай резких движений.» — прошептал Кай, сжимая ладонь Мегуми в своей.  Фушигуро стиснул зубы, борясь с инстинктом самосохранения, и прищурился, вглядываясь в белую пелену. Силуэт медленно приближался и это не было похоже на стремительные движения проклятия, скорее на тяжелую походку человека. Мегуми не ослабил бдительности, но позволил ситуации развиваться. В тумане показались очертания старой, поношенной одежды и фигура остановилась в паре метров от студентов. Это был мужчина средних лет, несмотря на его одежды, кожа и волосы были ухожены. Его лицо было вытянутым, острые скулы и длинный подбородок придавали его образу какой-то мистический вид, пряди длинных волос были собраны в низкий пучок. — «Дозорные заметили, что двое магов с сильной проклятой энергией двигаются  целенаправленно к убежищу нашего клана. Я представитель клана, полагаю, который вы искали.»  Мегуми непроизвольно сделал полшага вперед, заслоняя собой Кая, хотя и понимал, что это может выглядеть, как угроза. — «Значит, вы знаете, что мы здесь в поиске вас. Мы не ищем конфликта с вашим кланом, но у нас есть…веские причины для визита.» — он бросил быстрый взгляд на Кая, после возвращая обратно на мужчину. В голове мага теней уже крутилась целая куча вопросов: насколько этот клан опасен, не является ли этот «представитель» ловушкой, выставленной специально для них? — «Скажите прямо: Вы позволите нам пройти или намерены закончить наше движение прямо здесь?» — отчеканил Мегуми, стараясь выяснить уровень опасности, исходящий от незнакомца.  Мужчина сухо ответил: — «Мы не вредим никому, кто не пытается навредить нам. Да и вы не сможете попасть на нашу территорию без проводника, которым выступаю я. Расскажите зачем вы здесь чтобы я принял решение: дозволено ли будет вам войти в стены нашей деревни.» Мегуми нахмурился, ему совсем не нравилось, что ситуация приняла неожиданный поворот и что теперь их путь зависит от решения случайного человека, но спорить с ним было бы глупо. Он почувствовал, как Кай подтолкнул его плечом, намекая, что пора говорить. Фушигуро глубоко вздохнул, его лицо стало каменным: — «Мы пришли не устраивать разгром. Мы ищем ответы, связанные с…» — Мегуми замолк, секунду думая — «С одной личностью, на которую напало проклятие. Мы хотим спасти её и пришли просить вашей помощи.» — он почувствовал, как собственный голос на мгновение дрогнул , заговорив о Цумики. Эта уязвимость давалась ему не легко, но он понимал, что сейчас правда — это их единственный шанс. Он стоял, не сводя с мужчины своего взгляда, полного отчаянной решимости.  Незнакомец долго молчал, изучая лицо Фушигуро, после чего подошел ближе и приложил к его лбу указательный и средний пальцы, глаза представителя клана окутала полупрозрачная пленка. Голову Мегуми будто прошибла тонкая нить, которая пробиралась через все его сосуды и извилины, заполняя их, вытаскивая перед глазами множество воспоминаний: он видел счастливое лицо Цумики, видел их детские игры, видел, как они вместе вышагивали по высокому бордюру после школы и видел её бездыханное тело посреди поля, усыпанного цветами. Мегуми стоял, не шевелясь, словно был под властью гипноза, из его глаз стекали слезы, окрапляя каменное лицо, а руки мелко дрожали, но он даже не замечал этого.  Мужчина убрал руку со лба Фушигуро, после чего маг теней начал судорожно хватать ртом воздух, откашливаясь и сгибаясь пополам на подогнувшихся коленях, а перед глазами плыли черные пятна. Кай подхватил его, держа за талию чтобы тот не упал, и взволнованно смотрел на партнера. Незнакомец снова сделал шаг назад, наконец-то подавая голос:  — «Я чувствую эту боль. Маги редко приходят к нам с такими просьбами, обычно они приносят лишь разрушение.» — произнес он, разворачиваясь в сторону тропы, ведущей в туманную чащу — «Идите за мной. Но предупреждаю сразу — будьте готовы увидеть то, что, возможно, лучше осталось бы скрытым.»  Мегуми, наконец, пришел в себя, выпрямляясь и коротко кивая Каю, без слов передавая, что все нормально, и сделал шаг вслед за проводником.  Пока студенты безмолвно следовали за проводником, Мегуми непрерывно оценивал ситуацию:  — «Почему он просто вышел к нам без какого-либо страха? Не боится. Значит, уверен в себе. Но он не похож на человека, который блефует, я прочувствовал его технику. Если бы хотел избавиться от нас — уже сделал бы это. Черт... Если это ловушка, назад пути уже нет. Значит, нужно запомнить маршрут и придумать путь к отступлению. Нет, сначала нужно узнать, сколько будет потенциальных врагов. А если нас атакуют дозорные с высоты обзора? Мы у них как на ладони. Бежать будет некуда. Тогда призову Нуэ.» — Фушигуро смотрел в спину проводящего настороженно — «Он ни разу не обернулся. Уверен, что мы следуем за ним.» Деревня клана встретила двух магов странным уютом. Деревянные дома стояли плотно друг к другу вдоль узких ухоженных улочек, окутанных легкой дымкой благовоний, а люди, мелькающие в тени навесов, казались слишком тихими, словно они сами были частью застывшего воспоминания. Около одной из длинных клумб, стоящих по двум сторонам от каменной дорожки, девочка лет десяти поливала кусты лаванды и белого амориллиса, держа в руках маленькую детскую лейку. Сейчас был совершенно не сезон для их цветения и Мегуми задумался о том, что в клане явно есть кто-то, чья проклятая техника заставляет их расти. Аромат благовоний смешивался с ароматом цветов, пробирался под кожу и дарил какое-то неестественное для студентов умиротворение. Вскидывая голову, можно было увидеть ясное голубое небо и высокие стволы деревьев, между которыми пряталась эта деревушка. Мегуми с Каем шагали по каменной кладке тропы, ведущей к самому большому и величественному дому в поселении, пока по мере того, как они продвигались, ставни в домах захлопывались — жители явно не привыкли к гостям. Кай мизинцем коснулся ладони Мегуми в поддерживающем жесте, как бы говоря: «Все будет хорошо». Студенты пересекли ворота, ведущие во двор главного поместья деревни, которое представляло собой деревянный особняк. На его высоких колоннах, поддерживающих выступающую мансарду второго и третьего этажей, были вырезаны красивые, витиеватые узоры. Несмотря на то, что поместье было довольно старым, было заметно, что за ним очень педантично ухаживали. Древесина была идеально отпалирована, а лестница, ведующая к центральной двери, окрашена в белый цвет и вымыта дочиста так, что не хотелось оставлять после себя грязные следы, нарушая это идеальное внешнее убранство. Двор был устлан красивыми бутонами нежных цветов, обрамленных в клумбы, а перед центральной тяжелой дверью, прям посередине двора, стоял небольшой фонтанчик. Юноши смотрели на виды перед ними почти с открытыми ртами, это было не похоже на деревню магов, а на поселение обычных людей. Атмосфера была слишком умиротворенная, лишенная той опасности, которая преследовала студентов каждый день в их мире.  Проводник поднялся по старым деревянным лестницам, распахивая перед собой тяжелую дверь, на которой были высечены узоры, как на колоннах. Юные маги следовали за своим провожатым по темному коридору поместья, где на стенах располагалось множество портретов, уже потрепанных временем, и складывалось ощущение, что все глаза с написанных когда-то картин устремлены на гостей. Наконец, перед ними показалась огромная дверь, на поверхности которой были видны потертые иероглифы. Провожатый толкнул двери, плавно входя внутрь. Когда студенты вошли в просторный зал, то увидели, сидящего на коврике для медитации в соответствующей позе, главу клана — старик, в глазах которого, казалось, застыла вечность. Его седая борода ниспадала на, сложенные в позе лотоса, колени, а длинные волосы, с заметными белесыми прядями, были завязаны в тугую косу. Он был облачен в одежды заметно лучше, чем у остальных, кого встречали парни по пути сюда, что показывало его статус в клане: это было темное кимоно, расписанное голубым цветочным узором. Когда старейшина медленно приоткрыл глаза и посмотрел на вошедших гостей, двое склонились в уважительном поклоне перед ним, ощущая в воздухе древнюю, почти осязаемую энергию. — «Вы проделали долгий путь, юноши.» — произнес глава и его голос эхом оттолкнулся от стен полупустого зала — «Недуг бедной девочки — не просто болезнь. Чтобы узреть правду, смотрящему в её память придется отдать часть своего спокойствия.»  — «Старейшина, что…Что это значит?» —  со смятением в голосе спросил Мегуми, пытаясь осознать, как старик узнал о сути их визита. Глава медленно поднял взгляд на мага теней и в глазах на секунду блеснуло что-то похожее на печаль. Он сложил руки в рукава своего кимоно и само движение показалось таким плавным, будто он двигался под водой.  —«Ретроспекция не берет плату золотом, молодой человек.» — хрипло отозвался старейшина, пристально глядя на Фушигуро — «Когда мы открываем врата к прошлому, границы между «сейчас» и «тогда» стираются. Смотрящий не просто наблюдает со стороны, он почувствует и боль, и страх, и все эмоции, которые испытывал их носитель в тот момент. Сознание испытает шок, к такому не подготовиться, есть риск потерять связь с реальностью навсегда.» — у Мегуми внутри всё упало, словно он провалился сквозь пол — «Ты хочешь спасти её, Фушигуро Мегуми,» — продолжил глава и Кай поймал себя на мысли, что никто не представлялся по именам — «но готов ли ты к тому, что увиденное может изменить твое представление о том, что ты принимаешь сейчас за истину?» Мегуми не нужно было время на раздумья, он уже давно все решил. Маг теней склонился в самом низком поклоне, приложив ладонь к животу, и проговорил: — Ради шанса на спасение сестры я готов на всё. Прошу, помогите мне.» Старейшина долго молчал, изучая согнутую спину Мегуми. В зале стояла оглушительная тишина, что было слышно, как потрескивают угли в жаровне, стоящей посреди. Наконец, старик тяжело поднялся со своего места, опираясь на резной посох.  — «Твое решение принято. Но помни, что если застрять в чужом кошмаре слишком глубоко, то назад дороги уже не будет.» — голос главы клана звучал сухо и бесстрастно — «Завтра мы погрузимся в память той, кто сейчас спит, а пока, юноши, вам стоит отдохнуть с дороги, время близится к ночи, вам нужно набираться сил перед погружением. Сирудэ, проводи наших гостей в покои и после подготовь ритуальный зал.» — старейшина глянул на проводника, впервые назвав его по имени, и плавно махнул рукой, давая понять, что разговор окончен.  Мегуми коротко кивнул, поглощенный вихрем мыслей, а Кай, сохраняя спокойствие, склонил голову в благодарности.  — «Хорошо.» — тихо отозвался Мегуми, ощущая, как усталость, наконец, начинает наваливаться на него — «Спасибо.» Сирудэ проводил магов в общую комнату и сразу удалился. В ней пахло деревом и пылью, хоть комната и была убрана, а на кроватях лежали выстиранные простыни. Комната была небольшая, но довольно уютная: по двум углам комнаты стояли две кровати с мягкими матрацами, а между ними два журнальных столика, над которыми находилось узкое окно и свет луны, пробивающийся сквозь него, падал на пол длинными бледными полосками. На стене рядом с каждой кроватью горел тусклый светильник, общего света в комнате не было, что придавало атмосфере какого-то своего ночного шарма. Мегуми чувствовал себя так, словно по нему проехались. Зайдя в комнату, он первым же делом спиной упал на мягкий матрац, расслабляя мышцы, и уставился в темный потолок. Кай сел на край кровати рядом, Фушигуро даже не шелохнулся, но почувствовал его присутствие — теплое, реальное, единственное, что не давало провалиться в отчаяние.  — «Кай…» — тихо позвал Мегуми, его голос звучал надломленно — «Ты веришь в это? Веришь, что получится? Ощущение, будто пытаюсь остановить лавину голыми руками.» — он медленно повернул голову к партнеру и в полумраке комнаты его глаза казались неестественно темными, будто на Кая смотрели две бездны.  — «У нас. У нас получится. В любом случае, это попытка о которой ты не будешь жалеть.» — также тихо ответил Кай. — «Я не хочу чтобы ты рисковал. Это не твоя борьба.» — тяжело произнес Фушигуро, прикрывая глаза. Кай положил ладонь поверх руки мага теней и сжал его руку, его брови съехали к переносице и он серьезно произнес: — «Глупости. Я не позволю тебе лезть туда в одиночку.»  Мегуми молчал, думая о том, что если он потеряет Кая, то не сможет себе этого простить. Он не может лишиться еще одного важного человека в своей жизни. — «Не могу рисковать твоей жизнью из-за себя.» — наконец, ответил маг теней. — «А я не хочу рисковать твоей жизнью и отправлять туда одного. Что делать будем? В кости сыграем?» — прыснул Кай сквозь зубы. Мегуми впервые видел его таким взвинченным. Он приоткрыл глаза и увидел лицо Кая, покрасневшее от злости, а взгляд выдавал его с потрохами — в нем плескалось отчаяние.  — «Ты не просто помогаешь. Спасибо. За всё.» — ровно произнес Мегуми, понимая, что не сможет его отговорить — «Я выбрал эту борьбу и благодарен, что ты рядом.» Лицо Кая стало заметно мягче, он тяжело выдохнул: — «Спасибо, что позволяешь это.» Мегуми молча смотрел снизу вверх на анфас партнера в полумраке пыльной комнаты и эта фраза товарища вызвала в нем странную теплую волну.    Кай, заметив периферийным зрением взгляд, направленный не него, медленно повернулся и склонился над Мегуми, невесомо касаясь своими губами губ мага теней — «Мегуми…Тебе страшно. Мне тоже. Но мы справимся.» — еле слышно прошептал он. Мегуми вздрогнул от этого призрачного касания. Весь его накопленный стресс, весь страх и ярость ненадолго отступили, сменяясь простым человеческим желанием — быть понятым.  Мегуми медленно приподнялся на локтях, пока Кай нависал над ним, словно Мегуми был в защитном коконе.  — «Кай...» — голос мага теней превратился в хриплый шепот. Он протянул руку, заправляя прядь волос за ухо партнера, и его пальцы задержались на коже. Ладонь Кая легла на затылок Мегуми, отчего кожа второго покрылась мурашками. Фушигуро глухо выдохнул, подаваясь вперед и стирая последнее расстояние, что оставалось между ними. Их губы встретились и в этом поцелуе было отчаянное желание почувствовать себя живыми здесь и сейчас, ведь вдруг «завтра» у них уже не будет. Кай целовал его влажно, заставляя Мегуми задыхаться от напора. Ладонь Кая скользнула под форменную рубашку мага теней, оглаживая горячий торс.  Мегуми чувствовал, как по телу, вместо привычной проклятой энергии, разносится неконтролируемый жар. Когда ладонь партнера коснулась его кожи, Мегуми резко выдохнул и отстранился, глотая воздух. Сердце колотилось в грудной клетке, а глаза в полумраке блестели от желания и смятения.  — «Ах, черт…» — прохрипел он, смотря, как пальцы очерчивают контуры его пресса. Кай склонился еще ближе, влажным языком мучительно медленно проводя по вене на шее партнера, после чего прошептал в самое ухо: — «Чего ты хочешь, Мегуми-кун?» Мегуми судорожно выдохнул, когда горячее прикосновение языка заставило его выгнуться навстречу этому ощущению, мышцы живота невольно напряглись. В обычно строгом взгляде Мегуми сейчас было нечто иное, то же, что он испытал впервые на том балконе. — «Ты издеваешься?» — выдохнул он и взял Кая за воротник рубашки, заставляя посмотреть себе в глаза — «Перестань болтать. Просто…Возьми. Меня.» Каю не нужно было повторять. Он снова впился в губы мага теней, попутно расстегивая его рубашку одной рукой, пока вторая блуждала по разгоряченному телу. Движение ладони отзывалось внизу живота Мегуми онемением, а кожа горела под прикосновениями. Когда рубашка была расстегнута, Фушигуро откинул голову назад , разрывая поцелуй. Он позволял Каю вести, отдаваясь этому моменту.  Когда Кай начал усыпать поцелуями шею, а потом грудь Мегуми, тело второго начало предательски дрожать от каждого прикосновения. Мегуми приоткрыл рот, зажмурившись от переизбытка ощущений. Пальцы одной его руки запутались в волосах Кая то ли притягивая ближе к своему телу, то ли ища опору чтобы не потерять сознание.  Когда горячий язык коснулся соска, с губ Мегуми сорвался тихий, рваный стон. Он ощущал каждое движение языка Кая на своей груди и это сводило с ума. Фушигуро подался тазом вверх, инстинктивно желая еще большей близости. Кай, заметив это движение, накрыл ладонью пах партнера и начал медленно поглаживать его через плотную ткань штанов. Внизу живота Мегуми все горело, а бедра непроизвольно покачивались навстречу ладони.  Кай отстранился, стягивая с Мегуми брюки вместе с бельем, оставляя того в одной лишь расстегнутой рубашке. Маг теней выглядел беззащитно в этом виде и это подстегивало желание еще больше. Кай развел руками его колени, устраиваясь между его ногами, и взял, лежащий в его сумке, крем, набирая его на свои пальцы.  Когда прохладный крем коснулся колечка мышц Мегуми, а средний палец партнера толкнулся внутрь него на одну фалангу, тело Фушигуро пронзила тупая боль, он стиснул пальцами простыни, а его взгляд, затуманенный желанием и шоком, метался по лицу Кая.  — «Гуми, скажи, если будет больно.» — хрипло сказал Кай, целуя колени партнера, пока его палец скользил глубже, но вся боль тонула в океане возбуждения, которое царило в пыльной комнате.  — «Не больно…Просто много…Я справлюсь. Только не останавливайся.» —  прерывисто шептал Гуми сквозь тихие стоны. Он чувствовал себя полностью открытым — не только телом, но и душой. Он слегка расслабил мышцы внутри себя, стараясь принять это вторжение. Кай ввел один палец полностью, шевеля им внутри круговыми движениям. Затем ввел второй палец, толкаясь внутрь уже двумя. Ощущение распирания было почти невыносимым, но когда пальцы Кая, имитируя движение ножниц, начали растягивать узкие стенки, двигаясь внутри, по позвоночнику Мегуми прошла судорожная волна. Фушигуро сжимал его волосы в мертвой хватке, когда кончики пальцев еле-еле касались простаты, заставляя пальцы ног мага теней неметь, а его самого выгибаться дугой.  В голове Мегуми все смешалось, он ощущал себя до невозможного странно: одновременно и переполненным, и жаждущим чего-то гораздо большего. Каждое движение пальцев ощущалось, как пытка. Колени Мегуми дрожали, а бедра старались поймать каждый толчок.  — «Ты такой чувствительный, Мегуми-кун…» — промурлыкал Кай, аккуратно вынимая из него пальцы и избавил себя от одежды, пока Фушигуро испытывал почти болезненное ощущение от этой пустоты внутри своего тела.  Кай, нависая над магом теней, аккуратно отодвинул край рубашки, которая все еще была на нем, и нежно поцеловал плечо, поднося, сочащийся смазкой член, ко входу Мегуми. Фушигуро тяжело дышал, его грудь вздымалась с такой частотой, что, казалось, сердце выпрыгнет. Вид Кая, нависшего над ним, возбужденного и решительного, окончательно лишил мага теней рассудка. Он чувствовал, как горячая головка члена партнера давит на его вход, и это предвкушение заставляло его бедра дрожать еще сильнее. Он сглотнул, глядя на Кая темным, полным обожания, взглядом.  Кай аккуратно начал входить в узкий проход, захватывая губы Мегуми в поцелуй чтобы ловить каждый его болезненный стон. Мегуми ощущал, как Кай медленно преодолевает сопротивление его тела. Ощущение было действительно болезненным и пугающим: казалось, что он разорвется, но поцелуй партнера не давал ему провалиться в панику. Мегуми буквально заставлял себя стать мягче внутри, подаваясь навстречу этому давящему, но желанному ощущению. Когда Кай вошел немного глубже, пальцы Мегуми впились в его плечи и судорожно сжались на коже.  — «Это так…странно» — на лице Мегуми показалась гримаса смеси боли и невыносимого наслаждения.  Когда Кай заполнил его полностью и остановился, боль начала постепенно трансформироваться в тягучую пульсацию, которая растекалась внизу живота, а чувство внутри стало невероятным: распирающее, горячее.  Мегуми чувствовал, как Кай медленно начинает двигаться внутри. Мегуми едва узнавал свой голос. Он перестал бороться и просто доверился. Его бедра, до этого напряженные, начали совершать инстинктивно толчки навстречу, подстраиваясь под темп партнера. В его голове было лишь одно желание: чтобы это давление переросло в нечто большее.  Кай входил в Мегуми аккуратными, ритмичными толчками, держа его бедра в своих ладонях, фиксируя, и постепенно наращивая темп. Губы Кая накрыли шею мага, оставляя на ней алеющие следы, покусывая нежную кожу, оставляя следы от зубов. Мегуми выгнулся в спине, когда толчки Кая начали вбивать его в матрац. Боль окончательно уступила место неконтролируемому наслаждению, от которого сбивалось дыхание. Отметины на шее жгли, но это только сильнее возбуждало. Глубокие толчки, достигающие простаты, срывали с губ Мегуми хриплые стоны. Когда рука Кая взялась за пульсирующую плоть Мегуми, голос мага теней был готов сорваться на крик от двойной стимуляции. Уже жесткие толчки, которые выбивали из легких Мегуми весь воздух, и ритмичные движения руки на члене, заставляли забыть о том, что существует кто-то кроме них. Он больше не мог контролировать даже собственные стоны: они сами вырывались из горла рваными, захлебывающимися звуками. Его тело содрогалось от каждого удара бедер о бедра, а пальцы впивались в плечи партнера так, что оставляли полумесяцы на коже от ногтей.  Когда темп стал совсем бешеным, а звуки шлепков слишком громкими, взгляд Гуми затуманился, видя только расплывчатый силуэт Кая над ним, его бедра толкнулись резко навстречу руке Кая, и Мегуми накрыла мощная волна оргазма: — «Ах…Ещё…Пожалуйста!»  Кай наблюдал, как белая густая жидкость стекает по его пальцам, он резко схватил Мегуми за бедра, не давая тому даже перевести дыхание после пика, сжимая их так сильно, что на утро явно на теле останутся синяки. Он начал вбиваться в него с двойной силой, буквально насаживая его на свой член. Боль от того, как Кай держал его бедра смешалась с наслаждением от грубых толчков прям в простату.  — «А-а…Кай, стой! Нет, не стой!» — его голос срывался. Он уже не понимал, что просит потому что его сознание плыло, как никогда до этого момента. Тело мага дрожало, а каждая клеточка требовала немедленной разрядки. Он чувствовал себя раздавленным этой страстью и в то же время живым. Мир вокруг кружился, превращаясь в сплошное горячее марево пота и запаха близости.  Кай резко вышел из Мегуми, подхватив его под спину и развернув задом к себе, чтобы Мегуми встал на колени, уперевшись локтями в матрац, и до боли сжал его талию, входя одним грубым толчком снова. Положение на четвереньках делало мага теней еще более уязвимым.  — «Слишком…Глубоко…» — Фушигуро выгнул спину чтобы принять этот удар. Каждое движение ощущалось еще более интимно и грубо, заставляя внутренности плавиться. В этой позе он ощущал, как член Кая достигает его живота, надавливая на стенку так, что его можно было прощупать. Он ощутил, как тело начинает дрожать, готовясь к новой волне оргазма и Мегуми, отбросив остатки гордости, начал ритмично двигать бедрами назад, навстречу каждому удару Кая, выпрашивая еще больше, еще глубже, еще быстрее.  Кай склонился над спиной Мегуми, целуя его вдоль выступающих позвонков, не сбавляя темпа. Фушигуро почти не мог дышать от того, как Кай вколачивался в него, заполняя все пространство внутри. Мегуми уткнулся лицом в простынь, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Наконец, его тело пронзило судорогой, и Мегуми содрогнулся, извергая новую порцию семени на простынь, в то время, как его простата, разгоняемая каждым толчком, заставляла его растворяться в удовольствии.  Кай совершил еще несколько сокрушительных толчков, выходя из узкой мышцы. Белая вязкая жидкость окрапила ягодицы и спину мага теней, Кай излился на него с протяжным стоном.  Мегуми рухнул лицом в простыню, тяжело дыша, его тело все еще сотрясала мелкая дрожь, а все мышцы ощущались ватными. Тепло, растекающееся по его коже, было единственным, что он мог сейчас четко осознать — это было невыносимо горячо и странно непривычно.  В комнате было тихо, не считая сбитого дыхания парней. Оба пытались восстановить дыхание и бешено колотящиеся сердца. Они позволили себе раствориться в этом послевкусии, пока сознание медленно возвращалось из белого тумана.  Когда Кай лег рядом и обнял мага теней за плечо, второй невольно прижался к его боку, а Кай оставил поцелуй на его макушке. Он немного повернул голову, кладя её на грудь Кая и прикрывая глаза. Несмотря на всю грубость, которая только что между ними происходила, сейчас, в этих объятиях, Мегуми чувствовал себя безопасно. — «Теперь каждое «завтра» будет нашим «сегодня».» — прошептал Кай, перебирая волосы партнера между пальцами.  — «Псих.» — коротко бросил Мегуми, стараясь скрыть смущенную улыбку, которая коснулась его губ. Мегуми глубже зарылся носом в плечо Кая, вдыхая его запах, который казался теперь ему самым естественным ароматом в мире. Ему было трудно поверить в такие обещания, но сейчас, в этой звенящей тишине, все казалось возможным. Он не был мастером красивых слов, но то, как он крепче прижался к Каю, говорило само за себя.  Сон накрыл их мягкой, густой волной, унося прочь от всех тревог и битв. Последнее, что ощутил маг теней перед тем, как провалился в сон — это мерный стук сердца Кая под своей щекой. В этот раз он действительно поверил, что завтра у них все получится. Оба студента затихли, проваливаясь в дремоту, а тела обмякли, доверяясь друг другу в этом ночном покое.