Прокол тёмных клерков
8 июня 2026 г., 02:27
— Итак: почему мы ничего не знали об эротическом кружке Сэмюэля Ваймса? — Ветинари стоял, заложив руки за спину, перед рядом из четырёх тёмных клерков, трое из которых были Старшими, а один — Младшим.
— Если позволите выразить моё мнение, сэр, это потому, что никакого кружка нет, — сказал первый Старший клерк. — Сэмюэль Ваймс очень занят на работе, не всегда успевает даже поспать, так что времени на подобные развлечения у него не остаётся. Даже если бы была к ним склонность — которой он также не демонстрирует.
— Есть ли на этот счёт иные мнения? — холодно спросил Ветинари.
— Есть, сэр, — ответил третий Старший клерк, умевший тонко чувствовать настроения начальства. — Во-первых, мы целенаправленно не следим за Сэмюэлем Ваймсом, считая его как раз-таки слишком занятым, и в целом не представляющим угрозы. Во-вторых, командор — очень хороший стражник, способный заметить слежку. Таким образом, Сэмюэль Ваймс вполне мог делать что-то в тайне от нас, тем более зная о нашем существовании.
— И что же мы будем с этим делать? — уточнил Ветинари.
— Можно попробовать всё-таки проследить за ним, сэр, — ответил второй Старший клерк.
— Нет, это плохая идея, — вмешался третий, — после случившегося скандала Сэмюэль Ваймс вряд ли будет собирать кружок в ближайшее время. Эффективнее будет попытаться найти кого-то ещё, входящего в кружок, и попытаться узнать что-то через этого человека.
— Я тоже так подумал, — патриций сделал пару шагов, оказавшись напротив Младшего клерка, красивого худого парня лет двадцати трёх. — Надо найти кого-то, входящего в кружок, и постараться через него внедрить туда своего человека. И этим человеком будете вы, господин Розторн.
— Да, сэр, как вам будет угодно, — ответил парень.
У господина Розторна были длинные чёрные волосы и бледная кожа, что делало его смутно похожим на молодого Ветинари. Впрочем, сам патриций скорее всего отверг бы это сравнение, так как во всём облике Младшего клерка сквозило позёрство недавнего выпускника Гильдии Убийц: чёрный на нём был чистейшим готическим чёрным, плавные волны распущенных волос создавали впечатление романтического бунтарства, а на руках были чёрные перчатки, ненавязчиво намекавшие на род его деятельности (одну перчатку клеркам носить было запрещено как намекавшую слишком навязчиво).
Именно этому красавчику предстояло завтра устроиться в городскую стражу, чтобы добиться расположения Шнобби Шнобса, всё ещё носившего на одежде львиный зев.
